Манускрипты−дневники Е.И.Рерих

в печатном виде

 

Тетрадь 34

26.09.1931 − 11.05.1932[1]

 

26 сентября 1931,

суббота,

"Урусвати"

Последн[ий] вечер − отъезд О[яны] в Америку.

Многие легенды описывают исполнение желаний, но не говорят об основном условии, о безысходноси, которая обостряет желание до непреложности. Каждый малый обходный путь уже притупляет стрелу непреложности. Но как плывет не знающий воду, когда опасность тянет его на дно, так решается получение желания, когда все пути отрезаны. Люди говорят − совершилось чудо! Но часто лишь была заострена психическая энергия. Сердце, это солнце организма, есть средоточие психической энергии. Так мы должны иметь ввиду закон психической энергии, когда говорим о сердце. Прекрасно ощущение сердца как солнца солнц Вселенной! Должны мы понимать солнце Высшего Иерарха как наше Знамя. Прекрасно это Знамя! Как мощь непобедимая, если глаза наши усвоили сияние его, отразившееся в сердце нашем.

Посидим.

Указ Мой: "Не уменьшится битва, ибо нужно рождать энергию; не ослабнет рука, держащая Меч Наш. Не замолкнет голос, звучащий Именем Нашим. Не отступится нога, спешащая во Имя Водителя Нашего, ибо Мы утвердили единую нить серебряную. Не упадет во тьме предавшийся Нам. Не ужаснется, кто пошел тропою Владык. Подвиг нужен не в содрогании, но в трепете мужества. Запомним этот путь восхождения и отметем все мелкие помехи, ибо на пути Владык даже соринка слону подобна. Путь великого Служения не имеет малого. Привлечем к себе великое магнитом сердца; о нем будем говорить".

Помолчим. Много счастливо претворяется в пространстве и в сердце. Нужно крепко держать нить серебряную. Пусть Ояна спешит вестником мужества и победы. Спешу.

Говорить будет О[яна] с Пор[умой]?

− Да.

А Радн[а] и Ав[ирах]?

− Уявлю Ояне с Порум[ой], остальные не нужны временно. Также не нужно писание М[одре] без особого Указания. Можно читать чаще Мои Указания и укрепляться ими. Довольно.

27 сентября 1931,

воскресенье

В пять часов отъезд О[яны] в Америку.

Назовут ли сердце жилищем Элохима или синтезом синтезов, оно все же останется средоточием. Даже те, которые признают за сердцем лишь низшие, физиологические функции, даже они относятся заботливо к сердцу. Насколько же глубже должны прислушаться к сердцу, кто знают о магните и серебряной нити! Потому Учитель так уносит от всего узкого, физического, чтоб на каждом органе напомнить о мире духовном. У Нас праздник, когда чистое мышление переносится в сферу незримого Сущего. Нужно так настойчиво вводить в жилище Элохима, точно опасность ждет входящего. Можно признать путь избранных, когда им незримый мир становится реальным и доступным. Тогда можно заметить рост сознания, и сами органы тела преображаются, напитанные связью с Иерархией.

Посидим.

Доволен Учитель, когда спешат накопления внешних и внутренних событий. Когда опять крепнет соединение духовное. Мощь этого соединения ничем не заменима. Не нужно повторять, насколько нужно соединение духовное тех, кто накопил Чаши кармы и сознания. Удача зависит от единения, ибо как же иначе усилить созвучия сердец. Помолчим. Много огней в горниле. Соберите Благо, чтобы победоносно идти вперед. Довольно.

Владыка, я отдохнула уже, когда начнется новое возгорание?

− Сердце трансмутирует незримые утончения, и можно радоваться, как питание духа углубляется новым осознанием. Конечно, явления будут иного порядка. Теперь берегите единение. Довольно.

28 сентября 1931,

понедельник

Сердце есть храм, но не кумирня. Так Мы не имеем против построения храмов, но не принимаем кумирни и базаров. Также, когда говорим о построении храма в виде сердца, Мы не имеем в виду сердцеподобные очертания, но указываем на внутреннее значение. Не может существовать храм без сознания цепи беспредельной; так и сердце прилежит всем ощущениям Космоса. Сердечная тоска или радость созвучит с дальними сферами. Отчего же чаще ощущается тоска, нежели радость? Но постоянные пертурбации космические, конечно, потрясают сердце, к ним приобщенное. Зато и служение сердца такого велико на весах мира. Помогайте мира строению! Нет дня, ни часа, когда бы мир не был в опасности. Не два глаза могут эти опасности усмотреть, но лишь три, как на Знамени Владык. Нужно понять Храм Сердца как неотложное ощущение. Не случайно сердце отмечалось знаком креста. Так знак креста вечно сопутствует Храму Сердца.

Посидим.

Новые условия явят путь будущему. Истина все та же, но сочетания иные, соответственно сознанию. Сколько прекрасного разрушено по причине незнания Храма Сердца. Но будем непреклонно устремляться к осознанию тепла сердечного и начнем чувствовать себя носителями Храма. Так можно переступить за порог Нового Мира. Как ничтожны полагающие, что Мир Новый уже не для них. Разны тела, но дух не избежит Мира Нового.

Помолчим.

29 ударов.

Здесь рука Моя, прихожу ободрить вас, ибо едино решение Наше. Кроме него нет нити серебряной. Отучнели дни, но Знамя Наше впервые развернуто над миром. Довольно.

29 сентября 1931,

вторник

Сомнение есть гибель качества. Сомнение есть могила сердца. Сомнение есть начало безобразия. Сомнение должно быть упомянуто в каждой беседе, ибо без качества куда же пойдем? Без сердца что поймем? Без красоты что достигнем? Спросят − почему сперва "Беспредельность", потом "Иерархия" и лишь после "Сердце", отчего не наоборот? Но раньше направление, потом связь, после средство. Нужно не испортить это священное средство сомнением. Обратимся к качеству пульса у человека сомневающегося и у него же в час верного устремления. Если сомнение может менять пульс и эманации, то как физически разлагающе будет оно действовать на нервную систему. Психическая энергия прямо пожирается сомнением.

Посидим.

После сомнения напомним о самом предательстве, ибо кто же будет ближе к сомнению, как не предатель? Но ту тьму можно преодолеть лишь причастием к Иерархии, к самому неизбежному, как сияние солнца. Правда, жжет оно, но без него тьма! Но радуюсь видеть, как наступает время великих шевелений. Можно опять не жалеть о неподвижности земли.

Помолчим.

С появлением Люмоу прибавился так нужный ингредиент. Явление состава психической энергии не далеко от названного вещества организма. Люмоу знает. Довольно.

30 сентября 1931,

среда

Сердце есть средоточие, но менее всего эгоцентрично[сть]. Не самость живет в сердце, но общечеловечность. Лишь рассудок окутывает сердце паутиною эгоцентричности. Добросердечие измеряется не столько так называемыми добрыми действиями, причина которых бывает слишком различна, но самым внутренним добросердечием; оно зажигает тот свет, который во тьме светит. Так сердце является поистине международным органом. Если свет у нас символ ауры, то родителем его будет сердце. Как необходимо научиться ощущать сердце не как свое, но как всемирное. Только через это ощущение можно начать освобождаться от эгоизма, сохраняя индивидуальность накоплений. Трудно совместить индивидуальность со вселенским вмещением. Но магнит сердца недаром соседствует с "Чашею". Можно понять, как сердце излучает особый свет, который всячески преломляется нервным веществом. Ведь кристалл психической энергии может быть окрашен различно.

Посидим.

Очищение сердца очень затруднительно, если паутина самости ожирняет его. Жир самости есть звериное наследие. Чистые накопления индивидуальности могут пояснить, что рассудок не может даже помыслить. Особенно трудно внушить то, что вообще не входило в круг воображения. Сердце считается дворцом воображения. Как двигать, если нет мощи воображения, но откуда придет оно, если не будет опыта?

Помолчим.

Очень спешу.

1 октября 1931,

четверг

Бессердечие есть не что иное, нежели акультурное состояние сердца. Малодушие − ограниченность мышления. Нетерпимость принадлежит к той же семье мерзостей, умаляющих священный сосуд сердца. Уже знаете, что утонченное, нагнетенное сердце дает толчок подобно динамо, тем показывая, что оно есть сосуд мировой энергии. Но культура сердца не накопляется, не получая соответственного питания. Также лучший аккумулятор будет бездействовать, если он не защищен и не соединен правильно. Сердце требует постоянного питания, иначе, лишенное связи высшей, оно разлагается. Так не забудем, как на дне Чаши изображался младенец как символ восхождения.

Посидим.

Надо было иметь много мужества, чтобы расстроить черную мессу против Знамени Владык. (Сон. Появилась в храме, посвящ[енном] Черному Богу, во время черн[ой] мессы − расстроила весь ритуал). Можно представить себе, как безумствуют черные о Знамени Нашем. Так и на земле, и в тонком мире собираются черные, чтобы противодействовать. Но даже враги Наши служат Нам.

Теперь др[угое]. Помыслим, как ложатся события к плану Нашему. Не являю усилия толкать разложение двух великанов − А[нглии] и К[итая]. Спешу.

2 октября 1931,

пятница

На редком опыте можете видеть, как сердце отражает даже дальние землетрясения и прочие мировые события. Можно замечать, как не только космические пертурбации, но даже отражения излучений духа действуют на дальних расстояниях. У Нас обращают внимание на трансмутатор праны − на легкие, передающие сущность в сердце, как утверждение мирового равновесия. Новые достижения в тонких телах увенчиваются успехом. Такое достижение стало неотложным, ибо нарушена основа связи с Магнитом Иерархии. Как вспоможение нарушенному равновесию дается новый вид тонкого тела.

Теперь посидим.

Мудро ожидать событий; в ожидании развитое сердце создает новую волну. Так нужно приобщаться к течению приказа Владык. Сами стихии содействуют усилению волн космических. Нужно разуметь этот язык нагнетения стихий.

Теперь помолчим.

40 ударов.

Это называется − в тесном Кругу нужно соединять силы.

Теперь др[угое]. У Нас на 31−ое назначено Служение. Свати знает − тысячи огней будут зажжены и Знамя Мира поднято.

Довольно. Л[юмоу] будет призван, и многое другое. Спешу.

3 октября 1931,

суббота

Если сокровища энергии превышают сокровища сердца и чувствознания, [то] обычно для уравновесия посылается сотрудник-наставник. Действительно, при Вашингтоне состоял Профессор и при Чин-Гиз-Хане был Мудрец Горы. Можно привести много подобных примеров. Нужно смотреть на них как на дополнение деятельности, но не как на непременное условие. Также много примеров, когда деятели отказывались от такого сотрудничества, нанося непоправимый ущерб не только себе, но и Общему Благу. Мы не раз испытывали такие отказы. Именно, неразвитость сердца мешала умножению возможностей, уже сложенных накоплени[ями].

Посидим.

Рука Наша не устанет протягивать сердцу спасительную нить. Кто же может сказать, что Мы замедлили помощью? Но Мы можем назвать много случаев, когда вестник Наш замерзал от бессердечия, так нелегко привести в действие потенциал сердца. Нужно явить полет над бездною, как от последнего берега в Беспредельность. Как священно мужество самоотвержения, открывающее сердце!

Помолчим.

У Нас утроено наблюдение над Англией. Неслыханно смятение умов. Довольно.

4 октября 1931,

воскресенье

Можете ли вообразить, что представляло бы из себя человечество при здоровых телах, но при а−культурном сердце? Такое пиршество тьмы даже трудно представить! Все болезни и немощи не могут обуздать всемирное безумие сердца. Истинно, пока не просветится сердце, не будут отняты болезни и немощи, иначе беснование сердца, при сильных телах, ужаснет миры. Так сказано давно про праведников − ходил перед Господом. Значит, не нарушал Иерархию, и тем очищал сердце свое. При малейшем очищении сердца человечества можно уявить водопад благодати. Но теперь можно действовать осмотрительно, лишь где сердце не сгнило еще. Так можно не унывать, но знать, что тьма ожесточилась и множество сердец смердят. Уявление значения сердца − старая истина, но никогда она не была так нужна, как сейчас.

Посидим.

Правильно считать, что успех в Брюгге[2] достаточен. Мы довольствуемся десятиною возможностей. Так правильно идти по пути укрепления Знамени Мира везде, где возможно. Помните, что возможности неожиданны. Отпор тьме есть уже рождение возможностей.

Помолчим.

Нагнетение энергии соответствует давлению атмосферы. Нет примера утомления атмосферы, это психофизическое явление мало отмечено. Довольно.

5 октября 1931,

понедельник

Спросят − какая энергия предположена, когда говорят о сердце? Конечно, это тот же самый Аум, психическая энергия всех трех миров. Но, изучая ее, можно установить, что отложения будут разноцветны. Конечные отложения могут быть красными, пурпуровыми или синими, но, приближаясь к сердцу, они теряют окраску. Кристалл сердца белый, бесцветный. Конечно, это звучание сердца не часто наблюдается, но нужно стремиться к нему. Советовали древние полагать руку на иглы молодого кедра, чтобы сгущенная прана проникала через концы пальцев. Много есть способов приема психической энергии из царства растительного, но лучшим надо считать открытое сердце, когда оно знает линию устремления.

Посидим.

Пусть мы унижены лицемерием невежд, но путь един, и ничто не заслонит его, если сердце чисто. Как мудро называли сердце кораблем, но корабль предполагает кормчего. Мужество родится из чистого сердца. Можно сравнить его с розою, где смысл цветка во множестве лепестков, но обрыв их нарушает самый цветок. Так храните защиту сердца. Мудро понять, что лишь владыка цветка имеет доступ ко всем лепесткам.

Помолчим.

Будьте осторожны. Довольно. Кристалл псих[ической] энерг[ии] в с. ж. грубее, нежели подп.

6 октября 1931,

вторник

Вот говорим о прямом устремлении к Нам. Говорим о пользе и удаче, истекающих из такого обращения. Казалось бы, заманчиво испытать это средство, но многие ли пытаются идти этим путем? Между тем, каждый, испытавший Нашу Панацею, скажет, что совет Наш добропорядочен; подтвердит везде и всегда: когда мысли его пребывали с Нами, он был успешен. Каждая неудача происходила вследствие замарания серебряной нити. Как могло быть прекрасно, если бы, оканчивая день, каждый спросил бы себя о качестве мышления своего за эти часы. Как мощен стал бы он сознанием, что мысли его укрепили нить связующую. Появление мыслей недостойных могло бы немедленно искорениться. Но дело с людьми [об]стоит так, что слушают не слыша и читают не дальше глаз.

Посидим.

Так советую еще раз обратить Учение в потребность каждого дня. Советую наблюдать, насколько успешно будет окружающее. При тесных группировках нужно особенно следить за взаимными помыслами, чтобы не отяжелить и не прервать ток. Многие Учения советуют эту простую дисциплину, но каждая книга должна напоминать, ибо не применяется в жизни самое насущное, самое необходимое.

Помолчим.

И для Нас большое счастье, когда можем иметь о ком полнейшую уверенность, как за себя. Так крепка твердыня открытого сердца! Довольно.

7 октября 1931,

среда

Во все времена, беспрерывно, Учение Жизни проливается на Землю. Невозможно представить себе земное существование без этой связи с невидимым миром. Как якорь спасения, как свет ведущий, укрепляет Учение продвижение среди тьмы. Но среди ливня Благодати, как в морских волнах, можно усмотреть ритм с особыми разрешительными нарастаниями, тогда появляются Учения. Так можно уяснить ритм всего мира сего с нарастанием и нырянием, словом, начертить эволюцию Сущего.

Посидим.

Нарушение ритма происходит от многих условий, но существенный способ избежать эту пертурбацию есть − соборно обратиться к Нам, где решение всего. Можно уподобить − как песчин− ка останавливает огромное колесо, так же разрыв ритма прерывает ток. Между тем, именно теперь срок великого напряжения.

Помолчим.

Так уже близки возможности, так события уже образуют клубок, и ужас явится спасением. Довольно.

8 октября 1931,

четверг

Если бы люди могли хотя бы частично чуять особенность момента, они бы очень помогли Нам. Уже не говорю о точном распознавании происходящего, но общее настроение уже усиливало бы волевой магнит. Люди не дают себе отчет, насколько бессознательное прозябание усложняет мироустройство. Сердце, как очаг претворения, должно каждому подсказать давление духовной атмосферы. Не нужно думать, что сердце только о нас самих страдает, конечно, оно болеет о мировом волнении. Нужно пытаться соединить сердца в хоровод согласия, даже не очень испытанное сердце прибавит в общую чашу свою ценную энергию.

Посидим.

Сердце усиливает Наши посылки, раздвигая новые заросли. Много сердец неиспытанных, еще больше сердец засыпанных. Нужно много искр, чтобы прободать пепел холода.

Теперь другое.

− Конечно, не только внешнее напряжение, но и новое загорание центра дает боли.

Какого центра − Pituotary gland[3]?

− У начала спинного хребта, называемый факелом.

Какому Нашему названию соответств[ует]?

− Уже назвала. Уже предупреждал, чтобы эти дни были осторожны, ибо факел может вызвать огонь других центров. Считаю, у Нас очень ускоренное время. Пишите в Америку, чтобы остерегались провокаций. Много внимания уделяется явленными гнездами.

Помолчим. Очень одобряю − Урусвати знает. Спешу.

Правильно ли отв[етили] Ноrnеr'у[4]?

− Не вижу опасности, ибо эти данные всем известны.

9 октября 1931,

пятница

Если не разбужено чувствознание, то даже действительность, даже очевидность, недоступна. Никак не заставить увидеть явное, даже поражающее. После скажут вам − почему не вижу и не слышу, если мир невидимый существует? То же бывает с больными, отвергающими лечение; они не прочь поправиться, но в то же время направляют все сознание свое против врача. Так полезно было бы сопоставить людей видящих с людьми, слепыми духом; можно было бы найти причину успеха одних и разрушение других. Так сопоставлением очевидных явлений можно решить многие вопросы взаимодействия миров.

Посидим.

Мир невидимый, в сущности, очень зрим, когда глаз не засорен. Не нужно явлений медиумизма, чтобы ощущать свет Высшего Мира, но можно восходить лишь к Высшему. Потому все насильственные уловки низшей магии ничто в сравнении с первым светом сердца. Не многие знают огни сердца, но ведь эти светочи должны светить всем. Потому так тяжка хула на духа и отказ от Учителя. Говорю − можно долго думать об Учителе, но избрав, не отступите! Явим понимание основам строения.

Помолчим.

Довольно.

Вл[адыка], Катр[ин] так хотела бы получить имя?

− Можно вспомнить времена друидов.

Время Вайдегунды?

− Да. Амрида, одна из сестер.

Кем был Св[ятослав]?

− Руламан−жрец.

Он всегда так близок мне, кем был по отношению меня?

− Племянником.

10 октября 1931,

суббота

Советуйте говорить о духовном. Много можно отмечать полезного среди духовных воспоминаний. Кроме того, духовная беседа охраняет от грязи и раздражения. Утверждение духовных проявлений умалит ненависть к Миру Невидимому. Там, где часто ведутся духовные беседы, там накопляется особая аура. Пусть даже эти беседы несовершенны, но они уявляются как пробные камни присутствующих. Разные народы принесут свое претворение Начал духовности; по ним можно судить о пригодности сердец.

Посидим.

Кроме того, избегайте споров о бесспорном. Удивлялся недавно спору между последователями Жанны д'Арк, Сергия и Моисея. Каждый уверял, что его Предстатель не согласуется с другим. Между тем, зная Истину, прискорбно было слышать эти выдумки, сочиненные для разъединения. Пусть не вместе, но хотя бы не бились лбами, ведь рога вырастут!

Помолчим.

Теперь вообразите, что знающие Истину побудут дружно и объединят мысли. Какая мощь получится здесь, на Земле, несмотря на все давление атмосферы! Потому не соединяем больших Кругов, чтобы избежать трений разрушительных. Кто торжествует духом, тот уже Наш. Довольно.

− Вл[адыка], как объяснить случай с девушкой, изображавшей Жанну д'Арк?

− Ушла в экстазе. Может вернуться, если найти сильный приказ.

11 октября 1931,

воскресенье

Советуйте развивать мышление и наблюдательность. Сердце не может занять свое назначение, когда вместо мысли блохи и вместо наблюдательности крот; с такими спутниками не уехать! Теперь, именно, время углубления мышления, иначе народные массы не найдут применения полученных сокровищ. Перепроизводство есть признак мелкого мышления и ненаблюдательности. Сказано − в школах должны быть введены часы уявления наблюдательности и приучения к мышлению. Сердце не может питаться лишь извне, оно должно быть поддержано и земными устремлениями. Устойчивость устремлений придет также и от зоркости познания.

Посидим.

Факел показал огни свои. Синтез обычно на краю ауры, но преданность мужества, как щит, близко. Факел проявляет особо сложившиеся огни; так у Нас в шутку называют его градусником. Но очень много мужества сейчас требуется, ибо Черные Ложи очень ополчились. Можно призвать всю твердость мышления, чтобы уравновешивать волны над миром. Урусвати знает, как нужно мужество, когда так близки счастливые разрешения. Нужны тревожные дозоры, нужно доглядеть гнездо Джинеева. Малые мухи тоже могут приносить трупный яд. Ущемление черных есть дезинфекция пространства. Читайте ущемление Англии, много лет готовилось это падение.

Вл[адыка], что означ[ает] видение Яр[уей] черной волны?

− Осторожность для всего.

12 октября 1931,

понедельник

Каждый из вас знает особый вид проповедников, которые, собрав все кости чужих писаний, отправляются с ними в забвение. Рассудок собирает подробные доказательства, но цель этих нагромождений остается незрима, ибо молчит сердце, так и зовем их −сердцем молчащие. Кроме того, эти проповедники, указывая другим множество предписаний, сами впадают в малодушие при первом противодействии. Истинно, лишь сердце дает бессмертие. Утверждение сердца уже есть открытие будущего. Но не близки сердцу, которые сами боятся предписаний, вычитанных рассудком. О священном безумии говорят древние Учения. Считайте это как противодействие против холода вычислений; считайте это как жизненное начало поверх условий мертвенности.

Посидим.

Отвергающие Учение не далеки от падения в бездну. Утверждающие Истину, даже при несовершенстве, уже на пути. Они не [по]жалеют при переходе в Мир Тонкий, что вызвали к жизни сердце.

Теперь др[угое].

У Нас большая битва, не нужно устрашаться, когда настает час, возвещенный давно. Не нужно думать, что несчастье подкрадывается, когда у Нас видят битву за Свет; не нужно забывать, что преследование есть [лучший] успех.

Помолчим.

Звучать может лишь натянутая струна. Довольно.

13 октября 1931,

вторник

Без преувеличения можно сказать, что большинство сердечных заболеваний происходит от богатства. Потому люди, приобщившиеся к Учению, уходят от богатства или остаются лишь хранителями его.

Теперь др[угое].

Знаете, что можно делать внушение на любом языке, таким образом наглядно доказывается смысл и сущность понимания без условных наречий. Считаю, уявление сердечного понимания есть необходимый шаг к приближению к Нам. Язык Тонкого Мира приводит в исполнение мечту о взаимном понимании. Нужно осознать эту возможность прежде, чем начать пользоваться ею.

Посидим.

Философский камень есть нечто реальное, притом можно понимать его духовно и физически. Духовное состояние, называемое "камнем", соответствует созвучию всех отложений психической энергии. Физически препарат довольно близок рецепту Парацельса,[5] но у него осталась существенная ошибка, в которой он напрасно упорствовал. Он понимал один ингредиент как внешнюю половую секрецию, тогда как нужно отложение психической энергии или из нервного канала, или, по крайней мере, из отложений крови; но он думал, что половая железа даст утонченное выделение, забыв, что выделение, предназначенное для прикасания с воздухом, уже содержит иную субстанцию. Но в остальном источники арабские, питавшие Парацельса, были довольно правильны.

Теперь др[угое].

Советую осторожность, явление крепких соусов, безусловно, запрещено. Если нет потребности к еде, то лучше не есть. Довольно.

14 октября 1931,

среда

Внушение бывает мысленное, или звуковое, или посредством взгляда, или усиленное глубоким вдыханием. Какие возможности для научных наблюдений заключаются в этих действиях! Можно проследить, насколько вдыхание усиливает звук и эманации глаз. Давно замечено о различных свойствах человеческого взора. Можно рядом опытов уследить, насколько далеко действуют излучения глаз; при этом поучительно следить за комбинацией силы мысли с физической эманацией глаз. Только наблюдая, можно оценить невидимый мир человеческих воздействий. Сложна паутина, сотканная несознательными действиями мысли. Не удивляйтесь, что мысль продолжает жить в пространстве; также не исчезают физические частицы взора. Учась наблюдательности, мы еще раз вспомним о сердце и поймем символ стрелы пронзающей.

Посидим.

Много стрел пронзают сердце, как на давних изображениях; на них же видим и пламя сердца. Может быть, без стрел невозможно и пламя. Можно утверждать, что основа проявления пламени есть удар, как рождение нового ритма. Учитель хочет, чтобы ритм был акселерандо, − так во всем.

Помолчим.

Удрая правильно думает о Праге, не нужно предрешать возможности; именно, невозможное сегодня завтра обернется. Как сказано − не страшитесь, ибо ставка велика.

Довольно. У Нас много нарастаний!

15 октября 1931,

четверг

Для приближения к Нам нужно понимание полной свободы. Как ужасно последствие страха или искания выгод! Незатемненное устремление, освобожденное от всех тягостей, уявляет истинный путь. Где начинается такая свобода, может судить лишь сердце, от которого не укроется никакая уловка, никакой подкуп. Но тонки границы свободы сердца. Чего только не нагромождают люди около этой ткани тончайшей! Если сердце созвучит далеким землетрясениям, если кожа наша ощущает тепло, истекающее из руки даже на значительном расстоянии, то насколько сердце вибрирует от человеческих излучений. Именно это свойство не отмечено достаточно наукой современной. Утверждаю, насколько Урусвати чует далекие землетрясения, настолько же она звучит на людские эманации. Но зато у нее исполняются желания, ибо утонченность сердца обоюдна.

Посидим.

Думаю, что можно пожелать печатание серии "Тибетика".[6] Можно пожелать усиление фондов, так Наши желания не разойдутся. Потому много сейчас темных покушений, но можно идти, как мы шли до сих пор, теряя в одном, мы выигрывали в другом. Много предусмотрено Нами на случай ошибок. Главное, избежать раздражения, ибо применение Наших мер будет затруднено. Раздражение подобно колючей изгороди, и строить нельзя на разбитом стекле. Между тем, сейчас так много ценных знаков разлито.

Помолчим.

Осторожность нужна. Довольно.

16 октября 1931,

пятница

Отчего так много опытов остается без последствий? Прежде всего, от нетерпения и от нежелания принять ответственность. Иногда Нас как бы упрекают, что помощь не пришла вовремя, но вместо упрека спрашивающий мог бы вспомнить, как преждевременно он уклонился или признал ношу непомерной. Мы много скорбим, когда видим малодушные уклонения или нежелание поставить себя на край пропасти. Но чем можно нагнести энергию, как не крайним положением? Стоит лишь считать такое положение не концом, но началом. Так и в упражнении терпения полезно усвоить понятие начала. Для кого решительно все − конец, но для Наших учеников все − начало.

Посидим.

Как объяснить, когда сердце молчит? Как ускорять, когда сердце тяжелее железа? Как двигать сердце, когда умерло в духе? Так можно научиться ценить каждое звучание сердца, когда тайный цветок являет множество лепестков, хранящих сокровение духа.

Теперь др[угое].

Урусвати вела опять битву на пользу плана. Каждое победное движение отзвучит на дальних мирах. Не для Земли только созидаем план, но для разных миров.

Теперь др[угое]. Можно представить, что могут позвать Ф[уяму] для решения раскола, так пусть Имя укрепляется в разных явленных Кругах.

Помолчим.

Так опять вы вместе, опять энергия мощно нагнетается. Довольно.

Вл[адыка], что у Яруи?

− Особая форма, ходящая по долине. Пирамидон.

Что озн[ачает] видение горн[ой] долины?

− Наша долина, Наш дозорный, явление дяди.

Кто был челов[ек], кот[орому] я так угрожала?

− Джинеев.

17 октября 1931,

суббота

"Русла Благодати и приемники яда земного" − так называются избранные, готовые принести себя на пользу мира. Прием яда непосилен без Сил Благодати, но без земного яда Сила Благодати унесла бы; так устремление кверху имеет земное основание. Конечно, прием яда непосилен многим, но и для утверждения Благодати тоже нужна явленная испытанность сердца. У Нас отмечают как сокровище, когда сердце, уже без напряжения, всегда готово звучать на окружающее. Нелегко это показать, пока не претворятся энергии в созвучные кристаллы, когда образуется "Рингсэ" Тибета, так верно отмеченное на Завете Гималаев.

Посидим.

Кто же может утверждать, что легко идти за Учением, если недостаточны накопления? Но зато когда переполнена Чаша, тогда путь Учения неизбежен. Мы можем понять трудность приема яда земного, ибо каждый из Нас принял неисчислимое количество яда. Как магнит притягивает известные металлы, так сердце принимает Благодать. Как губка впитывает жидкость, так поры кожи набирают яд земной. Но прана, сознательно поглощенная, умиротворяет истечение ядов.

Помолчим.

Какое нагнетение вокруг − осторожность нужна. Довольно.

Вл[адыка], можно ли искать отложения в мозговых гландах?

− Нужно понимать, что этот кристалл уже почти неразложим, укрепленный огнем факела. Довольно.

18 октября 1931,

воскресенье

Люди не только по органическим особенностям делятся, но и по стихиям; в их сознании остаются известные привязанности. Никто не сумеет рассмотреть столько оттенков пламени, как люди огня. Никто не сможет так любить воду, как люди этой стихии. Так же, конечно, люди огня будут особенно расположены к Агни Йоге. Они почуют всю потребность ее; не рассудком они подойдут к Учению Огня, но как к единому решению! Можно понять необходимость Учения, когда нет иного исхода.

Посидим.

Уже наступает прилив Наших энергий. После этого месяца начнется ступень приближения Аквариуса.[7] Ничто решительно не может начаться без промежуточной ступени. Среди этих стадий особенно смешаны токи; могут быть эпидемии и сумашествия, ибо неприготовленное сознание не может ассимилировать новые комбинации энергий.

Помолчим.

Огня ярки! Довольно. Ярко горел круг тр[етьего] глаза.

19 октября 1931,

понедельник

Труднее всего людям сочетать крайнее исступление духа с неисчерпанным действием. Для успеха нужно крайнее напряжение духа, но в действии каждом должен быть сохранен известный запас. Действие исчерпанное теряет красоту и магнетизм убедительности. Певец, исчерпавший запас голоса, прежде всего, возбуждает сожаление. Явление крайнего напряжения духа не должно сказываться в отчаянных действиях, иначе проявление внутренней энергии растворится в чуждом духу действии. Этот закон нужно осознать прочно, чтобы не превратиться в ветряные мельницы. Помогаю собрать все силы духа, чтобы не распылять их необузданными действиями.

Посидим.

Советую временно отменить сырой лук, ибо много желудочных заболеваний. Можно иметь коньяк. Токи, как сказано, смешаны. Свойство смешанных токов очень отражается на состоянии желудка. Также нужно и Урусвати быть осторожною, ибо загорание центров тоже свойственно смешанным токам. Но сейчас требуется напряженность энергии для Америки, ибо мировые вопросы решаются, и можно напрячь все внимание на успех дел. Всем нужно сосредоточиться вниманием на делах Америки, так усилим канал посылок. Можно сказать Америке, что все самоприходящее будет Нами направлено, лишь не отгоните. Считаю, можно быть созвучными, ибо главная помощь Нам. Так потрудимся.

Теперь др[угое]. Учитель сыну шлет силы, ибо много стрел в щите. Учитель посылает успех там, где нужно. Учитель сроки хранит. Помолчим. Довольно.

Вл[адыка], я не ухватила четко фамилии руководства.

− Зигмар − Лукин может найти.

20 октября 1931,

вторник

Если заметите признаки избранности, не мешайте действию этого Посла. Можно знать знаки Агни Йоги и по ним признавать путь избранного. Так явление Посла не во внешности, но в особенности действий. Понятно, что действия особого значения должны поражать сознание людей; обе стороны будут по-своему являть понимание этим действиям. Но не назовем ни одного Посла, около которого не происходило бы чудесное нагнетение энергии. Тучи предшествуют грозе, так утверждению Истины предшествуют тучи, но вы уже знаете значение этих духовных феноменов. Можно установить, как по векам повторяется Благовестие и как оно расходится по народным множествам. С духовной Вершины можно усмотреть ритм, разносящий отзвуки Учения.

Посидим.

Но когда заметите хотя бы некоторые признаки призванности, умейте не помешать, ведь основа Агни−йога − огонь, и нельзя тушить его! Кто же дерзает обратить против себя огненную стихию? Каждое потушенное пламя отзвучит, потому карма тушителя подобна судьбе убийцы!

Теперь др[угое]. Сегодня утверждается у Нас непобедимость начатого действия в Америке. Пишите о тех явленных друзьях, которые готовы приблизиться, но нужно воспринять их.

Помолчим.

Знаю, что нелегко! Тяжкое самочувствие.

21 октября 1931,

среда

Агни−йог во всем бережлив не по скупости, но зная ценность энергии, проливаемой сверху. Так он бережет как свою, так и окружающую энергию. Ошибка людей в том, что они обычно предполагают энергию в крупных действиях, забывая, что по малым действиям трата гораздо больше энергии, той же самой, которая в основе своей драгоценна. Малые действия, так же как малые вещи, запружают жизнь. Особенно нужно опасаться пыли, которая соединяется с эманациями вещей и является распространителем той личной энергии, которая должна быть сохранена в одном канале. Так мы будем хранить все, что может быть соединено с энергией Иерархии.

Посидим.

Как нужно приучаться к пониманию всего духовного! Нечего ожидать от сердца, если наше мышление не будет находить лучший праздник в упоминании всего духовного. Ведь мы должны достичь той ступени, когда будем изливать свет из сущности нашей. Тогда мы истинные сотрудники с мирами высшими. Изливая свет Благодати, мы и врачи, и создатели, и покровители по нисходящий линии. Сперва мы видим внешний Свет, потом узнаем его внутри, и лишь после возжжение Факела можем изливать Свет.

Помолчим.

Осторожность. Спешу.

К чему относ[илось] видение креста?

− К перемене токов.

22 октября 1931,

четверг

Недомогание Свет[ика]. Влад[ыка] велел горячий кофе и валериан − диету.

23 октября 1931,

пятница

Легкое недомогание продолжается. Дали мускус.

24 октября 1931,

суббота

Главное, говорите о духовном. Путь духа, как ничто другое, развивает сознание и очищает жизнь. Смотрите на беседы о духовном как на практическое упражнение жизни сердца. Нужно очищать сознание как путь к преуспеянию. Говорю опять не отвлеченно, но приложимо к жизни. Пробуйте опыт применения лекарств на сознательное и бессознательное существо. Поучительно сравнить, насколько сознание углубляет все проявления и процесс[ы]. Так можно признать вещественную ценность сознания. Кроме того, беседа о духовном устремляет А-энергию по определенному каналу кверху. Именно "Кэтуб"[8] и есть соединитель энергий. Так не нужно тратить время на устремленность к обыденности, когда так много возможностей, влекущих кверху. Сердца радость в устремлении кверху.

Посидим.

Мне нужно посылать много энергии в Америку, потому приложите высшую меру осторожности и предусмотрительности, ибо нужно направить все внимание туда, где нужно защитить и малое, и великое плана. Многое может устремляться в кривое русло, но лишь преданность к Иерархии может устремить к охранению плана. Прошу приложить осторожность как сотрудничество.

Помолчим.

Сегодня большое число. Приложите все внимание к Нам и помогите всею осторожностью. Лучше не делать Нам вреда по плану. Осторожность и бережливость помогут многому. Довольно.

25 октября 1931,

воскресенье

Незримый Мир участвует в земной жизни гораздо больше, нежели принято думать. Советуйте обращать внимание на множество малых проявлений, которые обычно даже совсем не замечают. Не поразительные и ослепительные явления, но те, которые ограниченный ум называет совпадением или случайностью, те строят незабываемые последствия. Если возьмем все необъясненные проявления сердца, то даже неподготовленные умы заметят странности, противоречивые заключениям медицины. Возьмем, например, так называемый двойной пульс, когда внешнее воздействие создает как бы два средоточия организму. Между тем, явление энергии космической совершенно просто объясняет, насколько мы связаны с силами внешними;[9][и] о том же напомнят внешние огни и свет, если наш рассудок разрешит их увидеть.

Посидим.

Нужно понять насущность этих явлений, не теряя здравого мышления. Так можно заменить магию Учением Сердца. Сердце у каждого, потенциал энергии в нем заключен у всех − значит, Новый Мир не запрещен никому. Называем Новым Миром познание Незримого, хотя бы в его первичной стадии. Уже это понимание внесло бы в жизнь новые устои.

Помолчим.

Соединитель энергий, соединитель знания − Кэтуб пламенный понятен Агни-йогу. Устремление к познанию покажет, как незаметно наслаивается новое сознание и как оно меняет сущность жизни.

Довольно.

Влад[ыка], опыт с трансмутацией дождевой воды правилен?

− Да.

И может дать результаты?

− При росте сознания можно.

26 октября 1931,

понедельник

Иногда дайте сердцу вашему побеседовать с Высшим Миром. На разных языках может быть эта беседа. Может быть, сердце соберет в памяти часы из многих жизней. Может быть, беседа будет молчаливая, без наставлений и советов, лишь возносясь и укрепляясь в возношении. Может быть молчание признательности или молчание мощи готовности. Раздувается пламя сердца, устремляясь к единению с Миром Высшим. Ничто, как сердце, найдет путь к Иерархии. Сердце укрепит себя Мощью Высшею. Ничто, как сердце, будет твердынею в борьбе.

Теперь др[угое].

Велика, узка и напряжена борьба. Мы знаем, как напряжение одних ведет к усилению других.

Посидим.

Когда советую беречь энергию, значит, силы собраны для битвы. По всему миру разлит пожар. Сравнительно с настоящим бывшая война ничто. Сберечь энергию будет лишь знаком пригодности к действию. Такая бережность во всем нужна, когда Мы Сами приступили с мерами небывалыми в теперешней расе. Но невозможно оставить мир в разложении. Считайте время крайне серьезным.

Помолчим.

Так устремляйтесь ко Мне! Довольно.

27 октября 1931,

вторник

Магия подобна массажу. Массаж искусственно ограничивает и восстанавливает формы тела и кровообращения. Магия так же искусственно соединяет и восстанавливает общение с Миром Незримым. Массаж не нужен нормальному организму. Магия не нужна развитому духу. Массаж занимается нездоровыми членами. Магия доставляет Учение об условиях, о паллиативах,[10] не открывая простейшего доступа в Высший Мир. Начав массаж, необходимо усиливать, иначе ткань начнет угрожать разрастанием и разрушением; обратившись к магии, нужно усиливать овладение ею, иначе стихии начнут теснить отступника. Так, сравнив мир телесный и духовный, видим те же действенные законы. Те же законы указуют, насколько ближе развитому сознанию пути простейшие. Живот не отрастет при умеренности; сердце не замолкнет при утончении духа.

Посидим.

Нужно навсегда установить, что Йога не есть магия. Прежде всего, в Йоге нет ничего искусственного; родственность и созвучие законам Бытия противны всему насильственному. Йог не будет без крайности тревожить первичную энергию.[11]У йога создается полное сотрудничество с природою. Так знание йога, прежде всего, основано на чувствознании; по этой чистой поверхности пишутся знаки опыта. Подумайте об Америке.

Помолчим.

Что послать Ам[ерике]?

− Доброе желание. Слежу.

28 октября 1931,

среда

Процесс нагнетения энергии подобен насосу. Так устремление энергии кверху непременно обусловлено подавлением книзу. Это давление люди обычно считают несчастьем, неудачею, тогда как это есть физическое преддверие подъема. Подавление проявляется, конечно, совершенно различно, но каждый дошедший до подъема может установить моменты внутреннего или внешнего угнетения. Но прискорбно видеть, как несведущие люди подпадают угнетению без понимания закона насоса. Особенно это обстоятельство насущно сейчас, когда куется массовое сознание; когда так необходимы координация тысяч сознаний, неслаженных, непросвещенных, не знающих простейших незыблемых законов. Как легко эти массы утерять могут понимание угнетения как Врат подъема.

Посидим.

Заседание Сатанинских Лож не может не отражаться, потому так предписываю всякую осторожность. Скажу, когда особые меры могут быть ослаблены, но сейчас неслыханная бережность нужна. Прошу принимать указание на всех решительно. Можно также телеграфировать в Ам[ерику], чтобы применили сейчас все осторожность. Пусть не спешат эти дни с решением.

Теперь помолчим.

Что посл[ать] Ам[ерике]?

− Осторожность.

Легко можно представить, что творится у темных перед тридцать первым октябрем − напряжены все силы, чтобы хотя бы немногим ослабить Нас и Наших работников. Конечно, гении земли должны принять много ударов наряду с Нами, потому прошу крайнюю осторожность. Удары могут быть по разным направлениям, но вы знаете фазу битвы, и потому готовы от угнетения к подъему. Довольно.

Нападение сатанистов по широкому фронту, и битва напряжена.

29 октября 1931,

четверг

Сегодня будем говорить не для книги. Много отягощена атмосфера. Нужно сотрудничество, нужно приложить мысли к большему плану. Предупреждаю о напряжении всех сатанинских лож. Будут удары по всем направлениям. Нельзя считать эти дни как обычные. Раздражение будет стучаться во все двери, но достаточно знаете, как немедленно не допускать его. Сатанисты знают, что вас не взять ни преступлением, ни развратом, но им остается одна надежда на раздражение, иначе каким же каналом они проведут болезнь, разорение, клевету? Но Мы знаем, что в эти немногие дни вы окажетесь выше сатанинских спринцовок. Нам нужно ваше сотрудничество: пришли трудные дни, но умение победит. Преграды обычно сооружают сами люди. Гении − не люди и Наши надежные помощники. Урусвати правильно начала улыбаться − лишь с улыбкою воин идет на приступ.

Посидим.

Ни о чем другом нельзя говорить, лишь об опасности текущего часа. Если бы Мы повторили тысячу раз об опасности, то не выразить напряжение момента. Если не захочется работать, то соединяйтесь мысленно с Нами. Вполне понятно, что натиск темных будет чудовищен, но не дайте им торжествовать хотя бы на мгновение. Не отягощайтесь ничем, ибо час неслыханный! Кажется, поняли Меня и знаете, что десять лет не говорил таких Указаний, значит, пришло время, о котором давно намекал и закалял вас. Спешу.

30 октября 1931,

пятница

Поручительство есть явление огромного значения. Оно создает цепь сердец и обращает Хаос в сознательные артерии пространства. Символ, показанный ночью, был очень знаменателен. Змий тьмы пожирает друга, если он не входит в сознательное общение. Также велика ответственность поручителя; недаром говорится − горит рука! Так, без преувеличения, пронзает боль огненная при ошибках поручаемых, но не может быть иного построения, и потому учитесь осторожности и внимательности.

Посидим.

Учитель завтра будет на Служении. Можете в девять часов сесть молча, устремляясь к Служению Братства. Так можно посидеть полчаса и после, не отвлекаясь разговорами, идти ко сну, устремляясь к Учителю. Так Мы начнем новое приближение к Свету. У Нас очень следят за каждым упоминанием Большего Плана. Очень удачно, что Ояна именно эти дни явно поминает значение плана. Ведь это первое упоминание без вас.

Помолчим.

Сильна битва. Можно судить, насколько старается Наш "приятель" К[онрад], но щит крепок. Спешу.

31 октября 1931,

суббота

День Великого Служения Братства. В девять часов молча собрались вокруг престола, около кресла Владыки. Напряжение было велико, все время шли различные ритмы. Отмечено было дважды 36 − затем 24 и 26. По прошествии получаса было сказано: "Служение начинается", − разошлись по своим комнатам.

1 ноября 1931,

воскресенье

В чем же счастье? В том ли, чтобы просидеть, не дерзая возмутить мыслью Первичную Субстанцию? Или направить мысль на новое строение жизни? Сперва говорил вам о действии, но теперь утвердим мысль. Действие, даже самое возвышенное, затрагивает сравнительно низшие слои; лишь мысль, по природе своей, может воздействовать на Первичную Субстанцию. Сперва говорил о действии как о досягаемом очевидно, но при достаточно расширенном сознании пора утвердить значение мысли. Множество действий без мысли остаются на поверхности Бытия, не отличаясь от действий мира животного. Но если говорим о чувствознании и о сердце, то необходимо утвердить мысль как мощь и сотворчество Бытия. Заметьте, говорю не о рассуждении, не о мышлении, но о мысли, которая сметает поверхность Субстанции индивидуальным ритмом и тем творит беспредельно.

Посидим.

Мы начали вчера новое приближение к веку Майтрейи. Мысль есть явление сущего счастья. Оторванная от сердца мысль не прободает поверхность Сущего, но от сердца мысль как неудержимая стрела! Не нужно смущаться зарождением мысли среди нагнетения энергии; те мысли, как таран пробивающий, углубятся среди глубин Сущего. Потому после внешнего действия оценим действительность творчества мысли.

Помолчим.

Еще более напряжена нота пространства, и новые ритмы как новый доспех, не жданный темными. Можно постоянно создавать новые вибрации и тем отражать тьму! Спешу.

Можно ли писать Bacot?

− Можно писать всем, кому полезно. После скажу о развитии битвы. Довольно.

2 ноября 1931,

понедельник

Ткач имеет перед собою основу, без нее самый искусник не может выявить свое мыслетворчество. Также для мыслетворчества нужна и Космическая Мыслеоснова − так зовем Сущность Первичную, из которой огненная мысль высекает искры творения. Ту же работу делают как опытные мыслители, так и дитя, зажженное непременным желанием. Нельзя судить пещерника и схимника, не зная степени и качества их мысли. Нельзя судить певца и поэта, не зная, какое мыслетворчество излучают они. Постепенно отучаемся от осуждения, ибо лишь мыслетворчество есть сотрудник Творцу. Так будем бережно собирать все существующие мысли, которые могут благодатно вонзаться в Акашу и достигать сущности Сущего. Самое утешительное в том, что никто не лишен мысли и, зная ее значение, может упражнять это присущее ему благо.

Посидим.

Развитие битвы очень широко; кроты не дремлют. Нужно собрать всю бережность, чтобы продержаться это время. У Нас напряжены силы, ибо на конце меча удача. Когда ставка так определена, то и удары также сосредоточены. Учитель просит напрячь все бережность. Указую понять Мои Советы. Много опасностей уже снято с вас.

Теперь помолчим.

Уже много раз он хохотал напрасно, но не дадим ему иметь основание для глумления. Довольно.

3 ноября 1931,

вторник

Иногда в народе говорят − "так размечтался, даже сердце защемило". Не от злобного мечтания щемит сердце, но от напряжения светлых желаний. Тоска сердечная, прежде всего, наполняет сущность субстанцией силы. Конечно, не всегда скульптура Акаши непременно связана с тоскою в сердце, но щемящее чувство, во всяком случае, показывает напряжение и сотрудничество с Первичною Мыслеосновою. Так не нужно опасаться, что тоска есть злой знак.

Помолчим.

Идите очень бесповоротно, ритм очень сложен, но о битве и об осторожности не забывайте. Довольно.

Вл[адыка], приобщен ли Л[енин ] к Братству?

− Тому будет особая беседа. Довольно.

4 ноября 1931,

среда

Вступающие на путь Великого Служения иногда опасаются, хватит ли у них достаточно духовных запасов для беспрерывной раздачи. Правда, они знают, что дающая рука не обеднеет, но им трудно приложить это в духовном понимании. Но так же сказано о птицах небесных, которым достаточно зерна на завтра. Истинно, не иссякнет запас духовный при сотрудничестве с Иерархией. Не замолкнет сердце, хранящее Образ Владыки. Так можно не опасаться уничтожения запаса духа − он неисчерпаем. Можно сокровища эти раздавать, лишь бы держать крепко нить серебряную.

Теперь др[угое].

Не мудро было бы сообщать все фазы битвы, ибо многообразна она. Мудро держать прочно настроение бодрое, ибо на каждую уловку врага у Нас тысяча решений.

Помолчим.

Многое напряжено − прежде всего, осторожность. Довольно.

5 ноября 1931,

четверг

Неопытный духовный воин иногда недоумевает: "Почему так сильна битва, ведь целы руки и ноги мои?" Точно напряжение битвы лишь в поломке костей! Но часто обычные участники земного боя не ощущают напряжения его. Только вождь осознает происходящее.

Теперь др[угое].

Справедливо спросят: "Какое отличие значения мысли в Новом Веке? Если мысль так упорно утверждается, значит ей дано особое назначение в обновлении жизни?" Совершенно верно; если в Черном Веке мысль была около человека, или магнетизм распространялся на малые расстояния, то в Новом Веке мысль есть Пространство! Потому нужно мыслить не лично, но пространственно.

Посидим.

Нужно принимать меры к битве семнадцатого ноября. Можно завтра телеграфировать, чтобы каждый взял по Камню от О[яны] и держал бы его при себе. Из трех оставшихся один дать Катрин[12] и два хранить в Башне. Также Морис может приблизиться к Амос Society[13] и встретить Зингера, полезно для Таймса.[14] Также пусть спросят Whitesede[15] узнать от Дабо,[16] откуда слышит он клевету. По-прежнему полезно посетить Келли, явление католического мира обернем на пользу. Можно телеграфировать о Камнях и обществе Амоса, остальное в письме. Так будем принимать меры здесь. Также в Америке собраться в Башне пятнадцатого числа.

Помолчим.

Также вчера была битва. Можно после такой битвы как можно прямее держать позвоночник. Довольно.

6 ноября 1931,

пятница

Пространственное мышление вовсе не легко для большинства. Прежде всего, для него нужно сохранить личность, но освободиться от эгоизма. Многим такое противоположение покажется вообще нелепым; для них эгоизм и есть личность. Явление мощной личности, преданной Общему Благу, многим невообразимо, но без личности мышление не будет потенциально. При эгоизме мышление прибавит еще одну порцию яда к зараженной ауре планеты. Также трудно многим осознать, что вещество мысли неразрушимо и не связано слоями пространства − значит, не мала ответственность за каждую мысль. Хищную птицу может догнать стрела, но что разложит мерзкую мысль?!

Посидим.

Жаркая битва! Не нужно думать, что она обычна. Утвержден вождь Рос[сийской] Аз[ии] − А−Лал−Минг[17] во всех его состояниях. Трудно темным сатанистам, ибо даже состояние телесное не исключит последствий будущего. Так необычна битва, и не удивительно, что с обеих сторон применены сильные меры. Так пусть в Америке и здесь будут надеты Камни пятнадцатого числа вечером перед сильным нападением. То же нужно сказать о явлениях Мунди,[18] также и о Холле.[19] Но скоро увидите следующих. Можно ожидать сведений через Amos Society. Имею причины не трубить прежде времени.

Помолчим.

Очень доверяйте ощущениям Урусвати. Как устой пламенный, стоит Свати! Довольно.

7 ноября 1931,

суббота

Мудрый хозяин не зажигает все огни без особой причины. Также в древних сказаниях говорится о горе, окруженной пламенем, но нигде не сказано, что огонь пылал постоянно. Он восставал по мере нужды, так и ваши огни сверкают по мере надобности − то Глаз Брамы, то крылья, то лучи гортани, то все другие главные двадцать один огонь − нужно дать им вспыхивать по природе их. Нужно указать, что огни действуют силою связи с Иерархией. Пожар или безудержное пылание недопустимы. При Великом Служении заботливость и бережность являются первым принципом Высшего Сотрудничества. Мы оберегаем каждую частицу энергии Элохима или каждую Урукаю от огня пространства. Особенно этот учет нужен во время напряжения битвы.

Посидим.

Устроить надо понимание Великого Служения. Сердца чистые могут прилежать Служению без утомления и небрежности. Как губительна притупленность небрежности; и как многие, даже знающие, не могут воздержаться от нее! В древности она называлась "серая змея". Пусть примут друзья явление зоркости и внимательности.

Посидим.

Правильно полагаете, что нападение должно обернуться на пользу, но нужно выдержать и дать цветку Сатаны распуститься. У них трудное время, и можно ожидать многих перемен. Довольно.

8 ноября 1931,

воскресенье

Приложение магнитов и обхождение стран, с годами, конечно, уже ясны вам значением своим. Это не суеверное средство, но приложение лучей и магнетизма, которые в малом размере уже известны науке. Даже скептики не исключают особого значения личных воздействий. Отсюда один шаг до сильного магнита, соединенного с Центром явленных энергий. Также совсем не трудно понять значение прохождения человеческого организма, этой сильнейшей химической батареи! Собаки, даже и те чуют силу следов человека. Насколько же развивается эта эманация при приложении сознания! Потому смысл посланников очень велик и продолжает применяться.

Посидим.

Поистине, можно наблюдать, где ступила нога посланника и как магнит притянул область целую в орбиту действия, − как сказано об Ангелах Жизни и Смерти. Так пристально нужно всмат− риваться в события и находить в них систему обширную. Если обычные астрологи подмечают соотношение великих дальних событий, то насколько поучительно следить за исполнением путей, зная их направление!

Теперь др[угое].

Напряжена битва, нужно применить много осторожностей.

Помолчим.

Успех нужен, ибо чую, как он возможен. Можно спросить.

Вопрос Св[ятослава], может ли он одеть Камень раньше 15−го числа?

− Конечно, может.

И не снимать?

− Да!

9 ноября 1931,

понедельник

Три обстоятельства могут особенно отяготить карму: первое − отказ от Учителя, второе − по− дозрение, что связь с Иерархией может навлечь несчастье, и третье − уклонение от ответственного поручения. Лишь сердце может подсказать, где начинается отказ, и подозрение, и уклонение. Много раз предававший Учителя начинает в безумии уверять, что он никогда даже не помышлял о предательстве и не думал уклониться. Тысячу оправданий измыслит потемневший ум, чтобы сокрыть давно запечатленное в свитке кармы. Лучше не приближаться, нежели явить отступничество. Ночь не светлеет над отступником, но не наказание это, лишь следствие посева. Сердце умеет различать зерно предательства. Учитель просит напомнить скоро, кому укажу о посеве и неминуемом следствии.

Посидим.

Не много внимания уделяют люди Миру Незримому. Нужно сознательно приучиться понимать его присутствие во всем. Пространство можно рассматривать как провод к Мирам Незримым, но наблюдающим за нами.

Теперь др[угое].

Трудно остановить уявление роста дел в Америке, но нужно пережить час, называемый "Драконом Порога". У Нас этот час зовется "Завесы Разодрание". Так Мы отмечаем, когда тьма намеревается разодрать завесу, но вместо того лишь открывает дали. Но мужество нужно, ибо где же иначе обнаружить накопление мужества?

Помолчим.

Пусть стараются Наши маленькие друзья, новые помощники идут. Довольно.

Вл[адыка], следует ли приветствовать события в Азии?

− Да, да, да.

Что в Р[оссии]?

− Смутное сознание.

10 ноября 1931,

вторник

Солнце есть сердце системы. Так же сердце человека есть солнце организма. Много солнц−сердец, и Вселенная представляет систему сердец, потому культ Света есть культ сердца. Понять это отвлеченно − [значит] оставит[ь] сердце в холоде. Но как только Свет солнца-сердца сделается жизнью, потребность тепла магнита засияет как истинное солнце. Сказано: "Перейду Сантану по сердцу". Так можно отеплять понятие сердца. Можно считать ритм сердца как ритм жизни. Учение о Сердце светло, как солнце, и тепло сердца спешит так же быстро, как и солнечный луч. Каждый изумлялся, как мгновенно отепляет все луч восходящего солнца. Так же может действовать сердце!

Посидим.

Говорю о теплоте сердца, когда она особенно нужна. Мысль устремления зажигает пространство, но теплота сердца − как постоянный очаг. Мужество живет в тепле сердца, нужно это запомнить! Уявление темных сил − как мороз для посева, лишь тепло сердца дает щит сверкающий. Но как нежно испытывают волны Света, также осторожно нужно приближаться к сердцу.

Помолчим. Спешу.

Вл[адыка], одно слово ускользн[уло] из сказанного ночью.

− Прилив дикости в Америке.

Кто свершает преступление?

− Шайка сатанистов.

11 ноября 1931,

среда

Сердце, предавшееся добру, излучает благодать непрестанно, независимо от намеренных посылок. Так солнце не шлет преднамеренных лучей. Сердце, злу поклявшееся, будет извергать стрелы сознательно и бессознательно и непрестанно. Сердце добра сеет вокруг себя здоровье, улыбку, духовное благо. Сердце зла уничтожает тепло и, упырю подобно, высасывает жизненные силы. Так непрестанна деятельность сердец добра и зла. На низшем плане Бытия условия добра и зла разнятся от значения их в Высшем Мире. Можно себе представить горнило сияющее Света и тьмы зияющую пропасть! Так ужасно скрещиваются мечи демонов и Архангелов! Среди искр боя сколько сердец привлекается к Свету и тьме!

Посидим.

Нужно ясно вообразить непрестанное излучение сердца. Нужно понять, почему сердцу добра так болезненно присутствие сердца зла. Ни улыбка, ни насильственная ужимка зла не скроют сердечное излучение. Утверждение добра в сердце вовсе не исключает справедливого негодования, но раздражение есть область зла. Только устремление к Иерархии может утвердить границу между многими чувствованиями.

Помолчим. Будьте очень осторожны. Довольно. (Болела голова и затылок).

Что озн[ачает] видение?

− Нравственный облик противников.

Принять ли Юр[ию] приглашен[ие] Конд[аковианум] Инст[итута][20]?

− Не вижу препятствий.

Не имеет ли значение их антибольш[евизм]?

− Нет.

12 ноября 1931,

четверг

Трудны скрещивания токов, как скрежет мечей! Если даже разрыв бумаги отягощает сердце, то какое сокращение нервов вызывает скрещивание токов разнородных, различных напряжений! Пусть снова обратимся к панацее; лишь напряженное устремление к Иерархии может ослабить все стрелы токов.

Теперь др[угое].

Урусвати видела утвержденный Звенигород. Уже в рекордах будущего установлен облик Нашего Города. Дом Культуры утвержден как центр Города. Так же показаны все предательские столбы, могущие обмануть сонное сознание.

Посидим.

Устройство явления великого Города находится в Моих Руках. Урусвати может усмотреть со временем и другие части строительства. Но не будем слишком много уделять времени будущему, когда настоящее так требует всего устремления. Сказано, что Рука не оскудеет, но для этого сбора и корзины должны быть готовы у каждого. Так можно не упустить, что так близко. Учитель на Башне не упускает ни даже горсти глины, чтоб лепить новые возможности. Чую немало тяжелого, но Мы и вы должны знать, что самые тяжелые камни полагаются в основание, но не на кровле.

Помолчим.

Много напряжения в атмосфере. Дрожит твердь. Нужно не снимать панцирь Гуру. Учитываю натиск, но также вижу, как можно использовать каждое движение врага. Довольно.

Как действует О[яна]?

− Правильно.

13 ноября 1931,

пятница

Вы знаете о воздействии человеческих эманаций на растения. Вы знаете также о воздействии цвета. Теперь нужно напомнить о значении звука. Тождественность этих воздействий замечательна. Если для увеличения потенциальности нужно открытое, светло−звучащее сердце, то в звуковом воздействии нужен консонанс и все комбинации доминанта. Явления диссонанса не могут усилить ток энергии. При воздействии на людей диссонанс может быть полезен как противоположение, для усиления ритма сознания; но при растениях, где сознание минимально, диссонанс лишь является задерживающим условием. При минералах диссонанс будет даже разлагающим началом. Поистине, роза будет символом консонанса, и доминанта свет[а] розы [будет] соединен[а] с сиянием сердца. Не много опытов производилось со звуком на растения, но древние полагали, что лучшие цветы росли при храмах, где было много созвучий голосов и музыки.

Посидим.

Удивление мира чую, когда, несмотря на трудное время, ваши дела расти будут. Вот уже запечатлен в Акаше Звенигород, значит, он неминуем и отразится на земном плане. Неизменен закон о непреложности всего запечатленного в Акаше. Это процесс надземного творчества, но не всегда к нему прибегают. Лишь в час усиленных темных сопротивлений дается Щит нестираемый как Знамя Владык и Звенигород как земной Центр Владык, ибо эта твердыня может стоять лишь на новом месте и под известным направлением от полюса к Шамбале.

Помолчим. Трудно, но значительно. Довольно.

Вл[адыка], как развиваются действия в Манчжурии?

− Отлично.

14 ноября 1931,

суббота

Ищите и приобщайтесь ко всему тонкому, утонченному в веществе своем. Не только говорю о предметах, но о людях. И среди людей выбирайте не тех, кто желает лишь материальных явлений. Но даже среди признающих духовность ничтожны будут те, которые устремлены к грубым проявлениям. Не они первые по[до]йдут в Царство Сердца. Может быть, что иные, не видевшие Тонкого Мира, но понявшие его в сердце своем, опередят магов и всех волхвов. Утверждение внутреннего глаза и открытие огней зависит от утончения сознания; только эти врата ближе всего к сердечному Царству. Маловеры, желающие вложить пальцы в раны Света, не могут открыть сердце свое для молниеносного познания. Истинно, испытывайте все сущее! Но без сияния сердца испытания будут как тление вчерашнего дня.

Посидим.

Не отвлеченно слово о познании сердцем. Кто не может понять это утончение, как же постигнет высшие огни Тонкого Мира? Без этого познания духовного как же путник войдет и примет тонкий эфир, питающий тело высшее? Непригодно будет познание призраков, которые окутывают своим покровом разложения. Так испытывайте мир сердцем.

Помолчим.

Главное, избегать ссор эти дни. Довольно.

Посл[ать] телеграмму о Камнях?

− Так еще утвердите значение Камней.

15 ноября 1931,

воскресенье

После всех разграничений неминуемо приходим к синтезу сердца. Не будем упоминать, что молчание есть смешение всех звуков, потому научимся сопоставлять сердце с молчанием. Но это молчание не будет пустотою, оно наполнит пространство синтезом мысли. Как сердечная молитва не нуждается в словах, так молчание наполненное не нуждается в формулах. Молчание напряженное нуждается во многих наслоениях мыслей и желаний благих. Так сердце, напряженное молчанием, насыщенным как динамо, отбивает ритм Мира, и личные желания претворяются в ведущую Мировую Волю. Так вырабатывается сотрудничество с дальними мирами.

Посидим. Потушите лампу.

Утроение Черных Сил указывает на решительные моменты. Можно понять, что если нейтрализуем Ватикан, значит, решительные действия начались. Можно собирать очень широкий фронт. Нужно не забывать, что левые силы многочисленнее правых, потому нужно на них обратить внимание достаточно. Нужно принять за неизбежное, что сражение будет непрерывно. Так нужно понять, что имя Р[оссийской] А[зии] растет с именем Рериха. Довольно.

16 ноября 1931,

понедельник

Обычна жалоба на недостаточность Руководства. Люди привыкли покрывать жалобами свои особенности. Между тем, именно Руководством человечество не обижено, лишь бы замечали все даваемое! Множество импульсов, возникающих вследствие духовных воздействий, пропадают не только без пользы, но даже делаются вредными, оставаясь в кладовых сознания в перетолкованном виде. Можно утверждать, что самая малая часть воздействий находит справедливое применение; особенно мешают привычки, загоняющие сознание в условные пути. Они же обессиливают способности сердца, когда оно готово звучать на Руководство Высшее. Сердце, именно, знает, где оно, Высшее или низшее, но обессиленное, затуманенное сердце само окажется на низшем уровне, тогда даже Высшее покажется низшим. Чистота сердца есть самая нужная собственность. Мудрость, мужество и самоотверженность не вмещаются в затуманенном сердце. Но Руководство будет шептать деяния подвига, и такой совет не должен показаться ужасным и суровым.

Посидим.

Множество самых настоятельных посылок претворяются в неясные колебания. Можно следить, как часто даже достойные духи не применяют вовремя данное указание, и как ничтожны мешающие обстоятельства. Несоизмеримы поступки и привычки сравнительно с посылками Свыше! Опять не нужно мечтать о магических формулах, чтобы привлечь Руководство, оно близко, и магнит чистого сердца очистит путь. Самое значительное приобретение будет этот магнит, привлекающий и открывающий. Сердечно помолчим. Истинно, радостно побыть с чистым сердцем! Пусть завтра не будет ссор. Довольно.

17 ноября 1931,

вторник

День десятилетия Учр[еждений].[21]

Истинная торжественность складывается высшим напряжением. Торжественность не покой, не удовлетворение, не конец, но именно начало, именно решимость и шествие по пути Света. Неизбежны трудности как волна устремления! Неизбежны ужасные давления, иначе немощен взрыв. Но разве радость приходит в легкомыслии? Там лишь похоть. Но радость в торжестве духа. Торжество духа при утверждении незыблемых начал. Когда поднимается Знамя Мира, можно быть полным торжественности.

Так сегодня Щит Наш над зданием, украшенным Знаменем Мира. Можно признать непоколебимым утверждение Знамени Короны Мира и объединения прекрасного как ступеней Знамени. Ненависть как зарево победы. Торжественно приходит время сояснения начал Наших. Праздник Знамени Мира − Праздник Владык.

Посидим.

Всемирный Совет Культуры сломит много перегородок и откроет новые решения поверх ничтожных границ. Утверждение Всемирного Президента − Наш удар темным. Община Культуры несравнима с притворством современного коммунизма. Не короли, не рабы, не богачи, не нищие, но люди начнут решать дела мира во имя Прекрасного. Ту чистую ступень утверждаем сегодня. Сердце, возложившее на себя крест Мира, поможет возношению жертвы. Сохраните торжественность, избежите ссор и ветхих слов.

Помолчим.

Ясными словами скажите о всемирной Лиге Культуры, так запечатлеем Праздник Торжественный.

Можно сказать в телеграмме и письме?

− Да, да, да.

Можно доверять ... ?

− Да, увидите: пригодится Рим.

Можно ли принять Юр[ию] шефство над р. гр. мол в. Пар[иже]?

− Все и отовсюду.

18 ноября 1931,

среда

Множество уже близких возможностей разлагаются людскими жалобами, порожденными саможалением. Когда люди начинают взвешивать, сколько кто пожертвовал и сколь мало получил от Учителя, то смысл Учения пропадает. Люди учитывают полученое как плату поденщика, не соизмеряя получение с вечностью, для которой они существуют. Как неприложима мысль оплаты добрых намерений со смыслом совершенствования! Но нужно сказать, что многие предпочитают обрядиться поденщиком не из сердечной испорченности, но из невоспитанности воображения. У многих чувствознание Вечности отсекается устремлением к саможалению.

Посидим.

Но повторено во всех Учениях о тяготе плоти, чтоб устремить внимание к преимуществу духа. Нужно принять Учение как начало к истинным преимуществам, которые не могут быть отчуждены. Нужно оценить, как Учение углубляет сознание и действительно дает в жизни возможности, если они не отвергнуты. Это простое соображение редко принимается во внимание; люди предпочитают жаловаться в пространство, вызывая на себя каменный дождь. Но не устрашать будем, иначе скажут о недостатке любви. Явлению любви люди приписывают такие странные обстоятельства, что кажется, что их любовь живет на монетном дворе! Между тем, нужна любовь для пути в Беспредельность. Проводник так нужен; когда мы на гладких скалах ищем в последнем напряжении спасительную нить, тогда Рука Ведущая коснется нас. Урусвати знает восхождение.

Помолчим.

Когда говорю: осторожность не значит, что отвращаю от действия. Довольно.

Владыка, что означ[ало] видение ослепительного света сегодня ночью?

− Не только сегодня, но уже несколько раз.

В этом свете намечалось очертание Лика.

− Мой Лик.

− Как прошло 17-е?

− Не худо.

19 ноября 1931,

четверг

Даже в самые древние времена люди понимали значение сердца. Они считали сердце Обителью Бога; они клялись, полагая руку на сердце. Даже самые дикие племена пили кровь сердца и съедали сердце врага, чтобы усилить себя. Так показывали значение сердца. Но теперь, в просвещенное время, сердце умалено до физиологического органа. Древние пили из черепа врага; чаши священных обрядов изготовлялись из теменной кости. Те, которые знали о центре колокола, понимали, что магнетическое нагнетение преображает костное вещество. Но теперь лишь смеются над сильными целебными веществами. Самое ничтожное нахождение привлекает множества потребителей, но сильнейшие химические лаборатории забыты. Между тем, натуральные соединения трех царств природы дают сильнейшие соединения. Нужно, прежде всего, напомнить о значении сердца как соединителя миров. Огонь сердца разве не есть самый пространственный огонь?

Посидим.

Можно очень понять постоянное, приписываемое древним, общение с дальними мирами, магнетизм которых приносит силу невесомую, но разве не чует сердце самые тончайшие вибрации?

Теперь др[угое].

Конечно, идея Императора полезна. Если даже он не будет силен, но мир услышит слово забытое. Так нужно приучать мир к неожиданностям. То мощное утверждение постоянного движения полезно. Усвойте неожиданность союзников. Не нужно ждать обычных правил; мир примет охотнее неожиданность, нежели затхлые законы.

Помолчим. Темные очень хотят знать, что Мы придумаем теперь. Щит будет охранен осторожностью. Довольно.

Вл[адыка], хорошо ли лекарство ламы?

− Старое сильное средство.

20 ноября 1931,

пятница

Понятия воли должны быть твердо осознаны и разграничены. Мозговая воля сделалась оплотом Запада, тогда как Восток остался в твердыне сердца. При внушении гипнотизер Запада употребляет волю, напрягая центры конечностей и глаз; но эта эманация не только скоро исчерпывается, но и приносит утомление и, главное, действует на очень незначительном расстоянии. При волевых посылках невозможно пространственное достижение, но сердце Востока не нуждается в напряжении конечностей, не нагнетает без нужды энергию, но шлет свои мысли без ограничения места. Сердечное внушение, как естественный канал сообщения, не наносит вреда внушающему и принимающему. Западный способ постоянно заметен извне, но восточное делание не имеет ничего внешнего, наоборот, внушающий не смотрит на получающего, ибо в сердце имеет образ назначения. Много несомненных преимуществ сердечного делания, но для него нужно, прежде всего, осознать значение сердца.

Посидим.

Например, добрый змий имеет отношение лишь к сердцу. Мощь сердца лишь может вмещать доброе ко всем. Мощь сердца преодолевает решительно все.

Теперь др[угое]. Сердце может знать смысл событий дальних.Сердце может летать в Рим, укрепляя нужные союзы. Сердце может приобщиться к дальним мирам. Пробуйте это лишь посылкою воли, и познаете разницу воли сердца. Майтрейя есть Век Сердца! Только сердцем можно оценить сокровища Майтрейи!

Помолчим.

Лишь сердцем можно понять, насколько все накопления, все чувствознание нужны для будущего.

Вл[адыка], чем объяснить сильные сокращения орг[анизма] сегодня ночью?

− Сокращения от полета.

21 ноября 1931,

суббота

Любовь, подвиг, труд, творчество эти вершины восхождения при любой перестановке сохраняют восходящее стремление. Какое множество привходящих понятий они заключают в себе! Какая же любовь без самоотвержения, подвиг без мужества, труд без терпения, творчество без самоусовершенствования! И над всем этим воинством благих ценностей водительствует сердце. Без него самые терпеливые, самые мужественные, самые устремленные будут холодными гробами! Отягощенными знанием, но не окрыленными будут бессердечные! Тяжко не поспевать к Зову! Тяжко не следовать вполне за Иерархией. Часто люди пытаются скрыть от самих себя отказ от Иерархии. Можешь ли, путник, чистосердечно признать готовность свою следовать за Иерархией? Может быть, готовность твоя лишь до первого поворота, до первой ступени, где лишь Иерархия может помочь? Не забудешь ли ее, именно, в час трудный, или будешь помнить Иерархию только в избытке?

Посидим.

Даже при начале учительства вы не раз изумлялись поворотам и уклонениям даже близких. Можете понять все прискорбие видеть, как на пороге часто ученик стремительно убегает в лес. Моя Рука неотступно с идущим в полной готовности.

Теперь др[угое].

Наполняем пространство вместе; углубляем завоевание вместе; расширяем приходящее вместе.

Помолчим.

Торжественно, не смущаясь, идите. Довольно.

22 ноября 1931,

воскресенье

Граница между достойным и недостойным очень извилиста; лишь сердце может найти путь через все извилины мозга. Но теперь время перейти к познанию духотворчества. Не кажется ли странным многим людям, что даже Тонкий Мир им невидим, тогда как в градации миров он еще достаточно плотен; значит, глаз физический настолько груб, что даже не может различить следующую стадию телесного преображения. Если люди стараются усовершенствовать даже приборы научные, то сколь желательно утончение самого человеческого аппарата! Но без привлечения помощи сердца невозможно продвинуться в этом подвиге. Кто может чуять через сердце, тот уже может двигаться за пределы тела.

Посидим.

Отступничество от духотворчества отодвигает на многие жизни. Непростительно уходить в низкое состояние, когда уже открываются отверстые очи! Попомним, каким трудом пробивается физическая оболочка, какие меры применяются, чтобы сдвинуть сознание после напряжения; можно ли обращаться вспять!

Помолчим.

Правильно не ослаблять дозор, много давления. Довольно.

− Отвечать ли телеграммой Глиденбергу?

− Не важно.

23 ноября 1931,

понедельник

Много одержимых во время перехода человечества к духотворчеству; точно кто-то подделал ключи к слабым замкам. Нужно особенно осмотрительно осматривать людей. При этом нужно помнить, что у одержимых своеобразное мышление, полное противоречий. Желая помочь им, можно или силою внушения изгнать засевшего, или совершенно оставить в покое, даже, если можно, совсем изолировать. Ведь засевшему нужен не столько сам субъект, сколько воздействие через него на окружающих. Хуже всего частично надоедать одержимому, призывая его к здравомыслию, которого у него нет. Худо начать вслух жалеть одержимого или порицать его противоречия. Явление приказа, сильное и поражающее, или изолированность могут облегчить судьбу слабого сердца. Ведь через слабость сердца влезает одержание. Огонь сердца опаляет всех мохнатых гостей.

Посидим.

Отказ от Учителя пресекает все возможности, особенно когда отказ произошел в сознании задолго до одержания. Так люди часто пробуждают уже спящие отрицания, и, конечно, последствием, прежде всего, является отказ от Учителя; ибо каждая хаотичность, прежде всего, возмущается созиданием и сотрудничеством. В хаотичности заложены зерна зла, которые тяжким опытом подавляются. Но в текущие дни неслыханно много одержимых. Темнота тоже хочет проявиться.

Помолчим.

Правильно делаете, держась на страже. Довольно.

24 ноября 1931,

вторник

Первоначально граница между физическим и Тонким Миром не была так резка. В древнейших летописях можно находить отрывочные указания о ближайшем сотрудничестве этих миров. Фокус сердца, при телесном уплотнении, нужен был как равновесие с тонкими энергиями. Сам телесный мир нужен был как переработка веществ для умножения энергий. Но рассудок, как знаете, устремился к обособлению и таким образом затруднил эволюцию. Трудно было время Кали Юги, но Сатиа Юга должна опять сблизить миры, насильственно разъединенные. Нужно ожидать это время торжественно, как возвращение к сужденному совершенству. Так уговоримся уделять достаточно внимания духотворчеству. Можно под этим углом привыкать мыслить. Так нужно относиться к самому значительному в направлении жизни. Кто научится равновесию между мирами, тот уже значительно облегчит путь свой.

Посидим.

Будем радоваться, ибо ускорены многие пути. Чем сложнее, тем лучше, тем скорее развивается энергия. Чтоб подвинуть явление, нужно приложить силы, потому можно радоваться всякому напряжению. Чтобы найти решение, нужны два условия: устремление к Иерархии и нужно вспомнить о всех бывших действиях. Особенно в Наших делах нужно помнить прошлое, ибо не случайно приближались и приближаются люди. Многие прошлые приближенные явятся опять, например, Быстров[22] уже полезен, так же нужно не забыть Геше Римпоче[23] и Устрякова из Алтая, кооператора. Утром могу устранить неприятность, но советую очень проявить осторожность, также и в смысле здоровья.

Помолчим.

Согласие и торжественность пусть сопутствуют Нашим делам. Утроим устремление к Учителю, ибо нужен Он как якорь в бурю. Так хорошо, что и сегодня вместе. Довольно.

Владыка, где и когда будет эта неприятность?

− Моя забота.

25 ноября 1931,

среда

Если сердце аккумулятор и трансмутатор энергий, то должны быть и лучшие условия возмущения и привлечения этих энергий. Самое основное условие будет труд, как мысленный, так и физический. В этом движении собираются энергии из пространства. Но нужно понять труд как естественное наполнение жизни. Так труд всякий есть благодать, и суемудрие бездействия есть самое вредное в смысле космическом. Полюбить бесконечность труда есть уже значительное посвящение, оно готовит к победе над временем. Условие победы над временем обеспечивает ступень в Тонком Мире, где труд есть такое же непременное условие, как и в теле. Жалоба о труде может исходить от рабов тела.

Посидим.

Присоединение сознания Тонкого Мира к сознанию воплощенных будет очередным завоеванием. Ведь Сущее в духе, в пространстве, между мирами; и на Земле лишь посланники претворения энергий и преображения материи. Таким образом, продолжительность жизней воплощенных ничто в сравнении с существованиями во всех прочих состояниях. Туже надо завязать пояс труда, не как несчастье, но как достижение ступени. Пахарь, полагающий силу на преображение коры земной, часто может подать руку самому Риши, благодетельствующему мыслью человечество. Правильно заметили, что каждый жнец был сеятелем и сеятель жнецом.

Помолчим.

И храм в духе, и оправдание в духе, и победа в духе − так можно украсить жизнь постоянным истинным великолепием. Приучайтесь к красоте труда, к творчеству мысленному − так победим тьму. Довольно.

26 ноября 1931,

четверг

Когда вы встречаете человека, воистину устремленного к великим построениям, вы не станете говорить об обеденной похлебке или о ничтожных приключениях вчерашнего дня; вы будете стремиться в будущее в размере мышления вашего собеседника. Так и Мы в беседе намечаем путь будущий, по которому, как по канату к якорю, можно подтягиваться в безопасности и с растущим желанием. Так Мы приучаем сердца строить ритм будущего; ведь без этих подвижек трудно войти в действительность будущего. Так же трудно, как нелегко людям осознать вред многого, ими совершенного. Ясно, что мусор, набросанный в готовую химическую микстуру, изменит ожидаемую реакцию. Никакие силы не вернут первоначальное соединение; также и дурные деяния не могут испариться. Потому легче предупредить зло, нежели исправить его.

Посидим.

Трудно уничтожить злое действие. Сколько надстроек и башен нужно возводить, чтобы заглушить вой злого узника, который пытается вновь показаться из каждой незатворенной двери. Спросите людей, как неотступно следуют не только злые, но даже неудачные помыслы и дела. Путь жизни обставлен знаками совершений, явленных как нестираемые пятна, потому так мудро стремиться в будущее; в этом полете не успеете запятнать белые крылья.

Помолчим.

Один маленький намек: процесс сублимации существенен в нахождении психической энергии. Отброшенный наукою процесс преображения веществ был долгим трудом найден алхимиками. Потому полезно снова осмотреть старые приемы. Довольно. Говорю о полезности занятий Св[ятослава].

Вл[адыка], сегодня ночью я вливала какую−то микстуру Ориоле.

− Нужно предотвратить несовершенство организма, заботимся о многом. Довольно.

27 ноября 1931,

пятница

Различайте напряжение от утомления. Много сходного между этими различными состояниями. Надо чуять, когда полезно прекратить их, перенеся внимание на другой центр. Золотое равновесие особенно применимо здесь. При утомлении сколько ждущих этого состояния из Тонкого Мира! Не только злых, которые по-своему напрягают волю, но множество безличных развоплощенных пытаются прильнуть к магниту сердца. Люди жалуются на спутанность мышления в усталости; как же не быть ей, когда несвязные мысли низших слоев Тонкого Мира проникают в сознание! Низшие слои нетвердо мыслят, и эти хлопья отрывков мышления засоряют пространство. Четкая мысль ненависти в отношении напряжения энергии все же ценнее, нежели смуть несознательного мышления. Для Агни-йога очень тягостно прикосновение роя серых призраков мыслей. Учитель озабочен прежде всего направлением мышления. При больших расстояниях развивается и наибольшая скорость и устремленность.

Посидим.

Сражение духовное являет прилив крови к конечностям. Урусвати[24]с Чашею огненною не остается позади; помощь верная, когда пламенеющее сердце собирает вокруг себя мужественных духов. Не на физическом плане сражение, не малые земные силы состязаются, но Силы многовекового опыта собрались решать судьбу свою! Как неожиданные пузыри, набухают земные отражения битвы! Но огненное сердце движется не по земным знакам. Много напряжения!

Помолчим.

О свободе мечтают люди, но в какой темнице держат они сердца свои! Довольно.

28 ноября 1931,

суббота

Свобода драгоценна как охранение личности, как индивидуализация привлеченных энергий. Но именно свобода является самым извращенным понятием. Вместо нее жизнь наполняется тиранией и рабством, именно свойствами, исключающими сотрудничество и почитание личности. Так некоторые умудряются составить существование свое исключительно из особого соединения тирании и рабства. Конечно, люди твердят о свободе, даже не зная особенных качеств ее. Утверждение свободы будет в них возвышением сознания. Усиленные поиски свободы показывают, что дух в потенциале своем стремится к новым восхождениям, но никто не сказал ему, как обращаться с этим сокровищем.

Посидим.

Сотрудничество может быть украшением сознательного духа. Не принуждение, меньше всего соревнование, но усиление энергий посылает понятие сотрудничества. Работа совместная ясна тем, кто поняли Иерархию сердцем. Учитель свободы есть явление Иерархии, ибо, прежде всего, сказано идите кратчайшим путем, соберите ваши силы, утвердитесь в понимании индивидуализации, ибо радуга укрепляется всеми лучами.

Помолчим.

Только явленных предателей изгоняем как космический сор. У остальных Мы находим луч, ими претворенный.

Теперь др[угое].

В переводе "Агни Йоги" лучше сказать "Мировое Невидимое Правительство", по-французски. Также можно перевести постепенно и первую книгу. Довольно.

29 ноября 1931,

воскресенье

Месть справедливо осуждена всеми Учениями. Сам первоначальный проступок может быть и мало сознательным и даже неожиданным, но месть всегда обдумана, сознательна, усугублена в сердце . Месть как мегафон проступка. Потому вред ее в пространственном значении очень велик. Немного месть походит на возмущение; возмущение, как импульс угрозы, бывает скоропреходящ, но задуманные действия мести широко отравляют атмосферу. Сказано, что умысел не равен действию, но нужно иметь в виду действие мысленное. К этим соображениям человечеству трудно привыкнуть. Для современного человечества мысль превратилась в незначительное мозговое сокращение. Не видно глазу следствие мысли, значит, его и не существует; но так мы придем к отрицанию мышления вообще! Сердце находится в лучшем положении, оно производит движение и шум. Так сердце может стучать.

Посидим.

Явление переполнения психической энергией вызывает многие симптомы как в конечностях, так и в горле и в желудке. Сода полезна, чтобы вызвать разряжение, также молоко. Учитель следит за огнями. Огни не только освещают ауру, но они остаются в пространстве, потому значение огней так велико. Выявленные огни, в свою очередь, фокусируют энергии и зарождают новые узлы.

Теперь др[угое].

Некоторые опасности миновали, но глупо будет уменьшить дозор. Мы очень сожалеем, когда видим, как преждевременно люди впадают в самомнение победы.

Помолчим.

Конечно, будем внимательны и осторожны. Спешу.

Вл[адыка], ледяные лучи на солн[ечном] спл[етении] и Чашу, испытанные мною во время музыки, были посланы Вами?

− Да, ибо есть напряжение.

30 ноября 1931,

понедельник

Остерегайтесь от бессмысленного осуждения; оно не только содержит свойство разложения, но и отдает слабого осудителя во власть осуждаемого. Сердце слабое, но жестокое может вызвать противодействие ауры осужденного. При этом обычно судитель не силен сам, иначе он не нашел бы времени для осуждения. Несправедливость осуждения, как и всякая ложь, ослабляет и без того ничтожное сознание судьи самовольного. Потому вред для него получается чрезвычайный, тогда как неправедно судимый лишь выигрывает, усилив магнит свой привлечением новых аур. Могут спросить: "К чему этические рассуждения в книге ''Сердце''?" Но прежде всего нужно напомнить о гигиене сердца.

Посидим.

На гигиену сердца нужно смотреть как на необходимую деятельность. Нужно отбросить все рассуждения об отвлеченной этике. Хорошо то, что здорово во всех измерениях. Мы настаиваем, что каждый вступивший на путь Учения будет, прежде всего, здоров духом. Можно ли во зле следовать к Свету? Истинно, Свет обнаружит каждую крупицу зла!

Помолчим.

Смотрите на часы общения как на молитву, как на отбрасывание всего злого и разрушительного. Мысль не противоречит добру, значит, Врата Блага открыты, это самая нужная гигиена сердца. Довольно.

Вл[адыка], к чему сказано: "Несчастье, несчастье"?

− Много пропадает готовой пряжи везде, но никогда не применялись такие меры, как сейчас.

Упоминание о Ядвиге?

− К Германовой, поясню завтра.

Вл[адыка], как лучше приступить к сублимации мускуса?

− Поясню подробно. Довольно.

1 декабря 1931,

вторник

Обратим внимание на некоторые, как бы неудачные, действия, но которые в основе своей имеют как бы особое значение. Иногда можно наблюдать, как человек совершает какие-то действия почти без возможности успеха, но нечто заставляет его действовать именно так. Подобные действия обычно бывают недурными по существу, но они отплачиваются часто несправедливо. Все это кармические платежи; получающий, конечно, забыл о них и растерял по пути многие духовные накопления; но платящий, тем не менее, стремится отдать долг, хотя бы даваемое одеяние уже было не по мерке. Тем не менее, долг будет заплачен, если даже его не сумеют принять. Можно также наблюдать платеж за других, близких по сердцу лиц.

Посидим.

Когда-то Урусвати обещала монахине взять ее с собою, и теперь вы честно позвали Германову,[25] но она лишь возмутилась, ибо, как сказано, около нее темные. Она опять вредит. Уже собрался пустить стрелу, но это средство уже последнее. Очень характерный случай отвергания. Уже заплатили ей, и эта карма кончилась. Сестра Альбина была иною, но слишком мечтала побыть в миру.

Теперь др[угое].

Пока крыша деревянная, но будем совместно стараться о железной. Не нужно думать, что тягость есть конец, наоборот, развитие действий. Не замедлить нужно сосредоточиться на Мне, еще более сосредоточиться. Правильно письмо Урусвати, только Моим страхом можно держать ручного зверя.[26] Не время изгонять, ибо устранить нужно предательство Германовой!

Помолчим.

Для каждой сублимации, прежде всего, совершенная чистота нужна. Можно видеть удачу, где хотя бы некоторая опрятность соблюдена. Советую Урусвати особенную осторожность с горлом − тепло и молоко. От напряжения страдает центр. Спешу.

Для чего нужен литий?

− Конечно, для сублимации и также для очищения. Довольно.

2 декабря 1931,

среда

Древнее сказание передает, как некий царь, желая освободиться от всех посторонних влияний, спросил совета у мудреца; тот сказал: "В сердце своем найдешь освобождение". Но царь возмутился, отвечая: "Недостаточно сердца, стража вернее". Тогда мудрец простился, говоря: "Главное, тогда не спи, царь!" В сказании указано, как единая защита, наше сердце. Недаром все Учения предписывают перед сном молитвы, чтоб утвердить благую связь. Человечество не любит подумать, что больше трети жизни оно проводит во сне, подвергаясь особым и неизвестным воздействиям. Наука мало уделяет внимания значениям сна, этому пребыванию в Тонком Мире. Разве не нужна крепкая связь с Иерархией, когда мы на пороге неведомого нашему обычному сознанию Подумайте, почти половина жизни проходит вне земного существования!

Посидим.

Конечно, продолжить сознание в следующую область поможет сердце, готовое ко всем трем мирам. Кто же захочет иметь участь царя, положившегося лишь на стражу!

Теперь другое.

Как говорил, давление велико, можно лишь укрепиться на Мне. Можно послать самое сильное устремление к Нам. Так не забудем, что дозор привлекает усиленное внимание врагов, но сердце не явлено темным. Слушай, Яруя, Мой шепот и решай сам! Много протечет волн и каждая своего значения. Завтра почуешь, на чем решать, но главное поднять к Нам сердце.

Помолчим.

Еще больше ко Мне. Еще ближе ко Мне. Не просто зову, но указываю Единые Врата. Довольно.

3 декабря 1931,

четверг

Во всех Заветах явлены символические повести, как пустынники и святые заставляли демонов служить и работать на пользу. Действительно, это вполне возможно в случае бескорыстного импульса. Утверждаю, насколько все темные служат построению, когда сила приказа самоотверженного сохраняет сердце повелевающее. Но одно условие может быть опасным и губительным − раздражение, полное империла, открывает доступ темным. Где раздражение, туда направляются разные пришлецы, стремящиеся поживиться и усилить действия яда. Сколько ткани порвано, сколько испытаний, опытов нарушается, к радости злобствующих! Советуйте принять это не как сказку, но как опасную действительность. Не исчезает начало добра и зла.

Посидим.

Здоровье есть следствие прошлого, потому мудрее хозяину позаботиться о том, чтобы не создавать последствий. Пусть почитание Меня, как Охранителя, станет насущным. Ведь желаю выпрямить оседающую спираль. Понять нужно сущность Учения, преображающего сердце. Если это не важно и не наполняет жизнь, то все слова и знаки обращаются в ненужный мусор.

Помолчим.

Признательность есть одно из самых реальных по последствиям понятий. Можно приучиться к нему даже на мелочах. После в школах нужно говорить о признательности как о залоге благосостояния. Так стою на дозоре! Довольно.

4 декабря 1931,

пятница

"Болезнь от греха" − говорит Писание. Скажем болезнь от несовершенства прошлого и настоящего. Нужно знать, как приступить к излечению болезни. К огорчению всех врачей, совершенствование будет истинной профилактикой. Можно понять, что совершенствование начинается от сердца и имеет не только пространственное значение, но и узко-материальное. Матери носят детей у сердца как панацеи успокоения, но обычно не знают, что держание у сердца есть мощное воздействие. Так и в Тонком Мире мы берем к сердцу для укрепления и излечения. Конечно, сердце теряет много энергии от столь сильного применения, но также не раз изображалось сердце матери пронзенным мечами и стрелами − символ вбирания в сердце всех явленных болей.

Посидим.

Не только выраженные болезни, но при зародышах их особенно действительно излечение сердцем. Теперь почти забытое средство, но оно не менее мощное, нежели переливание крови, ибо воздействием сердца передается тончайшая энергия без неприятных низших примесей крови. Ту заботу о сердце дающем нужно не забывать при мысли о совершенствовании.

Теперь др[угое].

Кто же скажет, что этот год не был замечательным, именно, теперь впервые брошено в пространство имя Ф[уямы] в связи с Р[оссийской] А[зией]. Теперь пошатнулась Англия, и нужные границы обозначались на Востоке.

Помолчим.

Нужно беречься в великой работе, и физической, и тонкой. Поймите сердце как Наш резервуар. Довольно.

5 декабря 1931,

суббота

После двух недель кажущегося, поверхностного устремления человек приходит к заключению или о своей непригодности или об отсутствии Высшего Мира. Между тем, тот же самый человек говорит слуге своему после года службы: "Слишком краток срок, еще не могу повысить тебя". Даже в земных, низших делах люди понимают значение сроков. Лишь в соображении высшего порядка люди не хотят знать сущность усвоения. Трудно говорить тем, кто сердцем не дорос или успел угасить его. Казалось бы, огни сердца очень естественны и просты в проявлениях, но какие долгие сроки нужны, чтобы это соединяющее понятие низшего с Тонким Миром обозначилось в физическом мире. Конечно, множество огней требуют приспособления к ним, чтобы ввести кажущуюся случайность в цепь ритма. Мало кто стремится стать вселенским гражданином, много забот требует звание это, и наблюдательности, и зоркости, и, прежде всего, неукротимого устремления.

Посидим.

Как же внушить неготовым людям, что предмет Мира Высшего заслуживает сердечного отношения? Трудно с людьми, ничего не знающими, но еще труднее с людьми, проглотившими Учение как ложку похлебки; от них можно ждать особого предательства и извращения. Нет такого знамения, которое убедило бы совращенное сознание, что ему нужно смотреть не только на ближних, сколько внутрь себя. Как можно видеть огни, когда глаз ищет морщинку на лице соседа! Можно холодным сердцем удивляться и сомневаться в достижении другого и засыпать золою каждую искру сердца. Удивляетесь, как люди могут глотать без вреда яды, но не подумаете, откуда пришел иммунитет. Не от строения стенок желудка, но от огня, заложенного в сердце.

Помолчим.

Конечно, и доброе, и торжественное должно быть чувство, когда впервые по миру возносится Знамя Владык. Очень жесток бой вокруг Знамени, но где же Знамя не привлекает усилие врагов? Знамя Владык, и вы поднимаете его. Явление Мира Нового.

Вл[адыка], которая планета называется "the planet of Salvation" [англ.: планета спасения]?

− Явление еще закрыто, ибо скоро небосклон значительно изменится, выступят новые тела.

Ост[авить] ли мне без примеч[ания] утв[ерждение] в "S[ecret] D[octrine]", что М[айтрейя] последн[ий] из Ават[аров] седьмой расы?

− Да, оставь, пока не скажу. Ибо Майтрейя и седьмая раса правильны как путь к следующему Тонкому Миру. Майтрейя открывает расу Тонкого Мира, где значение Аватара совершенно иное. Можно предполагать, что Мир низший не переменится. Конечно, эволюция приведет к синтезу Тонкого Мира. Довольно.

6 декабря 1931,

воскресенье

Несбыточным может казаться новый Тонкий Мир тем, кто не обращал внимания на так называемые феномены, удостоверенные фотографиями, Х-лучами и подписями свидетелей. Припомним кто-то отзывается на космические явления; кто-то слышал дальние голоса; кто-то участвовал в Тонком Мире, видя его; кто-то светился; кто-то поднимался на воздух; кто-то ходил по воде; кто-то ходил по огню; кто-то поглощал яды без вреда; кто-то не нуждался во сне; кто-то не нуждался в пище; кто-то мог видеть через твердые тела; кто-то писал двумя руками; кто-то мог привлекать животных; кто-то мог понимать язык без знания его; кто-то мог понимать мысли; кто-то мог читать закрытыми глазами закрытую книгу; кто-то не чувствовал боль; кто-то среди снега развивал жар сердца; кто-то не мог не чувствовать утомления; кто-то мог помогать лечением; кто-то мог явить знание будущего. Так можно перечислить все явленные феномены и множество поучительных примеров из жизни. Но на мгновение соберите все эти качества в одно тело и получите новое человеческое преображение, указанное во многих Учениях.

Посидим.

Главное в этом преображении, что все отдельные части его уже явлены, даже среди несовершенного существования. Значит, при определенном устремлении можно сильно подвинуть человечество к преображению всей жизни, потому будем помнить о великом огне и о здании огненном сердце. Ведь не сказка, но дом Духа!

Помолчим.

Люди хотят свидетельства, но перед ними множество удостоверений, значит, прежде всего, нужно помнить о них и понять силу мысли и огня сердца.

Теперь др[угое].

Мышление указывает человеку значение Культуры, и сейчас развитие Нашего движения. Довольно.

7 декабря 1931,

понедельник

Целители разделяются на две группы: одна являет исцеление положением рук или непосредственным взглядом, другая на расстоянии посылает сердечный ток. Конечно, для будущих построений второй способ имеет преимущество. При сердечном излучении не нужно поражать многие центры больного, но, не отягощая его внимание, можно лишь действовать на больную часть, поддерживая организм в борьбе за организм.[27]Вы знаете, насколько неощутимы Наши касания, чтобы не нарушить самодеятельность. Также вы помните, настолько Мы избегали физических проявлений, допуская их, насколько нужно было для очевидности известной ступени. Мы стремимся дальше, как только увидим понимание. У Нас зовут лентяя нарушителем Закона Жизни. Целители сердечным током действуют как в физическом, так и в тонком теле. Нужно обращать внимание на феноменальную сторону жизни, она гораздо существеннее, нежели кажется.

Посидим.

Нужно соизмерять силы, когда их требуют во всех направлениях. Можно понять значение битвы, когда утомленные воители возвращаются для новой битвы. Истинно, первая задача йога в распределении и экономии сил. Недаром щедрый сердцем не будет напрасно махать руками. Ныне особенно нужна бережливость, ибо не надо лишними тратами напрягать энергию. Нужно быть на дозоре.

Теперь др[угое].

Обращайте внимание на все приходящее. Магнит ведет, и не нужно упускать пришедшее. Можно видеть, как Знамя растет, к нему пошлите все доверие. Помолчим. Год кончается значительно, как указано. Довольно.

8 декабря 1931,

вторник

Даже самый высокий Йог иногда действует и исцеляет сознательно, иногда же по Высшему Лучу без личных решений. Если бы люди усвоили Высшие Лучи, они обереглись бы от смешанного воздействия. Пространство переполнено разнородными скрещивающимися лучами и токами. Без устремления к Иерархии сколько случайных и злонамеренных перебоев могут пресекать чистое устремление! Мы привыкли уже к тому, что люди лишь в опасности, очевидной для них, прибегают к Нам, но во время главных опасностей, незримых, они не умеют держать связь с Иерархией. Так нужно привязать себя к Лучу Иерархии, именно слиться с ним как неотрывная часть. Ведь даже высший Йог иногда действует по Высшему Лучу.

Посидим.

Как можно уберечь людей, если они сами не желают держаться спасительной нити! Удержание по правильному направлению уже есть победа. Наша помощь готова литься, лишь бы было кому и во что. Кто же может помочь Нам своим прямым и простым устремлением сердца, может найти этот провод и верный путь.

Помолчим.

Довольно.

9 декабря 1931,

среда

Люди не хотят наблюдать явления Тонкого Мира, рассыпанные везде. Так же они не могут представить, что этика есть практическая фармокопея, чтобы простейшим путем привлекать пространственные энергии. Не утомитесь, твердя о необходимости осознания применения сердца для привлечения высших возможностей. Люди забывают о приложении самого простейшего способа дезинфекции жизни. Много говорят о значении огня, но совершенно забывая, что живой огонь есть лучший очиститель. Люди получили электричество, но должны были изолировать сущность энергии, оставив лишь мертвый свет. Костер, дрова, лампады, свечи будут очищать пространство и уничтожать многие заразы. Можно видеть у знающих людей наряду с электричеством также и живой огонь, который так легко привлекает пространственное пламя. Спросите врача какое место занимает зажженная свеча среди дезинфекций? Он, наверно, сочтет этот вопрос бессмысленным, потому что ему не приходило в ум подумать о живом огне. Откуда же лампады во храмах, как не для очищения? Откуда древние обычаи окружать больного огнем? Так огонь бывает врачом и охранителем. Живой огонь в печи часто предотвращает болезни работников. Костер, как очищающий символ, поистине, медицинское понятие.

Посидим.

Даже о таких простых предметах, как живой огонь, нужно говорить в книге "Сердце". Лучшие люди довольствуются светом электричества, забывая, сколько болезней приносят энергии, заключенные умышленно. То же и с лучами. Почему не замечают, как икс-лучи действуют на сердце? Также не хотят замечать влияние металлов на сердце. Нужны многие опыты, чтобы, хотя немного, научиться управлять окружающими условиями. Люди желают освободиться от болезней, но спешат умножить их.

Помолчим.

Пусть не думают, что Мы отсталые противники изобретений, напротив, Мы зовем к открытиям новым.

Теперь др[угое].

Нужно очень принимать во внимание особые условия настоящего времени. Нужно понять сдвиг народов, образование новых явлений огненных, которые могут тяжко влиять. Кто может сохранить торжественное настроение, поступает правильно. Согласие и бодрость, но очень берегите сердце. Спешу.

10 декабря 1931,

четверг

Главное недоумение обычно в том, почему люди не могут видеть Тонкий Мир физическим глазом? Но, конечно, потому, что глаз не может еще преодолеть трансмутацию эфира. Представьте себе фотографическую съемку против окна: никогда не удастся получить ясное изображение внутренних предметов или дальних очертаний. Также, выходя из темноты на солнце, мы бываем ослеплены и поражены силою синего света. Умножив эти световые явления до бесконечности, получим свет Тонкого Мира, который неподготовленному глазу покажется тьмою. Так же иногда недоумевают, почему некоторые, казалось бы, ограниченные люди, имеют видения Тонкого Мира? Прежде всего, потому, что они если и понизились сейчас, то в прошлом они имели какое-то очищенное действие, иначе говоря, сердце их когда-то уже пробуждалось. Особенно замечательно, что качество сердца не исчезает, оно может очень однобоко проявляться, но все-таки будет в потенциале.

Посидим.

Также, отчего женщины часто пробуждаются для Тонкого Мира? Потому что работа сердца гораздо тоньше, и тем трансцендентальность является облегченной. Истинно, Эпоха Матери Мира основана на осознании сердца. Именно, только женщина может решить проблему двух миров. Так можно призвать женщин к пониманию сердцем. Это будет, прежде всего, полезно еще тем, что качество сердца вечно. Уже много разных подвигов среди женщин, но теперь, вместо костра, женщине дано пламя сердца. Не забудем, что при каждом важном достижении необходимо женское начало, как основа и сущность. Сердце не может открыться для Тонкого Мира, если не будет поднято особым подвигом.

Помолчим.

Прошлые дни были тяжки, ибо Сам Хозяин Земли придумал массу препятствий. Но уже значительная часть преодолена. Довольно. Нужно беречься.

11 декабря 1931,

пятница

Сколько сказано об языке сердца, но все же для большинства он остается неприменимой отвлеченностью. Не будем настаивать на высших формах этого способа сообщения. Постараемся усвоить начальные основы, которые должны быть явлены незамедленно и без особых подготовлений. Каждый язык, прежде всего, имеет назначение взаимопонимания, значит, нужно стараться не только понять собеседника, но и делать для него свою речь легко усвоимой. Для этого умейте говорить на языке собеседника; говорить его словами, его построениями; только так он легко запомнит и примет в сознание вашу мысль. Так научимся вмещать слова собеседника и незаметно перейдем к характеру его мышления. Формы высшего общения будет уловление мысли без звука.

Посидим.

Нужно научиться вмещать сорок способов чужих выражений. Каждое Наше выражение озадачивает противника, но его собственное привычное выражение сразу входит в сознание, как его собственное мышление. Так можно свое сознание приучить к гибкости выражения. У Нас это зовется сердечным переводчиком. И в других сердечных соприкасаниях главное избежать самости, которая может быть названа темным глазом. Необходимо, чтобы основы Учения применялись в жизни не как прихоть одного дня, но как длительное упражнение без всякого раздражения и огорчения.

Помолчим.

Так Наши враги, хотя бы под водительством самого Сатаны, будут побеждены. Указ Наш не будет изменен, если удержитесь от предательства, которое стучится во все двери. Но совершенно непредвиденными комбинациями Мы избегаем преследователей. Считаю, как важно посылать добрые мысли всюду, они как противогазы.

Теперь др[угое].

Явление Моего уполномоченного может начаться самым неожиданным образом, потому так важно, чтобы не отталкивать приходящих. Можно письма в Париж Таубе,[28] чтобы как можно шире говорил о вмещении и доброжелательстве.

Теперь др[угое].

Но будьте осторожны со здоровьем, ибо можно ждать попыток Его. Довольно.

12 декабря 1931,

суббота

Поранение тонкого тела должно стать предметом научного изыскания. Такое поранение случается гораздо чаще, нежели можно думать. И при битве, и при неудобствах возвращения в физическое тело можно наблюдать повреждение, которое всегда отражается болью физической; притом болевые ощущения сосредотачиваются на наиболее напряженном месте организма. Конечно, чаще всего страдает сердце. Можно понять, что сердце является жизнедателем, но зато пламенное сердце больше всего стремится в бой. Самое ценное среди физических ощущений будет пульсации сердца, когда они связываются с развитою работою тонкого тела. Также поучительно явление изменения веса, когда тонкое тело покидает физическое.

Посидим.

Множество опытов можно произвести в связи с тонкими телами, но, прежде всего, нужно усвоить чувствительность сердца и понять моментальное движение тонкого тела. Если врач применит технику отнятия ноги к исследованию сердца, он, конечно, окажется убийцею, как часто и бывает. Особенно возмутительны случаи применения к сердцу ядов, забывая, что сердце не может воспринять яд, и тонкое тело повреждается от подобных преступных лечений. Насколько проще, для прекращения страдания, действие внушения и растительное лечение. Для этого нужно иметь лиц, знающих, что такое внушение.

Помолчим.

Много причин сохранять торжественное настроение. Явление Нашего Знамени нуждается в окружении сердцем, чтобы оно могло расти. Спешу.

13 декабря 1931,

воскресенье

Истинно, все сердечное преуспеяние покоится на моральных основаниях. Эти основы претворяют физическую природу и оживляют дух. Конечно, вас могут спросить как стоит это условие у темных, если иерофанты владеют некоторыми огнями? Правильно понять, что темная аморальность покоится на дисциплине страха. Нужно видеть, насколько жестока эта дисциплина! Когда Мы очень бережно принимаем во внимание закон Кармы и ценим индивидуальность, на той стороне дисгармония и разрушение, и основы поддерживаются тиранией. Конечно, на низших ступенях страх является надежным средством. Так темный устрашитель появляется как суровый кредитор. Но можно иметь в виду сплоченность темных, аморальных уничтожителей. Часто малоподготовленные воины не хотят знать силу врагов, но ведь можно пронзить сердце как от груди, так и через спину. Потому [умейте] изучать приемы врагов!

Посидим.

Не только токи, но и зовы пространства нарушают физическое равновесие. Множество тянется к магниту пламенного сердца. Зовут в страдании, и великодушное сердце не может отказать зовущему. Так устремление к Магниту может отнимать энергию его, но это неизбежно, и каждый Магнит подлежит этому условию. Конечно, потенциал сердца только возрастает от этих упражнений. Но явление зовов имеет другое важное значение, ведь пространство пронизывается лучшими устремлениями, и эти лучи плетут светлую сеть мира. Понявшие сеть лучших зовов поймут подвиг отшельничества, которое вовсе не одиночество, но, наоборот, служение, открытое страждущим.

Помолчим.

Моя родная воительница, много зовов к тебе. Хорошо, что полет тонкого тела не требует времени, иначе не поспеть.

Теперь др[угое].

Конечно, приближаются многие люди, нужно давать им пищу духа. Можно видеть, как посылаю их, чтобы нужные опоры строились. Заметьте, посылаю организации, чтоб из них учредить явление всемирное. Довольно.

Не заменить ли Крамера?[29]

− Да!

14 декабря 1931,

понедельник

Человечество ужасается всему так называемому сверхъестественному, забывая, что ничто поверх сущего не может быть сверхъестественным. Потому очень настаивайте, что Агни Йога и Учение Сердца ничего сверхъестественного содержать не могут. Особенно будьте осторожны с молодыми до тридцати лет, когда не все центры могут функционировать без вреда сердцу. Необходимо высказывать, насколько Наша Йога не содержит никакого насильственного колдовства и никогда не будет производителем Хаоса! Нужно зажигать молодых подвигом, который преобразит их сущность и незаметно для них самих подготовит сердце для будущего совершенствования. Так нужно как можно проще и радостнее отплывать к Острову Белому, как иногда зовем Наше Место.

Посидим.

Приобщение к Агни Йоге происходит просто, так как многие знаменательные опыты и достижения совершались просто. Каждый шаг ценен, когда он непосредственен в своем неуклонном стремлении. Мы проходим столько специальностей только для того, чтобы слить их в сердце [для] претворения. Кто же не запылает, если костер уже подожжен?! Сколько сердец уже готовы для будущего воспламенения!

Теперь др[угое].

Мы указуем иметь воодушевление, несмотря на трудное время; так воодушевление поможет сцеплению нужных частей.

Помолчим.

Черные звезды показывают нагнетение, нужно избегать поступков неподобающих. Довольно.

Вл[адыка], как часто в опасностях и в минуты, могущие вызвать сильнейшее раздражение, я чувствую абсолютное спокойствие в сердце. Могу говорить очень сильно, без малейшего раздражения.

− Кто не испытал подобное состояние, не может себе даже представить его. Конечно, и это состояние зовется броня сердца.

15 декабря 1931,

вторник

Не отрицай, не ужасайся, не удивляйся − эти условия облегчат соединение феноменальной стороны с обычностью. Конечно, вы на собственном опыте убедились, что феноменальная сторона совершенно естественно вошла в жизнь вашу, нисколько не нарушая производительности труда, но даже увеличивая работоспособность. Это замечание имеет тем большее значение, что принято думать, что усмотрение феноменального в жизни отрывает от производительности. Совершенно наоборот, явление стремления к беспредельному учит, как велики человеческие возможности. Также много недоразумений вокруг понятия испытания. Конечно, известно, что даже миры находятся на испытании, но мозг людей привык к судебному и школьному испытанию, потому он всегда способен представить себе каких-то испытателей, полных уловок и ухищрений, лишь бы осудить несчастного, попавшегося в их руки. Между тем, испытателей нет, но есть наблюдатели как человек распорядится своими знаниями. Конечно, нужно пенять не на наблюдателей, но на самого себя.

Посидим.

Испытания делаются для самого ученика, как вехи пути, которые он замечает, когда переходит в Тонкий Мир. Так мы учимся для проверок в разных состояниях, потому следует понять сущность производимой работы. Сколько незаметных трудов в физическом мире дают прекрасные следствия в тонком состоянии так широко нужно оценивать труды. Часто казалось бы отвлеченное производство дает самые конкретные нахождения и, казалось бы, самые точные исчисления дадут лишь опыт терпения. Явление испытания самое благодетельное и входит в систему древних Учений.

Помолчим.

Хорошие дела совершаются, проявите крайнюю настороженность и бережливость. Явление пророчества Мною дано. У Нас и этот год полон значения. Знамя Сергия можно хранить в Париже. Довольно.

16 декабря 1931,

среда

Нетерпимость есть признак низости духа. В нетерпимости заключаются задатки самых дурных действий. Нет места явлению роста духа, где гнездится нетерпимость. Сердце не ограничено, значит какое же сердце должно быть, чтобы лишить себя беспредельности! Нужно искоренять каждый признак[, который может вести к идолу] нетерпимости. Человечество изобрело разные преграды к восхождению. Темные силы всячески пытаются ограничить эволюцию. Конечно, первым натиском будет действие против Иерархии. Слышали все о силе Благословения, но по невежеству превратили это благодатное действие в суеверие. Между тем, сила Магнита и есть усиление благословением. Много говорят о сотрудничестве, но при каждом созидании нужно утвердить сознание. И что же непосредственнее укрепляет мощь, нежели луч Иерархии!

Посидим.

Кто же поймет сущность труда непрерывного, кто укрепится средоточием на Иерархии, кто освободится от сложных формул, чтобы перенести в сердце средоточие, тот поймет сущность будущего.

Теперь др[угое].

Утверждаю, что мы служим преображению материи в энергию, и тем никто не может умалить значение человека и его прохождение через низшие слои. Это бытие можно считать послами переодетыми, настолько сущность не отвечает случайной форме жизни, она может быть прекрасна!

Помолчим.

Утверждаю устремление к явленному построению храма сердца! Так будем называть осознанное сотрудничество. Довольно.

Правильны ли данные в алхим[ических] книгах?

− Правильно, но нужно добавить духовную сублимацию, это нужно при всех опытах. Теперь спешите сосредоточиться на Мне, это нужно для многих достижений.

17 декабря 1931,

четверг

Великий дар открывать ясновидение прикосновением к солнечному сплетению. Этот процесс может совершаться как в физическом теле, так и в тонком, ибо принадлежит к числу процессов неразрушимых, но для этого нужно владеть сильным магнитом сердца. Так можно, при известном развитии, творить полезные действия, поднимая дух человечества. Конечно, следствие и выражение ясновидения очень различны, но потенциал его приводит организм к среде, которая в разных обстоятельствах ведет человечество к совершенствованию. Недаром дар открытия ясновидения и яснопонимания принадлежит Матери Мира.

Теперь др[угое].

Отложение психической энергии, конечно, совершенно реально, как в царстве животном, так и в царстве растительном. Можно помнить, что уже помянутое рингсэ содержит отложение психической энергии, которая обладает качеством неразрушимости и жизненности. Так, подобно твердому куску мускуса, рингсэ содержит тепло и действует на служение явления Высшего Мира. Конечно, можно находить психическую энергию в зачатках среди зерен, особенно во время брожения. Пшеница, рожь, ячмень, кукуруза и многие растения и корнеплоды могут дать опыты жизненной энергии. Конечно, опыт продолжителен, требующий точности, терпения и свободы сопоставлений фактов. Ибо могут быть замечены самые неожиданные сопоставления и явления отражения в различных областях.

Посидим.

Уже указывал вам о необходимости обнаружить крайнюю настороженность, потому что время решительное. Опять прошу о том же и об устремлении ко Мне. Нельзя сегодня думать как вчера. Прошу в мыслях двигаться вперед, как и говорил сегодня Свати. Ничто иное не может так помочь Нам среди битвы. Можно ожидать всяких терзаний, но помните, что Мы с вами, что считаем вас сотрудниками в мировом движении. Ничто не должно нарушать устремление. Не только Мы знаем, как астральный мир помогает, но и течение земное укрепляется наполнением новыми мощными Силами.

Теперь др[угое].

Хотя ничто не изменит течения Светил, но дух − помощник лучей, и потому будем сильными вместе и не отяжелим победу.

Помолчим.

Необычное единение двух миров, у Нас полагают, начнется новым процессом обновления положения в мире. Опять прошу провести это время в единении и в великодушии. Шлю последние пожелания скорых решений. Довольно.

Почему я передала дар ясновидения служанке бывшей, Маше, когда могла бы передать этот дар более нужным сотрудникам?

− Не одной Маше, но очень многим. Но должен сказать, что дух ее необычно предан Свати и собирается уже на землю.

18 декабря 1931,

пятница

Когда зову устремляться ко Мне, значит, посреди битвы возник опасный момент и нужно объединение сердец. Невозможно представить себе полную победу в Беспредельности, но зато так же невозможно и поражение. Часто врач переносит боль в другое место, чтобы убедить в относительности ее, но сотрудники не нуждаются в таком примере. Когда позваны строители большого Плана, не может быть относительности. Когда опасен час, болит сердце. Можем думать о разных причинах, но основа тоски и тревоги одна, именно, суровая часть битвы. Было бы невозможно представить битву как продвижение без препятствий. Так Мы на страже и зовем сотрудников стать плотно.

Сядьте.

Судорога Мира как судорога сердца. Ничто не заставит устрашителей оставить нападение, также ничто не освободит чуткое сердце от трепетания, когда нечто драгоценное подвергается нападению. Но можно сказать всем, чтобы не ужасались, ибо пока строй крепок, ничто не проникнет. Но трепет сердца неизбежен, как на Башне, так и везде, где есть преданность. Будем отличать это чувство от атмосферных воздействий, которые, даже при напряжении, не могут дать  того воздействия, которое дают психические рефлексы. Утверждаю спокойствие насколько возможно, ибо Мы бодрствуем.

Помолчим.

Потому и прошу особую настороженность. Прошу особое единение, даже в Тонком Мире усилена битва. Довольно.

Конечно, то же трепетание от токов, сильнее от отрывания от высших слоев, но может быть сильнейшее, когда явление космической битвы приносит час опасности. Довольно.

19 декабря 1931,

суббота

Хвалите врачей, которые в начале каждой болезни дают сильное тоническое средство. Поздно гнаться за болезнью, когда уже обессилело сердце. Усмотреть зарождение болезни и влить новые силы для борьбы с нею есть задача врача, потому Мы, прежде всего, обращаем внимание ваше на мускус. Но недостаточно для всех драгоценного вещества, потому еще раз обращаю внимание на растения, входящие в пищу мускусных животных. Конечно, этот состав будет слабее самого мускуса, но все-таки он даст оздоровляющее вещество, которое можно применять широко. Так можно будет избежать главного врага человечества − всех наркотиков. Не очень трудно находить составы пищи животных, к тому же можно найти способ обходиться без убийства.

Теперь др[угое].

Можно обратить внимание на характерный спазматический вздох, сопровождающий известные духовные подъемы. Также достаточно характерно ощущение как бы бродящих по коже мурашей во время бесед с Нами. В процессе опытов нахождения психической энергии оба ощущения найдут свое значение.

Сядьте.

Быстрота непрерывной передачи равняется быстроте Света. Характерно сопоставить все области огня; так можно усмотреть замечательные аналогии, которые могут убеждать в единстве основ. Куда можно обернуться, когда отовсюду указываются объединяющие признаки?

Теперь др[угое].

Сядьте, говорю, ибо время напряженное − нет мирного "посидим", но сядем на страже как недремные и неопалимые воины. Не правда ли, лучше побыть на дозоре, но приблизить сроки. Как мощная батарея являет старинный закон о невидимо невидимых, так вы Наша батарея, невидимо видимая и несущая лучи Наши. К тому и указую единение и торжественное настроение тем поможете Нам. Не шутка такое сотрудничество. Для Плана сохраняем вас здесь. Сами видите, сколько попыток с разных сторон и сегодня, и завтра, но вы помните Указ Мой и кругом остережетесь. Так можно уже видеть оформление Наших Заветов. Могу шепнуть, что гораздо больше внимания уделяется, нежели вам кажется, на разных материках.

Помолчим.

Советую принимать до беседы соду. Довольно.

20 декабря 1931,

воскресенье

Если не научимся здесь, на Земле, расчленению свойств полезности и вреда, то где же приобретем этот опыт? Следуя закону сердца, нужно пристально различать в каждом явлении части полезные и вредные. Редко все свойства явления хороши или дурны, но сердце понимает, где искры света и пыль тьмы. Новое нельзя слагать по условным, предрешенным и земным помыслам, но нужно помнить, что широко проливается Благодать; искры ее заносятся вихрем космическим к различным очагам. Сами видите, как неожиданно прививаются семена растений, также много видов человеческих различий. К тому же и говорю о вмещении.

Посидим.

Хорошо делаете, различая особенности выражений; именно, в этом заключается музыка духа. Неслучайны все оттенки речи! Сколько психического пламени пробегает по нервам, окрашивая речь!

Теперь др[угое].

Думаю, можно раньше приступить к печатанию книг по-русски. Можно заметить, как выдвигаю новые центры, чтоб влить новые силы. Конечно, можно переводить книги на все языки, если найдется человек желающий. Подождите с третьей, так можно двигать по новым направлениям.

Помолчим.

Когда Мы указываем на напряжение пространства, сами видите, как не только извне, но и внутри возникают трепетания. Довольно.

Владыка, хорош ли бальзам от рака?

− Прежде всего, от ревматизма, от старых ран, но может предупреждать первые явления рака. Ингредиенты хороши, идут от халдеев, и многие из них входят в состав христианского мирро, но с прибавлением оливкового масла. Довольно.

21 декабря 1931,

понедельник

Каждая мысль рождает действие. Самая ничтожная мысль создает крохотное действие; потому мыслите широко, чтобы даже при утере все же оставался достаточный потенциал для существенного последствия. Пусть люди часто не умеют хорошо действовать, но, по крайней мере, они бы могли воспитывать в себе добрые широкие мысли. Подчеркиваю воспитание мысли, ибо пыль темная уничтожает красоту создания. Трудно обратиться к мысли о хорошем строительстве, когда туман крови застилает сознание, но рано или поздно придется обратиться к силе очищенной мысли. Потому лучше начать скорее.

Сядьте.

Двадцать четвертого хочу преподать вам очень важное действие. Хочу, чтоб вы приняли в широком мышлении. Когда Мы указывали вам самые трудные действия, вы были успешны, ибо шли без сомнения, без осуждения, доверяя Мне, зная в сердце, что желаю вам пользы и всего успешного. Так нужно принимать Указ Владыки. Можно принять его формально, без трепетания сердца, тогда он сразу покажется неудобным и невозможным. Но пламя сердца осветит все доступы и проходы. Правда, время нагнетения, но тем более нужно сохранять твердую волю и мысли.

Помолчим.

Так будем смелыми, как бывали раньше. Лишь большими действиями мы опередим обстоятельства. Так будем хранить и здоровье, и мысли. Довольно.

Владыка, обратить ли нам сугубое внимание на вредн[ую] деятельн[ость] Кельца?[30]

− Не более, нежели на Тедж-Рама,[31] не доверяйте ему двум. Довольно.

22 декабря 1931,

среда

Корень представления глубокая основа Бытия. Без представления не может быть устремления познания и творения. Как может дух творить, если он не убежден представлением? Как может говорить о Высшем Начале, если в Бытии не будет заложено представление? По этому мерилу различается ценность духа. Явление это без представления окажется танцем скелета, но, как видите, сейчас нужен бальзам для гниющих частей человечества.

Посидим.

Дурно иметь в жилых помещениях части животных-людоедов и прочие предметы некромантии. Кто уразумел значение магнетизма в человеческом организме, тот понимает, как живучи флюиды организма и как неестественно смешение флюидов человека с животными в разных формах; потому всякое людоедство есть праздник сил темных. Кроме того, тела низших слоев Тонкого Мира особенно льнут к некромантии.

Теперь др[угое].

Если спросят, что случилось с Кельцом, скажите: пожран людоедом.

Теперь др[угое].

Бальзам Люмоу не только полезен как физическое средство, он хорош как противодействие от сил темных. Конечно, можно ввести малую дозу деодара и Балу, так он может [быть] особенно полезен от начального рака. Но следует помнить, что все средства зависят от духовного состояния, ибо оно вызывает сотрудничество психической энергии. Явление бальзама будет первым средством аптеки Люмоу. Спешу. Для очень постепенного применения, но даже аромат будет ей полезен. Спешу.

23 декабря 1931,

четверг

Меры действительно принимаются особые. Сергий имел обычаи прежде использовать все мирные возможности, прежде чем допустить убийство. Степень мира относительна, но по опыту Моему знаю, что каждое мирное углубление может дать последствие лучшее. Наш План предусматривает самые мирные последствия, чтобы лишь поднявшие меч от своего же меча погибнут.

Явление самых величественных опытов сведено на шутки факиров. Вместо рощения манго силою мысли они ловко подвешивают плод и ветку. Так же умалены лучшие человеческие достижения, но Мы будем следовать путем исконным, чтоб не нарушить законы Бытия.

Сядем.

Можно ожидать самых резких выпадов, но первые ряды не пострадают. Конечно, все неискренние хвосты сметутся сами. Кто же проявит понимание Нашего Плана, будет безопасен. Понять нужно, как важны все мирные решения, также нужно помнить, что не миллионы решают, но узор первых носителей по всему миру. Явление Урусвати сегодня показало, как залпы врага не достигали тех, кто были уже ближе других. Подумайте о счастье работать под Рукою Братства.

Помолчим.

Завтра большой день. Довольно.

24 декабря 1931,

пятница

Тридцать первый год был Знаменем Владык − это верно так же, как под камнем Гума лежит пророчество. Тридцать второй будет Вратами Владык − это так же верно, как под камнем Гума лежит пророчество. Но поможем к Вратам приблизиться. Пишите Указ в Америку. Пусть все Наши Учреждения и Общества сохраняются и развиваются, но поверх их пусть входит в жизнь Всемирная Лига Культуры. Пусть все члены Наших Учреждений будут вместе с тем и членами Всемирной Лиги Культуры. Знак Владык золотом на пурпуре будет нагрудным знаком Лиги. Она вместит следующие отделы: первый отдел мира; второй духовного совершенствования; третий науки; четвертый искусства; пятый материнства и воспитания; шестой ремесел и труда; седьмой кооперации и промышленности; восьмой охраны безопасности; девятый землеустройства и промышленности; десятый здравия охранения. Остальные войдут как части указанных отделов. Так справедливость найдет место в мире. Войско в охранении безопасности, и казна в сотрудничестве кооперации. Конечно, духовное совершенствование вмещает религии и философии. Отделы предполагают Советы и Председателей, так пусть привыкают к названию верховного Президента, между собою называя вождем. Пусть в Америке теперь же понемногу формируют Лигу. В Париже Таубе имеет поручение собрать русскую Лигу во всех странах, широко находя пригодных людей, не стесняясь их разновидностью. Пусть начало будет малым, без особых воззваний. Пусть этот год формирует преддверие мирового движения. Мы пошлем лучи по разным странам, но, главное, не отталкивать приходящих и воздерживаться от ссор как от невежества. События наступающего года помогут движению Культуры развития как последнему прибежищу. Пусть никто не считает это движение неновым, оно будет порогом Нового Мира. Так Мы допускаем всемирные средства, чтобы использовать все меры Мира.

Посидим.

Вл[адыка], почему несли меня на носилках, была ли я так слаба?

− Наоборот, как богиня − Хранительница Заветов Нового Мира.

Так пусть каждый высказывается, охраняя инициативу, ибо личность есть явление ценного цветка. Укажите, чтобы из Америки написали, как Указ Сергия, в Париж. Там Таубе соберет малыми группами, ибо не имеет значения, каким отделом начать, вероятно, ему будет ближе Мир. Но сурово напоминаю, чтобы Лига не исключила Наших существующих организаций, не меняя их наименований. Пусть и Св. Франциск, и Шекспир, и Спиноза, и Ориген служат Культуре. Также и вопрос казны, среди разнообразия, найдет решение. Устремление к дальним странам поможет избежать вредных скоплений. Не вижу лекций о самой организации, но над всеми культурными выявлениями нужно иметь титул Лиги Культуры. Можно также все явления Наших Обществ печатать в сотрудничестве с Лигой Культуры. Так Мы пойдем путем расширения и восхождения. Пишите в Америку и пошлите текст того, что нужно им писать в Париж.

Помолчим.

Знамя у Престола, барабаны бьют − значит, в поход! Конечно, путь в Сибирь через Монголию. Нужно иметь явление Лиги в Японии и в Монголии. Уявление новых сочетаний поможет обессилить врагов Света! Накопляйте вопросы о Культуре, ею войдем. Посылаю мысли крепости к знаменательному году. Довольно.

25 декабря 1931,

суббота

Теперь советую ученым обращать внимание на чувствительность организма к различным необъяснимым явлениям, например, явление мурашей; конечно, можно их объяснить нервными сокращениями. Но поучительно обратить внимание, нет ли в окружающий атмосфере чего-то постороннего, ведь эти наблюдения так полезны при исследовании психической энергии. Нечто нагнетает физическую атмосферу и воздействует на поверхность кожи и нервов. Физическое воздействие химически должно было быть исследовано как ускоряющее сокращения. Лучи и токи, ведь они так близки Тонкому Миру! Но для этих исследований, прежде всего, нужно научиться обращать внимание на ощущения. Сами врачи менее всего уделяют внимание разнообразию чувствованиям. У них сложные организмы разделяются на примитивные перегородки, которые мешают утончить наблюдения.

Посидим.

Нужно каждый день мыслить о задачах Нового Мира. Нужно устремляться к Новому Миру как к чему-то стоящему уже за дверьми. Нельзя предоставить кому-то постороннему заботиться о Новом Мире, когда он должен быть осмыслен каждым из нас. Мы должны собираться хотя бы малыми группами, чтобы привыкнуть к общественности. Нужно понять эти завязи как образования будущих частей построения.

Помолчим.

Когда говорю "помолчим", для многих это молчание просто потеря времени, но многие уже понимают значение вобрания благодати и окутывания близких как магнетической одеждою.

Теперь др[угое].

Не для печатания будем привыкать ко Вратам Владык, вчера оповещенных. Нужно привыкать мыслить о них как о сужденных. Довольно.

К кому было обращение сегодня ночью?

− К оповещенным и почитающим Хранительницу. Довольно.

26 декабря 1931,

воскресенье

Распространяйте Благо всеми мерами. Жаль видеть, как иногда крупинка останавливает целое колесо. Великое сердце вмещает многое, но сердце малое более всего наполняется малыми вещами. Зло не должно быть предоставляемо беспрепятственному распространению. Пример сада и бурьяна достаточен. Пригласите сладкопевцев погулять в бурьяне, и они утратят всю медоточивость. Но воители Блага не остынут по пути следования! Так пусть будут сердца судьей, где начнется Благо!

Посидим.

Прошу не усмотреть в сопоставлении зла и добра условное деление, ибо границы так извилисты, что не поддаются земному измерению. Главное затруднение в том, что Тонкий Мир очень приближается и являет постоянное воздействие; но, будучи хаотичным, он поражает каждую строительную явленную сознательную группу. Конечно, самые великие явления особенно загрязняются отбросами.

Теперь др[угое].

Прошу верить чувствознанию Урусвати. Пылающее сердце знает даже значение малых вещей. Помолчим. Думаю, что и теперь Т[еджъ-]Р[ам] может привлечь большее внимание, нежели гниль Кельца.

Знач[ит], Т[еджъ-]Р[ам] так вреден?

− Да, помолчим.

Отпустите Кельца на месяц и запросите Мерила[32] о дальнейшем, но укажите на необходимость этики и экономии. Предоставьте ему судить в пользу Учреждения, избравшего его советником. Так пусть Америка отвечает за граждан. Пишите сильно, ибо защищаете Учреждение Америки. Но обратите внимание на вред Теджь-Рама и Рум-Чана.

Он испорчен?

− Большевик.

Теперь др[угое].

Знамя Владык над вами. Пусть сердца ваши устремятся к Нам.

Вл[адыка], чем так вреден Теджь-Рам?

− Подрывает основы. Хуже полиции большевик.

Вл[адыка], хорош ли Battle?

− Хорош, но стар.

Можно искать молодого?

− Можно. Ко Мне нужно стремиться.

Вл[адыка], как помочь Америке?

− Шлю огромную − теперь легче, когда Ояна учит стремиться к самому большему. Довольно.

27 декабря 1931,

воскресенье

День поднятия Знамени Мира в Америке и на Гималаях.

Чтение мыслей проистекает из чувствознания. Не искусственная магия, не выпучивание глаз, не держание рук, но огонь сердца соединяет тончайшие аппараты. При этом имеются две трудности − читающий может быть окружен несколькими проводами, и тот, чьи мысли читаются, может мыслить настолько нечетко, что и сам не может установить свою основную мысль. Но чтение мыслей поучительно не только как феномен для современного сознания человечества, но как научное физическое изыскание о передаче токов. Столько знаменательных опытов ожидают очередь! Все вы знаете световые явления, но никто еще из ученых не исследовал происхождение этих светов. Будут ли они оптическими глазными явлениями, или они пространственно-химические? Может быть, конденсация энергии этой может положить начало новому освещению? Все эти явления относятся к изысканиям психической энергии.

Сядем.

Почему можно думать, что человечеству суждено ограничиваться лишь одним видом космической энергии, называемой электричеством? Могут быть многие каналы явлений энергий. Но, конечно, людям способнее сперва обратить внимание на свой микрокосмос, на сердце, в котором дремлют все энергии Мира.

Очень рад, когда обращаете внимание на чувствознание Урусвати, это истинное накопление!

Теперь др[угое].

Поймите Лигу Культуры как конгломерат всевозможных организаций, от духовных до кооперативов все могут поместиться под куполом Культуры. Потому не нужно опасаться, если будут примыкать неожиданные организации. Мы не белоручки, мы должны перевязывать многие гноящиеся раны. Мы должны иметь внимание ко всему, составляющему жизнь. Явленную Лигу можно начать не опасаясь неудачи. Только не нужно кричать на площадях. Пока не трогайте Эйнштейна и прочих советников, идите с народом, пока древо врастет.

Помолчим.

Торжественно уничтожайте все мешающее. Так устремитесь к Нам. Довольно.

Правильна ли мысль отослать Кельца в Америку?

− Тигр сожжен. Довольно.

28 декабря 1931,

понедельник

Если существует яснослышание и ясновидение, то должно быть и яснообоняние. Конечно, в явлении психической энергии оно имеет особое значение; не только энергия конденсируется в аромате, но она вызывает то спазматическое вдыхание, о котором уже упоминал. Поучительно вспомнить, как странно претворялась древнейшая мудрость, выродившаяся в нелепые обряды. Когда читаете об обычаях Египта, Китая и других древних народов о приветствии посредством нюхания и вдыхания, то трудно распознать в этом память о психической энергии, сохраненную от исчезнувших рас; но даже и теперь открытое чувствознание показывает сущность окружающей атмосферы. Это не есть вопрос запаха, но именно сущности.

Посидим.

Достоверно известно, что некоторые ароматы вызывают на поверхности кожи при устье нерва напряжение психической энергии. Некоторые сорта роз и ингредиенты известного вам бальзама Матери Мира полезны для этого. Само благодетельное воздействие бальзама много усугубляется явлением вызванной психической энергии. Потому различные виды накожных заболеваний и разрушения материи так поддаются этому действию. Конечно, когда прибавлена ясность сознания, следствие еще усиливается. Потому хорошее внушение полезно даже при самых лучших медикаментах. Не забудем, что эти указания полезны для исследования психической энергии.

Помолчим.

Ныне можно радоваться, что Врата Владык начнут открываться. Но сколько черных звезд придется отогнать твердостью духа. Довольно.

Влад[ыка], в книге "Sano Tarot"[33] Вы указывали главн[ым] обр[азом] на солн[ечное] сплет[ение] и центры живота.

− Ибо сперва солнечное сплетение, но высшее − сердце, оно дает построение Нового Мира, и все служит сердцу.

Вл[адыка], бальзам Матери Мира?

− Так он назывался в древние времена. Можно еще выпарить спирт, чтобы дать густоту.

29 декабря 1931,

вторник

Неполный сон не есть еще бессонница, которая губительна, отрывая от Тонкого Мира. Наоборот, неполный сон иногда ведет к нужным следствиям, удерживая рвение тонкого тела во время духовной борьбы. Конечно, бывает и ненужность сна, но это особое состояние. Сердце во время сна может давать очень замечательное наблюдение. Постепенно можно выявлять деятельность сердца в связи с участием в жизни Тонкого Мира. Можно выяснить, как, с одной стороны, сердце зависит и отражает космический пульс, но во время непосредственного участия в Тонком Мире сердце будет давать своеобразный темп от Мира Тонкого. Так рядом внимательных наблюдений можно установить связь Тонкого Мира с Космосом и физическим миром. Место человеческого сердца есть накопление и претворение энергий, но важно опытным путем показать человечеству значение вибраций.

Сядем.

Теперь подумаем о строении. Жаль, что Тарухан не может понять смысл Учения, его построение довольно старо. В Южной Америке можно найти Павловского, он пригодится Лиге Культуры. Можно Модре написать в Буэнос−Айрес. Также в Париже Таубе найдет совсем новые имена, но лучше искать в Югославии и Чехословакии, ибо там можно найти сотрудников среди местного народонаселения. Считаю, что в Японии удастся теперь же собрать группу. Консул может дать совет. Утверждаю новое сотрудничество с Монголией через Германию.

Теперь др[угое].

Кто может поверить, что сражение может дать тягость и напряжение во всем организме. Но могут засвидетельствовать даже врачи, сколько подавленного состояния наблюдается. Пошлем мысли в Америку мысли крепости. Нужно, чтобы в Америке привели в известность все списки выражений симпатий, в разных случаях списки получатся блестящие. Спешу.

30 декабря 1931,

среда

Грядущий век должен освободить человечество от всякого рабства; можно это достичь сотрудничеством Иерархическим. Не устанем твердить о сотрудничестве. Нельзя осознать значение всеобнимающего сердца, если вместо сотрудничества будем мечтать о всевозможных видах рабства. Так при изучении магнитных токов будем знать, что сознание сотрудничества удесятеряет мощь всех соединительных токов. Может показаться странным, как может этическое понятие сотрудничества влиять на физическое понятие токов? Так может думать некто, не знающий об истинной науке, но вы достаточно знаете, насколько неделима область духа от физических законов.

Сядем. Можно петь и сослужить Нашему торжеству. Конечно, это торжество будет лишь одним из многих, которые сопровождают поражение врага. Удалось отменить землетрясение, и это избавило от потрясения Нашу родную Свати. Не думайте, что мало заботимся о вас. Даже все незначительные действия, совершаемые вокруг вас, парализуются. Философов, конечно, видный сатанист, и вы не сомневайтесь, что Ложа в Варшаве сильна. Польская медиумистичность пригодна для темных.

Помолчим.

Для ожога бальзам годится лишь в проходящей стадии. Так прошу записать все ваши наблюдения.

Что след[ует] прикл[адывать] к ожогу?

− Муку картофельную. Спешу.

31 декабря 1931,

четверг

Во всем можно различать Манвантары и Пралайи. Решительно от мельчайших явлений до смены миров можно видеть этот величественный закон. Можно понять строгую прогрессию, связующую малейшее с величайшим. Также единообразно сменяются ощущения нашего организма и сознания. Мы можем или чувствовать постижение, или оказываться на краю пропасти незнания, как бы перед великою пустотою. Но на гребне познания мы будем помнить о незнании. Также перед пустотою будем сознавать, что это Майя Пралайи, ибо нет пустоты. Так помните, что мираж пустоты сменяется неисчерпаемостью сокровищ духа. Сегодня что же сказал вам? Только одно слово − Неисчерпаемость! Пусть это будет заветом Грядущего. Когда осознаете Беспредельность, то должны привыкать и к качествам ее. Неисчерпаемость будет тем первым качеством, которое обрадует каждое смелое сердце!

Сядем.

Самошествующая − так поймите, когда дух идет к сферам огненным. Кто же может понять размер битвы, когда Хозяин Земли врывается в ток? Он надеется устрашить своею дерзостью, но можно жалеть его в затрате сил. О явлении устрашения он забыл, что Мы умеем знать все Врата.

Теперь др[угое].

Каждое Наше явление искони сопровождается смехом Хозяина Земли, но в том повторении он забыл о находчивости. Но когда белое воинство сплочено, ничто не осилит его, ибо сила Огня ужасна! Явление Совета Культуры записано на Скрижалях Наших, и напрасно будет шептать враг как бы предвосхищая.

Помолчим.

Год очень значительный, встретим тождественно. С Нами Непобедимое Знамя дорога открыта прямо. Родная Свати, год значительный − много зовов и крови в пространстве. Довольно.

1 января 1932,

пятница

Даже самые знающие люди с трудом могут переложить действие Тонкого Мира на физическое время! Почти немыслимо представить, что для отлучек в Тонкий Мир почти не требуется физического времени. Можно совершить самые дальние полеты в Мир Тонкий, но часы земные отметят это лишь секундами, настолько измерение Тонкого Мира разнится от физического. При этом нужно заметить, что когда происходит насильственное выделение тонкого тела, то слова спящего не отвечают стремительности тонких действий и уже подвергаются закону физического мира. Так ум физический также действует законом физического мира, лишь нервная психическая энергия подвергается закону Света.

Посидим.

Сотрудники Тонкого Мира нередко мчатся для сотрудничества, сами не замечая отсутствия своего. Лишь головокружение иногда дает знать о феномене, ибо считается необычным сотрудничество с Тонким Миром, но скоро такое положение изменится.

Теперь др[угое].

Конечно, трудный момент вызвал Свати на битву. Так положение уявления темных увеличилось, и Мы должны стоять на дозоре.

Теперь др[угое].

Кто может подвинуть час космической, спасительной эволюции? Можно знать, что Знамя Наше как Маяк в бурю, и посев Культуры как противоядие.

Помолчим.

Замечайте и малые знаки. (Картина Н[иколая] К[онстантиновича] "монгол на коне в степи" странно осветилась, образовав сияние вокруг головы монгола, как бы знак грядущего подвига. Утром, одеваясь, в центре колокола услышала ликование врага.) Да. Довольно.

2 января 1932,

суббота

Хотел показать, насколько при раздвоении духа усиливается космический пульс. Невозможно усвоить все напряжение окружающих энергий при физическом теле. Лишь иногда недлительно можно воспользоваться пригодными условиями, чтобы дать понятие о сложности окружающего. Только незнание может помыслить о примитивном ращении Космоса! Явление тончайших сплетений энергий дает необходимое поле для исследования, но главное препятствие в нетерпении и во взаимном недоверии. Как же можно нащупать неповторяемые явления, если ощущающий забудет дать знак о них и исследователь не будет держать инструменты наготове? Мы весьма советуем устройство биохимической лаборатории, но, конечно, для серьезных и длительных опытов.

Посидим.

Особенно нужно наблюдать внимательно все знаки здесь, на высотах. Нигде не собрано столько особых условий, нигде нет сочетания Высших путей с множеством людей у подножия. Нигде нет таких ледников и подземных горячих источников. Нигде нет таких глубоких расселин, и нигде нет таких выделений газов и магнитных течений. Нужно найти все широкие мысли, чтобы ученые могли, даже не зная сущности психической энергии, приложить свои опыты ко всем царствам Природы. Так можно найти многие забытые сокровища и очистить жизнь. Нужно особенно обратить внимание на психическую энергию как ключ к будущему! Много изысканий направлено по ложному следу. Нужно принять общее положение и к нему прикладывать подробности.

Теперь др[угое].

Наш План может показать вам, как к основанию наслаиваются нужные детали. Теперь не забудем, какое небывалое время, но сколько небывалых сочетаний оно выявляет!

Помолчим.

Конечно, ваши сны и видения боя верны − напряжение велико!

Вл[адыка], что означ[ает] видение крылатой сферы?

− Поясню завтра. Довольно.

3 января 1932,

воскресенье

Искра между концами магнита показывает, как претворяется мысль в физическую посылку. Неутомимо посылаем подробности сердечнопламенного опыта. При этом многое, касавшееся сверхобычного плана, становится более физическим, тем следуя за эволюцией.

Теперь др[угое].

Не следует думать, что указанная битва слишком продолжительна. Но даже физические сражения продолжались месяцами и годами, потому и наивысшая битва не может разрешиться немедленно. Где же та молния, которая может мгновенно пронзить зло? Но если собрать подобную молнию и немудро обрушить ее, то, прежде всего, пострадает вся планета. Лишь несведующие могут допустить нарушение основного закона.

Сядем.

Очень опасна битва! Настоящие дни еще опаснее всех предыдущих. Нужно собрать все силы и бережливость и неслыханное терпение. Приходится отослать многие корабли, чтобы окружить неприятеля. Неизбежно это время, ибо всякое ускорение вызывает и нагнетение. Так не следует считать Мои Указания чем-то побежденным, но, наоборот, нужно лишь напрячь внимание на Нас.

Теперь др[угое].

Нужно внести в журнал, чтобы все, относящееся до Лиги Культуры, вносили в отдельный журнал, совершенно отдельно от Музея. Необходимо, чтобы Лига Культуры принимала особенные размеры, таким образом избежим ненужных нареканий.

Теперь др[угое].

Сообщите немедленно сказанное Удр[ае] и Яр[уе], чтобы никто не мог сказать, что он не знал о необычайной серьезности битвы. Спешу.

4 января 1932,

понедельник

Много говорят о творчестве вибрациями, и при этом устремляют глаза куда-то ввысь, забывая, что каждый человек есть не только трансмутатор энергий, но и создатель утонченных вибраций. Если сердце есть трансмутатор энергий, то психическая энергия утончает вибрации. Классические мистерии своими изысканными ритмами напоминали о значении вибраций. Также каждая работа, когда делается проникновенно, является источником утонченных вибраций, потому говорю о качестве работы. У древних замечались хорошие и дурные дни. Это было также напоминанием о чередовании, о тех же манвантарах и пралайях, но приложенных к земному существованию. Для вибраций каждый ритм, каждое чередование, каждое качество будет основанием сотрудничества с Космосом. Когда говорю "ищите ближе", подразумеваю и качество каждой работы как истинное творчество. Мы не любим ханжество, ибо в нем лживость, иначе говоря, нет напряжения и качества. Так будем помнить во всем о сотрудничестве с Космосом.

Сядем.

Нужно помнить, что при духовной битве могут быть необычные вибрации и, конечно, нельзя ожидать стройности их.

Теперь др[угое].

Можете спросить Меня, что Мне нужно сейчас от вас? Нужна преданность, чтобы она очистилась от всех придатков. Когда трепещет пространство, нужно очищать чувства наши, как с острия стрелы снять пушинку. У Нас битва развивается − утверждайтесь и оставьте все мешающие!

Теперь др[угое].

Как можем помочь в делах, когда идет битва? Прежде всего, можно создать новые обстоятельства, потому зоркость и зоркость!

Помолчим.

Невидимо-видимый нужен сейчас более, чем когда-либо. Недаром укрыл вас в долину Гималаев. Явление невидимо-видимых оцените после. Спешу.

5 января 1932,

вторник

Очень повторите врачам, чтобы они наблюдали людей во время так называемого здорового состояния. Самые интересные для врачей явления не будут прослежены во время заразных болезней. Сам принцип заражения несколько напоминает одержимость. Но самые поучительные проявления психической энергии, конечно, не будут во время заносной заразы. Между тем, это обстоятельство никогда не принимается во внимание. Как же можем ждать быстрых открытий, когда самое важное явление психической энергии просто не замечается; даже не оспаривается, даже не отрицается, но не замечается наряду с самыми ничтожными явлениями. Самый успешный прием будет твердить о психической энергии. Кто-то, заперев комнату на все замки, потихоньку прочтет о психической энергии и, никому не сознавшись, все-таки подумает о ней.

Сядем.

Может быть, эти дни токи будут еще более смешанными, не напрягайтесь и не возмущайтесь. Мы на страже, ничего не предрешайте, Мы воспользуемся обстоятельствами.

Теперь др[угое].

Мы непрестанно получаем удары, которые, как стрелы, пронзают сердце, преданное Нам. Магнит соединитель, и может собирать вселенское тело. Теперь спешу − натиск велик. Довольно.

6 января 1932,

среда

Опять приступят с вопросом − отчего так мало сказано во всех Заветах о Тонком Мире? Поверьте, сказано везде много, но люди не желают замечать этого. На древних иконах можно видеть как сферы зеленые, иначе земные, и сферы красные, огненные, иначе Мира Тонкого. На одном изображении можно видеть целые сцены в зеленых тонах и рядом красный мир ангелов. Что же может быть нагляднее? Все пророчества наполнены вестями о Тонком Мире. Даже в Коране Мир Тонкий не забыт. Невозможно назвать ни одно Учение, где бы не было отведено места жизни Тонкого Мира. По ужасу перед всем неведомым, люди затыкают уши и закрывают глаза, предпочитая оставаться в невежестве. Но можно ли мыслить о сердце, о психической энергии, не памятуя о Мире Тонком, громадном и столь неразрывном с миром плотным?!

Сядем.

Не удивляйтесь, что даже в дни величайшего напряжения говорю с вами как бы спокойно о тайне миров. Это происходит от долгого опыта. Нельзя иначе вести духовную битву, если считать все ......, когда не перечислить все пропасти. Так напряжены дни, что, мысля по-земному, Мы должны были бы ходить в унынии, но закон надземный ведет Нас кверху. Так не идущий вниз идет кверху, но лишь в духе не идем вниз. Так поверх земного решения есть небесное. Так поверх мозга есть сердце.

Помолчим.

Думаете, что укрыл вас в тишину? Нет, возвел в крепость. Так думайте, подтвердите сердцем вашим. Я за вами. Довольно.

Вл[адыка], где поражения?

− В разных частях света, в разных митингах и решениях. Довольно.

7 января 1932,

четверг

Усугубляйте поиски психической энергии. Правильно предпринять лабораторные изыскания различных царств природы. Можно одновременно начать ряд опытов как над людьми, так и над зернами и мускусным бараном. При опытах над зернами надо сравнить одинаковые зерна из разных стран. Климат и магнетизм будут играть учительную роль, ибо психическая энергия растений зависит очень много от почвы и магнетизма. Также внимательно нужно отнестись к опыту над людьми. Можно для предварительного наблюдения взять лицо с медиумистическими наклонностями, также ребенка с нервною природою и, прежде всего, женщину. Но, как уже могли понять, опыт этот требует и наблюдательности, и терпения. Могут быть многие ненужные показания, но наблюдатель может скоро начать классифицировать их. Так можно начать приближаться к самому замечательному достижению.

Сядем.

Но пока начнутся работы в лаборатории, нужно отбить многие атаки. Чует сердце Свати, как Мы сражаемся. Можно записать все движения сердца, отвечающего битве. Щит вам. Меч воинам. Как нужно сейчас оружие Света! Часто люди не замечают наиболее напряженное время, но сердце пламенное не обманет. Очень спешу. Довольно.

8 января 1932,

пятница

Если скажу: "Я всегда с вами", многие ли поверят? Даже побоятся поверить в объединенное сознание. Для них каждое такое объединение есть нарушение самости и, как тако[во]е, не может быть вообще допустимо. Они никогда не оценят десятеричное усиление энергии, которое рождается из сотрудничества сознаний. Но без этого сотрудничества невозможно было бы все Учение Сердца. К чему все подробности, если нельзя усиляться взаимно? Но если этот принцип доступен, то и доступно протяжение его до полного объединения сознаний, что называется Палориа. Но зато те, кто допускают и дошли до объединения сознания, насколько они могут расширять работу свою для Общего Блага! Конечно, говорю о внутренней, духовной работе, которую слепыши не могут углядеть и оценить.

Сядем.

Призывы к объединению сознаний необходимы повсюду, ибо они простейшим способом входят в жизнь сердца. Не колдовство, но закон физический может соткать спасительную сеть вокруг планеты. Так каждый, следуя закону Бытия, может справедливо сознавать себя гражданином мира.

Теперь др[угое].

Опять говорю о мировом гражданстве, когда, именно, мир сотрясается. Мы озабочены, как имя звучит в мире. Конечно, они считают самым опасным явлением, но именно эта оценка может дать лучшее следствие, если она будет достойно резонирована в других странах. Считаю, можно будет увеличить число сотрудников, укажу лучших.

Помолчим.

Бережливость, твердость, единение и терпение. Спешу.

9 января 1932,

суббота

Говорю − устремитесь в будущее. Говорю − направьтесь ко Мне. Говорю − соберите все, что устремит вас поверх скрещивания токов. Отрава прошлого − так называем погружение в прошлое, которое может вызвать уснувшие кармические утверждения. Прошлое может лишать временно накоплений настоящего. Так сила наша умножается, когда мы переносим наше сознание в будущее. Каждый бывший символ обращает нас вспять и дает силу скрещивания токов. Особенно нужно помнить этот закон в дни нагнетения атмосферного. Поэтому явление перевоплощения мало помянуто в некоторых Учениях, чтобы тем более направить в будущее. Хорошо, что не произносите и даже пытаетесь забыть некоторые имена. Не следует возобновлять изжитые вибрации.

Сядем.

Конечно, Мы не против старинных предметов, если их аура хороша, но не нужно смотреть на них через свое прошлое. Мы достаточно знаем, что совершенствование достигается не погружением в прошлое, но неудержимым стремлением в будущее. Так Мы советуем особенно теперь перенести все сознание в будущее и тем миновать многие тенета прошлых существований.

Теперь другое.

Утверждаю, что нужно идти вперед так стремительно, чтоб даже перескочить поверх всех застав. Свати знает, что во время подъема Рука поддерживает. Также нужно развить привычку, чтоб даже в шутку не умалять Имена Учителя и Владык. Малое смущение духа радует противника. Конечно, стремясь в будущее, Мы даже не замечаем врага, это называется царским полетом.

Помолчим.

Довольно.

Вл[адыка], когда сказать Кельцу о получ[ении] телеграммы о вызове его в Ам[ерику]?

− Хотя бы сегодня.

Вл[адыка], но, ложась вчера, я не вспоминала о прошлом.

− Но было воспоминание о связи родственников с ним. Нужно привыкать, что мысли настолько обостряются, что даже краткая мысль будет сильною посылкою. Довольно.

10 января 1932,

воскресенье

В глубокой древности ладан употреблялся для установления ауры предметов. Предполагалось, что предметы с доброй аурой напитываются ладаном, тогда как дурные излучения не воспринимают явление этого растения. После ладан стал применяться при храмах, чтобы усилить и приблизить Тонкий Мир. Действительно, ладан имеет свойство усиливать жизненность Тонкого Мира. Когда его потребляют при погребениях, это имеет целью сохранить перешедшему черту сознание и освободить от сонного состояния, так обычного для неподготовленных. Такие подробности знания совершенно забыты, так же как забыты значения различных ароматов. Производство духов утратило свой древний смысл; но не только утратило, но даже по невежеству употребляет самые вредные сочетания. Утвержденное знание на основе широкого изучения даст целую область полезного применения к жизни. В древности явление ароматов соединялось с целительным знанием. Жрецы указывали, как пользоваться и в каких случаях применять ароматы. Так можно без всякого колдовства уследить целую лечебную систему, основанную на вдыхании и питании нервной системы через втирание. Так древние гораздо глубже заглядывали через поверхность кожи.

Сядем.

Неразрывно с ароматами стоит понятие наших эманаций, но и эта область почти не изучается. Появление каждого исследования разных эманаций постоянно встречает кличку шарлатанства. Также каждое более чуткое ощущение находит лишь недоверие, точно все разнообразие Природы не зовет к утончению!

Теперь др[угое].

Не забудем призывать к бою, не устанем призывать к мечу, который даст мир миру. Так не утверждаем устрашение везде, но явление подвига нужно как пища духа.

Теперь др[угое].

Помолчим.

Теперь главное утверждать имя как среди правительств, так среди народа, остальное будет показано обстоятельствами. План готов, нужно его ввести в физический мир. Утверждаю каждое умное упоминание имени в разных областях − это очень важно, и Будда подтвердил (раздался удар в изображении Будды). Туман среди разных слоев русских так велик, что каждому нужно давать его понимание. Было бы ошибкой пытаться действовать лишь одной формулой. Осторожность и единение. Довольно.

Вопр[ос] Юрия: Вл[адыка], какого отдела плана придерживаться в работе: А или В?

− Пока "А" ибо нужно Имя. Довольно.

11 января 1932,

понедельник

Много оккультных книг, но большинство из них не может быть полезно сейчас. Причина главная в том, что они всюду предпосылают лишь каких-то особо избранных. Но Наше Учение имеет в виду всех, всех, всех! Лишь эти зовы ко всем могут заменить отвлеченную этику Учением Жизни.

Теперь др[угое].

Когда мир напряжен, тогда у ближайших сотрудников умножается духовный доспех − излучения становятся пурпуровыми и пламенными. Так независимо от личных чувств и каждодневной работы космический доспех приходит в соответствие с мировым состоянием. Так можно оценить космическое воздействие, если закон Иерархии в порядке.

Теперь др[угое].

Можно припомнить, как оракул Лхассы дал пророчество о вашей неуязвимости. Это показало, что даже низшие ясновидения могли понять духовный доспех.

Сядем.

Можно заметить, как образуется духовный доспех вместе с расширением сознания. Мы можем помочь этому доспеху. Но без роста сознания такое вмешательство было бы равносильно разрушению. Так можно видеть Таинственную Руку, когда мы действуем по закону Иерархии. Особенно нужно помнить это сейчас, когда даже закаленное сердце может тяжко чувствовать небывалое напряжение.

Помолчим.

Большая осторожность нужна. Прочтите это Удр[ае] и Яр[уе]. Довольно.

12 января 1932,

вторник

Меч пламенный является лучом доспеха духовного. Символ луча мечеподобного прошел все Учения как самый трудный знак. Даже наиболее миролюбивые изображения утверждали меч. Не значит он желание насилия, но он оказывает готовность защищать самое священное. Так можно увидеть среди огня бурного стройный меч над лбом воителя духа. Жаль, что запечатление излучения так еще несовершенно в земном мире! Можно было бы явить наглядные доказательства лучей и прочих огней.

Теперь др[угое].

Мудро нужно понимать последнее столкновение двух миров уходящего и нарождающегося. Можно видеть знаки безумия первого и смелость второго. Как давно указывал о делении мира, так можно уже видеть, насколько раскол уже начался. Понять нужно, насколько приблизилось решительное время, и тем сплоченнее нужно встретить его.

Сядем.

Сыны Нового Мира могут помочь Нам, держа в сердце План Наш. Вы имеете огромное значение, прикрепляя план к земному слою. Уже говорил о значении нахождения вашего в Индии для действий Наших. Вы также значительны для всей Азии как Магнит, и живой магнит имеет глубокое значение. Такую легенду можно запечатлеть о значении Наших вестников особенно теперь, когда можно наблюдать, как части плана приводятся в исполнение.

Помолчим.

Потому прошу такую осторожность и бережливость, что в Плане, кроме массовых действий, много почти невидимых психических моментов. Так Урусвати трудно сражаться с самым сильным тем противником, но Я с вами. Довольно.

Вл[адыка], можно ли давать Флавию мускус?

− Подождать, ибо надо прежде уравновесить энергии его.

13 января 1932,

среда

Даже псы знают о Тонком Мире, но люди не желают обратить внимания на действительность. Тонкий Мир есть возвышенная сублимация земной сферы. Огонь есть одно из основных явлений каждой сублимации; но если люди так далеки от осознания Тонкого Мира, что же тогда сказать о Мире Огня, где Огонь есть сущность всего Бытия! После записей о сердце, о Мире Тонком, нужно записать об Огне, о Мире Огненном. Как далек будет этот Мир от современного понимания жизни! Но кто знает о Мире Тонком, захочет подняться и в Мир Огня.

Сядем.

Появление ужаса, очувствованное Ур[усвати], нужно понять как знак необычной осторожности, как над пропастью. Положение мира, поистине, ужасно, и как должно отражаться на вместивших сердцах. Мое Сердце отягощено! Прошу осторожность крайнюю, избегать всякое утомление. В первый раз говорю так серьезно! Не работайте! Довольно.

14 января 1932,

четверг

Правильно не забыть, что даже каждая проходящая тень человеческая оставляет неизгладимый след. Что же тогда сказать о мыслях и словах! Поражающа легкомысленность человечества, когда они на каждом шагу оставляют самые страшные наслоения. Они полагают, что слова могут уничтожать след прошедшей мысли. Но кто же создает непроходимые лабиринты, являющие гибель сужденных явлений? Усматривая среди сферы огненной остатки неосторожно брошенных в пространство мыслей, можно припомнить старую загадку: "Что не может сгореть − Мысль". Ту мысль, прочную среди слоев пространства, рождает человечество. Нужно знать, как сложно звучит пространство, пронизанное мыслями, так часто ничтожными и скверными! Но когда скажете о химической реакции мысли, ведь вас сочтут за нездоровых умом. Устрашение, угроза, совет не помогут, пока путник Тонкого Мира не ударится о собственную мысленную преграду. Как было написано на старинной стеле: "Путник, не преграждай путь себе!"

Сядем.

Сгущение мысли может быть пагубным для сердца. Как тяжкий газ, сжигающий сосуды, так может мысль сдавливать сердце. Как говорится − змея под сердцем. Уроминай − змей, грызущий силы. Так знали когда-то об осмотрительности при мышлении.

Помолчим.

Мысль тяжкая в атмосфере. Так помните о битве и явите осторожность.

Вл[адыка], что Таубе?

− Увидите.

Слабость Юрия, точно был в бою.

− Именно.

15 января 1932,

пятница

Мало утвердить сознание, нужно научиться сохранять его в разных состояниях. Один клинок нужен для резания бумаги, другой для дерева и совершенно иной для металла. Можно сравнить мир физический, тонкий и огненный с сопротивлением бумаги, дерева и металла. Истинно, нужно постоянно приучать себя к сознанию Тонкого и Огненного Мира; к тому могут вести разные упражнения. Так нужно привыкать к состоянию бессменного труда, бесконечного и неустанного. Такое напряжение сознания незаменимо полезно для Тонкого Мира. Ведь люди обычно трудятся лишь для отдыха, но не для беспредельного совершенствования. Потому, оказываясь в Тонком Мире перед ликом Беспредельности, они впадают в растерянность и туман. Так же для Огненного Мира нужно приучиться идти бесстрашно, как по краю пропасти. Только высшее самообладание и готовность к опасности может приготовлять к сферам огненным.

Сядем.

Нужно готовиться к высшим познаваниям, только в этом мышлении можно приближать новое сознание человечества. Нужно опять очистить великую действительность, чтобы она стала как ночлег перед путником. Так неизбежна действительность, так прекрасна, что было бы безумием отстранять ее от великого сужденного восхождения. Разные века по-своему предупреждали о грядущей яви. Даже в невежестве наполняли чертоги прекрасные ужасом, но лишь невежество пребывает в ужасах. Обитель духа прекрасна, если он избрал прекрасный путь.

Мои родные, продолжайте наибольшую осторожность. Довольно.

Правильно ли ответила я на вопросы Лукина?[34]

− Именно. Довольно.

16 января 1932,

суббота

Неудовлетворимость есть качество для Тонкого Мира. Можно уловить в нем вечное движение, ибо без этого движения нельзя продвигаться в мирах высших. Можно удовлетворить, насытить желудок и мышцу, но что же может насытить сердце? Даже созерцание Высшего Света наполнит порывом, но не пресыщением. Сердце пламенное, сердце ненасытное, сама боль мира лишь устремит тебя! Туман, застилающий глаза пресыщенные, обратится в сияние пламени зажженного сердца. Так будем беречь сокровище огненное. Растолкуем народам сердце ценное. Так будем перебирать в памяти все нужные в пути вехи. Не забудем, что правильно запомнить: "И это пройдет". Ведь стремительное движение не вернет никогда на прежнее место.

Теперь другое.

Праздник сегодня − новая битва. Когда будет час устремления общего?

Сядем.

Понимать устремление общее − значит построить Храм Нового Мира. Устремиться, взаимно питая друг друга, будет уже пониманием Учения. Такое устремление ляжет как путь к Миру Огненному, но нужно иметь мужество взглянуть на огонь. Признать его единственным питанием своим.

Молчите. По-прежнему высшая осторожность. Довольно.

17 января 1932,

воскресенье

Можно пересчитать рупии и сбиться на счете анн. Явление итога будет так же неверным. Потому протолкнетесь лишь полною мерою. Полная преданность есть передача сознания по Иерархии. Как нагнетенный парус уносит груз ценный, так напряженное сознание уносит за пределы опасности.

Теперь другое.

Правильно, что будущие бои несравнимы с настоящими. Нет границ напряжению так же, как нет вмещению сердца.

Сядем.

Можно дать три дня спокойной несильной работы. Пусть центры приходят в равновесие. Так много к зажжению центров. Нужна не только осторожность, но и напоминание себе о трудном часе. Прошу меньше говорить, можно молоко и соду. Довольно. Соду можно отдельно.

18 января 1932,

понедельник

Когда повесите иглу маятника над песчаной поверхностью, чтобы следить за колебаниями космическими, не будете дергать иглу руками, чтобы насильственно усилить ее движение. Такое насилие было бы, прежде всего, глупо, ибо лишь показало бы ложь. То же и с маятником духа, нельзя насиловать его показания. Начертания иглы духа сложны, но лишь устремление сердца может жизненно и правдиво усилить показания маятника. О том же маятнике духа говорит Учение старого Тибета. Над головою испытуемого помещается магнит, но не только внутренний рефлекс замечается, но магнит начинает раскачиваться; при этом замечают характер движений − они бывают порывистые или дрожащие, но могут быть круговые, и этот знак будет самым показательным для правильного состояния сознания. Конечно, это испытание очень длительное и даже мучительное, при нем требуется совершенная недвижимость, но знаете, как трудно достичь ее.

Сядем.

Нельзя не заметить, какое противодействие встречает каждое сознательное движение к Свету. Кроме обычных действий от темных, можно бы заметить труд Хаоса, и в этом законе противодействия Непроявленного заключается наше самоутешение и опыт в терпении.

Помолчим.

Нужно очень щадить центры горла, ибо они тесно связаны с сердцем; потому не будем отяжелять их. Молчальничество имело большое значение в Йоге. Спешу.

19 января 1932,

вторник

Бывает у людей такое одичание духа, что они могут существовать, лишь осуждая друг друга. Это не досмотр доспеха с целью помощи, наоборот, осуждение становится смыслом жизни. Если у такого осуждателя отнять язык, он пропадет, засохнет как растение без воды. Такое явление можно разобрать с врачебной точки зрения. Можно видеть в этом осуждении вид вампиризма одержания, когда требуется овладение жизненным флюидом более активным, чтобы питать одержателя.

Сядем.

Можно и должно обследовать это явление жизни с научною целью. Конечно, трудно побороть одержание, особенно потому, что после одержимости долго открыты врата для посетителей. Требуется очень напряженная наблюдательность, чтобы охранить допустившего от раздражения, которое широко открывает дверь.

Теперь др[угое].

Сердце лучшая охрана против одержания, но нужно, чтобы сердце не уснуло.

Помолчим.

Нужна особая осторожность как здесь, так и в Америке.

Вл[адыка], что сказать о переустройстве?

− Опасно, пусть убедятся, спросив Батль. Довольно.

20 января 1932,

среда

Неразумно лишь накануне начать готовиться, если желаешь сказать речь на незнакомом языке. Неразумно лишь накануне начать готовиться, если желаешь выступить с новым инструментом. Неразумно лишь накануне начать готовиться, если хочешь перейти в Тонкий Мир. Ужасно, когда всю жизнь человек отвращался от мысли о Тонком Мире и лишь накануне перехода, как нерадивый школьник, начинает смутно твердить слова неосознанные. Явление неминуемого перехода возвещено всеми Учениями. Сказано: "Не умрем, но изменимся". Невозможно сказать короче. Нельзя сказать утвердительнее. Значит, нужно знать язык Тонкого Мира; значит, нужно приобрести право входа с полным сознанием, но накануне это невозможно достичь. Вот вместо радости кто-то начнет внушать ужас и тем нарушать закон Жизни. Но, как знаете, лучший проводник сердце пылающее; с такою лампадою негасимою не ужасно пройти по поднебесью и встретить Ведущих.

Теперь др[угое]. Сердце может прослышать зов победы, когда еще битва кипит. Такое сердце стоит приобрести, и труды утончения сознания будут самыми благодатными действиями.

Сядем.

Огонь является самым близким звуку и цвету. И недаром трубный звук так привлекает огонь пространства. И неслучайно могут как бы светиться некоторые картины. Тот же огонь сердца пылает в них. Явление огня нужно представить себе не только как действительность, но как самое от нас неразрывное.

Теперь др[угое].

Еще раз напоминаю, насколько справедливы все чувствования Свати. Каждое, казалось бы, мимолетное чувство есть соединение с огнем пространства и содержит истину. Так и с пожранным тигром. Много также вреда в Праге. Урусвати также чует проблески победы, и опять она права. Но по-прежнему величайшая осторожность так и додержимся! Японская дружба еще значительнее Франции. Довольно.

Вл[адыка], чем кормить Ориолу?

− Молоко матери − лучшая пища, но можно начать питательную пищу от мамки, также можно молоко козье, но не слишком жирное.

21 января 1932,

четверг

Учитель принял вечную клятву об утверждении Нового Мира, последуйте полным устремлением за Ним. Человечество нуждается в очищении существования. Так нужно начинать переустройство от очагов, от жизни каждого дня. Не нужно ждать движения целых народов, напротив, по всему миру, вне народности, но личным началом будет исправляться жизненный принцип. Так прежде всего нужно запомнить, что на прежние узкие границы будут расчленять мир. Основание психической энергии не ограничивается определенным народом, но найдет совершенно иной мировой узор.

Сядем.

Пламенная Пентаграмма есть Щит во время борьбы. Человек среди особого напряжения представляет собою подобную Пентаграмму − пылает гортань, пылают конечности рук и ног; тогда, как непобедимый щит, восстает он, собою закрывая дела явленные. Конечно, такое состояние особенно опасно в жизни, где так много мелких предательских явлений. Советую молчание, чтобы не воспламенять ряд центров и особенно сердце. Такое самоотверженное пылающее сердце как особая отрада для Высшего Мира. Как светочи, сияют такие сердца поверх всех стеснений мира.

Помолчим.

Невежды скажут − кашель от простуды; они не имеют понятия о пылающей Пентаграмме и никогда не задумывались над великим значением знака Света. Осторожность! Довольно.

Вл[адыка], Фуяма видел светящийся круг, что означ[ает] он?

− Как символ венца Пентаграммы.

22 января 1932,

пятница

Закрывшийся сосуд стеклянный откроется лишь на созвучие. Это достаточно известно, но соотношение созвучия, при поражающем разнообразии, недостаточно продумано. Разве не странно, что то же стекло созвучит или стеклу, или металлу, или дереву, самым разнородным телам. Такое созвучие еще раз напоминает о разнообразии соотношений сочетаний. Явление этого примера полезно для человеческих предводителей. Разве наибольший вред не наносится однообразием, так проникающим во все слои человеческие! Закон одинаков, но вибрации его различны, как многообразно мироздание. Познавшие этот закон не могут отнестись ко всему человечеству как к груде однородных камней, которые тоже созвучат на разные вибрации. Должно радоваться этому многообразию, ибо именно оно дает путь к утончению. Что станет с сердцем человечества, если будет звучать лишь на одну ноту! Так пусть помнят все водители о многообразии и разнообразии.

Сядем.

Армагеддон уже начался − конец тридцать первого года открыл Великую Битву, о чем не скрывал от вас, потому не может быть сейчас окончания сражения до победного решения. Конечно, все ощущения Битвы отражаются на сердце, когда пылающая Пентаграмма должна быть воздвигнута как Щит. Не нужно удивляться, как нагромождаются события, ибо битва земная следует за небесной. Много сказано о Воинстве Небесном, об Архистратиге Михаиле, о явлении Во[д]ителя утвержденного и о всех смятениях. Потому говорю − осторожность!

Помолчим.

Еще о битве скажу послезавтра. Довольно.

23 января 1932,

суббота

Не пренебрегайте ничем. В пренебрежении лежит причина многих несчастий. Советуйте понять, как даже величайшие явления имеют малейшую видимость. Не от физических размеров зависит космическое значение. Зерно служит лучшим примером. Особенно теперь указываем на необходимость уважения к разнообразным явлениям, наполнившим жизнь. Посланец разве должен быть непременно великаном Разве луч должен, по меньшей мере, ослеплять? И плох был бы голос, причиняющий глухоту. Теперь множество малых по виду явлений по миру проходит, нужно обострять внимание! Кто может приучить внимание к наблюдению за малейшим, тот поймет и большее.

Посидим.

Умение дать уважение даже малому поможет приобрести и терпение. Какое терпение нужно перед Беспредельностью, особенно, когда знаем ее неизбежность. И знаем, насколько каждый ропот затрудняет путь. Ту тягость неуважения к малым нужно заменить радостью наблюдения над разнообразием творений. Так в самых простых словах можем помочь друг другу.

Теперь др[угое].

Кто же поможет в дни Битвы? Тот, кто после терпения принял доспех мужества. Сами знаете, какое мужество нужно, чтобы пройти ходами опасными. Можно предложить путь опасный или безопасный, но сердце пламенное изберет первый.

Помолчим.

Завтра о Великой Битве. Довольно.

24 января 1932,

воскресенье

Еще не сказано о начале Великой Битвы, как уже кто-то чувствует себя усталым. Что же скажет, когда увидит бесчисленных воинов вражеских? Каждая Юга имеет значительное время как срок подготовительный, но могут быть ускорения, которые должны необычно нагнетать все силы. Великую решающую Битву нельзя понимать как только войну. Явление Битвы той гораздо глубже. Она протечет по всему Тонкому и земному Миру. Она выразится не только в сражениях, но и в небывалых столкновениях народных. Границы между сражающимися будут так же извилисты, как между добром и злом. Многие решительные битвы окажутся непостижимыми для глаза земного. Устрашающие столкновения Тонкого Мира на земном пути выразятся катастрофами. Так же мужество земное отразится на Мирах Тонком и Огненном. Великая Битва будет первым звеном соединения миров. Так можно ожидать скорых действий по всем направлениям. Сотрудничество в этой Битве имеет громадное значение. Уже теперь звезда пылающего сердца приносит помощь большую. Если эта помощь не всегда зрима, то можно привести пример, как писатель, оказывающий громадное влияние, все-таки не знает читателей своих. То же самое при сотрудничестве в двух мирах. Нужно быть очень напряженным в дни Битвы. Конечно, она не исключает всех прочих работ каждого дня, но нужно при каждой работе мысленно помнить о послании ее на пользу Света. Также при каждой вражеской стреле нужно сознавать, что принят этот удар во имя Великой Битвы.

Сядем.

Хочу, чтобы день сегодняшний лег гранью в жизни вашей. Возможное вчера пусть невозможно завтра. Мужество, немыслимое вчера, пусть просияет завтра. На земле битва не меньше, нежели на мирах тонких. Раскололся мир по всем кристаллам и бесчисленным группам. Только полное устремление к Нам сохранит и спасет. Конечно, всякий признак расстройства и вражды будет Мне болью − запомните! Так утверждаю рост дел Моих, несмотря на неслыханные нападки. Но Битва не знает примирения! Так будем замечать рост Дел. На Востоке будем замечать смущение Европы; будем замечать множество предательств, но Битва есть решение мира. Также поймем, что Свет непобедим, явление тьмы есть признак невежества!

Помолчим.

Множество помощи творит родная Свати. Опять говорю − одни сели сегодня, встанем другими завтра.

Владыка, где первое столкновение?

− В Тонком Мире по линии мертвых сердец. На земле увидите действия Германии, Испании, Франции, Италии, короче говоря, вой повсюду.

Война?

− Хуже: падение земель, эпидемии; недороды также овладеют миром.

Но наст[упит] война?

− Будут хуже, чем раньше, ибо мир расколется по новым трещинам. Довольно.

25 января 1932,

понедельник

Стеснение, закостенение сознания являются главной причиной разъединения миров. Великая Битва часто имеет преткновение из-за полной несогласованности сознаний земного и Тонкого Мира. Перешедшие в Тонкий Мир с сознанием монархическим не могут согласиться с настоящим положением своего государства, если в нем произошло перемещение правительства. Так, даже при единении во многом, различие в одном смущает и разделяет силы. Когда же вспомним, какое количество духов перешло в Тонкий Мир во время войны и сколько перемен совершилось за последние годы, то можно представить все несоответствие Миров. Так же можно представить, насколько значительна сейчас работа расширенных сердец, которые самоотверженно трудятся в обоих мирах, расширяя сознания.

Сядем.

Мы знаем, насколько трудно расширение сознания и сколько нападений вызывает такая благая работа. Нельзя судить, какое давление производится Черными Ложами на этих воителей. Слава им, Свет-несущим!

Теперь др[угое].

Могу шепнуть огромное сведение. Самая верховная Ложа Люцифера придает такое значение Урусвати и Ф[уяме], что недавно постановила, как самых опасных противников, уничтожить их. Но они забыли о теснейшей связи вашей со Мною и потому их решение остается лишь почетным для вас. Теперь понимаете, почему твержу осторожность и устремление ко Мне всем сердцем.

Помолчим.

Не утруждай себя громким говором. Довольно.

26 января 1932,

вторник

Червонный, золотой свет, наполняющий сущность внутреннюю, обозначает вооружение сердца. Как внешний круг ауры из пурпура становится рубиновым, так серебряный Лотос сердца вспыхивает взрывом червонного золота, когда дух облекается в крайний доспех. Так достигается внутреннее состояние, позволяющее принимать участие в самых ожесточенных битвах без вреда и без опасности сильного поранения тонкого тела. Следствие такого вооружения сердца было уже очевидно, когда воительница противостала силам темным и, несмотря на численное превосходство их, заставила затрепетать и остаться лишь при угрозах. Но бессильная угроза врага есть уже победа. Но, конечно, червонный, золотой свет достигается не легко и требует длительного подвига.

Сядем.

Многие состояния сердца отмечались народною наблюдательностью от мягкосердия до жесткосердция, но редко отмечалось огнесердие. Между тем, именно это качество может занимать и привлекать наше внимание. Трудно не устрашиться перед черным собранием, но никто не осилит огненное сердце. Пусть выдумывают разные угрозы, но один столб Света опрокинет всю тьму. Урусвати честь за мужество!

Помолчим.

Много Света в пространстве, много передаточных волн, достигающих Мир Огненный. Довольно.

27 января 1932,

среда

Хочу говорить со всеми.

Явление прошлых походов человечества ничто в сравнении с шествием Майтрейи. Утверждаю, что Великая Битва есть обновление Земли. Нужно понять грядущее не как сражение, но как подвиг. Можно ожидать не только боев, как принято в обычном значении, но как перестроение жизни. Могут быть разные периоды, но в них можно чуять усиление темпа жизни. Вы уже чуете это ускорение ритма. Каждый может ощущать его в соответствии со своим нервным состоянием. Но непременно будет ощущать новую космическую конденсацию. Можно чуять прямое обострение лучей. Можно чуять тревогу или устремление вдаль. Все эти подробности будут указывать на тот же самый новый ускоренный ритм. Можно понять, как нагнетение энергий кладет новую ступень планеты. Не следует изумляться прорыву Хаоса, ибо огромно поле Битвы. Не забудем замечать даже малейшие явления. Столько разнообразия в столкновениях основных сил Мира!

Сядем.

Люди настолько далеки от признания внутренних явлений, что немногие поймут особый смысл, когда указываю побыть в молчании вместе. Для них молчание есть бездействие, настолько они не хотят знать о взаимодействии энергий. Лишь разбитый нос или поврежденный глаз для них есть признак энергии.

Помолчим.

Между тем, напряженное молчание представляет огненное заграждение и, умноженное числом соединяющихся, являет настоящую твердыню. Потому в час напряжения можно сойтись и посидеть в молчании. Конечно, можно мыслить об едином пути, где спасение. Так шлю вам всю крепость. Довольно.

28 января 1932,

четверг

Работа тонкого тела совершается гораздо влиятельнее вдали от [своего] физического тела; где достигать не могут физические токи, там тонкое тело может развивать наибольшую свою мощь. Конечно, с физической точки зрения, явление дальней работы несравнимо труднее, и далеко не все тонкие тела отваживаются на дальние полеты. Можно видеть по испарине даже в холодном помещении, насколько физическое тело трудно воспринимает дальние полеты. Хвалю внимание к физическим проявлениям. Обычно даже врачи упускают из виду многие характерные симптомы, но истинная наука может расти лишь на сопоставлениях фактов. Когда указывал на напряжение, имел в виду не мускульное, но сердечное. Можно отметить также успех выдающийся, если после такого напряжения сердце не дало особых болей. Не легко достигается такое приспособление сердца. Неразумные полагают, что тренирование сердца и сознания можно произвольно ускорять, но эти аппараты должны быть приспособлены очень мудро и терпеливо, когда сознаем Беспредельность.

Сядем.

Нужно знать, что работа через тысячи миль уже освобождает тонкое тело от отягощения физическим флюидом. Конечно, для тонкого тела эти тысячи миль ничто, но физическое воздействие измеряется земными мерами.

Теперь др[угое].

Работа была и в Париже, и в Америке много достигнуто Урусвати. Конечно, не везде мозг может запечатлеть наставления, но даже и там, где сознание тускло, остается все-таки необычное ощущение беспокойства, которое заставляет особенно подумать об определенных опасностях; так и продумать нужно все соединенное с Учением.

Теперь др[угое].

Устремление к вам часто принимает уродливые размеры. Люди несознательные не могут распознать влияние Магнита. Нужно очень отстранять этих животно-привлеченных.

Помолчим.

По-прежнему атмосфера очень напряжена. Довольно.

29 января 1932,

пятница

Ближайшая обязанность каждого знающего Мир Тонкий при каждом удобном случае утверждать этот Невидимый, но реальный Мир. Пусть даже рассердятся, лишь бы подумали о действительности. Если бы физиология человека дополнилась изучением Мира Тонкого, связующего сущность всех состояний Бытия, то наш земной мир сразу бы превратился в Новый явленный Век. Утверждаю, что шум смятения достиг небывалых пределов, ибо связь миров в полном небрежении. Пусть никто не скажет, что он не был предупрежден вовремя. Пусть путник не забывает, как не вернуться ему в дом оставленный, и лишь сам он может дойти до Светлого Града, куда позван. Пусть путник напомнит всем на перекрестке о путях неотменных.

Сядем.

Можно принять появление Наших доверенных как срок к рождению Нового Мира. Порицаю всех, кто не замечает множество знаков по всему миру. Учитель может сказать смотрите, но не может насильно заставить усмотреть. Не удивляйтесь, что в мозаике "Сердца" вставлено столько о Тонком Мире и о Великой Битве. Сердца многие чуют оба обстоятельства, но часто не могут выразить их в словах. Но зарождение мыслей с быстротою света утвердит мысль в слове. Напомните друзьям, что не случайно болят сердца их.

Помолчим.

Моя Рука с вами.

Вл[адыка], правильно ли мы поступаем с К[ельцем]?

− Конечно, он вреден. Не забудьте о вреде Румчана и Теджь-Рама. Довольно.

30 января 1932,

суббота

Для обострения вкуса, слуха и обоняния люди закрывают глаза. Для средоточия зрения люди сопровождают взор движением рук. Так люди не могут уравновесить действия психической энергии и принимают различные искусственные методы. Также люди не знают, как найти меру между возмущением духа и равновесием. Оба понятия необходимы для совершенствования, но как примирить воинственное возмущение духа с мудрым равновесием? Обычно эти понятия кажутся несовместимыми, но разве не равновесие отзывается на возмущении духа, когда последнее не переходит в раздражение и тем не рождает империл? Наоборот, возмущение, просвещенное и самоотверженное, создает самую драгоценную рубиновую броню. Так лишь от правильного направления психической энергии яд заменяется драгоценностью. Но где же судья самоотверженности? Конечно, лишь сердце. Но и сердце не само по себе, но, именно, сердце перед Беспредельностью.

Сядем.

Хочу приучить вас к весам Беспредельности − это накопление происходит не скоро, так же как и сопоставление событий. Неофит не может события ввести в размеры мировые, ему даже трудно и необычно переменить свою комнату. Где же тогда думать о мировых крыльях! Также его удерживает соображение о самой мелкой собственности, и не видит он ту ступень, когда любое состояние допустимо, ибо оно взвешено на весах Беспредельности.

Помолчим.

И Рука, и столб Света, и огонь, и все знаки духа многии окружают Моих воинов. Замечайте подходящих, также не удивляйтесь и поражайте тьму.

Влад[ыка], биолог полезен?

− Да, также как и в других странах много стучащихся. Удрая может готовить перевод Бхагават Гиты. Довольно.

31 января 1932,

воскресенье

Болезнь может давно гнездиться в человеке, но если она не проявится грубо-физически, никто из земных врачей не признает ее. Десять пророков и ясновидцев напрасно будут свидетельствовать о скрытой болезни, но их сочтут лжецами, ибо не наступила еще грубейшая стадия. Также и во всем человечество воспитало себя на грубых формах, изгнав все утончение и чувствознание; даже самые назойливые признаки Тонкого Мира загнаны в забвение. Никто не хочет знать и сосчитать, какое множество слов на всех языках говорит о Тонком Мире совершенно определенно. Хотя бы возьмем излюбленное слово "вдохновение", ведь некто вдохнул или из нечто вдохнулось. Совершенно ясно слово предполагает нечто извне, но люди твердят совершенно без отчета явление именно Тонкого Мира. Только подумать, сколько знаков по всему Миру, и нечто закрывает глаза. Не тьма ли?

Сядем.

Также несоизмеримы обычные сопоставления земного и Тонкого Мира, когда люди говорят о сроках, предлагая Тонкому Миру составить предвидение по земному измерению; ведь меры земные не существуют в высших мирах. Конечно, существуют сроки космические, установленные астрологически, но будущее Тонкого Мира не выражаемо мерами земными, так же и в прочих сопоставлениях. Потому сближение миров требует утончения и гибкости сознания. Именно в книге о сердце нужно напоминать о Тонком Мире. Законы Тонкого Мира прежде всего будут восприняты сердцем.

Помолчим.

Чернота атмосферы поразительна, не считаю сравнительно с минувшими временами. Повторяю осторожность, ибо в такое время особенно неожидан[н]ы кинжалы в спину, потому мысленно держите Образ Мой. Довольно.

Правильно ли поступаем с землею?

− Да. Довольно.

1 февраля 1932,

понедельник

Антенны могут быть приспособлены для разных волн, но сущность их от того не нарушается. Также сердца могут улавливать разные токи, но сущность их будет едина. Особенно можно это наблюдать на предчувствиях. Сравнения могут показать замечательную скалу сердец человеческих. Можно наблюдать, как одно событие может вызывать несомненные аффекты, но насколько они будут разнообразны и по времени, и по качеству! Одно событие может дать целую книгу наблюдений; чье сердце уловит клише Тонкого Мира, но другое потребует физического тока; но третье отзовется лишь после самого события. Одно оценит событие по достоинству, другое может преувеличивать, и третье лишь бессознательно отметить в ритме пульса. Несомненно, что отзыв сердца гораздо существеннее, чем думают. Предчувствие не суеверие, не воображение, но физический факт. Можно предугадать событие при небольшой наблюдательности. Ведь не важна будет обстановка события, но его потенциал; так сердце звучит по самым различным волнам. Разве не поучительно задуматься над этими явлениями?

Сядем.

Не будем удивляться, если сейчас сердца отягощены перекрестными токами необычайного напряжения − токи наций, токи мира, наконец, токи сильных личностей перекрещиваются, но через них идут токи Тонкого Мира, где сейчас столько действий!

Теперь др[угое].

Пусть Урусвати скажет, как слышала о Высшей простоте, истинно, ею можно осилить весь хаос, угрожающий сердцу.

Теперь др[угое].

События только еще формируются, можно представить, насколько мировое сознание действует на слабые мозги! Хорошо, что обратили внимание на темные попытки, чтобы отяжелить положение. Понимайте правильно, что особенно вреден Румчан − нисколько не жалейте предателя. Конечно, и те два не заслуживают жалости − К[ельц] и Т[еджь-]Р[ам]. Можно наверно увидеть, как темные владеют ими.

Помолчим.

Помощь посылаю в Америку. Можно Париж утвердить. Надо использовать события, но поймать там смысл не могут. Рыбаки вместо китов ловят килек. Могу предупредить, что в Америке среди новых находятся полезные. Довольно.

Вл[адыка], неужели управл[яющий] неподходящ[ий]?

− Не вижу, почему, но сильно предупредите его. Довольно.

Вл[адыка], я видела его прошлое вопл[ощение], какой национальности, кавказец?

− Осетин. Довольно.

2 февраля 1932,

вторник

Воображение есть следствие накопления опыта − это достаточно известно. Но может быть огромное накопление, и все-таки вместо воображения проявится лишь похоть и раздражение. Утверждайте, что не может образоваться воображение без сердца. Потому будут творцами внутренними или внешними, кто мудро сочетал накопления с явлением огней сердца. Так можно говорить всем детям во всех школах, чтоб ни одно положение Учения не было отвлеченно. Также сами видите, как логично развивается явление духа. Знаете, как меч огненный сперва засияет, завершая ауру, но затем вместится во всем существе. Символ меча особенно соответствует Великой Битве, когда все духовные силы собираются под Знамена Владык Света. Так же к этому часу укрепляется червонный, золотой Свет, который тем ближе золотым отложениям Праны. Все силы знаменуются в пламенном сердце.

Сядем.

Не чудно ли, что в дни Великой Битвы мы еще можем говорить о воображении, не воображение, но уже столкновение полчищ. Так перевернулась еще страница плана. Приказываю великую осторожность, великую бережность, ни пайса лишнего, что можно отложите, ибо время великое. Также и Мы собираемся в Башне, чтобы противостать всем злым.

Чахем-Була послан, пусть не испортит миссию. Также в Америке могут быть готовы к Великой Битве, ибо лишь ничтожные к Битве не призваны. Спешу.

3 февраля 1932,

среда

Желать − значит найти врата Тонкого Мира, но, именно, трудно людям научиться желать. Они не могут привести чувства в равновесие и тем самым не могут породить неуклонное, непоколебимое желание. Действительно, в Тонком Мире желание есть рычаг творческий. От Высшего Мира пришла эта мощь, но требует она и ясности Высшего Мира. Когда направляем по линии Иерархии, Мы готовим вас к этой царственной ясности желаний. Среди перекрещивания токов низшей сферы не так легко найти очищенное, стреле подобное желание. Можно преодолеть давление атмосферы земной стремлением к самому Высшему, потому Иерархия есть единый исход; к ней же поведет и пламенное сердце, могущее испепелить ненужную ветошь. Можно на опыте замечать, как внешнее становится внутренним, неотъемлемым. Сперва Йог слышит музыку сфер, но после, путем сердца, начинает сам звучать этой гармонией Высшего Мира. Но для этого нужно пламенное сердце.

Сядем.

Бывает такое космическое напряжение, что можно лишь компрессом Праны избежать жестоких следствий. Сердце сияет напряженным светом, как золото раскаленное. Так земная сфера может быть тягостна.

Теперь др[угое].

Не могу указать, насколько важен этот момент. Долгие приготовления с обеих сторон наконец столкнулись. Так можно замечать по всем планам, от духовного до военного. Пища Небес обращена в навоз, и Огонь священный уподоблен факелам поджога!

Помолчим.

Довольно.

Вл[адыка], посл[ать] мне силы Батлю?

− Да, также одобряю письмо Ф[уямы] к нему.

4 февраля 1932,

четверг

И мужество может быть обретено лишь в сердце. В мозговых извилинах рассудка можно найти разумное распределение сил, но мужество, идущее прямейшим и сияющим путем, не может жить вне сердца. Судите его по антиподу мужества, по страху. Он прежде всего отзывается на сердце, и от него бежит к конечностям. Положительно, все свойства измеряются сердцем. Врач может изучать все качества природы человеческой по сердцу, по всем оттенкам и тонам пульса. Конечно, двойной пульс не будет общим правилом, ибо огненное состояние сердца совершенно не опознано со временем наукою. Можно стучаться ко врачам, прося обратить внимание на очевидные явления, требующие лишь внимания. Разгневайся, но посмотри, кто стучится. Через десять лет удары судьбы заставят почитать Книгу Жизни.

Теперь сядем.

Положение действительно ужасно, ибо все силы в столкновении. Нелегко имени Ф[уямы], ибо оно как угроза темным. Нужно всем продержаться, кроме того, силы высшие сатанистов действуют в разных странах и устремляют союзников из разных классов, но Нашим бойцам мешает узкость взгляда. Нужно удержать позиции, пока Мы готовим новые обстоятельства. Этот период неизбежен, только нужно осознать его как трамплин к будущему, но великая осторожность нужна. Спешу.

Не лучше ли Thetcher как lawer [англ.: юрист]?

− Могу лучше.

5 февраля 1932,

пятница

Накопление опыта, имеющее столь важное значение, всегда напомнит пример из раннего детства. Не прежде познает дитя свойство огня, чем обожжется. Конечно, взрослые чванно улыбаются этому примеру, но сами ведут опыты свои именно методом этим. Ничто не заставит человечество применить меры более чуткие. Конечно, они же будут удивляться, отчего следствия многих их злоключений так длительны и чувствительны. Можно быть уверенным, что каждое действие считается нужным для искупления. Опять не наказание, но накопление опыта, при этом можно дивиться точности весов кармы. Ничто не может упрекнуть это великое равновесие. Утверждение напряжения чаши весов зависит от сердца, оно может переполнить, и поднять, и оценить драгоценность накопления. Так люди пусть зорко следят за своим оправданием, лежащим в сердце. [Недаром среди определений сердца было оправдатель.]

Сядем.

Как же быть вам? Именно уцепиться за Меня крепче и представить себя среди океана, где лишь Хатык Матери Мира бережет. [В борьбе со тьмою] необходимо неслыханное упорство, которое откроет все прекрасные возможности. Конечно, следует отложить все осуждения между собою. Так накопляется опыт, и где пройдем больше, там и окажемся дальше. Но помните, где ваш Свет Единый.

Помолчим.

Не буду повторять о Великой Битве, о хранении здоровья и всех советах, уже данных. Радуюсь, когда зорки и горюю, когда затуманиваетесь. Довольно.

Вл[адыка], в чем затуманились мы?

− Может быть, и не вы, обычно нужно иметь в виду явление Круга.

Вл[адыка], что послать в Ам[ерику]?

− Можно сказать, что упорство перенесет через препятствие.

6 февраля 1932,

суббота

Поистине, сотрудничество открывает все возможности, но нужно понять, где заключено это сотрудничество. Часто люди относят его в область каких-то государственных дел, тогда как сотрудничество является условием всей жизни. Именно, во всем малом взаимодействии заключается сотрудничество, имеющее значение космическое. Каждый взгляд, каждое рукопожатие, каждая мысль есть знак сотрудничества, если оно приложено в сознании. Как должно быть ценно людям чувствовать, что они рождают постоянные следствия; как гиганты, они напрягают мир. Но где люди, которые приложат сотрудничество сил к Тонкому Миру? Где мужество, где забота о Невидимом, где решимость помочь также там, где еще не совсем забыты узы земные; там, где чудовища угрожают так же, как и здесь. Потому велик подвиг сотрудничества в Мире Тонком. Так же как и на Земле, приходится звать и вести людей в гору и мужественно защищать их от вепрей и псов злобных. Поистине, бескорыстно такое сотрудничество. Можно постепенно приучиться нести пользу во всех мирах.

Сядем.

Похвально защищать Знак Владык! Если Чахем-Була еще существует, то именно лишь почитанием Владык. Потому полезно приучиться к пониманию близости Владык. Так, как не может человек обойтись без пищи, так пусть он приникнет к Иерархии. Не как бревно, возложившись, но как зоркий страж, пусть будут готовы каждую минуту встать на защиту и тем умножить силы свои. Привожу пример Чахем−Булы, ибо он, как камень, мог лечь на дно, но единая нить сердца спасает его. Также, хотя вы достаточно знаете об Едином Свете, но все же повторяю, чтобы умножить силы ваши. Даже сам крест бессилен без сердца. Даже самая чистая Прана не войдет в злобное сердце. Даже Оум останется ничем перед сердцем лживым и предательским − так запомним, чтобы никакое одержание не проникло в сердце. Имеете перед собою примеры одержания и видите, что теряется в дни постоянной слабости.

Помолчим.

Не удивляйтесь тягости, как волны преходящие. Много того давления около изображения Владык. Довольно.

7 февраля 1932,

воскресенье

Можно понять, насколько в древности требовалась обрядная сторона Йоги, но следует продвигаться по пути непосредственного общения с Миром Высшим. Йога Огня ведет этим кратчайшим путем, не выходя из жизни. В этом заключается отличие нового понимания мировых сближений. Имеем перед собою пример знаменательной степени Самадхи без удаления из жизни. Можно понять, что явление Урусвати[35] нелегко достижимо в условиях Великой Битвы. Ценность такого проявления в том, что совершенно превзойдены обычные правила сосредоточия. Именно, все значение перенесено в сердце, иначе говоря, туда собрано значение всего сближения миров. К тому же нужно заметить, что сердце прекрасно перенесло это наполнение. Конечно, ощущение настоящего времени не от Самадхи. Уже много советовал необходимую бережность как в духе, так и в материи. Прошу для великого плана оберечь сердце от внешних и внутренних расстройств. Нужно принять совершенно исключительные меры, чтобы отразить все нападения.

Сядем.

Нужно понять, что день вчерашний совершенно отличается от завтра, так неслыханно круговращение. Небывалые тучи, и нужно весело встретить их. Когда пройдет опасность, скажу, чтобы по субботам Урусвати и Ф[уяма] посидели со Мною, но сейчас неслыханно опасно, и, как от ливня, нужно постоять вместе. Главное, нужно усвоить небывалое значение этих дней. Нужно гнать всех темных насекомых. Явление врага ужасно, потому приказываю понять серьезность минуты. Спешу.

8 февраля 1932,

понедельник

Как поучительны[36]многие наблюдения из жизни! Можно изучать успех внешних действий в зависимости от сердечного устремления. К тому же можно изучать, какие именно уклоны стремления действуют на внешние волны токов. Можно видеть, как иногда ничтожное условие, с точки зрения житейской, оказывает огромное влияние на действие внутреннее, и наоборот, малейшее желание недостойное может разрушить уже готовое здание. Но на деятельность сердца не принято обращать внимания. Люди готовы обрекать себя на любые несчастья, нежели подумать о причинах их. Также Мы озабочены видеть, как около магнитных центров люди могут допускать невозможный ход мышления, не желая запомнить, что именно около этих центров надлежит особая настороженность. Конечно, каждый думать может о себе, но там, где шаг тысячелетий, там неуместно порхание бабочек. Нужно, наконец, научиться соизмеримости! Мысли о Высшем должны порождать высшее.

Сядем.

Вл[адыка], где происх[одит] порхание бабочек?

− Не только в Америке. Теперь так разрослось движение, что и вредить ему можно из разных стран. Уже нельзя опираться на один центр − движение гораздо значительнее и содержит много разбросанных элементов. И потому одобряю мысль писать по всем направлениям. Эти вести с Гималаев не только утверждают движение, но и напоминают о Высшем Мире, представленном Гималаями. Незаменимы голуби от Снежных Вершин! Уже видите, как от Востока поднимаются первые огни Нашего плана; будете следить, как из Хаоса постепенно будут подниматься стройные скалы. Урусвати уже видела надпись японскую "Добро пожаловать". Пусть Урусвати пишет в Америку, как Ф[уяма] ценит искусство Японии и хотел бы оттуда начать большую выставку. Очень спешу.

9 февраля 1932,

вторник

На кресте полагается счастье мира. Ядом испивается будущее человечества. Лишь из собственного пепла возрождается феникс. Кровью своего сердца пеликан питает детенышей. Так трансмутируется высшая энергия, лежащая в основе рождения миров. Так, когда говорил вам о нагружении непомерном, предуказывал вам о высшей энергии, созданной лишь напряжением. Когда говорил о спасительном мужестве отчаяния, предуказывал лишь путь кратчайший. Так осмыслим спасительную энергию, когда лишь этим путем минуем все злобные устрашения. Кто же предпочтет тихое гниение светлому полету? Только широким полетом можно достичь берега Света! Но неразумен будет, кто подумает, что непременно нужна гибель. Напряжение до последней черты нужно лишь для дальнего полета. Так Мы говорим о победе, но не о погибели!

Сядем.

Но понимание благодати напряжения устремляет сердце к Высшим Мирам. Только на этом пути сияет голубой пламень. Могут сгореть части, но сущность лишь засияет. Не устрашитесь, когда приходят дни великие. Когда осматриваете доспех, можно знать, что победа дается лишь доверием и сердцем. Там, куда собираются силы, могут найти себе удачи настоящие.

Помолчим.

Спешу.

10 февраля 1932,

среда

В состоянии восторга, в состоянии Самадхи нет ли свойств самости? Так спросит невежда. Откуда ему знать, что это высшее состояние не только несвойственно самости, но противоположно ей. Откуда неприкасавшийся к высшему напряжению может знать, что именно оно несет высокую Благодать на Общее Благо. Ничто не рождает то чистое самоотвержение, которое создается восторгом наполненного сердца. Какая же из энергий человеческих может сравниться с энергией сердца, и которая из энергий может действовать на больших расстояниях? Миры не имеют для нее границ, и сознание не знает ограничений. Так можно просекать окно в Невидимое. Но как сказано станет видимым Невидимое, и мы будем в жизни готовы принять крещение огненное. Потому так усмотрим значение опыта, совершенного Урусвати[37]здесь, не выходя из жизни. От первых пространственных искр через все огни до Самадхи она оставит записи, которые лягут порогом Нового Мира. Потому говорю не только о напряжении, но и великой осторожности. Армагеддон не облегчает условия восхождения, тем ценнее достигнутое.

Сядем.

Так говорю − научитесь слушать сердце огненное. Не сомневайтесь в том, что огнем очищено. Мудро проявление основ сердца в жизни, и как же нужно радоваться этому камню добра.

Т[еперь] др[угое].

Держитесь за Меня крепче. Держитесь каждую минуту во всех шагах. Сатаны кинжалы в спину, но если единение крепко, то клинок сломится о камень добра. У Нас надежда, что пройдете воинами под Водительством Нашим. Нужно крепкое устремление, которое пригодится во всех Мирах.

Помолчим.

Бейте сатанистов в переносицу, не поникайте ни на час!

Вл[адыка], спасибо за помощь в Ам[ерике]!

− Лишь бы следовали за Иерархией. Довольно.

11 февраля 1932,

четверг

Пусть творится все во благо. Пусть каждое действие открывает новое достижение. Пусть мысль о пользе сопровождает каждый поступок. Пусть подобно яркому изображению Учителя отзовется на всем приказ добра! Неразрывно с добром стоит Учение Сердца! Кто же и что же, кроме сердца, оправдает или осудит помыслы? Чистота сердца явлена огнем. Сколько раз нужно повторять это жизненное применение огня; но все же ни дома, ни в школе не говорят об огне-очистителе. Разве может сказать об огне учитель, который даже не думал о действительности? Утверждение не значит еще твердость сознания. Потому как прилежно надо наблюдать и оглядываться на явления собственной жизни! Нередко знаменательные знаки окружают нас и являют значение нашего будущего, но неразвитое внимание не позволяет увидеть убедительную действительность.

Сядем.

Пытаюсь собрать как можно больше событий. Сатанисты стараются ускользнуть хотя бы на день, но неразумие их не даст следствий. Когда мы все обопремся осторожно и зорко, пусть стараются обойти, но для обхода нужно время. Самое полезное, что враг может сделать это, замолчать и дать нам время возвысить голос. Так не думайте, что битва затихает. Явление каждого часа насыщено.

Помолчим.

Верьте сердцу Урусвати, оно огнем очищено. Спешу.

12 февраля 1932,

пятница

Терпение есть дар неба − так говорили древние. Почему терпение должно быть от неба, когда, казалось бы, оно должно принадлежать исключительно сердцу Но как же напряжем терпение, если не будем знать Высшего Мира? Лишь когда от сердца утвердится к Высшему Миру нить серебряная, лишь тогда сойдет понимание терпения. У Нас чтут это качество; около него и терпимость, и вмещение, иначе говоря, открытие Врат. Если нам нечто не близко, но если оно открывает сердце соседа, то неужели мы не перетерпим, лишь бы зажечь чье-то сердце. Неужели предпочтем насладиться, но ожесточить сердце близкого? При этом разве не будет прекрасным испытанием зорко наблюсти, что именно открывает сердца ко Благу. В разнородности достижений нельзя не признать общую гармонию сфер. Пусть она выражается хотя бы в одном звуке, но каждая подлинная нота звучит консонансом космическим и должна быть принята бережно. Потому люди так возмущаются в сердце, если эта нота отринута. Испытание терпением есть одно из высоких испытаний.

Сядем.

Одержание нужно определять очень точно. Не нужно изумляться, если около очагов духовности замечается немало одержимых; причина та, что темные стремятся усилить стражу свою. Кто же, разве не одержимые, могут лучше помочь силам темным? При этом разновидности одержания неисчислимы. Нужно, прежде всего, распознавать, где Благо и где вред, в сущности своей. Так сердце пламенное сразу распознает, где сокрыто одержание.

Теперь др[угое].

Очень сильны демоны Калитинских.[38] Оставьте их, не соприкасайтесь. Конечно, вы не сомневаетесь в одержании Кельца и Лозинских.[39]

Теперь др[угое].

Утверждаю, что в Америке могут отсидеться, но крайнее напряжение должно быть приложено, также и здесь. Явление ускорения плана везде вызывает напряжение, не следует смущаться этим нагнетением − оно неизбежно. Примийте его как опыт терпения и энергии.

Помолчим.

Терпеливый неисчерпаем. Довольно.

Вопр[ос] Юр[ия]: Влад[ыка], правильно ли письмо в Париж относит[ельно] Кал[итинского]?

− Нужно воздержаться от сношений с ними и не раздражать, ибо Свати уже знает о Праге. Не нужно сноситься с ними непосредственно (Ч.). Можно писать всем, кроме Калитинских. Спешу.

13 февраля 1932,

суббота

Ручательство Силами Света есть наибольшая основа Жизни Новой. Утверждаю, тускло будет темным, когда русская конница пойдет на перевалы. Утверждаю Свет будущего, который будет зажигать по всему миру разными голосами. Утверждаю Учение как уявление Нового Мира. Утверждаю самые ценные понятия как ступени жизни. Утверждаю, что никакая тьма не может осилить Наши знаки. Утверждаю пользу от смятения. Утверждаю существование Звенигорода в Тонком Мире. Утверждаю стремление духа Востока к центру Азии. Утверждаю стремление Сил Тонкого Мира к земному плану. [Утверждаю трудный час как трубный зов.] Утверждаю спасение всем, кто за Нами следует. Утверждаю соединение многих раздробленных членов. Утверждаю путь на Восток,[40]где единое решение. Утверждаю число счастья, которое судит спасение миру.

Сядем.

По усмотрению Совета Нашего усмотрите, как могут подходить новые люди и возможности. Дайте весть в Америку, чтобы имели глаз на новых приходящих, только не надо пугаться темными нападениями. Множество темных выходок, но они как ветки факелов. Утверждаю судьбу темных как противников Света, но зову к единению, и в этом будет великий опыт. Нужно давать миру свидетельство, и разве Храм Духа не есть свидетельство?

Молчите. Утверждаю новое единение. Утверждаю новое понимание Иерархии. Утверждаю новое сражение за Знамя Владык.[41] Спешу.

14 февраля 1932,

воскресенье

Годные устремления уничтожают явления заразы. Устремленный человек, поистине, полон иммунитета. Так же и с проходящими по краю пропасти. Лучшие крылья сотканы устремлениями. Даже лучшим противоядием будет то же устремление. Огонь, рожденный напряжением стремительным, будет лучшим щитом. Древние объясняли, как стрелы не достигают стремящегося. Современные врачи могли бы указать на развитие особого вещества при духовном устремлении. Примените это в жизни как житейский совет. Указываю, насколько устремленный дух с быстротою света меняет свое положение и становится неуловимым. Так можно приучить себя к устремленности, являя ее как телесно, так и духовно. Учение без устремления как мешок просыпанный. Нужно обнять сущность сказанного, ибо изучение одних слов и останется на языке. Но спаситесь от языка, устремленного при мертвом сердце. Так не забудем о противоядии истинного устремления.

Теперь др[угое].

Не сомневаетесь, что говорю о стремлении не без основания. Нужно определить многое. Также нужно и устремляться, ибо вихрь велик. И лучше лететь впереди циклона.

Сядем.

Нужно мысленно устремляться ко Мне, это самое необходимое стремление. Учитесь не только постоянно иметь перед собою Мое Изображение, но и толкать мысли по линии Иерархии. Как на лодке закидывают якорь, чтоб подтянуться к нему, так и, закидывая мысли по линии Иерархии, мы двигаемся неуклонно. Никто не явит сомнения, что лучший путь спешить к лучшему.

Теперь др[угое].

Как указал об одержании и о сатанистах, так и видите каждый день. Не ноя, но сурово оберегая, пройдете до победы. Пусть суровость как меч острый.

Помолчим.

Так нужно карать всех кощунствующих. Последуйте Моим Указаниям. Довольно.

Ехать ли в Лагор?[42]

− Нет, нет, но хорошо сделали, пригласив Фильбуса. Спешу.

15 февраля 1932,

понедельник

Пошлите мысль в Америку, там много напряжения. Нужно понять, насколько мировое положение связано с делами. Невозможно отделить, когда общее состояние равняется неслыханной битве; потому так приказываю держаться неотделимо, проникаясь напряжением момента; не отступать, но одержимых теснить дружно. Если шутка допустима, можно назвать эту фазу сражения битвою с одержанием. [Поистине, темные пробуют усилить себя одержанием.] Но такая метода не может длиться долго, ибо именно одержанием они разлагают самих себя; потому говорю, чтобы продержаться. Ведь знаете, как одержание постепенно разрушает организм, неминуем паралич некоторых нервных центров. Потому так много полезного могут сделать врачи, устремив внимание на одержание. Спросите Лукина, не замечал ли он в глазах одержимых некоторые особенности? Ведь по глазам можно судить о двойственном существовании. Когда он ответит, скажу Мои поправки. Но не имею в виду только поверхностное явление, вроде мутного или бегающего взгляда. Нужно подметить и другие признаки.

Сядем.

Можно отметить так же признаки походки, голоса и даже изменение в весе. Не спрашивайте об этом психиатров, ибо они имеют закостенелые заключения, но врачи типа Лукина могут подметить непреднамеренно. Между тем, как нужны эти наблюдения сейчас, когда одержание становится повальным заболеванием! Тучи сметливых духов чуют слабость сердец людей и устремляются яростно к завладению земным запахом.

Теперь др[угое].

Поступки тигра так же недопустимы, как действия павиана. Уже много обращал черный владыка в зверей. Пошлем вместе твердость. Бейте в переносицу, бейте в затылок, так нужно. Пока Я пощадил Бэнона.[43] Довольно.

Утром дайте телеграмму о подходе новых лиц.

Вл[адыка], что сказать о ружьях К[ельца]?

− Конечно, принадлежат Институту.

Сказать Ф[уяме] о действиях К[ельца]?

− Да.

А Mahon'у?

− У вас много вестей. Довольно.

16 февраля 1932,

вторник

Положу первый опыт понимания Моих Указаний. Положу первый почин совместной работы. Положу первый уявленный Указ о начале действий следующей ступени. Положу первый Зов о Знамени Мира, которое терпит утеснение. Положу первый предупредительный приказ вредящим. Утверждаю первый час нового создания, но можно соединиться лишь при полном сознательном приобщении к Иерархии. Притом добро должно побеждать зло, значит, добро должно действовать. Не добро, если дух хорош, но язык кощунствует. Для следующей ступени всякое кощунство должно быть искоренено, ибо карма кощунства лежит около предательства. Так нужно понять, что кощунство удел темных. Нужно это очень понять, ибо кощунствующий не может знать Иерархию.

Сядем.

При будущем снятии аур нужно помнить о разных светофильтрах. Синяя и фиолетовая окраска показывает, насколько трудны для обычной фильмы тона, имеющие сходство с окраскою Тонкого Мира, к которому принадлежит аура. Так она может быть снята, если пространство было наполнено пылью метеорною или если при процессе участвовала сильная психическая энергия. Так после всех физических пособий опять вернемся к психической энергии; и как нужно для накопления этой энергии, прежде всего, избегать разлагающего кощунства.

Теперь др[угое].

Очень велика битва. Нужно обнаружить великую осторожность. Спешу.

17 февраля 1932,

среда

Постоянно настаиваю о преодолении всякого страха. Это требование не отвлеченно, но направлено к ближайшему восхождению вашему. Страх, как многие отрицательные свойства, усиливаясь, образует своего рода отрицательный магнит. Этот магнит при следующих существованиях будет обращать личность по заложенному предмету страха. Если человек чего-то боится, ему непременно придется пройти именно тропою этого ужаса, пока не исчерпает свой страх. Потому полезно, чтобы человек, осознав невредимость своей духовной сущности, теперь же освободился от всех страхов. Ведь все устрашения ничтожны! Даже встреча с сильными темными сущностями не опасна, если сохранена прочная связь с Иерархией. Также могут быть исчерпаны и другие отрицательные свойства явлением сознания, что недостойно возвращение к ним, когда придется испытывать на себе их обратный удар.

Сядем.

Лишь осторожность нужна, когда кругом движутся громады.

Помолчим.

Посылать твердость?

− Нет, спокойствие. Великая осторожность. Спешу.

18 февраля 1932,

четверг

"Сумей схватить за хвост самого маленького черта, и он укажет, где притаился его набольший" − эта старая китайская пословица указывает на значение малейших подробностей для открытия главного. Действительно, самая заботливая подробность будет лучшим ключом к подвигу великому. Ошибочно думают, что подробности незначительны для пути восхождения. Даже самые прекрасные героические действия покоились на подробностях, вовремя предусмотренных. Как внимательно замечает все камни следующий за Учителем; не минует его ничто постороннее. Лишь плохой ученик скажет: "Учитель, я в восхищении разбил себе нос!" Такая несоизмеримость лишь покажет, насколько ученик далек от зоркости. Пословица китайская имеет и другое значение. Самый большой преступник лучше всего познается по самым малым подробностям поведения.

Сядем.

Когда Мы обращаем внимание на подробности, значит, именно они могут улучшать положение. Качество работы зависит от предусмотренных соотношений. Лишь одни большие линии могут напоминать работу великанов, от которых давно пришлось отказаться по грубости. Но дух не знает ни великанов, ни карликов − он знает устремление к совершенствованию, в котором звенят все колокола Космоса. Так будем напоминать об условиях совершенствования. Если начнем с Ашуров , то кончим Дэвами.

Помолчим.

Что посылать в Ам[ерику]?

− Спокойствие. Так крепко нужно держаться около Нас в Битве. Нужно полюбить это место около Нас, как бы ничто иное не существует. Спешу.

− Вл[адыка], что дать Св[ятославу]?

− Думаю, можно слегка натереть щеку и полоскать молоком. Пирамидон.

19 февраля 1932,

пятница

Рычание наполняет сферы. Помогите каждый удержать равновесие. Фронт темных пользуется всеми мерами, чтобы проникнуть среди рядов Наших. Не устанем обращать внимание, насколько нужна внимательность к малейшим подробностям. Усвойте, как нужно слушать и озираться. Не только уловки темных можно услышать, но также и колокола и прочие космические знаки. Они указывают на напряжение атмосферы, на близость Нашу и напоминают об Иерархии. Не нужно смущаться, если колокола и струны зазвучат негромко, тому много причин. Также могут услышать их и некоторые, кому не нужно еще слышать эти зовы битвы. Потому именно теперь обращаю внимание на самые подробности. Очень полезно изучать эти малые дыхания природы. Кроме применения к Великой Битве, эти наблюдения необходимы при дальнейшем движении.

Сядем.

Про дыхания нужно утверждать, когда так неслыханно загрязнена атмосфера; до явления гор достигает сгущенная подавленность. Никогда не было такой плотности нижних слоев. Это явление можно бы исследовать, и люди могли бы задуматься об особенностях нашего времени. Так мы можем даже самыми примитивными способами познавать, насколько это время особенно.

Теперь др[угое].

Прошу, чтобы утверждали везде, как нужна осторожность. Много сил высасывается нагнетением атмосферы. Кроме прямых нападений, много извне сил поглощается, но помните о Нас, о неизбежности сужденных мировых ударов. Так время Армагеддона развивается на всех планах. Довольно.

Не опасен (здоровье Светослава).

20 февраля 1932,

суббота

Не есть честь, если кто соблазнится темными. Не есть честь, если не найдется сказать против темных уловок. Не будем думать, что уменьшатся ухищрения нападающих. Неправильно думать, что когда-то наступит нерушимый покой. Каждое потрясение есть лишь оселок пробный; так нужно ждать каждое утеснение как напряжение для прыжка. Кто же исчерпает глубину духа, если она существует? Кто же измерит и какими мерами наполнение сердца? Поистине, сердце отвечает за себя. Поистине, лишь язык сердца может дать сущность сущего. Потому не убоимся утеснения напрягающего. Сомнение может расслабить каждое напряжение, потому отвергнуто сомнение и породитель его зовется Отцом Лжи.

Теперь др[угое].

Подробности происходящего отвечают большему значению сужденного. Можно радоваться этим подробностям, ибо напоминают они некоторые славные страницы.

Сядем.

Кто же и что же заменит единение сердец, которое, как костер пылающий, несет зовы к дальним мирам? Кто же может устрашиться, кто хотя бы однажды коснулся Беспредельности?

Помолчим.

Пошлем неустрашение. Бейте в переносицу и в затылок, но помните осторожность.

Довольно.

21 февраля 1932,

воскресенье

Разве не должно наполнять приливом энергии сознание, что даже малейшее накопление духа важно для будущего. Решительно все положительное определяет нашу сокровищницу будущего. К тому же, ради Иерархии неуместно обнищать духом. Но каждое завоевание и нахождение может быть принесено человечеству. Конечно, своекорыстие невместо ни с Иерархией, ни с пламенным сердцем. Так наполнение сердца может быть трех родов или личное, себялюбивое, так иначе, смертное; или самоотверженное о близком определенном, иначе говоря, подвиг среди жизни; или вселенское наполнение ко всему человечеству. Это наполнение и легко, и трудно, легко, освобождая от Земли, но трудно, утверждая чувство поверх рас и народов. Но вселенское наполнение сердца нуждается в опытном исследовании и упражнении. Все равно как бы вам предложат уложить в малый ларчик содержимое целого дома. Но испытанный дух не затруднится выбрать самое ценное.

Сядем.

Кто же затруднится принести по Иерархии ценные накопления, тот вообще не поймет о ценностях. Так нужно привыкать не пропускать ничего и быть готовым отдать накопления по Беспредельности. Пошлем себе спокойствие. (Я увидела вокруг себя сине-лиловый свет). Именно твоя милая напряженная аура. Следует подкрепиться. Довольно.

22 февраля 1932,

понедельник

Также иногда корни дерева будут прочнее основания дома. Когда пол начнет колебаться, не будет ли безопаснее ухватиться за ветвь дерева? Так тяжко время, что можно найти ветку дерева прочнее плит пола. Даже малое окно может услужить лучше двери; около потрясений тверди не сломается гибкая, живая ветка; потому так изучайте природу вещей. Неразумно не использовать растущее около окна. Лишь безумный без нужды вырубает то, что сам насадить не может. Тоже лишь твари лжи пытаются окружать путь, чтобы уклонился путник. Но на ветках жизни можно оставить знаки пути верного. Так будем беречь каждую ветку около окна. Когда нужно, пусть листы сада охранят труд наш и охранят от вихря − значит, вихрь бушует!

Теперь др[угое].

Указываю, чтобы не устрашаться от вихря, он приносит цветы дальних стран. Но лекарства часто смешиваются из дальних корней.

Сядем.

Немудрено, если сердце чует, какие особенные пути нужны. Конечно, сердце знает, как обстоятельства меняют положение. Но ждать обстоятельства подобно ожиданию вихря через горы. Уже шумит вихрь, но к нам ли? Не снесет ли крышу? Не сметет ли посев? Кто же усмирит ярость? Но Хранитель Незримый шепчет: "Меня позовите!"

Помолчим.

Спокойствие себе. Что же, кроме вихря, очистит атмосферу? Если снег, самый горный, самый чистый, полон метеорной пыли, то как же плотна атмосфера долин! Нет места в смятенном городе. Так будем смотреть к восходу. Довольно.

Вызв[ать] ли Рамзана?[44]

− Кирпич годен для стены.

23 февраля 1932,

вторник

Можно волевым приказом изменить пульс. Можно почти остановить сердце. Можно произвести многие психо-физиологические действия, но если спросите как поступить сейчас, скажу отпустите сердце кверху. Представьте себе сердце как бы в чаше с пламенем возносящимся. Так, поверх физиологических воздействий, поставим устремление сердца кверху по линии Иерархии.

Теперь др[угое].

Когда мир мятется, можно ждать устрашающих вихрей, как водных смерчей, которые прободают низшие слои атмосферы и тем окончательно искривят мышление. Нужно приготовиться к самым неслыханным выпадам, но пройти их значит идти путем познания.

Сядем.

Уже сказано, что в случае обнаруживания одержимости нужно или изгнать одержателя, или оставить одержимого в покое, в одиночестве, ибо тогда одержатель не найдет поля действий и, наскучив, уйдет. Конечно, лучше не давать одержимым оружия или спирта, [но] так, чтобы они меньше всего чуяли [свою] изолированность.

Теперь др[угое].

Конечно, даже средний человек Востока превзойдет западника в духовности, потому Мы строим на Востоке. Даже Америка имеет преимущество перед Западом, ибо там есть корни Востока.

Помолчим.

Битва велика, держитесь крепко. Довольно.

24 февраля 1932,

среда

Если возьмем деодар, самый высокий, самый крепкий, сколько же знаков от прежних, отпавших веток найдем на стволе. Не стал деодар слабее от этого, наоборот, эти ушедшие ветки оставили самые твердые знаки. О них даже сталь ломается. Ни одно Учение не ужасается об отпадающих. Оно знает, что должны отпадать нижние ветки; так унесенные ветром отпавшие могут выполнить свое назначение. Они даже могут зародить новые деодары, и смола их будет все-таки целебной. И после сложенные, чтоб держать угол дома, они дружно сольются в общем нагнетении. Потому не ужасайтесь отпадающими. Они не могут уйти от той же смолы сердца. Когда же сверху наблюдете множество перекрестившихся троп, то даже улыбнетесь встречающимся путникам. Когда осознана длина беспредельного пути, тогда и меры приложите другие. Нестрашно, когда совершается странствие, но холодна лишь недвижимость.

Сядем.

Битва не знает чисел. Наоборот, мера чисел может усиливать движения сил. Но сегодня враги принесли Урусвати почетное звание по самой большой мере. Запишем это, ибо Азия самая великая часть света. Так никто в Америке и в Европе даже не может помыслить о сравнении. Так пишется история, и не будем несправедливы к врагам; они знают меры − так старая истина не умрет. И мера духа лежит поверх всех мер земных. Так число остается отмеченным, несмотря на сильную битву. "Самая опасная женщина в Азии" − ведь не услужливый друг сказал, но враг, взвесивший силы Азии.

Теперь др[угое].

Нужно идти дружно и неутомимо, ибо в этом пути стираются границы миров.

Помолчим.

Довольно.

Вл[адыка], может быть, мне нужно явить еще большую осторожность?

− Но как же можно иначе? Поставь иногда имя Христа, ведь в этом нет ошибки.

25 февраля 1932,

четверг

Ручательство щитом станет, но будем отличать отпадение от предательства. При отпадении могут действовать причины кармические или особенности физические. Но для предательства нет оправдывающих обстоятельств. Утверждаю, что следствия предательства самые неизбежные. Ничто не освободит предателя быть преданым. Явление предательства Учения считается самым тяжким. На Высшего Духа не может кощунствовать человек. Обозревая деятельность сердца, можно видеть, какие физические потрясения вызывает предательство самого Высшего. Не только в границах личности, но неумолимо на широких пространствах действует разложение от предательства. Как чуют высшие сферы каждое возношение благое, так предательство гремит как разрушенная башня. Приняв сравнение деодара, можно сказать, что предательство подобно дуплу с гнездом летучих мышей.

Теперь др[угое].

Рычание порождает настоящий зверинец. Потому нужно отучиться подражать зверям. Конечно, явлений сходства со зверьми еще много, но при стремлении не будет времени на зверей оглядываться.

Сядем.

Кто может представить себе нагнетение ваше? Ибо столько токов сосредоточилось около вас. Нельзя понять обычным суждением, какое напряжение особенно сейчас, потому просил продержаться это время. Конечно, и Мы не дремлем.

Помолчим.

Правильно не ослаблять наблюдения за тигром. Правильно избегать новых врагов. Правильно утверждать появление новых возможностей. Потому будем зорки. Довольно.

Нужно ли еще писать Кельцу?

− Можно о ружьях. Можно повторить, как указано, что ружья принадлежат Америке. Спешу.

26 февраля 1932,

пятница

Если мать не будет терпеливо внимать первым желаниям своего ребенка, она не будет матерью. Если Учитель не проявит терпения к первым шагам ученика, Он не будет Учителем. Если Учитель не поймет путь ученика, Он не будет Учителем. Если Учитель не наложит руку на глаза ученика, Он будет ослепителем. Так обережем путь сердца. Чуждо сердцу Учителя каждое притеснение. Он наблюдает опыт ученика и лишь тихонько отведет руку, если она коснется огня. Терпение есть камень Венца. Оно свидетельствует о приближении к Беспредельности.

Теперь др[угое].

После мужества приходит спокойствие. Не может вооружиться спокойствием трус. Но как прекрасно спокойствие меча истины! Потому нужно твердить себе о мужестве как о вратах необходимых.

Посидим молча.

Довольно.

Вл[адыка], каково положение на японо-кит[айском] фронте?

− Не легко на Армагеддоне. Не может быть легких одолений. Особенно потому, что с обеих сторон много несознательных воинов. Довольно.

27 февраля 1932,

суббота

Всякое жаление сжимает сердце; но жаление о других расширяет после сердце новым светом, тогда как саможаление оставляет сердце как сморщенное манго. То же и о восторге, и о деянии милостыни. Пора провести границу между своекорыстием и вселенским Благом. Полезно в школах задавать содержание целых историй с вопросами как поступили бы ученики на месте героев? Нужно не вкладывать в учеников определенные ответы, наоборот, открыть поле всяких соображений; так учащиеся вступят на первое испытание. Потому нужно с первых лет приучаться к свободному выбору последствий. Конечно, Рука Незримая Учителя всегда предупредит о падении. Конечно, для этого нужно существование хотя бы тоненькой нити Иерархии.

Теперь посидим.

Слои тьмы ищущих и ненавистных Нам наполняют низшие слои атмосферы. Не ошиблась Свати, поняв Меня, посылающего вам крепость. Битва велика, к тому же смятение в низших слоях мешает. Потому приказ дня держаться не уступая и помнить кинжалы в спину. Потому не оборачивайтесь к врагам спиною. Помните, как в некоторых мистериях запрещалось оборачиваться спиною. Так представьте себя среди болота и зная, что лишь один якорь вывезет. Прошу верить каждому ощущению Свати.

Помолчим.

Представьте себя в ночном бою. Спешу.

Вл[адыка], написать мне письмо Mrs Mahon?[45]

− Да.

Позвать ли завтра Фучая?

− Нет.

Когда лучше принять коллекции от К[ельца]?

− Утром. Спешу.

28 февраля 1932,

воскресенье

Говоря о качестве любви, отметим любовь задерживающую и любовь устремляющую. По существу, первая любовь земная, и вторая небесная. Но какое множество созиданий разрушено первой и такое же множество окрылено второй. Первая знает все ограничения пространства и сознания, но вторая не нуждается в мерах земных. Она не затруднена расстояниями и суждениями смерти. Первая знает мир как планету, вторая же даже не затруднится перед уничтожением планеты, ибо перед нею все миры. Истинно, вторая любовь идет по физическому миру, так и по Тонкому и по Огненному. Она зажигает сердца для радости высшей и тем нерушима. Так расширим сердце не для Земли, но для Беспредельности.

Посидим.

Примем любовь как двигатель расширения сознания; сердце не будет пламенеть без любви, не будет нерушимо и не будет самоотверженно. Так принесем признательность каждому вместилищу любви − она лежит на границе Нового Мира, там, где упразднена ненависть и нетерпимость. Путь любви есть напряжение энергии космической. Так люди найдут свое место в Космосе. Не сухие листья, но Лотосы пламенные! Они будут уподоблены Высшему Миру.

Помолчим.

Конечно, Знамени Владык нужно помочь, и деньги найдутся. Каждое проявление Знамени есть еще один светоч во тьме, так пусть малое ведет к великому.

Теперь др[угое].

Кто может понять, как нужно замечать знаки Наши, но Урусвати сердцем знает эти Иероглифы. Довольно.

Владыка, как благодарить за эту защиту от выпадов против Ф[уямы]?

− И против Сергия. Довольно.

29 февраля 1932,

понедельник

Где же граница своекорыстия? Сердце знает эти границы, но рассудок не может расчленить лепестки огненного Лотоса. Когда поручен вход стражу, когда дан ему щит и когда он примет в свой щит все стрелы за Учителя, это будет тоже свое действие, но оно будет противоположно корысти. Сердце отлично знает эти прекрасные свои действия, когда каждая вражеская стрела вырастает в новый лист пламенного Лотоса. Эти свои действия, никем не принужденные, никем не приказанные, никем не опровергнутые, но всеми злыми осужденные, будут истинными лучами подвига. Именно осуждение, явленное злобою, может служить одним из верных мерил. Нужно заметить, как тьма не осуждает настоящее своекорыстие, и это тоже верное мерило. Не следует знать лишь мерило кверху, нужно знать и мерило книзу, только тогда можно оценить щит подвига.

Сядем.

Нужно согласиться о настигающих врагах, ибо нельзя ждать отовсюду. Так можно различать главных врагов в Америке, затем русские и лишь после англичане. Нужно остановить внимание на Америке, ибо не только зависть, но и недоброжелательство к культуре заставляет людей пухнуть от злости. Но так как от вампиров нужно обороняться острием, потому можно искать очень больших противников. Указываю главного − Рокфеллера, но не подумайте смущаться; наоборот, чем больше противник, тем лучше победа. Лишь зоркость и настойчивость.

Помолчим.

Пошлем защиту от одержимых сюда. Нужно понять, насколько велика битва и напряжение. Довольно.

Вл[адыка], не предъявить ли К[ельцу] иск?

− Пусть законник решит, как легче задержать его в Америке. Mahon предупрежден. Довольно.

1 марта 1932,

вторник

Относительность и несовершенство будут отличительными явлениями каждой жизни, но они, именно, открывают дверь в будущее. Люди, которые являют препятствие себе в том, что они несовершенны, тем самым показывают свою законченность, иначе говоря, свою негодность. Законченность невозможна в процессе движения. Только совершенствование среди огненных вихрей утверждает истинный путь. К тому совершенствованию ведут разного рода земные мученичества подвиги и героические деяния, ибо при этих напряжениях создается наибольший огонь сердца. Конечно, не следует понимать мученичество лишь физически, главное происходит всегда в духе. Сердце может биться почти обычно, но духовное напряжение будет необычайно.

Посидим.

Так необходимо установить значение подвига в духе. Костры уже редки, но мученичества в духе особенно усиливаются; так и должно быть, когда Мир Тонкий приближается к физическому. Нет ничего удивительного, если движение физическое преображается в духовное. Не забудем символ преображения, в котором показано претворение физического бытия в тонкое. Множество символов явлено как вехи эволюции, но человечество принимает их отвлеченно.

Помолчим.

Если нападают сильные демоны, это лишь честь. Так вижу очень трудное сражение, но нить серебряная не может быть отрезана мечом демонов. Так будем мужественны. Довольно.

Вл[адыка], чем помочь Катрин?

− Трудно, конечно, бальзам полезен, но при нем так нужна нить серебряная. Она недостаточно думает о Камне и о Нашей Иерархии. Дума постоянная есть своего рода броня. Довольно.

2 марта 1932,

среда

Множество заблуждений происходили от неправильного понимания эволюции законов; когда человечество приближалось к основным законам на основе древних нахождений, обычно забывали принять во внимание все наслоения веков, которые немаловажны. Так, если сделаете палкою круг по воздуху, то она придет в начальное положение уже иной, полной новыми химическими отложениями. Прав философ, утверждающий, что каждым оборотом обновляется планета. Во всяком случае, она каждым оборотом изменяется; так и закон, оставаясь незыблемым в сердцевине, постоянно облекается спиралями эволюции. Очень значительны эти оболочки, потому было бы заблуждением принять полный объем закона тысячелетия назад. Потому же [и] настаиваем на постоянном изучении. Нельзя довольствоваться законом, руководившим планетою в ледниковый период. Также нельзя сравнивать духовное равновесие тысячу лет назад с настоящим часом. Ведь даже химически изменились слои около Земли. Вызваны непримененные энергии, и так хаос получает новые доступы.

Сядем.

Хаос нынешний подобен скачке хаоса с проявленным. Призвание новых энергий вызывает взрывы стихий, потому уже нельзя остановиться, и нужно ставить все средства на проявленное. Так белые кони Света должны опередить черных коней. Нужно твердить это напоминание, иначе некоторые прельстятся вороными скакунами.

Теперь другое.

Каждый день несет новые решения. Худо думать от дня сегодняшнего, можно так остаться при прошлом. Все битвы, построенные на сегодня, будут проиграны завтра. Знамя покажет путь вихря!

Помолчим.

Вы сами, того не замечая, говорите символически и условно, потому не удивляйтесь на необходимости символов в Космогонии. Язык сердца есть дыхание Превышнего. Не будем затруднять его излишними словами. Довольно.

− Влад[ыка], где просветы в тумане?

Уже понимаете некоторые просветы. Так путь нужен через Японию, и ваши шаги правильны. Потому в Америке нужны обстоятельства. Не худо предложение обратиться к дочери Розенвальда. Также почему не посоветоваться с Норвудом[46] и Батлем. У них есть люди полезные. Также на присланной фотографии неплох средний. Чудовище (Кельц), но бейте демонов спереди и сзади. Можно оставить кольцо (у кн[язя] Четвертилова).

3 марта 1932,

четверг

Известна достаточно нить, соединяющая физическое тело с тонким во время выхода последнего. Так же точно должна быть очувствована нить серебряная по Иерархии. Нельзя представить ее как нечто отвлеченное, она существует, так же как смерч, в котором сливаются небо и земля. Само образование нити серебряной по своему спиральному построению сходно со смерчем. Когда набухает энергия сердца в любви и в преданности, тогда полетит в пространство сияющая спираль, и, конечно, по закону притяжения встретится с лучом Учителя; раскаленная среди вихря пространства так нужно приучиться видеть и ощущать эту светоносную связь. Многие не видели даже смерчей, и потому сказанное для них пустой звук. Но пусть начнут соображать от самых грубо-очевидных явлений и представлять себе Беспредельность, где все возможно, где никакое рассудочное мышление не исчерпывает все Бытие.

Сядем.

Некоторые отрицают все Невидимое. И не только дикари, но и многие грамотеи не желают даже подумать о звездах. Учения намекают о бесчисленных жилищах небесных, но, вероятно, люди не желают ускорить путь свой. То же самое, когда в театре зрители рыдают, но через минуту готовы злобствовать и давить других.

Теперь др[угое].

Действительно, нелегка атмосфера, но смотрите как на перемирие, когда оружие остается наготове.

Помолчим.

Будем твердыми, мужественными и радостными на дозоре Владык. Довольно.

Вл[адыка], что Аситра, ничего?

− Ничего.

Фент[?] Mah.?

− Да. Кельц вреден в Лахоре и около Америки. Конечно, грязный демон, но будем тверды.

4 марта 1932,

пятница

Усмотрите, насколько силы утроились после пострадания от одержимых. Усмотрите, насколько утроилось Учение против темных демонов. Поручаю утроить наблюдения за всеми воротами. Поручаю нужные явления утроить, около Учения следить за врагами.

Теперь др[угое].

Сердечное томление о дальних мирах составляет особый вид тоски. Не могут вместиться в земную урочную ауру сердца, много испытавшие. И опыт их подтверждает, насколько Учение зовет к расширению понимания. Но ничто не истребит память о дальних мирах у тех, кто приближался к ним в огненном теле. Как счет звезд необъятен, так и воспоминание о дальних мирах несовместимо в словах. Также не забудет сердце о нити серебряной, которая как лестница в Беспредельность. Не может тело земное выдержать многих огненных откровений. Но та же нить сердца держит сознание о мирах дальних.

Сядем.

Появление Учения среди окраин очень заметно. Так нужно и в других областях искать решений не в центрах, но дальше среди голодных духом, как утверждал давно. Также и в делах Америки − не N[ew] York, но окраины могу помочь. Утверждаю, что можно найти приезжающих и не нужно разбирать, если они будут масонами, или теософами, или фермерами. Теософы или масоны на букву С. полезны. Также Минесотта удачна по дружбе, но главное продержаться несколько времени, потому обстоятельства спешат.

Помолчим.

Соберите силы как в лейденской банке. Очень спешу.

5 марта 1932,

суббота

Посмотрите на многие события. Нельзя помыслить, что они случайны, но они, очевидно, каким-то законом распространяются по миру. Точно незримые руки касаются многих струн. При этом можно заметить, что как бы затихшие струны опять звучат еще мощнее. Но правы те, кто понимают Армагеддон как поле знаков высшей энергии. Не может быть это поле случайным, но оно как магнит встречных энергий. В противовес этому полю суждено поле Светлого Града. Как поле Армагеддона возвещено шумом оружия, так поле Светлого Града возвещается звоном колоколов. Можно по противоположению судить о размерах сужденного. Так можно слушать шум битвы во имя зова колоколов. Пошлите это суждение Шк[ляверу]. Пусть он от неизвестного странника пошлет это Ширинскому[47] и увидит следствие.

Теперь др[угое].

Башня покоится на прочном основании, утвержденном на скале. Башня мужества покоится на прочном сознании, подтвержденном скалою сердца. Но на чем же проверит себя сердце? Только на Иерархии. Пусть сердце приучится беседовать с Учителем. Подобно древним старцам, пусть сердце знает лишь общение с Владыкою, чтобы ничто ничтожное не вторгалось в сердечную беседу с Вышним.

Сядем.

Нужно как сокровище беречь сказанную беседу с Учителем. Понявший сокровенное значение этого общения уже не предастся тьме. Но как же нужно оберегать сердце от порвания серебряной нити! Ничто не может спаять ее. Можно дать все сострадание, но нить куется из множества качеств. Как древние Изображения отливались из многих металлов, так и нить крепка многими качествами. Но сладчайшая беседа сердца с Учителем есть то горнило, где сияет огонь могущий.

Помолчим.

Н[иколай] К[онстантинович] видел огонь над моей головой.

В сердечной беседе, в сердечном общении вся победа. Спешу.

Вл[адыка], правильно ли я слышала Ваши слова, обращенные ко мне сегодня ночью?

− Да, да, да.

6 марта 1932,

воскресенье

Знаете, что живой огонь является лучшим противозаразным средством, но природа огня одинакова во всех проявлениях. Высоким явлением огня будет огонь сердца; значит, этот огонь будет наилучшим очистителем и охранителем. Потому вместо разных сомнительных и часто ядовитых антисептических препаратов лучше иметь не только огонь очага, но и раздуть огни сердца. Можно убедиться, насколько огни сердца борются с тяжелыми заболеваниями. Так наши современные врачи должны рано или поздно обратить внимание на все состояния огней. Лая на истины, давно известные, не подвинутся врачи к панацее. Совершенно верно Урусвати мыслит о ведических богах, так микрокосм подобен Макрокосму. Утверждаю, что огонь сердца очищает самую глубокую тьму. Но рядом с очищением огонь сердца полон качествами магнита, и так он является естественною связью с Макрокосмом.

Посидим.

Нужно понимать огненный путь как [путь] к Превышнему. Не слова, не страх, не обычай, но сердечное общение, как явление самое непреложное, самое извечное. Так мост радужный приблизит тот берег. Сколько противоречий о том береге, но он существует, и нужно найти путь к нему. Не засохший лист осенний, но пламенное сердце перейдет все мосты; кто не мыслит о рождении огня сердца, не знает пути кверху, тот не хочет заглянуть светоносно.

Теперь др[угое].

Пусть умолкнет сомнение, которое не раз тушило огонь сердца. Нужно избавиться от червя, чтобы избежать дракона. Особенно сейчас сомнение губительно, ибо можно иметь лишь один меч. Никто не имеет в бою два меча, и никто не мечет двух копий, и никто не пускает двух стрел. Можно достичь лишь одним ударом и отвагою на одном стремлении.

Помолчим.

Трудно, но успех около огня сердца. Спешу.

7 марта 1932,

понедельник

Сны могут отражать прошлое и настоящее. Сны могут отражать уже сложившиеся клише будущего. Но кроме этих земных отражений могут быть отражения Тонкого и Огненного Мира. Конечно, часто люди не могут запечатлеть именно эти два последние вида, ибо они мимолетны и, будучи иной природы, мало укладываются в меры земные. Только пламенное сердце может удержать в сознании эти искры дальних миров. То же самое происходит и с видениями. Можно видеть звезды в иных созвездиях, нежели видимые в телескоп. Для этого тело огненное должно быть уже достаточно образовано. Конечно, оно всегда существует, но может быть хаотичным и несознательным. Но путь устремления через все тела, и тогда триада засияет.

Сядем.

Теперь от звезд к чудовищу. Не нужно думать, что высокие достижения обезопасят от чудовищ мрака. Наоборот, Свет укажет новые чудища, и злоба их непомерна. Тужить об этом не будем, ибо чудища − ножки престола. Недаром священные предметы изображаются на животных подставках. Но это соображение не избавит от бдительности.

Теперь др[угое].

Тигр пользуется каждою добычею, потому будем смотреть за всеми воротами.

Помолчим.

Урусвати чует и сражается прекрасно. Отметим, что битва не слишком отяжеляет сердце, это достижение. Спешу.

8 марта 1932,

вторник

Если так называемое состояние Нирваны не есть покой, но высшее напряжение энергии, то можно спросить существует ли вообще покой? Действительно, как можно вообразить себе покой, если все в движении и движением существует? Само понятие покоя изобретено теми, кто желали укрыться от бытия. Они предпочитали недвижность, забывая, что ни мгновения не может быть без движения. Равновесие есть нужное понятие. Следует думать не о покое, но о том, как среди вихрей сохранить равновесие. Нить серебряная напрягается силою устремления, затем и нужно знать, что есть равновесие, чтобы не отягощать нить Иерархии колебаниями. Нить не порвется, если напряжена. Ведь даже солома прочна, пока не согнута. На том же законе сцепления основана нить серебряная, но если кто не удержится от беспорядочных колебаний, тот обычно не удержит связь. Так не будем сетовать на отсутствие покоя, ибо его вообще не существует.

Сядем.

Каждый неправый не устоит против равновесия, потому удар меча должен быть законен. Так поймем средоточие законов физических и высших в сердце. Этот центр назывался перекрестком и изображался равноконечным крестом; дордже, так[же] и свастика, указывали вращение огня сердца. Вращение и равноконечность признаки равновесия. Кто-то в детстве пробовал встать на шар, но не знал, что это есть символ великий равновесия.

Помолчим.

Для равновесия посылаю переменные токи. Нужно тигра бить в переносицу и в затылок. Спешу.

9 марта 1932,

среда

Постороннее не должно закрывать основное. Потому не засорять должно человечество путь к восхождению. Не много пыли нужно допустить, чтоб самая звонкая труба охрипла. Именно, эта малая щепоть пыли опаснее всех мечей и ножей. То же нужно сказать о колебаниях духа: они происходят не от великих дел, но от той же пылинки. Так преуспевающий в большом имеет глаз на малое. Так сердце, предназначенное великому, чует даже малейшее. Ошибочно думать, что великое слепо на малое. Наоборот, малейшее видимо великому глазу, и шорох неслышимый чует сердце пламенное. Если поймем чуткость великого сердца, мы уже знаем значение миростроения. Не будем возноситься одурманенные, но не поникнем в гордости. Гордость есть камень на ногах, и одурманивание есть восковые крылья. Но достоинство духа есть огонь сердца, есть крылья к солнцу.

Посидим.

Не будем забывать наступление, если даже заметим обычную тактику Владык. Не забудем нужную поспешность, если даже слышим рыкание Учителя. Кто скажет, на кого рыкает лев за горою? О, ловец, не опусти стрелу, не думай, что уже скрылся тигр, но добивай барса, ибо устрашишь всех скрытых зверей. Можно послать к тигру двух нежданных совопросников, пусть тигр пасть откроет.

Помолчим.

Не будем жалеть врага, он приготовил себе карму. Меч не на друзей, но против врагов. Так не будем малодушны. Довольно.

Вл[адыка], во время беседы я ощущала прикосновение к затылку.

− Моя Рука так на страже. Довольно.

10 марта 1932,

четверг

Вне всяких границ человеческих вспыхивают пространственные искры. Так же поверх уставов земных долетают дальние зовы. Разве не просыпаетесь иногда с необычными словами в сознании, разве не слышите имена неземные? Не мало встреч в Тонком Мире. Не мало проводов с огненными областями. И часто зовут нас те, кто раньше или в будущем суждены к встрече. Не беден мир земной, если мы не будем сами ограничивать его. Не мало учат нас древние о возможностях преображения и о связи с Высшим Сознанием. Непростительно, если мы пребудем в животном состоянии. Ведь животные, хотя и чуют Мир Тонкий, но не сознают его. Люди же должны осознать связь свою с дальними мирами, в этом их отличие и могущество. Но если люди закрывают сознание, они не только вредят себе, но даже общему Бытию.

Сядем.

Но Высший закон сердца следует за утверждением всего[48]будущего. Мозг − прошлое, сердце − будущее. Так более огней около сердца. Нужно не забыть, что кроме обычных огней каждая эпоха зажигает свои светочи, и, конечно, век Огня дает особое огненное сочетание сгущенное червонное золото и золотой пурпур будут около сил огня.

Помолчим.

Не замечаете ли многих одержимых кругом? Нужно и в Америке обратить внимание на неслыханное одержание. Так можно бороться с ним! Прежде всего нужно понять, с кем имеем дело.

Вл[адыка], много ли это поможет?

− Нет, поможет, ибо осознать значит победить. Спешу.

Вл[адыка], кто Уриэль?

− Уриэль − суровый Водитель, о Нем скажу завтра.

11 марта 1932,

пятница

Урусвати знает и музыку сфер, и пространственные колокола, и струны звенящие. Спросят почему же множество людей не знают этих проявлений Но почему же множество людей довольствуется неверным пением и совершенно не хотят понимать оттенки звука? Между тем, даже шорох разрываемой бумаги очень прободает пространство, но большинство даже не замечают это. Так же и с запахом. Ароматы Тонкого Мира вовсе не редко проникают в физический мир, но люди, прежде всего, не желают замечать их. Даже дым пожара люди обычно замечают, когда он уже раздирает горло. Не только нечувствительность, но и неповоротливость делает людей слепыми и глухими. У них нет корня представления, и тем самым они извращают весь смысл Бытия! Так для этих недомыслящих магнит сердца просто чепуха!

Теперь другое.

Уриэль есть Владыка действия мощного. Можно обращаться к разным Водителям по качеству необходимой помощи. Если Михаил объединяется с Уриэлем, значит, нужно мощное наступление. Сурово сдержал Уриэль стихии на Венере. Так можно закалять мощь, прияв удар стихий. Нужно понимать эти мощные Силы как действительность.

Сядем.

Но вместо Тонкого Мира будем зорко следить за грубыми проявлениями. Не будем думать, что мы застрахованы от всех попыток. Сами Мы постоянно являемся объектами нападений. Разница лишь в том, что каждый встречает противника по силам своим. Но темные пользуются каждым случаем напасть и ударить своим измышлением.

Помолчим.

Будем очень осторожны. Довольно.

Вл[адыка], устремление есть великая реальность?

− Именно, оно кует магнит сердца.

Дыхание или движение, устремление или Космич[еский] Магнит − все едино?

− Да, да, да. Нужно постоянно намагничивать сердце устремлением. Довольно.

12 марта 1932,

суббота

Храните мужество только оно дает явление движения. Слышали о совершаемых предательствах против самого лучшего и достойного; не обойдется это время без этих знаков, сопровождавших каждое Учение. Есть нечто очень значительное, что имеет противовесом себе предательство − это высшее преступление. Нельзя указать ни одно Учение, где бы ни явилось предательство.

Терафимы бывают или искусственные, или живые. Для мировых событий избираются живые терафимы; люди называют их помазанниками, ибо связь с Иерархией дает физические стигматы. Терафим может не утверждать ничего гласно, но, тем не менее, темные чуют благодать помазания и предательствуют, чтобы пресечь рост Блага. Нужно ограждаться от предателей мужественно и черпать энергию из сердца. Относительно роста Блага не нужно беспокоиться − где зерно Света, там и цветы и плоды. Но нужно держать нить сердца как единственный якорь.

Сядем.

Творчество темных очень однообразно. Напрасно полагать, что они изощрены; лучше понять их как увертливых лжецов.

Теперь др[угое].

Случай с Калитинскими необычен. Конечно, карма заплачена, но остается так называемая шелуха кармы, и такое обстоятельство очень излюблено демонами. Ничто так не усиливает злобу, как мираж кармы, постоянно кажется, что заплативший что-то еще должен, и это распаляет злобу. У Нас множество отличий кармических связей. Можно наблюдать, как с веками одна личность поднимается, а другая падает; что же может произойти с нитью связи при таком расхождении? Но демоны пользуются шелухою кармической, чтобы тем сильнее нападать.

Помолчим.

Бейте в переносицу и в затылок. Нужно мужественно стоять. Спешу.

Вл[адыка], правильно ли поняла я сон?

− Да, ибо всегда готов к защите. Спешу.

13 марта 1932,

воскресенье

Шелуха кармическая напоминает о другой шелухе. Шелуха тонкого тела вносит также много неурядиц в бытие. Конечно, обе шелухи не должны вообще существовать. Лишь несовершенство человеческое допускает эти междуграничные образования. Конечно, тело физическое имеет преображение в тонкое тело, но если дух не освободился заблаговременно от земных притяжений и похотей, тонкое тело не может выделиться в чистом состоянии. Оно уносит на себе своеобразное отложение земных страстей. Если даже тонкое тело освободится от этих пережитков, то все-таки шелуха эта останется надолго и будет шататься подобно чучелу, часто очень отрицательному. Такими осадками награждает невежество человеческое прекрасный Мир Тонкий. Если бы люди помыслили о связи миров и о сужденной эволюции, они бы не решились окружать себя вредным мусором.

Сядем.

Шелуха Тонкого Мира, по земному притяжению, особенно близка плотному бытию. Именно шелуха в виде призраков шатается по всему миру, и разные злобные духи очень любят завладевать такими даровыми домами. Но велика ответственность переходящих в Тонкий Мир с земными страстями. Ужасно засорять прекрасное Пространство, ведущее к Свету и могущее звучать лучшими знаниями. Как уродлива шелуха мелких похотей, от которых так легко освободиться лишь думать об Иерархии Света.

Помолчим.

Сердце, сердце, сердце всегда напомнит о Свете! Довольно.

14 марта 1932,

понедельник

Учитель нуждается в особо четком сознании учеников. Но ночь, устилающая сознание, не позволяет устремить всю мощь, сохраняемую в недрах. Среди причин удачности или неудачности дел не малое место занимает состояние сознания. Даже малая затрудненность или нечеткость устремления меняет следствие. Например к вам придет некто, желающий помочь и лишь ждущий толчка к тому с вашей стороны, но вы можете заняться совершенно посторонним разговором, и желание помочь растворяется в чашке чая. При этом обычай страны требует занять время наиболее незначительными сообщениями, и в этом мусоре теряются самые ценные зерна. Но если бы человечество ценило хотя бы время, то многое нужное могло бы встретиться. Конечно, это может быть управляемо сердцем, чтобы сочетать высшие меры.

Сядем.

Усталость, конечно, не от весны и не от осени, но сгущение токов давит на центры. Не может быть иначе, когда легионы одержимых и беснующихся устремлены. Так не нужно удивляться, когда на дальних материках одержимые начинают произносить одинаковые формулы. Это еще одно доказательство Невидимого Мироуправления из Общего Источника. Ведь как Свет, так и тьма монархичны. Наоборот, весьма поучительно следить за мировой мыслью по обеим сторонам. Можно видеть истинное деление, ибо каждая сторона будет применять свои усилия и решительные меры. Так даже от земного плана можно следить за делением сил и понимать движение воинств.

Помолчим.

Если чувствуете усталость, не нужно напрягаться. Довольно.

15 марта 1932,

вторник

Можно думать мозгом или сердцем. Может быть, было время, когда люди забывали о работе сердца, но сейчас время сердца, и мы должны сосредоточить наши стремления по этому направлению. Так, не освобождая мозг от труда, мы готовы признать сердце двигателем. Люди измыслили о сердце множество ограничений. Дела сердечные понимаются узко и даже не всегда чисто. Мы должны ввести в сферу сердца весь мир, ибо сердце есть микрокосм сущего. Кто не вдохновится великим понятием сердца, тот умалит свое собственное значение. Мы заповедуем не раздражаться, но лишь величие сердца спасет от яда раздражения. Мы говорим о вмещении, но где же океан вмещающий, кроме сердца? Мы вспоминаем о дальних мирах, но не мозг, а сердце может помнить о Беспредельности. Так не умалим то, что дано нам как вместилище Благодати.

Сядем.

Можно понять меру беспощадности, но нужно уловить час для удара. Можно спросить Меня, когда нужно. Притом нужно запомнить: иногда представится надобность пропустить беседу, и тогда поступайте, как делу полезнее, на первом месте дела. Сами видите, каково напряжение. Устремление к Нам должно быть и небом, и землею.

Помолчим.

Тигр думает, что добыча готова, но оставим пасть пустою. Все награды обещанные за ваше поражения не достигнут цели. Довольно.

16 марта 1932,

среда

Каждое чувство порождает энергию. Взаимное чувство удесятеряет энергию. Коллективное чувство создает мощь энергий, но единичное чувство должно быть напряжено, и взаимное собирательное чувство должно быть согласованно. В этом вся причина несильного воздействия современных чувств, ни одно условие напряженного чувства почти не соблюдается теперь. Между тем, какая великая реальность отразилась бы в подъеме множества согласованных чувств! Древние называли чувство кузницей мощи. Не правда ли, как величественно чувство взаимной любви? Не ниже стоит мощь взаимной признательности. Несокрушимо чувство героизма самоотверженного, так можно создать прекрасные башни и твердыни. Но откуда придет согласованность? Не от рассудка, не от извилин мозга, но из сердца, от Света. Лишь чувство злобы предоставим темным. Среди дымных искр красных не будет согласия.

Сядем.

Но не многие примут чувство как силу. Для них чувство есть крыло моли. При таком понимании рушится все построение. Утешение не в том, что кто-то поручился за наше существование, но в том, что наша самая мощная посылка достигнет светлую цель.

Теперь др[угое].

Злоба сатанинская также может быть полезна. Кто употребляет силу воздуха, кто силу огня, кто силу воды. Умение устремить самых бешеных коней может лишь приблизить цель. Так будем сильны в управлении стихиями.

Помолчим.

И стихиями управляет воля сердца, но не рассудок. Напротив, рассудок всегда уговорит, что борьба со стихиями безумна. Довольно.

Что значит "Кубака"?

− Предательство.

17 марта 1932,

четверг

Итак, чувство порождает энергию. Энергия может создать так называемую собственность. Как же быть с этой собственностью? Мы знаем об отречении, но если нечто уже существует, то как же признать это несуществующим? К тому же не будет ли это разрушительно? Так призовем снова Учителя и мысленно передадим Ему эту стесняющую ношу. Он же умеет передать выше наш мысленный дар. Так мы решаем задачи о собственности; так само название это уходит, и мы остаемся хранителями имущества Иерархии. Ведь мы можем читать книги Учителя; уявляет Учитель разрешение жить в Его доме, любоваться Его вещами и питаться плодами сада Его. Тем самым Имя Учителя пребудет с нами неотступно, и мы улыбнемся, стирая пыль с явленных предметов, порученных нам по доверию Учителя. Люди не знают, как быть с собственностью, ибо не хотят понять смысл мысленного преображения земного плана в Тонкий.

Сядем.

Не будем обходить молчанием ни одно явление жизни. Призовем сердце судьей − искренно ли поручаем достояние Учителю? Можно явить слова прелестные, но желать в сердце противное. Так не будем старыми, обостряя сердцем язык Тонкого Мира; люди зовут его совестью.

Помолчим.

Уже замечаете, насколько можно получить пользу даже от тигра, но следует обуздать его. Шаги правильны. Довольно.

Опов[естить] Шкл[явера] о Кельце?

− Конечно.

18 марта 1932,

пятница

Чистое мышление лучшая дезинфекция. Наконец, нужно принять мышление как химическую реакцию. Также явление Армагеддона нужно понять не только в виде общепринятой войны, но и по событиям всей жизни. Помянутое одержание очень замечательно для явления великой битвы. Конечно, самоубийства, также потрясения физические и духовные, наполняют содрогнувшуюся планету. Можно находить особые виды болезней мозга и нервов, также всевозможные извращения среди человечества. Можно изумляться колебаниям духа; можно возмущаться, насколько все лучшие будут встречены угрозами и ненавистью, точно сама твердь стремится к разложению! Конечно, безумные не видят всех светлых воинов и позволяют темным влечь их к бездне. Так нужно всеми силами укрепляться на Иерархии. Даже на обычном бранном поле нельзя оторваться от сообщения. Так на самых простых примерах нужно познавать Великое.

Сядем.

Простая молочница, сбивая масло, уже знает тайну образования миров. Также она знает, что из воды не получить масла. Она скажет, что можно пахтать молоко или яйцо; тем самым она уже знает о материи, содержащей психическую энергию. Но именно это обстоятельство покажется неубедительным ученым. Также молочница знает, насколько полезно спиральное вращение, но кому-то такое условие покажется предрассудком. Хотя разгневайся, но подумай об окружающем, и перенеси физические законы на свое бытие. Только так устоишь при Армагеддоне! Конечно, было бы ошибкой позабыть о приложении сердца как противовеса всякому смущению.

Помолчим.

Вл[адыка], послать силы в Америку?

− Лучше на себя. Довольно.

Вл[адыка], сообщить Фильбусу?

− Не думаю, ибо все должно сосредоточиться на тигре.

Судить?

− В Америке, там известят из Америки. Махон довольно извещен.

Известить Шклявера?

− Можно, ибо тигр должен быть явлен и Музею в Париже. Довольно.

19 марта 1932,

суббота

Укажите сердцу вашему стать как можно ближе к Учителю. Если утверждение Учителя нуждается в словах, начните беседовать с Учителем, как бы Он был рядом. Ответ Учителя не нужно ждать в обычных словах только; ответ может быть во множестве знаков, как очевидных, так и в дальних по расстоянию. Можно принять в себя весь объем жизни, чтобы усмотреть знаки великого творчества. Нужно признать, насколько широко поле Армагеддона. То же нужно думать о близости Сил Высшего Мира. Не в зависимости от обстановки жизни они могут быть за плечами каждого устремленного духа. Поистине, трогают нас легкие касания Тонкого Мира, но нужно очувствовать их не только в ночной тиши, но и при свете дня. Ошибка человечества в том, что все тонкие ощущения они замечают лишь в сумерки. Теперь путь к Свету!

Сядем.

Зеркало текущего часа показывает неслыханную смуту; нет даже преобладания цвета. Зеркало Армагеддона состоит из золотых, синих, черных и красных стремящихся стрел. Нет очертаний, но снопы взрывов и тучи как тяжкий плат над бездною. Так издревле указано на начало Великой Битвы. Не нужно теперь утверждать о новых решениях. Мы идем по плану битвы.

Теперь другое.

Нужно большое сосредоточие, ибо слишком много врагов. Но Мы крепки, пока вместе. Меч висит над головою, но не нужно прыгать на месте, лучше духом стремиться вперед.

Помолчим.

Согласен, что душно. Довольно.

20 марта 1932,

воскресенье

Если заметите в ком-то чрезмерное сосредоточие на телесной Йоге, напомните вновь о нежелательности такого ограничения. Опять скажите − конь, который знает и выполнил многие упражнения, не будет взят для спешной вести. Так не вда[ва]йтесь в ограничение тела. Каждое усвоение телесное дает и новое ограничение. Лишь дух не знает границ, и учение будущего будет основано на завоевании духа. Телесная Йога должна преобразиться в тонкие огни. Телесная Йога не может вести к сочетанию Тонкого Мира, при ней сердце не занимает исключительное положение, но тонкое преобразование устоит лишь на сердце. Оно сохраняет ту огнеспособность, которая есть единое условие преображения.

Теперь др[угое].

Пусть не надеется никто поспеть телесным путем. Карма не в теле, но в духе. Так же правильно заметила Урусвати, что удары по ауре прежде всего отражаются на глазах. Оболочка глаза утверждает сущность тонкого вещества.

Сядем.

Будем осторожны, ибо слишком много расстройства в атмосфере. Сосредоточимся на Владыке.

Помолчим.

Нет спокойствия на Земле. Спешу.

(Обычный синий огонь во время молчания особенно сильно вращался).

21 марта 1932,

понедельник

Полеты в тонком теле являют новое для Земли качество. Именно тонкое тело не связывается с Землею и тем легче летит кверху. Земное тело трудно поднимается и легко падает, но тонкое тело действует наоборот; именно, ему труднее опускаться. Явление низших сфер трудно пронизать. Конечно, говорю о высоком состоянии тонкого тела; для низших тел именно низкие сферы удобнее. Поучительно видеть, как тонкое высокое тело уже начинает выявлять качество Огненного Мира. Так от земного состояния можно видеть зачатки всех миров. Нужно лишь очищать сознание, устремляться по Иерархии и замечать зорко происходящее.

Теперь др[угое].

Кто слышал хотя бы однажды пространственное рычание и стенание, имеет представление о низших надземных слоях. Правда, нужно устремиться за пределы этих явлений ужаса. Даже пролетая сквозь них, довольно нестерпимо прикасаться к междуземному неестественному положению. Так нужно принять путь Тонкого Мира как сознательное устремление к Миру Огненному.

Сядем.

Говорю и повторяю, что единение и преданность Иерархии могут дать великое чудо. Но следуйте Моему Указу и тем составите не только свое счастье, но послужите великому Строению. Но поспешайте чувствовать себя на бессменном Служении. Такое сознание очистит сердце ваше.

Помолчим.

Ко Мне, ко Мне, ко Мне! Всеми помыслами! Бейте тигра всеми силами как богохульника и предателя. Довольно.

Что означает: "Ураны Моей Урусвати"?

− Ураны как элементы Урусвати.

22 марта 1932,

вторник

При зоркости можно наблюдать многие научно значительные явления. Можно заметить, как удары по ауре не только отражаются на глазах, но и на чувствительности кожи, особенно около плечевых лучей. Также можно заметить излучения света из самых неожиданных материалов из дерева, холста, стекла, резины и многих предметов, не отвечающие обычным законам. Конечно, вы знаете, что так называемое электричество представляет грубейшую форму видимой энергии Фохата. Но когда аккумулятор очищенного сердца проводит явление тонкого Фохата, то свет особого качества происходит от любой поверхности. Фохат всюду наслаивается, нужно лишь проявить достаточно чутким аппаратом. Таким аккумулятором может быть лишь сердце. Урусвати чуяла и удар по ауре и изучала свечение Фохата. Конечно, это не может быть легким, когда от тигра до Фохата нужно воспринять множество энергий.

Сядем.

Кто присматривается к проявлениям тонких энергий, тот знает, [как сердце нераздельно связано с ними. Тот знает,] как не легко среди тигров подниматься и нести других в высшие сферы, но это труд начинателей Нового Мира. Ведь даже начало должно быть ощутительно.

Теперь др[угое].

Бейте тигра, если даже представится мертвым. Ведь демон не умирает, но любит притвориться затихшим; тогда особенно наступайте.

Помолчим.

Слабеет ли битва?

− Судите по ударам.

Вл[адыка], принять ли предложенного Макгафр[...] адвоката?

−Конечно, ибо нужно бить тигра. Довольно.

Сохраните Баттля для другого.

23 марта 1932,

среда

Четкость мышления и выражения должна быть качеством Агни-йога. Мало кто стремится к четкому мышлению, и мало кто дает себе отчет, сколько тонких, уже готовых отпечатков не могут в явленном земном мире приложиться. Сколько тайн неудач могут быть объяснены спутанным мышлением. Все стремится к четкости. Стихия Огня, самая тонкая стихия, дает поразительные примеры строения огненного. Так и мысль человеческая строится по схеме огня.

Теперь др[угое].

Не удивляйтесь судьбе доктора Ряб[инина]:[49] имеете пример неясного мышления, которое дает самые тяжкие следствия. Не нужно думать о враждебности к вам, но спутанное мышление и непригодные выражения создали для обоих неприятности. Даже и по вашему адресу они затруднили многое. Не могли удержать связные формулы, но, главное, постыдились подчеркнуть ваше значение и тем оторвались от Иерархии. Можно это написать в Америку. Утверждение Иерархии есть самое практичное действие.

Сядем.

Конечно, умаление плохой советчик. Самое ничтожное рождается из умаления. Пусть не примут умаляющих за мучеников; они посеяли гнилые зерна и низко ползают, надеясь разглядеть всходы. Наоборот, утверждая, люди сами выправляются и тем строят твердыни. Уже имеете пример пользы утверждения. Дела могут расти лишь благословением. Подумаем о благословении.

Помолчим.

Так под благословением вступим в Новый Год. Довольно.

24 марта 1932,

четверг,

Годовой Праздник

Передают, что к Чингиз-Хану прибыли послы от Старца Горы. В ларце лежала золотая чаша и многие разноцветные покрывала. Надпись гласила: "Пей из одной чаши, но покрывайся платами всех народов". Так была явлена Иерархия и терпимость, как и подобает вождю. То же пусть будет утверждено при расширении Учения Света. Обратим внимание на ритм даваемых Учений. Можно видеть, как познавательное чередуется с утвердительным, так пришло время, когда собирательное даст поучение Основ Жизни. Уже скоро можно будет передать в руки ученых пути космические, но тем более нужно утвердить горение ко Благу. Особенно сейчас необходимо согласиться, как жить, как направляться в будущее. Когда все положение человечества претерпевает неслыханную опасность, тогда нужно ткать пряжу вне ожидаемых направлений. Можно изыскать в себе силы огненные, чтоб не умалить и не низвести в обиход истинную панацею Сущего. Можно заметить, как для некоторых сама Беспредельность перестает быть ужасною, как Иерархия делается нитью восхождения, как сердце становится престолом Высшего Света, и как сам огонь пространства просиял как Царство Превышнее.

Сядем.

Посмотрим, как познание Огня дает не только ускорение к Царству Вышнему, но и может вернуть планете некоторое, так нужное, равновесие. Правилен путь космических лучей, но без сердца, без психической энергии открытие будет лишь приблизительным. Обратите внимание на широкую сеть распространения Учения. Пусть по обычаю люди будут скрывать Источник, это неважно. Полезно, чтоб неожиданными путями Учение распространялось в разных концах Земли. Уже можем указать на этот рост, и такое утверждение является лучшим венцом дня сегодняшнего. Не будем удивляться, что корни растут вне зримости, но это качество и будет верным залогом жизненности. Можно ли проследить пути Учения? Магнит действует по своим законам. Но могу с гор увидеть наполнение пространства, и могу тем приветствовать вас.

Теперь др[угое].

Сатана мечтал обратить день сегодняшний в поражение и разрушение, но видите, что еще одно чудо совершилось. Нужно помнить: единение и согласие последних дней было очень необходимо, так и продолжайте. Конечно, победа есть знак к битве, потому бейте тигра!

Помолчим.

Благодарю Урусвати за признательность Нам − это чувство непобедимо.

Вижу, Удрая хотел бы знать к моменту дня. Можно всеми силами усилить направление на Японию. Можно начать научную переписку и послать журнал. Так будем огненно преуспевать, ибо будем признательны к друг другу. Довольно.

Вл[адыка], кого удерживал Ф[уяма] сегодня ночью?

− Завтра.

25 марта 1932,

пятница

Учитель радуется, когда явление ощущения тонкого тела в оболочке земной становится явным. Справедливо при утончении сознания чувствовать, как наша сущность заключена в плотную оболочку. Конечно, явление боли неизбежно, когда тонкое тело соединяется с системою нервов на поверхности тела. Кроме того, тонкое тело при возвращении завоевывает свое помещение. Уже знаете, что тонкое тело несколько выше земного, и потому каждое возвращение сопряжено с неудобством. Ощущение постоянной отделимости тонкого тела от земного неизбежно, когда Мир Тонкий становится естественным продолжением земного. Для врачей могла бы сложиться серьезная задача отличить боли, происходящие не от заболевания, но от движения тонкого тела в плотной оболочке. Так можно и этим медицинским путем подходить к ощущениям тонкого тела. Так можно связать две задачи, духовную и физическую.

Теперь др[угое].

Ничто так не может явить понимание Невидимого Мира, как само ощущение его. Ничто не может пособить сердцу, если оно не захочет предаться чувству и ощущению.

Сядем.

Осторожное отношение к явлениям жизни показывает готовность к опытному методу исследования. Не следует понимать утверждение как нечто отвлеченное, но нужно понять всю близость Учения, утвержденного опытом. Так же нужно понять все ритмы чередований событий. Поезд идет по полям, но когда он скрывается в туннеле, лишь ребенок кричит об исчезновении поезда. Так будем хранить спокойствие при разнородном движении событий.

Помолчим.

Урусвати права, предостерегая Ф[уяму] от чрезмерных делений духа. Конечно, цель прекрасна, но опасность есть при настоящем сражении. Каждое деление духа, хотя и сохраняет все качества, но потенциал менее защищен от нападения. Это особенно нужно помнить при сатанинском решении. Спешу.

Кого удержал Ф[уяма] от гибели?

− После.

26 марта 1932,

суббота

Низшие сферы до того засорены, что, без преувеличения, происходит окисление метеорной пыли. Ведь химические воздействия психической энергии прежде всего отражаются на металлах. Это простое наблюдение можно видеть на металлических частях, носимых людьми разной психической природы. Конечно, очень губительно засорение ближайших сфер около планеты. Низшие тонкие тела, как мошенники на базаре, толкутся, затрудняя успешное образование спирали строительства. Нужно иметь особое стремление, чтобы проникнуть за пределы этих ужасных накоплений. Ведь не будем думать, что всякое мышление без последствий; и самая обширная чаша переполнится! Тем более, что тяготение при вращении удерживает многие маловесные частицы. Так, когда говорим о необходимости очищать психическую энергию утончением мышления, Мы имеем в виду очищение низших сфер. Говоря языком церкви, нужно победить полчища адовы.

Сядем.

Будем помнить, как усилена битва и не отложим поражение тигра. Посидим молча ко Мне устремляйтесь.

Когда замечаете спиральное образование света, знайте, что напряжение велико. Явите осторожность. Болел центр легких. Довольно.

27 марта 1932,

воскресенье

Сегодня добрый срок для хорошего думания. Если мысль заключает в себе творческую энергию, то как полезно устремить в пространство добрую мысль! Когда человечество сговорится послать добрую мысль одновременно, то и зараженная атмосфера низших сфер сразу прояснится. Так нужно заботиться, хотя бы несколько раз посылать, каждый день посылать мысль не о себе, но о мире. Так мышление будет привыкать к несвоекорыстным устремлениям. Как Спаситель человечества мыслит лишь о всем мире, так, следуя Ему, мы можем приложить свои мысли для создания творческой энергии. Не нужно смотреть на посылки мысли как на какое-то сверхъестественное действо; пусть это будет пищею духа, как топливо костра во нощи! Также нужно просто следовать за высшим примером. Сердце будет верным[и] часами, когда призовет к мысли о всех. Не нужно утомительных медитаций; мысль о мире кратка, и отрешение от себя в ней так просто отражается! Пусть будет миру хорошо!

Сядем.

Скажите друзьям о мысли о мире, о мысли о всех мирах! Пусть не придет к ним вредная мысль ханжи что значит для мира моя мысль? Кто так подумал, тот не отрешился от себя. Конечно, каждый воин пустит лишь одну стрелу, но если каждый пожалеет о своей стреле, то все войско останется незащищенным. К чему тогда Крест Мира?!

Помолчим.

Кто может забыть о дозоре от тигра? Пусть мысль о мире не вытеснит память о тигре и об Армагеддоне. Довольно.

28 марта 1932,

понедельник

Поучительно составить книгу о наносимом вреде от дурных мыслей как для себя, так и для других. Эти мысли являются источником множества болезней. Раньше связывали с дурными мыслями только психические болезни, но пора разглядеть множество самых разнородных физических болезней, порожденных мыслями. Не только сердечные заболевания, но и большинство желудочных и накожных болезней являются последствием разрушительных мыслей. Также и заразные болезни могут передаваться не только предрасположением, но также через мышление. Это не будет только самовнушением, но можно видеть случаи, когда зараза распространялась одним человеком на многих. Можно видеть, как физические последствия идут совершенно сходно с духовными явлениями. При этом замечается, как непроизвольно некоторые организмы распространяют определенную заразу, не поддаваясь ей сами. Уже в древние времена знали таких носителей заразы, но после забыли о научном знании и перенесли все на дурной глаз.

Сядем.

Значит, даже против чисто физических болезней нужно искать причину в качестве мышления. Так постепенно направляйте мысли окружающих на добро. Уже имеете пример, насколько причиняют боли проклятия и ругательства даже на дальних расстояниях.

Сказываются на мне?

− Конечно.

Нужно для обращения внимания устремить сердце на сущее. Особенно могут действовать эти одержимые, когда хотя немного аура прикасалась. Так нужно очень обращать внимание на самое первое впечатление от людей. Когда сердце может подать свой знак.

Помолчим.

Легко можно представить, какими распространителями заразы должны быть одержимые, и потому нужно так избегать их.

Теперь др[угое].

Советую послать телеграмму в Америку, чтобы Порума избегла сноситься с Кельцом. Тигр нехорош для семьи. Также бейте тигра во всех направлениях, да.

Вл[адыка], Вы скажите им?

− Конечно, но и здесь поступайте твердо.

Сообщить о патронах куда следует?

− Да, твердо, ибо сатана вреден.

29 марта 1932,

вторник

Явление огня разрушительно для физического тела, но стихия огненная совершенно естественна для тела огненного. Значит, эта перемена отношений происходит на пространстве Тонкого Мира. Действительно, можно видеть на состоянии тонких тел границу благодатного воздействия огня. Высокие слои, очищенные от грубых физических устремлений, уже испытывают огненную благодать, но низшие подвалы Тонкого Мира подвергаются еще физическому ощущению пламени. Притом, чем больше физической шелухи, тем огонь может действовать болезненнее. Вот откуда сведение о пламени адовом. Так не напрасно каждое истинное знание будет направлять в высшие слои. Также будет вполне научно предостеречь от перенесения грубой похоти в Тонкий Мир. Когда люди насмехаются над послесмертным состоянием, можно лишь пожалеть неразумных.

Сядем.

Теперь сойдем от Мира Огненного к пасти тигра, и это нужно предвидеть; и к высшим слоям можно дойти, лишь минуя многие пасти и личины. Так путь кверху должен пройти через многие явления ненависти, пока человечество не очистит эти подвалы дружным порывом сознания.

Помолчим.

Сами видите, как придется бить тигра! Спешу.

Вл[адыка], нужно еще подчеркнуть в Ам[ерику] о необходимости судебного преследования Кельца?

− Конечно. Да, да, да.

Хорош ли адвокат?

Ответа не последовало.

− Спешу.

30 марта 1932,

среда

Учитель может указать направление, иногда может предостеречь, но множество действий нужно произвести самим. Притом нужно проявить эти действия добровольно в этом добровольническом устремлении и будет заключаться самоусовершенствование. Каждая примесь своекорыстия или страха нарушит спасительную связь.

Теперь другое.

Темные всегда надеются, что повреждение строения нарушит исполнение цели, но они всегда упускают из виду, что сущее неразрушимо и многообразно в состояниях своих. Самое темное место − можно назвать − сама Маракара не может исключить возможность Света. Нужно лишь найти доступ.

Теперь др[угое].

Существует нарушение построения, которое ведет к новому изысканному завершению. Потому Мы так изгоняем страх, который мешает усмотреть счастливое распределение частей. То же суждение нужно применить и во всех случаях жизни, тогда не может быть поражения. Ведь счастливое соединение частей может лишь перемещаться, но не исчезать. Но глаз, затемненный ужасом, теряет поле зрения.

Сядем.

Маракара есть очень тяжкое место в низших слоях Тонкого Мира. Тягостно быть там, ибо прана почти не проникает туда. Но, тем не менее, приходится проникать в эти сатанинские слои.

Теперь др[угое].

После усмотрения нападения постоянно бывает улучшение положения. Враг произносит приговор и старается оповестить о нем, но если оповещенное разрушение не состоялось, то множества окружающих внимательных глаз пошлют новую силу.

Помолчим.

Довольно.

31 марта 1932,

четверг

Учитель утверждает, что можно ожидать полной победы, если только объединиться сознанием. Нельзя ожидать удачи, если на Учителя малейшее подозрение. Так нужно работать вместе, зная, что все, что допущено законами Вселенной, будет сделано. Урусвати видела, что и Мне нелегко, потому кто же будет смотреть на это время как на отдых? Никто, даже не очень прозорливый, не откажет в том, что это время небывалое, и нужно спать как на бессменном дозоре. Учитель понимает, что и ваши сердца отягощены. Каждый день положение осложняется. С точки зрения Армагеддона это вполне естественно, но сознание, для которого Армагеддон чепуха, безумствует, ибо не видит пути.

Теперь другое.

Почему должны мы считаться с законами Вселенной? Конечно, они для нас разрешают явление Армагеддона. Упуская нить Армагеддона, мы погружаемся в Хаос. И нет такой тропы восхождения, когда бы не была нужна нить. Урусвати тоже знает эти нити на скалах восхождения.

Сядем.

Не нужно считать тигров Армагеддона за обычных хищников, они руководствуются силами бесов сильных. С вашей стороны поступлено правильно. Теперь шахматная игра, но нельзя вначале сразу дать шах и мат. Услышите постепенно о союзниках тигра, и примете это сведение на пользу. Предположение Ф[уямы] почти точно, потому все знаки к Японии правильны. Только на Востоке может развиваться земля Шамбалы, так от кармы опять получим запасенное давно.

Помолчим.

Лучше ко Мне. Когда нужно, дам знак, даже если дурно составлена телеграмма. Так будем на дозоре. Довольно.

1 апреля 1932,

пятница

Последствие начала самой великой битвы отзовется прежде всего на сердце человечества. Утверждение сердца особенно нужно сейчас, иначе несознательное сердце не сможет противостать урагану смятения стихий. Потому подумайте о сердце как о срединном начале, связующем нас с мирами дальними. Нужно отдать себе отчет, что именно наиболее отягощает сердце. Ведь не особые события настолько отягощают сердце, как цепи малых соринок дня. Это очень нужно запомнить, ибо великие события даже могут давать особый прилив психической энергии. Но Армагеддон [вовсе] не состоит из одних великих событий. Наоборот, в нем получают оценку множества мелких действий, и к этому ливню малых струй нужно приучить бедное сердце. Говорю бедное, ибо оно уже знает в сущности своей великие огненные сферы, но пока должно разбиваться о скалы Земли.

Сядем.

Урусвати знает, насколько Мы идем по краю пожара и пропасти; она знает, когда насыщенное молчание означает битву напряженную; она чует напряжение Наше. Лишь неразумные и самолюбивые могут думать, что поверх них одни песнопения, но обращавший взор к Беспредельности понимает, [что] чем выше, тем напряженнее. Так готовьте людей к неизбежной напряженности. Это не значит, что Учение влечет к напряжению, но это нагнетение есть закон Сущего.

Помолчим.

Для многих ритм токов будет полнейшей чепухой, но Урусвати[50]знает эти спасительные воздействия. Будьте уверены в Моей близости. Очень спешу.

2 апреля 1932,

суббота

Успокоение есть уравновесие напряжения. Объединение сознания есть, прежде всего, сохранение энергии. Это важное правило обычно забывается. Когда вместо ограниченной физиологии введется психофизиология; тогда можно будет каждому понять, какое значение имеет экономия энергии.

Теперь др[угое].

Конечно, вы знаете, какое время сейчас! Как нужно продержаться, как нужно сцепиться сознанием, чтобы звери не могли нападать порознь. Учитель не дремлет и старательно склеивает щели. Конечно, каждое новое обстоятельство должно быть использовано. Так же нужно устремить внимание на события, которые могут вносить отложение действий.

Сядем.

Каждое новое обстоятельство может быть применимым в руках опытных. Указывал на возможность обращения нападения в возможности. Посылаю стрелу Баттлю.

Теперь др[угое].

Не следует никому показывать затруднение, ибо можно объяснить мировым затруднением. У Нас много забот, и Мы ценим ваше единение. Насколько люди не понимают ценность экономии. Хвалю и за бережливость, ибо сейчас это принято как украшение дома. Молча думайте обо Мне. Очень спешу.

3 апреля 1932,

воскресенье

Даже великан может быть остановлен маленькою мыслью, если она действует диссонансом. Столько людей оглядываются, вздрагивают, меняют направление и всячески оказывают внимание мимолетным мыслям, даже не замечая их источника. Закон притяжения и отталкивания мыслью проще всего примут музыканты, понимающие консонанс и значение диссонанса при одном установленном ключе для всей пьесы. Кто понимает, что значит произвести целое многозвучное сочинение в одном заданном ключе, тот скорее поймет явление основной мысли, даже при многообразии задания. Так мысль построения не мешает проявлению множества ответвлений, но в том же ключе. И чужое доминирующее вторжение не проникнет глубоко, если основное задание прочно.

Теперь др[угое].

Действительно, лишь надо избежать ужаса и разложения, ибо нет такого положения, которое при крепости основания не превратилось бы в наилучшее решение. Так нельзя творить лишь при полном застое и упадке, но каждое стремительное движение уже полно разрешительным созвучием.

Сядем.

Урянхай тоже не гриб в корзине. Он указан правильно исторически и астрологически, но без движения он будет как клад под камнем. Также движение на Японию есть уже этап на Сибирь. Кроме того, у вас два условия, понятные сердцу японцев − героизм и религиозность. С этими условиями не трудно понять друг друга. Почему не послать книгу Ногучи − "Державу [Света]" и "Основы Буддизма" Рокотовой. Умейте найти и среди разных слоев Японии друзей. Посев оправдает урожай. Так, именно, когда трудно, будем посылать мысли вперед.

Помолчим.

Видения и сны Урусвати как вехи пути. Очень спешу.

4 апреля 1932,

понедельник

Люди, имеющие видения, считаю, должны быть внимательно исследованы врачами. При этом будут найдены особые симптомы сердца и нервных центров. Так же, как каденция старой Индии гораздо изысканнее лада западного. Так же сердце, знающее Тонкий Мир, будет давать несравненно сложные модуляции тона. Конечно, врачи избегают изучать здоровых людей, и таким образом они упускают из виду ценную страницу, ведущую в будущее. Обычно все чудеса и видения причисляются к разряду истерии, но никто не пояснит, что такое истерия. Скажут, что это повышенная реакция симпатической нервной системы, или укажут на раздражение периферических нервных конечностей; найдут множество причин и станут применять самые воловьи средства, но не дадут себе труда подумать − нет ли в этих явлениях причин высших.

Сядем.

Чудо есть проявление тончайших энергий, не учтенных в химических и физических школах. Чудо не только в левитации и потере веса, чему вы были свидетелями, но те же тончайшие энергии применяются чаще, нежели думают, в жизни, и эти непонятные большинству явления должны быть изучены. Это не некромантия, не спиритизм, но просто наука тончайших энергий. Перед нами сердце человеческое, этот ларец сокровенный, но нужно прислушаться к нему и подойти к престолу вышнему, обмыв руки. Вы видели пример нерадивых врачей, которые не воспользовались прекрасным примером пламенного сердца. Теперь они платятся за свою слепоту.

Теперь другое.

Чудо может быть, но нужно соединить тончайшие энергии[51]сердца. К тому и указываем на необходимость объединения сознания.

Помолчим.

Довольно.

5 апреля 1932,

вторник

Беседы не было. День нарушения построения.

6 апреля 1932,

среда

Соединение деятельности сердца с мирами дальними в древности усиливалось некоторыми механическими приемами. Например, применяли заламывание рук над головою со скрещенными пальцами. Так образо[вы]вался магнитный круг. Также полагали руки со скрещенными пальцами на место Чаши, так, чтобы конец левой ладони приходился против сердца; так усиливали течение магнитных волн. Но, конечно, сейчас, уча расширению сознания, мы будем избегать механических внешних приемов, гораздо тоньше действовать внутренним сознанием. Мы можем[52]чуять, как касается посылка сознания сущности сердца, вызывая движение вверх, как бы влекущее в Беспредельность. Конечно, от состояния атмосферы будут зависеть наши многие ощущения. Можно почуять подавленность или торжественность, но будем знать, что в эти моменты сердце приоткрыло врата надземные. Лишь злоба и страх пользуются проходами подземными.

Сядем.

Нужно принимать события как ступени к будущему, потому будем не только тверды, но будем торжественны. Так и измеряется рост сознания. Многие новые обстоятельства привходят в шахматную игру. Не будем изумлены, если иногда отсутствую, но сознанием с вами. Именно при Армагеддоне могут быть нужны неожиданные эволюции.

Помолчим. Не утомляйтесь, ибо много напряжения, но будем торжественны. Довольно.

7 апреля 1932,

четверг

Ваятель, высекая изображение, касается одних мест лишь однажды, но на других сосредотачивает целый ряд ударов, [и] суровых, и нежных. Также и в Учении. Часто замечается, насколько многообразно нужно касаться некоторых положений без повторения, ибо и резец ваятеля не повторяет движения, но лишь отмечает требуемую форму. Эти места обычно очень ответственны; также обращайте внимание на места, отмеченные не однажды. Они или необычно новы по сознанию, или пропущены невниманием. Между тем, какое решающее значение может иметь дрогнувший резец, также упущенная возможность даст иной смысл целому заданию. Когда говорю о сердце, разве не заключает оно множества индивидуальностей, которые вызывают совершенно неповторяемые явления. Иначе и не может быть, ибо тончайшие энергии неисчислимы в своем преломлении и скрещении в разных сферах.

Сядем.

Нужно подтверждать постоянно многообразие тонких явлений, иначе люди снова поспешат заключить их в грубейшие рамки, не пытаясь изощрить свое внимание к этому методу индивидуального внимания. Нужно снова обратиться на некоторые сердечные огни, которые кому-то показываются пурпуровыми, но другим фиолетовыми или лиловыми, и зависят как от состояния ауры, так и от физического здоровья. Но эти различия не меняют сущность огней.

Помолчим.

Главное, не утомляйтесь, ибо давление велико. Битва идет. Довольно.

8 апреля 1932,

пятница

Индивидуальный метод необходим для приближения к тончайшим энергиям. Главная ошибка будет подходить со старыми мерами к сверхмерному. Неудача несомненна, если кто подойдет к невесомой величине с гирями; но, конечно, эти высшие энергии проходят через все человеческое естество, связывая его с высшими мирами. Совершенно ясно, что такие высшие признаки следует искать не среди людей, зараженных болезнями, но среди тонких здоровых организмов. Пусть эти утонченные организмы примечают в себе необъяснимые, но очевидные для них явления. Пусть не стесняются показываться кому-то смешными, лишь бы находить удачные описания проявлений тонких энергий. Будем уверены, что теперь особенно много проявлений отложений Тонкого Мира, но они как микроорганизмы, которые почти невидимы, но следствие их очевидно.

Сядем.

Не нужно принимать индивидуальный метод как нечто ненаучное, наоборот, он дает накопление для углубления формулы. Так не худо замеченное старыми Ведами сходство некоторых нервных центров с животными и прочими образами. Так наблюдательность дала первые основы для систематических разделений. Совершенно так же лягут в систему факты, замеченные искренними наблюдателями. Если недавно человеческое наблюдение устремлялось к спиритизму, несмотря на опасность его, то насколько же естественнее начать наблюдения над проявлениями энергий, которые в грубой форме уже небезызвестны. Так место науки не только не поколеблется, но расширится в новых кругах.

Помолчим.

Дом построился чудом и вернется так же. Главное сейчас объединение, так достигнем. Куда усилится наш Армагеддон, не видно предела! Довольно.

9 апреля 1932,

суббота

Удар в сердце разве не подобен удару по арфе или по цитре? Звучание сердца разве не говорит о невидимых струнах, которые являются продолжением нервов в тонкое состояние? Разве не научно наблюдать эти удары по ауре, когда глаз, или сердце, или Чаша, или темя преявно принимают отраженные стрелы? Но заметно, насколько сердце будет звучать сильнее всех прочих центров. Недаром зовут сердце Солнцем Солнц. Явление передачи на дальних расстояниях разве не нужно рассматривать как утонченное, но вполне естественное состояние? Необходимо расчленить область так называемой истерии на множество отделов. Теперь она занимает место от одержимости до утонченной духовности. Конечно, нельзя оставлять такие противоречивые смешения, именно, не научно сваливать все в одну кучу, лишь бы не побеспокоить мозг размышлением. Иначе святая Тереза может оказаться в пределах одержимости, и самый мерзкий демон будет приближен к престолу. Недопустимо согласиться со смешением различных состояний.

Сядем.

Устремление к науке, прежде всего, обязывает к точности наблюдений. Неужели можно обобщать противоречивые явления? Наоборот, богатство сущего должно направить мысли ко множеству наблюдений. Сперва соберем, и не будем легкомысленны в выводах. Совершенно довольно советов преподано Учениями. Можно теперь подумать об утончении наших восприятий, так мы приблизимся к границе Тонкого Мира.

Помолчим.

Главное ко Мне всеми помыслами. Оставьте все пререкания как самое вредное. Главное помнить − без Меня тьма и пустота. Главное со Мною − успешное устремление в будущее. Так со Мною и при Мне. Довольно.

10 апреля 1932,

воскресенье

Упражнение внимания есть условие наблюдения за признаками Тонкого Мира. Следует развивать внимание разными способами. Можно из симфонии избрать и выследить один голос, но можно признавать несколько ладов одновременно. Также полезно установить звучание тишины. У молчания много тонких голосов, и уследить их ритм значит приблизиться к Тонкому Миру. Но при изучении тишины поучительно узнавать диссонанс каждого вторжения физического. Нельзя больше найти примера, чем сопоставляя физический звук с Тонким Миром. Впрочем, такое же противопоставление замечается в сфере обоняния. Но это качество развито гораздо реже. Если обоняние является как бы своего рода питанием в Тонком Мире, то понятно, что в физическом мире оно не так развито. Конечно, как уже заметили, Тонкий Мир полон запахов. Чем выше они, тем совершеннее, но низшие полны разложения. Развоплощенные, если они задерживаются в низших слоях, несут на себе оболочку разложения; потому очень полезно при жизни приготовиться к полету в слои более высокие.

Сядем.

Приготовление к слоям высшим прежде всего состоит в очищении сознания, в развитии жизни сердца, но об этих условиях нужно уметь помнить. Обычно люди помнят о них лишь среди безделья или покоя, но когда их нужно применить, то они забыты и заменяются раздражением; но зловонье раздражения ужасно.

Теперь др[угое].

Кто же подумает о преуспеянии в Тонком Мире, если не позволено говорить и мыслить? Учение, не знающее Тонкого Мира, не есть путеводное, ибо существование земное не будет даже сотою частью жизни в Мире Тонком. Значит, полезно знать условия более продолжительного существования. Но теперь в мире астральном битва, и условия еще более сложны. Очень спешу. Довольно.

11 апреля 1932,

понедельник

Утонченное состояние сердца вызывает особую деятельность всех чувств. Обоняние, слух, зрение, вкус действуют беспрерывно. Нет тишины, ибо при замолкании земных звуков начинают доноситься отклики Тонкого Мира. Нет момента без запаха, ибо даже самый чистый воздух полон ароматами. Нет зрительной пустоты, ибо света Тонкого Мира не оставят глаз открытый и даже закрытый. Разве самое чистое небо не полно образованиями? Также не может быть бездействия вкуса, когда сам человек есть сильнейшая химическая лаборатория. Относительно осязания сами знаете, насколько Тонкий Мир может прикасаться. Так, не уходя из мира сего, сердце делает нас соучастниками множества тонких проявлений. Если же кто-нибудь будет настаивать на существовании абсолютной тишины, не считайте его сердце утонченным.

Сядем.

Не будем считать это время очень вредным, нужно лишь приложить события к плану. Подтвердите в Америку, чтобы всеми силами держали единение. Не нужно думать, что очень трудно с Кельцем. Тигра держат в клетке на поучение многим. Но бейте всеми силами, ибо бес силен, и нужно пробить голову. Очень спешу.

12 апреля 1932,

вторник

Утончение сердца подскажет отказ от мясной пищи. При этом понимание Тонкого Мира укажет не только вред поглощения гнилых продуктов, но покажет, каких соседей привлекает разложение! Действительно, трудно решить, где наибольший вред от поглощения мяса или от привлечения мясом нежелательных гостей? Даже мясо сушеное и копченое, которое относительно менее вредно, тем не менее, по запаху привлекает голодающих Тонкого Мира, и если при этом их приветствовать мерзкими словами, то получится самое вредоносное сообщество. Как слышали, многие принимают пищу молча или сопровождая ее достойными речами. Конечно, каждое гниение недопустимо, даже овощи должны быть не допущены до разложения. Людям не много нужно − два фрукта, немного мучного и молоко. Так можно очищать не только внутренность, но избавиться от многих соседей. Разве не следует врачам, изучающим меры борьбы против рака и камней в печени, обратить внимание на эту примитивную профилактику? Ведь говорят о курении благовоний и о духах. Но ведь и некоторые яды благовонны и убивают сознание! И это изучение не должно быть забыто.

Сядем.

Теперь посидим покойно, соберем мысли около Владык, так тесно соберемся. Иногда, не произнося слов, бывает сказано многое. Конечно, во время битвы люди оценят "Иерархию" и "Сердце". Можно утвердить, чем сердце должно смягчиться. Теперь не утруждайте сердце, в него льются явленные осадки битвы. Довольно.

13 апреля 1932,

среда

Тонкий Мир имеет многообразные утверждения Земного Мира. Даже прообраз времен года проходит по сознанию Тонкого Мира. Потому образы растений, или гор, или поверхности вод не чужды Миру Тонкому, конечно, в преображенном состоянии. Сердце, знающее Тонкий Мир, знает и цветы, и горы, и снега, и моря. Цветы успевают в богатстве форм, но цвет их несказанно сложнее красок земли; снега белее, и кристальнее, и гуще земных. Можно начать распознавать целую структуру Мира Высшего, тем самым человек, запасшийся на Земле сознанием ясным и благим, будет добрым строителем и в Тонком Мире. Вместо обезображений человек будет вносить прекрасные пропорции и ритм, отвечающие великолепию Беспредельности. Разве так непомерна обязанность духа, если он усовершенствовал сердце! Ведь лишь светоносное сознание сердца вознесет тонкое тело в высшие Обители! Так каждый, кто приготовит сердце свое и возвысит сердца ближних, тот уже творит волю Пославшего. Когда спросят не есть ли сердце воздушный двигатель, если оно может возноситься? Скажите шутка недалека от истины. Действительно, энергия сердца настолько подобна гелию и другим тончайшим газам, что не далеко от духовной правды представить себе вознесение сердца!

Сядем.

Кто же в сердце своем не поймет красоту вознесения? Кто же не ощутит в сердце тягость возвращения в дом временный, в дом угрожаемый, в дом тесный? Так нужно сознать Мир Высший, чтобы всем бытием перенестись и вознестись. Не мысля о Высших Мирах, разве возможно выглянуть в окно тесного дома? И сердце поведет путем Христовым как к ступени Преображения. Так откроем двери дома тесного!

Помолчим.

Каждое единение сознания уже есть открытие двери. Очень верьте ощущениям Урусвати, это вознесение сердца. Спешу.

14 апреля 1932,

четверг

Спросите умного человека, что чаще всего предупреждало его от опасности, остерегало от ошибок и уклонений? Честный человек назовет сердце; не назовет он мозг или рассудок. Лишь глупый человек будет полагаться на условные рассудочные заключения. Сердце, оно наполнено чувствознанием. Уже давно произносили Мы это понятие, но сейчас возвращаемся к нему уже в ином обороте спирали. Уже прошли дисциплину Сердца, Иерархии и помыслили о Беспредельности. Таким образом, чувствознание появилось не как какая-то смутная интуиция, но как следствие духовной дисциплины при понимании значения сердца. Так и ведите учеников. Сперва, как дальнюю сеть, забросьте нужное понятие, но затем осторожно подтяните концы сети, чтобы вполне окружить искомое вами. Не случайно часто указывается символ рыбаков, забросивших сеть. Сердце не так легко выловить! Не легко принять язык сердца как реальность; нужно известное время и преданность и устремленность, чтобы завладеть пониманием выражения сердца.

Сядем.

Кто среди ужасов безначалия помыслит о сердце, тот покажет, что эта мысль уже когда-то жила в нем. Можно во многом доверить ему, ибо он уже прикасался к познанию и тем уже оберег дух от скверны предательства. Будьте уверены, что человек, носящий зачаток предательства, не знает сокровища сердца. Так наслаивайте тончайшие понимания среди ужасов тьмы.

Помолчим.

Слух и зрение сердца велики! Считаю удержите единение.

15 апреля 1932,

пятница

Умствование есть некоторое противоположение сердечному постижению. Умствование есть своего рода магия, но магия есть противоположение Благодати. Мы должны очень осознать как магию, так и умствование. Ведь они так близко лежат от личности, от самости и, как говорится, от эгоизма. Умствование идет от себя, магия противополагает себя Высшему. Но сердечное постижение, так же как и Благодать, не имеет в основе своей самости, иначе говоря, самого задерживающего начала. Дикобраз мечет иглы от себя, но трудно достичь его сверху. Каждый умствующий лишает себя многого общения Свыше. Не смешаем ум с условным умствованием. Ум поведет к мудрости, иначе говоря, к сердцу; но умствует червь, с трудом переползающий тропу человека. Потому будем так настойчивы около достижения сердца. Ведь там ларец восторга, который не купить золотом.

Сядем.

Запишите не для книги. Учение хорошо, когда оно отвечает Благу. Так, давая книгу церковнику, можете надписать во Имя Христа или Сергия; для буддистов Майтрейи или Будды, для Израиля Мессии, так можно чистосердечно посылать Благо для укрепления Духа. В этом общечеловеческом Благе залог преображения. Так же переноситесь в будущее, ибо нет иного пути. Уявление сердца есть победа.

Помолчим.

Многообразие приемов есть мастерство, так же как и открытость понимания. Нужна большая подвижность мысли, и Нам тогда легче помогать.

16 апреля 1932,

суббота

Имейте перед собою сердце, звучащее на все проявления космического утверждения. Разве это не есть вселенское сознание? Именно этим путем будет опять углубляться преображение жизни. При этом можно будет замечать, насколько постепенно эти проявления будут делаться обычными спутниками будущего. Заметьте, как действует Армагеддон; когда недры Земли восстают, нельзя не заметить усиления смятения стихий. Когда зовем к углублению мыслей, Мы предлагаем ценное средство для уравновесия Хаоса. Учитель не носит в себе затаенное знание, при первой возможности вооружает против Хаоса. Безумные пытаются противоставить Нам силы Хаоса. Сами не зная, как управить ими! Нужно понять, что Хаос проявляется не только в физических судорогах тверди, но также и в мире психических энергий. Не трудно умножить психические безумия, но как их направить? Безумцы не понимают, насколько плохи их союзники; их желание лишь затруднить путь восхождения. Нужно удивляться, как они устремляют все разрушительные меры, точно им непременно нужны лишь развалины!

Сядем.

Нужно иметь много мужества, чтобы среди разрушения слагать силы сердца. Если бы не знать необходимость этих преображений для всех миров, можно бы подумать о тщетности сердечных достижений. Но, по счастью, это нужно для всего Сущего, потому даже в пыли разрушений следует слагать твердыни Сердца.

Сказанное вчера не для записи; нужно понять как укрепление доспеха, но незнающие не поймут. Помолчим. Вместе, крепче держитесь. Очень спешу.

17 апреля 1932,

воскресенье

Суриа−Видиа так иногда называли Учение о сердце. При этом названии указывалось на огненность, на солнечность, на срединность сердца. Действительно, каждый желающий узнать сердце не может подойти к нему как к части организма. Прежде всего, нужно понять центральность сердца, исследовать от него, но не к нему. Само солнечное сплетение будет прихожей для Храма Сердца. Сам Кундалини будет лабораторией для сердца. Мозг и все центры будут усадьбами сердца, ибо ничто без сердца не может жить! Даже мозг может быть до известной степени восполнен. Даже Кундалини может быть несколько питаем явлением электричества, и солнечное сплетение может подкрепляться синим светом. Но сердце стоит как храм человечества. Нельзя помыслить о единении человечества по мозгу или по Кундалини, но сияние сердца может сближать самые, казалось бы, разнородные организмы, и даже на дальних расстояниях. Этот опыт сближения сердец на расстоянии ждет своих работников. Совершенно верно желание учредить долголетние опыты, ибо ими можно создать еще одну связь между поколениями.

Сядем.

Кто-то будет расчленять, но Мы будем соединять, ибо в соединении находится теория фокуса. Прежде Мы указывали на фокус Иерархии, но теперь должны сосредоточиться на сердце, как на проводе к Иерархии. Так никто не скажет, что Иерархия не реальность, ибо к ней нет подхода. Именно есть самый реальный подход, когда предстателем будет сердце − то самое сердце, которое бессменно стучит и бьется, чтобы не забыли о нем люди. Самое нежное, самое напряженное, самое звучащее на близкое и на самое дальнее.

Помолчим.

Действительно, на Мана нападают лярвы. Простому мышлению нелегко, особенно когда вся атмосфера наполнена битвою. Также Мы стоим за шахматною доскою и под явлением ужасного давления. Довольно.

Хорошо ли письмо к М[ану]?

− Конечно.

18 апреля 1932,

понедельник

Перерождение, ожирение, расширение сердца происходят от недопустимых условий жизни. Порок сердца вследствие кармических причин очень редок. Расширение сердца может быть от хорошего потенциала, но неиспользованного. Конечно, [ожирение сердца составляет непростимое проявление, ибо каждое] ожирение может быть в зачатке прекращено. Труд лучшее противоядие против способности к ожирению. Нужно соблюдать хотя бы малую гигиену сердца. Устремление к труду − лучшее укрепление сердца. Не работа, но перерыв сердечного устремления действует разрушительно. Конечно, сильные враждебные стрелы также нецелительны, но против этих ран вы знаете бальзам Иерархии. Только употребление этого бальзама должно быть постоянно. Именно, большая ошибка забывать о существовании такого лекарства.

Теперь др[угое].

Так же вредительно каждое предательство. Но нужно не забывать, что предательство явное иногда даже легче неявного. Часто предатель не сознается даже самому себе в совершаемом предательстве. Очень сложна мера такого изысканного предательства. При сознании предательства предатель хотя бы частично разряжает нагнетение, им вызванное; но было бы еще мерзостнее, если бы Иуда не сознался.

Сядем.

Обратите внимание не неявное и вредное предательство Герм[ановой]. При этом она убеждает себя, что она делает приятное, именно, Христу. Можно представить ликование демонов, когда мерзость совершается именем Христа! Чтобы делать самого Христа соучастником предательства, нужно глубоко пасть! Конечно, предательств много, как грибов поганых; но как сказано сегодня идете не без успеха. Так применяйте бальзам Иерархии! Очень спешу.

19 апреля 1932,

вторник

Огненное тело может иногда проявляться даже через физическую оболочку; так, при известном напряжении явлений огня в пространстве тело огненное начинает как бы просвечивать посредством малых огней по физической поверхности. Это тонкое огненное состояние редко бывает видимо. Не только глаз не может воспринять эти малые света, но сама энергия взгляда как бы притушивает эти тончайшие вспыхивания. Космические явления, как извержения и прочие огненные проявления, способствуют феноменам огненного тела. Явление это не имеет ничего общего с огнями ауры или с внешними огнями вроде огней Эльма. Урусвати сегодня знакомилась с огнями тела огненного. Космические разрушения вместо болей дали указания на огненное тело. Так признаки общения с явлениями космическими умножились. Извержение может в микрокосме вызывать извержение желез, но также может вызвать и огни тела огненного.

Сядем.

Так можно постепенно умножать тонкие явления. Утверждаю, насколько легко работать, когда есть единение. Учение часто тщетно призывает к единению сознания, но люди думают это идеальный призыв, не имеющий применения. Между тем, это сильное действие равно многим мощным энергиям. Потому, к чему утруждать тончайшие энергии, когда человек вооружен таким мощным доспехом!

Помолчим.

Спешу.

20 апреля 1932,

среда

Открытие сердца еще важно потому, что оно различает периоды космические. Так никак без сердца явления смутного предчувствия не перейдут в оформление событий. Также нельзя без участия сердца ощутить события неблизкие, например, именно сейчас уничтожение целых построений Тонкого Мира должно очень отражаться на сердце. Эти уничтожения не без пользы, ибо нагромождения не должны стеснять совершенствование. Неудивительно, что тонкие формы тоже могут быть уничтожаемы для замены последующими. Но для таких потрясений нужно применение огня; такое огненное омовение утверждает новую ступень, но для мира физического оно чрезвычайно тяжко. Тоже ступень Армагеддона. Постепенно нужно расширять это понятие. Иначе даже опытные воины могут смущаться, но будем знать о небывалом напряжении. Будем чутки друг к другу. Не случайно предупреждали Мы об особом времени.

Сядем.

Также не нужно забывать, что все подробности этих дней приобретают очень смятенное состояние. Нельзя требовать от людей обычного мышления, когда сам воздух необычен. Тяжкую полосу нужно принять, сохраняя устойчивость. Утешение в том, что будем мысленно утверждать будущее. Но так же нужно ценить возможность торжества Нашего Дня. Так держитесь крепко кроме нити сердца нет ничего!

Помолчим.

Для ученых большая задача, какое отношение может иметь вулканическое извержение с формами Тонкого Мира? Но скоро и это поймут. Будьте очень осторожны и берегите сердце. Довольно.

21 апреля 1932,

четверг

Не для книги.

Ничто время М[осквы] с настоящим − нужно это помнить. Не нужно думать, что день прошел, значит, все ладно. Можно представить, сколько попыток Мы останавливаем ежедневно, но не стоит перечислять их. Скажу, лишь когда нужно ваше особое воздействие, в остальное время вы знаете, что делать − держаться за Меня каждым зубом. Не забудем о том, что есть самое важное. Со всех сторон, отовсюду это самое важное. Потому не будем разбивать внимание − корабль должен держать путь на Владык! Усматривайте полезности и возможности и прилагайте их. Когда видите возможность полезной связи, пользуйтесь. Когда думаете, что помогаете Нам, помогайте. Главное, помните, что время особое и не вредите разногласием.

Сядем.

Можно шепнуть, что прекрасное время, когда идет обнаруживание всех нарывов. Все равно, они существуют, значит, можно очистить организм, иначе гангрена неминуема. Ной отплывал в ковчеге, вы скрыты в горах − так можно служить Нашему Указу. Не думайте, что малые возможности не приведут к большим. И если Отделы Музея еще трудны в Южн[ой] Ам[ерике], то можно иметь в виду Бенарес. Не забудем, что Мета, служащий правительства, не опасен, также можно верить Хальдару. Также можно предоставить Бельгии устроить комнату картин (в Брюгге) Отдел Музея; так можно заменять Отделы. Нужно действовать если один город труден, возьмите другой. Так, когда американская Черная Ложа убедится, что не только центр в Нью-Йорке, она потеряет главное преследование. Продвигайтесь и держитесь за Меня всеми зубами. Довольно.

Вл[адыка], как быть с [картиной] "М[адонной] Орифламма"?

− Явлю завтра.

22 апреля 1932,

пятница,

«Урусвати»

Довольство каждым физическим состоянием и неутолимое стремление сердца вверх составляет совет разумного врача. Не следует предполагать, что совершенная этика не соединяется с медициной. Не нужно думать, что лишь мысль может удерживать физическое состояние. Это было бы однобоким. Мы живем в химической лаборатории и сами составляем часть ее. Древние говорили о тяжко больном – «Отнести нужно на Огненную Гору». Этим они выражали два смысла – один напоминал об огненном теле, не знающем болезней, другой имел чисто физическое значение, ибо огонь извержений имеет в себе особую комбинацию энергий, которая может возбуждать некоторые нервные центры. Иначе и быть не может, когда пламя сердца отвечает на самые удаленные огни подземные. Также подлежит изучению, насколько пламя сердца контролирует течение подземное. Если у некоторых организмов в одной стихии может быть распознавание подземных вод, то, конечно, огненные люди содержат слияние с огнем. Именно эта стихия так нуждается в наблюдении.

Сядем.

Так же надо наблюдать нагнетение мировых событий. Можно составить необычную быструю прогрессию. События вторгаются во всю жизнь, и не война, как ее полагают, но столкновение всех стихий делает ее не сказкою. Совершенно так же при прошлых катастрофах люди не желали замечать настоящее положение.

Теперь др[угое].

Можно предложить картины Брюгге, это полезно. Нужно утвердить каждую пядь земли. Не нужно думать, что тигр или одержимый очень привлекает внимание – целые страны брошены на весы, тягость – от этих передвижений. Но дело в Америке лишь выигрывает от мировых событий. Так, истинно, сидите на горе.

Помолчим.

Пожар на всех континентах. Довольно.

«Мад[онна] Ор[ифламма]»?

– Предложите «М[адонну] Ор[ифламма]» и картины Брюгге.

23 апреля 1932,

суббота

Наряду с нагнетением можно ощущать как бы пустоту. К этому ощущению нужно относиться очень бережно. Чаще всего это известная защитная полоса, обезопасывающая сердце от разрушительных ударов, как бы кольчуга защищающая. Это обстоятельство нужно знать. Одни принимают это ощущение как отторжение и напрасно огорчаются, другие полагают, что такое чувство означает конец опасности, и прекращают бдительность. И то и другое лишь нарушает поток энергии. Но уже опытный воин ценит этот щит, так хранящий его силы. Уже знаете, что удары по ауре так болезненны для глаз и ушей, но может быть как бы ощущение резаной или колотой раны. Эти ощущения особенно болезненны на плечах, на шее и внизу живота. То же может быть при открытии ран-стигматов; тогда сердечная энергия притягивает к определенному месту сгущенную фохатическую частицу и поражает на кожной ткани клеточку. Так соединение сердца с Благодатью представляет сильнейшее сочетание.

Сядем.

Теперь не для книги. Велика охота за вами. Не нужно удивляться этому, ибо иначе и не бывает. Так не нужно придавать значение каждой части охоты. Можно лишь не забывать, почему так приказываю единение. Также нужно понимать, почему советую новые места – чтобы разбить позиции врага. Также поймите, почему посажены за пазухой. Нужно думать о будущем, ибо лишь этим перелетим пространство. Но мировые события лишь сгущаются.

Помолчим.

Опасаюсь, что завтра не придется говорить, но, тем не менее, сядьте в девять часов. Помню. Число. Довольно.

24 апреля 1932,

воскресенье

Хаос не понят; одни считают его отделенным от Проявленного, другие вообще понимают его как отвлеченность. Но если бы люди осознали, насколько Хаос многообразно вторгается в Бытие, они поняли бы нужность осторожности. Каждый диссонанс, каждое разложение, если оно не разрешается немедленно, оно уже несет волну Хаоса стихий разрушений. Так для наблюдения Хаоса не требуются телескопы, но близко, очень близко от себя человечество может изучать и ощущать настоящий Хаос. Именно сердце трепещет от присутствия Хаоса. Так опять можем обратиться к сердцу.

Теперь др[угое].

Преследуемый ведет за собою преследующих. Так стара истина о преимуществе преследуемых. Понять ее – значит вступить на путь преследуемых. Так много преследующих обращались на путь преследуемых, ибо само следование по определенному пути сообщало им известное притяжение. Потому Мы предпочитаем путь преследуемых.

Теперь др[угое].

Нужно знать, что сейчас мог бы дать деньги под дом Японский Банк, но нужна осторожность как в отношении Америки, так и России. Жаркое время!

Помолчим.

Только перенесясь в будущее, перелетим. Довольно.

Сообщить об этом Америке?

– Можно бы, но нужна особая осторожность, ибо может обратить внимание неприятелей, но эта возможность не уничтожится.

25 апреля 1932,

понедельник

Думает сердце, утверждает сердце, объединяет сердце. Можно помнить всегда значение сердца, так долго затемненное мозгом. Сердце вздрогнет первое, сердце затрепещет первое, сердце узнает много прежде, нежели рассудок мозга дерзнет помыслить. Не отнимая извилистый путь мозга, разве можем умолчать о прямейшем достижении сердца, о стреле подобном луче, равном чудо-сердцу. Так можно приобщаться к сердцу и ограждаться от всех нападений зла. Лишь сердцем можно учуять коричневый газ и вовремя прекратить удушение. Так и победа на поле Армагеддона останется за сердцем. Потому так советую сердце хранить как уничтожающий меч против всякого зла.

Сядем.

Так и в Америке, и в Японии, и всюду поставьте сердце на дозоре. Хотя путь и крутой, но чем круче, тем ближе. Также ночь кончиться должна, как бы ни была темна. Лишь досидеть, ибо сами видите события. Также можно понять Мою напряженность. Спешу.

26 апреля 1932,

вторник

С Нашей точки зрения, всякое вивисекционное действие над сердцем недопустимо; да оно и почти невозможно, так же как в живом организме отыскивать рингсэ. Но на развитии сердца можно бы наблюдать многие психофизиологические проявления. Так огненное сердце на ткани верхней дает светлое пятно, увеличиваясь при нарастании огня до цвета почти белого. Древние называли это явление пеплом священным. Это не будет иметь ничего общего с расширением сердца, но скорее с утончением. Также можно понять, почему невозможно сравнивать опыт над сердцем животных с сердцем человека. Если сердце человека – престол сознания, то, конечно, животное сердце должно в некоторых функциях отличаться. К тому же насилование деятельности сердца после выделения тонкого тела было бы настоящим преступлением. Каждое искусственное биение будет привлекать тонкое тело и создавать недопустимый акт разложения и мучения.

Сядем.

Спасение сердца вовсе не в вивисекции. Можно воздействовать тонким лучом, который будет создавать вибрацию явленную, как бы замораживание. Так можно обращаться с человеческим сердцем гораздо нежнее, нежели разрезанием. Конечно, могут быть случаи поранений, но это исключительные меры.

Теперь др[угое].

По-прежнему битва развивается. Конечно, будут кажущиеся затишья, но пока он надеется поразить Нас изысканными, разнообразными действиями. Конечно, это шахматная игра, но болит сердце, зная, сколько сердец страдает. Так можно просить охранить сердце.

Теперь др[угое].

Очень советую постепенно перевести «Тайную Доктрину». Кроме того, полезны маленькие издания Учения. Теперь трудно издавать, но нужно предвидеть совершенно новые возможности. Одобряю и план Удраи – почему бы не написать теперь же.

Помолчим.

М[ожет] б[ыть], сейчас лучше перевести «Mahatma’s Letters» [англ.: Письма Махатм]?

– Можно «Mahatma’s Letters» и малые книжечки. Довольно.

27 апреля 1932,

среда

Рассказывают, как один Йог в минуту напряжения поднял сосуд с водой и разбил его. Когда спросили его: «К чему такое разрушение?», он сказал: «Иначе разорвалось бы сердце». Подобные разряжения существуют во всех состояниях. Напряжение сердца бывает так велико, что необходимо произвести какое-то действие в пространстве, чтобы освободить нужное состояние из сферы сгущенной. Такое сгущение может образоваться извне причинами внешними, но также оно может произойти изнутри, совершенно как при пертурбациях космических. Потому так пристально нужно следить за утверждениями нашего сердца. Оно настолько ощущает и отражает также невидимые процессы, что по нему можно писать целую историю Невидимого. Трудно сопоставление сейсмических причин с катаклизмами Тонкого Мира, но сердце звучит и на них.

Сядем.

Для восстановления сердца при разных причинах употребляем вибрации. Если Махаван может отвечать земным причинам, то вибрация Серебряного Моста, которую Урусвати ощущала нынешней ночью, нужна при пертурбациях Тонкого Мира.

Теперь др[угое].

Нельзя описать, как недалеки действия в Мире Тонком от здешнего. Особенно теперь, когда он надеется на низвержение Тонкого Мира, если суждено приближение обоих Миров. Не удивляйтесь тягости, ибо иначе и быть не может.

Теперь др[угое].

Письма Махатм по-русски не изданы. Полезно иметь наготове. Также и маленькие книжечки, которые могут идти в народ.

Из «Общины»?

– Из всех. Так можно приготовить многое, которое сейчас кажется неприменимым, но нужно.

Помолчим.

Не утомляйтесь, не печальтесь, ибо нужно продержаться. Наряду с трудными обстоятельствами нарождаются и очень положительные и нужные – так можно идти против ветра. Спешу.

28 апреля 1932,

четверг

Уже знаете, как медленно нарастает сознание, настолько же небыстро преображается дом сознания – сердце. Потому нужно принять, что не мысливший о сердце не преуспеет и в сознании. Правда, сердце, в сущности своей не оторвано от высших сфер, но нужно претворить этот потенциал. Сколько преломлений происходит в сердце, не очищенном мышлением высшим! Множество ценных посылок примет уродливое очертание только потому, что сердце пребывало в небрежении. Такое множество лучших, тончайших определений и чувствований не вмещается в сердце заброшенном! Злоба разве не совьет гнезда в сердце загрязненном?! И не примем эти слова как отвлеченное поучение; нужно воспитывать сердце. Нельзя образовать мозг без утончения сердца. Старая метафизика или современная психология не пытаются дойти до сердца. Но как же дойти до сердца предмету, в котором само слово сердце не упоминается?

Сядем.

Нужно создать особый предмет – Сердцеведение. Самая простая служанка уже понимает, как сладко говорить о сердце. Казалось бы, ученому тем легче расширить это понятие. Одна история человечества дает сравнительную таблицу деятелей мозга и сердца. Разве эти Лики подвига и героев самоотвержения не дадут лучшие усовершенствования сердца?

Теперь др[угое].

Когда говорю о сердце, можно понять, почему перед битвою Мы говорили об Иерархии, но во время битвы утверждаем Сердце. Истинно, лишь сердцем победим!

Теперь др[угое].

Устремление психической энергии может создавать как бы судороги концов пальцев; очень понятно, что кипящая лава психической энергии подобна вулкану. Потому сугубо нужна осторожность.

Помолчим.

Если будут капать капли пота Моего, нагружайте Меня еще сильнее. Битва велика. Спешу.

– Странное ощущение, как бы некоторое шевеление у основания шеи и окутывание ее и груди чемто плотным.

– Завтра.

29 апреля 1932,

пятница

Пусть Ф[уяма] пишет следующее Ману: "Благодарю за поздравление. Надеюсь, что почетное награждение от короля Александра еще раз заставит умолкнуть мелкие заподозривания. По правде, много раз уже собирался я написать Правительству Великобритании, что не имею никаких прикасаний к политике Индии, в чем даже хочу дать удостоверение. Пусть хотя бы это письмо останется как документ моей деятельности. У меня, как знаете, столько здесь художественных и научных интересов, что часто хотелось бы продолжить сутки вдвое". Так можно написать.

У Ф[уямы] нужно терпением запастись, ибо какое-то безумие среди врагов. Конечно, ничто другое и ждать нельзя, когда все события нагромождаются.

Теперь др[угое].

Утончение сердца позволяет многие тонкие явления, [например,] касания руки в тонком теле. Также многие предупреждения болей. Нужно представить себе, насколько могли быть сильны нападения как на фокус событий.

Сядем.

Тоска есть отражение Армагеддона, сила столкновения не может не угнетать сердца. Посмотрите вокруг – много ли веселья? Даже можно заметить, как уменьшилась улыбка. Не удивляйтесь, ибо даже несведующие умы чуют подавленность, но не знают о тяжкой причине. Многие будут вообще отрицать словами, но все же почуют в сердце тягость. У Меня теперь небывалое напряжение. Когда говорю о каплях пота, не преувеличиваю. Когда прошу единение, то лишь отдаю приказ Битвы. Спешу.

30 апреля 1932,

суббота

Обратимся снова к качеству пульса. Много раз с разных сторон придется указывать на это несомненное свидетельство утверждения сердца. Не столько счет пульса, сколько наблюдение качества его дает картину жизненности сердца. Пока придут к снятию аур, уже теперь можно начинать наблюдать пульс не во время болезни, но во время здоровья, отмечая, какие чувствования [и] как именно отражаются на переливах пульса. Если аура представляет свидетельство явления болезни, то качество пульса дает полную скалу реакций. Но аура является для большинства чем-то трансцендентальным; тогда как пульс представляет чисто физическое явление. Но как заботливо и бережно нужно понять изучение пульса! У современных врачей качество пульса почти не отмечается. Не раз вернемся к Учению пульса, когда мыслим о вибрациях.

Сядем.

Для лечения вибрациями качество пульса есть непременное условие; иначе на чем же можно основываться для применения различных вибраций? Сами уже знаете, насколько различны вибрации и какие эффекты они производят. Не преувеличение, что сердце живет через многие опасности вибрациями. Так один день мы говорим о психической энергии, исцеляющей сердце, но другой день вспоминаем о физических явлениях, и которые, казалось бы, всем доступны.

Теперь др[угое].

Это другое тоже о сердце, тоже о боли сердца, и можно ее осилить соединением с Владыкою. Сейчас буду мысленно на границе Сибири.

Помолчим.

Так надвигаются события. Теперь будем так осторожны, так устойчивы, явно расположены друг к другу. Довольно.

1 мая 1932,

воскресенье

Если встретите ханжу, знайте – не от сердца он. Если встретите суевера, знайте – не от сердца он. Если встретите устрашенного, знайте – не от сердца он. Тем не менее, эти непрошенные гости будут поминать слово сердце. Уже время, когда нужно отобрать всех сердечных фигляров, чтобы не играли они с сердцами человеческими. Нужно изучить, когда сердце затемнено самолюбием и жестокостью. Так можно ощупью пульса приближаться к истинным сокровищам сердца. Тем же путем можно нащупать, когда молчит сердце и до него не достигают зовы. Много работали над передачей мыслей на расстоянии, пульс и для этого полезен. В тончайшем качестве своем пульс может отметить мысленную посылку даже прежде осознания ее. Таким образом, можно еще раз убедиться, насколько тончайшие возможности заключаются в организме, о котором люди составили себе лишь телесное, плотное представление. Уже много тысяч лет наслаиваются эти огрубения, и тело-светильник отдаляется от огня.

Сядем.

Когда чуете устремление и ожидание, не примеряйте на ближайшие дни. Часто чувствуете, как основание полагается на утверждение нужное. То чувствознание не имеет общего с удачей на завтра; напротив, оно показывает, насколько большее уже получает определенные образы. Обычно люди страдают от своей несоизмеримости; часто они затрудняют течение уже слагающихся событий своими преднамеренными суждениями. Утешение не на завтра, но на более прекрасные сроки. Но чувствознание верно.

Помолчим.

Так же верно соображение о прибывающем магнетизме с явлением Луны и об уменьшении силы токов при убыли Луны. Довольно.

2 мая 1932,

понедельник

Если собрать в одну книгу все поступки, вредные для совершенствования, то можно легко убедиться, насколько легко преобороть их. Можно видеть, из каких малых действий накопляется это зло. Трудно разве в жизни отказаться от ничтожных привычек? Трудно ли отогнать малые пагубы, отравляющие тело? Разве не стыдится ребенок первого поползновения лжи? Лишь привычками дитя стеклит сердце. Потому называем привычки мозолями души. Кто же не понимает удерживающих явлений сердца перед каждым негодным поступком? Эти поступки сердца дают лучшие зовы, и часто люди заставляют замолчать сердце. Это большое преступление. Все равно что прервать провод, несущий спасение ближнему.

Теперь др[угое]. Благодарю очень за единение, когда-нибудь оцените сами всю спасительность этого мегафона блага. Не буду перечислять, почему оно важно именно теперь.

Сядем.

Единение есть первый признак, что Учение не [просто] пустой звук. Учение есть Свет на пути темном. Нужно понять, насколько часто нужно быть осторожными, ибо мегафон пространства увеличивает каждый звук. Малое раздражение превращается в вихрь и на радость врагам. У врага новая радость записать – несмотря на Учение, они поступают как обычные люди. Осторожность. Довольно.

3 мая 1932,

вторник

Уже говорил о значении согласованной работы, когда даже машины не изнашиваются. Можно представить благодетельную энергию, выделяемую при объединенной работе. Можно делать изумительные наблюдения, собирая в группы согласованные сознания. Государства должны были бы принять в соображение такие классификации труда по сознанию. Такое деление составило бы лучшую страницу политической экономии. Так, вместо подражаний устарелым догмам, нужно подойти к существу действия.

Теперь др[угое].

Строительный крест сооружается, когда навстречу устремляется несокрушимое стремление и понимание правоты. Не нужно сомневаться, что именно такое состояние вызывает желчь тьмы. Вы знаете все определительные, которыми человечество награждает крестоносцев, но также знаете, что этот путь кратчайший. Ум людей видит своекорыстие там, где самоотвержение, именно, как в некоторых обратных стеклах.

Сядем.

Достаточно предупредил об единении. Достаточно сказал об осторожности. Пусть каждый поймет и приложит. Знаете, как свертываются события. Знаете, как Мое напряжение велико, и потому знаете, что и ваше напряжение не мало и не единично. Когда весь мир сотрясается, тогда нельзя считать ни один день обычным. Нужно понять, что самое великое благо – приложиться к Иерархии.

Помолчим.

Новое поле битвы. Спешу.

4 мая 1932,

среда

Уже говорил о значении лучей и токов, пронизывающих пространство. Такие соображения, казалось бы, не трудно проверить научно. Почему не исследовать атмосферу, пронизанную всевозможными лучами и насильственными насыщениями? Можно убедиться, что и явление переполнения атмосферы возможно. Конечно, это насильственное переполнение атмосферы должно приносить ненормальное следствие. Человек не может находиться под постоянным ударом молний или под постоянным ливнем мышьяка или иного яда. Кроме медицинских соображений следует подумать о перекрещивании волн. Даже простое вращение предмета производит сильные пертурбации. Насколько же преломление волн должно влиять на сердца человеческие! Но, по-видимому, люди не думают о том, что выше их роста.

Сядем.

Конечно, многие болезни зависят от атмосферы, но особенно переполнение или отравление атмосферы отражается на сердце и мозговых рефлексах. Так нельзя вызывать энергии, не зная их распространение.

Теперь др[угое].

Нужно понять, насколько трудности положения очень обратятся на пользу, так Мы не горюем, но лишь требуем единения. Осторожность, конечно, нужна. Довольно.

5 мая 1932,

четверг

Уже начинаете мыслить о таких предметах, как астрофизика и астрохимия. Казалось бы, пора задуматься, как влияют эти мощные воздействия на природу человечества. Скоро начнут приближать могучие рычаги дальних миров к улучшению жизни. Но при всем богатстве возможном придется ко всему добавить элемент сердца. Уявление тончайших энергий сердца трансмутирует химизм лучей. Нельзя представить себе химическую лабораторию без участия сердца. Когда мысль человеческая признает двигатель-сердце не как эгоистический личный аппарат, но как общателя с тончайшими энергиями, немедленно жизнь начнет сужденное преображение.

Теперь др[угое].

Не правда ли, трудно единение? Даже если оно предписано как исключительное средство, нужное каждому. Трудно вместить единение даже временно. Не правда ли, легко оторваться в раздражении? Не трудно забыть о времени Армагеддона и обо всем сущем, лишь бы потешить желчь. Так не близко бывает от раздражения до астрохимии.

Сядем.

Ощутила три острых укола как бы от стрел в сердце и правую почку.

Стрелы, пронзающие сердце, не от простого сокращения нервов. Явление гораздо глубже, ибо более духовного происхождения. Сколько болей человечества зависят от недостаточного сотрудничества! Понятие сотрудничества легко приводит к сотрудничеству с силами природы. Где оно, деление сил природы и одухотворенности? Служитель Духа должен познать духовное вездесущее.

Помолчим.

Одно скажу – очень берегу вас. Ток Мой в действии. Довольно.

6 мая 1932,

пятница

Милосердие, сострадание, сожаление, любовь и все благие устремления, так указанные Нами, разве не являются чудесными путями сообщения с высшими энергиями? Нужно привыкать смотреть на эти светлые качества как на действительное средство, соединяющее с высшими мирами. Без этих качеств всякая астрохимия будет астроядом. Издревле понимали алхимики значение светоносного, соединительного вещества, идущего от сердца. Потому эманации сердца постоянно творят светлое вещество, которое назовем как бы смыслом психической энергии. Конечно, и обратная сторона пытается по-своему решить задачу эту. Но, вместо светлого творчества сердца, они ищут семянное творчество и пытаются этим способом найти то же соединяющее вещество, не буду повторять его название. Колдуны первых трех степеней пользуются семянным веществом для соединения с пространственными энергиями. Не стоит пояснять, что их насильственные меры недостаточно сильны и длительны в процессе. Несравнимы они с огнем сердца!

Сядем.

Известный вам йог, принимавший сильнейшие яды, умер от малого замедления применения сердечной энергии. Иммунитет заключается в сердце. Йог мысленно переводит яды на сердце, которое и разбивает следствие, приобщаясь к пространственному огню. Но для этого нужно разбудить огни сердца, и вы знаете, какое время нужно для этого! Конечно, прием яда должен производиться постепенно. В случае, вам известном, потребовалось семь лет на приучение организма к координации с огнями пространства. Лишь одна минута промедления вызвала преимущество сил яда. Нельзя ни минуты отложить перенесение сознания в сердце.

Помолчим.

Конечно, мускус, данный вам, полезен как для огней, так и для привлечения пространственных энергий.

Теперь др[угое].

Действительно, один колдун близко подходит к соединительному веществу, но следим за ним. Довольно.

7 мая 1932,

суббота

Некоторые люди чувствуют сердце в себе как нечто обособленное. Такое чувство может быть очень полезным для развития сердечного соединительного вещества. Когда желаете, чтобы сердце трансмутировало какое-нибудь воздействие, то, прежде всего, нужно сознательно перенести эту задачу в сердце; тогда же чутко заметьте, как сердце будет ощущаться как нечто постороннее. Не боль, не давление, но чувство самодавлеющего аппарата будет отмечать присутствие сердца. Так и должно быть, когда сердце вбирает в себя посторонние влияния, чтобы переработать их и не допустить явления отравления всей системы.

Теперь др[угое].

Утверждаю нужное время для подготовки к условиям новой ступени к созиданию Р[оссийской] А[зии]. Увидите, как будут накопляться новые факты.

Сядем.

Учитель напитывает пространство Указом о новой тактике для сосредоточия на Яп[онию]. Нужно не удивляться, что это движение пойдет тайно, чтобы р[усские] не создали неполезные препятствия непониманием задач. Потому будем не произносить слово Яп[ония] здесь и в Париже. Сношения через Музей достаточны для выставки. Отсюда можно дать в Яп[онию] лишь дружественные знаки.

Теперь др[угое].

Лишь развивается бой, не следует летать теперь далеко, ибо много воздействий кругом.

Помолчим.

Конечно, эти разорванные ритмы – как мечи врага, но Наш Луч их побеждает. Но следует помочь Нам единением, оно как масло для машины. Нужно напрячь все для успеха битвы.

8 мая 1932,

воскресенье

Ученый может спросить – как же приступить к проявлению иммунитета сердца? Он будет прав в этом вопросе. Сердце, при всем несомненном потенциале своем, не будет проявляться без сознательного импульса.[53]Уравновесие сердца с сознанием дает движение соединительному веществу. Таким образом, ученый может начать подход двояко: может очищать сознание, ибо материальный балласт еще не помогает сознанию. Лишь очищенное искусством мышление при освобождении от рабства может дать расцвет сознанию. При этом обращаю внимание на условие освобождения от рабства; именно, от множеств рабств следует освободиться. Теперь второе условие для ученого – он должен почувствовать сердце как самостоятельный аппарат и начать наблюдать реакции и рефлексы сердца. Тогда придут и первые вестники успеха, именно, световые звезды, они еще более научат наблюдательности.

Сядем.

Также можно учиться постоянной зоркости среди всех трудов. Эта подвижность нужна дальним путникам.

Теперь другое.

Хорошо, что собираете старые вехи для оценки современных положений. Увидите, как ложатся события, нельзя точнее указать, как протекает переустройство мира. Нужно понять, что Сатана упорно мешает, но, тем не менее, план расширяется. Правильно устремить глаз на Восток. Явите устремление к дружбе Востока. Успех через Яп[онию] на Монг[олию] посредством Культурного центра.

Помолчим.

Паника во всей Америке велика – уместно пользоваться ею, много новых разорений. Очень спешу.

9 мая 1932,

понедельник

Пранаяма всех родов в сущности своей направлена на возгорание сердечных огней. Конечно, из всех множеств практикующих пранаяму лишь очень немногие получают положительные результаты. В чем же причина? Конечно, в несознательном отношении к сердцу. Делается сложное упражнение, и сознание устремляется к вычислению и чередованию телодвижений, иначе говоря, к внешним материальным приемам. Но никакие земные вычисления не зажгут талисман сердца. Солнечная энергия не существует без солнца, так и сердце не возгорается без устремления к средоточию. Так легче зажечь сердце порывом к средоточию, нежели полагаясь на материальные вычисления. Конечно, пранаяма была мудро установлена как вспомогательное средство для ускорения следствий. Но как скоро потерял значение мантрам сердца, так и пранаяма обратилась в механическое средство от насморка. Потому будем помнить о священном сердце как пути к средоточию.

Сядем.

Теперь понимаете, почему так твержу об единении. Уже видите, как нужно это настояние как спасительное средство – не считаться друг с другом, не осуждать, но идти дружно неразрывно. Нужно твердо стоять в Армагеддоне, так можно перейти все пропасти. Можно принять все Наши посылки. Указываю остерегаться от малейших разъединений. Нужно показать, что Мои Советы приняты сердцем. Для яда нужна малая трещина. Требую единение! Является новая битва, но устремитесь ко Мне всем сердцем. Усмотрите самое заботливое отношение к друг другу. Уже вижу победу, нужно принять ее. Новая битва. Спешу.

10 мая 1932,

вторник

Спокойствие сердца не есть успокоение. Горящее сердце не может успокоиться. Спокой сердца есть твердость и непоколебимость. Таким пониманием можно достичь напряжения, которое ведет к Нирване. Но сколько ступеней нужно мужественно пройти, чтобы осознать непоколебимость сердца. Легко говорить при кажущемся покое окружающего, но нужно искать закаление сердца не в бездействии. Конечно, действие не в махании рук, но при напряжении сердца.

Теперь др[угое].

Конечно, сражение бывшее несравнимо с битвою на завтра. Нельзя думать, что Армагеддон есть суматоха на кухне. Нет, действуют самые большие орудия и введена самая быстрая конница. Если сравним с бывшей войной, то можно сравнить как бы Европу с целым миром. Привожу это сравнение, чтобы никто не думал, что текущее время обычно и легко. Нужно собрать всю непоколебимость сердца, чтобы идти в рядах Ригдена. У вас имеется изображение этой битвы. Так можно не забыть, какие дни проходим.

Сядем.

Нет сейчас человека, который бы не нуждался в мужестве. Лишь крайнее безумие шепчет, что все само собою станет на место, – не может быть этого! Ибо темные сдвинули основания, не умея управить ими. Так нужно идти во всем нераздельно. Нужно понять, что духовное напряжение этих дней уже не в мерах Тонкого Мира, но уже близко Огненному. Учитель напоминает, что не ужас, но величие должно наполнять сердца явленных воинов Армагеддона. Спешу.

11 мая 1932,

среда

Явление передачи мысли на расстоянии и лечение дальними токами вам достаточно известны. Но об этом нужно упорно твердить, ибо люди меньше всего желают принять несомненное. Конечно, явление передачи мыслей должно быть принято, потому что сердечное принятие посылок необходимо. Даже телеграфист путает механическую передачу, значит, насколько тоньше должно быть сердечное восприятие. Кроме того, вы знаете, как легко пролетает мысль сторонняя через сознание и забывается, несмотря на четкость посылки. Сердце должно принять в недра свои эти невыраженные слова. Так же легко не замечать самые целебные токи, если мы будем в сознании противиться им. Сама постель может сотрясаться от токов, но этот стук может быть отринут. Также хорошо, если сердце доброжелательно понимает, что среди тепла не могут быть замораживающие токи без особых причин. Чтобы принять эти простые научные явления, нужна не слепая вера, но лишь открытая доброжелательность.

Сядем.

Постепенно можно принять многие тонкие явления как обычные условия жизни. Это и есть преображение жизни, и может вести к самому возвышенному состоянию, не выводя из жизни. Сами знаете, как можно беседовать на расстоянии, и не раз испытывали целую батарею различных токов. К тому же Урусвати знает, как постепенно нарастают токи, и даже очень опасные случаи излечиваются Нашими токами на расстоянии.

Теперь др[угое].

Именно, при Армагеддоне эти токи имеют особое значение. Не скрываю, вы знаете, какие опасности кругом; чтобы не было недоразумения, шепну – отнесите Президента Фр[анции] за счет обезьян, – оттуда все разрушения Р[оссии]. Кроме того, опасайтесь всех на службе обезьян, особенно так называемых аристократов. Так поймите.

Теперь др[угое].

Скажите Америке, что радуюсь, если начали понимать тактику Адверза, к этой тактике нужно единение.

Помолчим.

Вы хорошо держитесь. Спешу.

Вл[адыка], когда должен быть готов Тиб[етский] словарь?

– Можно к октябрю 33-го года.



[1]  Синим цветом выделен текст, вошедший в первоиздание книги «Сердце, 1932» (Париж). Слова, принадлежащие Е.И.Рерих и написанные в манускрипте красными чернилами, выделены курсивом. Расшифровка редакцией сокращённых слов дана в квадратных скобках. Деление текста на абзацы принадлежит редакции.

[2] Речь идёт о конференции за Пакт Рериха, устроенной муниципалитетом г. Брюгге, Бельгия, в городской ратуше 13 сентября 1931 г.

[3] Pituotary gland [англ.] – гипофиз, мозговой придаток в форме округлого образования, расположенного на нижней поверхности головного мозга возле верхней части позвоночного столба, вырабатывает гормоны, влияющие на рост, обмен веществ и репродуктивную функцию, является центральным органом эндокринной системы.

[4] NilsНоrnеr – американский геолог, сотрудничащий с институтом Урусвати.

[5] Парацельс (Филипп Теофраст фон Гогенгейм, 1493-1541 гг.) – знаменитый немецкий алхимик, врач, философ.

[6] Серия книг «Тибетика» была посвященна изучению тибетских древностей, а также буддизму, монгольской филологии и т.п. Начало публикации серии "Tibetica" состоялось в 1933 г. в Нью-Йорке в издательстве Roerich Museum от имени Urusvati Himalayan Research Institute.

[7] Аквариус (лат.) – Водолей, знак Зодиака.

[8] "«Кетуб» есть одно из названий психической энергии". (Письма Е.И.Рерих, 1.10.1937)

[9] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 40 вместо слова "внешними" напечатанно "Высшими".

[10] Паллиатив (фр. palliatif от лат. pallium — покрывало, плащ) – неисчерпывающее, временное решение, полумера.

[11] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 44 вместо слова "энергию" напечатанно "Субстанцию".

[12] Катрин Кемпбелл-Стиббе (Katherine S. Campbell, 1898-1996) – американская сотрудница Рерихов, меценат проектов семьи Рерихов, с 1949 г. вице-президент Музея Рериха и Общества Агни-Йоги в Нью-Йорке, член консультативного совета Комитета Пакта Рериха, директор АРКА.

[13] Амос Society – американское общество Розенкрейцеров.

[14] Таймс – название популярной в Америке ежедневной газеты.

[15] Mrs. Edite Whiteside (миссис Эдит Вайтсайд) - входила в число официальных друзей Музея Рериха в Нью-Йорке.

[16] LeonDabo (1864-1960) – американский художник-пейзажист, французского происхождения, входил в число официальных друзей Музея Рериха в Нью-Йорке.

[17] А-Лал-Минг – духовный вождь средневекового Тибета, одно из воплощений Учителя, псевдоним, данный Учителем Н.К.Рериху (см. запись от 16-го октября 1921 г. в тетради номер 3).

[18] Тальбот Мунди (Talbot Mundy, 1879-1940) – англо-американский журналист, писатель, автор романов и рассказов на приключенческо-мистические темы. В 1923 г. Тальбот Мунди вступил в Теософское Общество Америки, писал для журнала "The Theosophical Path", но позже охладел к теософии и в 1929 г. вышел из общества. Через Наташу Рамбову, с которой у него были отношения, познакомился с деятельностью Музея Рериха в Нью-Йорке, несколько лет снимал апартаменты в Мастер Билдинге. В одном из своих приключенческих романов, входящих в серию книг о приключениях некоего Джеймса Грима (кратко: Джимгрим (Jimgrim)), затронул тему Шамбалы, а именно в книге "The Devil's Guard. Jimgrim and Co. go to Tibet searching for Shambhala." - Путеводитель Дьявола. Джимгрим и Ко. ищут Шамбалу. (Первое американское издание: Bobbs-Merrill, 1926 г. Первое английское издание: Rasmden, Hutchinson & Co., 1926 г.). "Книга Мунди не должна быть уничтожена, ибо он говорит о реальном существовании Шамбалы. Многие таким образом прочтут о понятии Шамбалы. Не нужно думать, что Мунди светел и его судьба прекрасна, он черен, как трубочист, но старается о вашей энергии". (Манускрипты Е.И.Рерих, запись от 03.06.1931).

[19] Холл – управляющий хозяйственными делами Музея Рериха в Нью Йорке.

[20] Кондаковианум Института (Seminarium Kondakovianum) – пражский археологический институт.

[21] Американские учреждения под именем Н.К.Рериха: 1) Музей Н.К. Рериха (Roerich Museum), был основан 17 ноября 1923 года на основе собранной друзьями коллекцией из 315 картин Рериха.; 2) Международный художественный центр "Корона Мунди" (Corona Mundi - International Art Center of Roerich Museum) - учреждение, основанное в Нью-Йорке Н.К. Рерихом, центр занимался покупкой и продажей картин и выставочной деятельностью; 3) Институт Объединенных Искусств (Master Institute of United Arts), основан в Нью-Йорке 17.11.1921 на базе музыкальной школы супругов Лихтманн.

[22] Быстров-Запольский Александр Ефимович (ум. 1979) – советский консул в Синьцзяне. Н.К.Рерих познакомился с Быстровым на маршруте Центральноазиатской экспедиции в Урумчи. В столице Синьцзяна экспедиционный караван находился более месяца (с 11 апреля по 16 мая 1926 г.). За это время между главой экспедиции и консулом установилось полное взаимное доверие. Быстрое принял Учение Живой Этики. В дальнейшем связь поддерживалась по переписке.

[23] Геше Римпоче – почитаемый ламы Тибета, посещал дом Рерихов в 1924 г.

[24] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 84 вместо слова "Урусвати" напечатанно "Агни Йог".

[25] Мария Николаевна Германова (наст. фам. Красовская-Калитинская; 1884-1940) – актриса Московского художественного театра (1902—1919), эмигрировала вначале 1920-х в Прагу, а затем в Нью-Йорк, и через короткое время в Париж. В 1930 г., будучи в Нью-Йорке, познакомилась с Н.К. Рерихом и загорелась его культурными идеями. В апреле 1930 г. уехала в Париж и приняла активнейшее участие в работе Французского общества Рериха, была президентом Женского Союза и общества «Друзья Культуры» при Французском обществе Рериха. Вела короткую переписку с Рерихами. Весной 1931 г. она предала рериховское идеи и стала вместе с больным мужем Калитинским А.П. порочить имя Н.К. Рериха под псевдохристианскими лозунгами. Имя "Альбина" - имя монахини, воплощавшейся в средневековой Франции в XIV веке вместе с Жозефиной Сент-Иллер - воплощением Е.И.Рерих.

[26] "Ручной зверь" – эзотерическое обращение Шклявера Георгия Гаврииловича.

[27] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 100 вместо слова "организм" напечатанно "равновесие".

[28] Таубе Михаил Александрович (1869-1961) – барон, доктор международного права, профессор Петербургского университета, с 1917 г. в эмиграции во Франции, член Русского историко-генеалогического общества в Париже.

[29] Крамер – американский адвокат, член Нью-Йоркской юридической конторы "Крамер, Маркс и Гринлей", клиентов которой являлся музей Рериха.

[30] Кельц Вальтер (Walter Norman Koelz) – орнитолог и ботаник из Мичиганского университета, работавший в Институте "Урусвати".

[31] Тедж-Рам – управляющий в имении Рерихов в Кулу.

[32] Е.Д.Меррил [E.D.Merrill] – директор Нью-Йоркского ботанического сада, вёл переписку с институтом "Урусвати".

[33] "Song of Sano Tarot"  (Песнь Сано Таро) – книга, данная Высоким Учителем через Ненси Фулвуд (Nancy Fullwood, род. 1870 г.), издательство New York, Macoy Pub. Co., 1929 г., 206 стр. В этой серии этого автора вышли также следующие книги: 1) The tower of light (Башня света), 1931 г., 122 стр.; 2) The life of one woman (Жизнь одной женщины), 1932 г., 114 стр.; 3) The flaming sword (Огненный меч), 1935 г., 69 стр.; 4) On the road to Damascus (По дороге в Дамаск), 1935 г., 94 стр.; 5) Behold we come! (Вот мы и пришли!), 1939 г., 147 стр.

[34] Лукин Феликс Денисович (1875-1934) – врач, основатель и первый председатель Общества имени Н.К. Рериха в Латвии.

[35] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 206 вместо слова "Урусвати" напечатанно "Матери Агни Йоги".

[36] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 207 опечатка, вместо слова "поучительны" напечатанно "мучительны".

[37] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 210 вместо слова "Урусвати" напечатанно "Матерью Агни Йоги".

[38] Калитинский Александр Петрович (1880-1946) – русский учёный, археолог, специалист в области Византии и Древней Руси, директор археологической Семинарии Кондакова, в качестве которого вёл переписку с директором Гималайского Института Урусвати Ю.Н.Рерихом. Вначале 1920-х семья Калитинского эмигрировала в Прагу, где он получил профессорскую кафедру в университете и принял участие в работе археологического семинара под началом Н.П.Кондакова, а жена Калитинского организовала группу из бывших актёров МХТ. В конце 1920-х развелся с женой, которая уехала в Нью-Йорк, а затем в Париж. Осенью 1930 года Калитинский серьёзно заболел, и был вынужден переселится в Париж к бывшей жене, где умер в 1946 году. Жена Калитинского - Мария Николаевна Германова (наст. фам. Красовская-Калитинская; 1884-1940) - актриса Московского художественного театра (1902-1919). В 1930 г., будучи в Нью-Йорке, познакомилась с Н.К. Рерихом и загорелась его культурными идеями. В апреле 1930 г. уехала в Париж и приняла активнейшее участие в работе Французского общества Рериха, была президентом Женского Союза и общества «Друзья Культуры» при Французском обществе Рериха. Вела короткую переписку с Рерихами. Весной 1931 г. она предала рериховское идеи и стала вместе с больным мужем порочить имя Н.К. Рериха под псевдохристианскими лозунгами.

[39] Константин Константинович Любич-Ярмолович-Лозина-Лозинский (1894-1986) − родился в Петербурге, окончил в 1918 г. Медицинскую Академию, с 1920 г. в эмиграции, окончил медицинский факультет Флорентийского университета, работал врачом в Канаде, в Колумбии, в Марокко и Эритрее, участвовала в Трансгималайской экспедиции с Рерихами, являлся медицинский советник Института Урусвати, в планы Института входило создание под его руководством медицинской клиники для местных жителей, с 1940 г. проживал в Риме, состоял в переписке с Рерихами, печатался под именем К. К. Лозино-Лозинский, скончался в Риме.

[40] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 214 вместо слов "на Восток" напечатанно "к Восходу".

[41] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 214 вместо слова "Владык" напечатанно "Света".

[42] Лагор, Лахор (Lahore) – город, столица провинции Пенджаб, расположен в 450 км на Запад от долины Куллу, где жили Рерихи.

[43] Бэнон, или Бенон (Banon), семья, – соседи Рерихов из Манали, семья английских колонистов, с середины XIX века выращивающих фруктовые плантации в долине Куллу.

[44] Рамзан – молодой ладакец, служивший в трансгималайской экспедиции Рерихов.

[45] Чета Махонов проживала в Манали, в долине Кулу. Полковник Махон [A.E.Mahon] являлся сотрудником института "Урусвати", печатался в журнале института (статья "Последние археологические открытия в Индии", 1931 г.), поддерживал идеи Н.К. Рериха, написал о нём ряд статей в индийской прессе, в том числе о Пакте Рериха.

[46] Норвуд Роберт – епископ, проповедник Епископальной церкви в Нью-Йорке. "Так, в Америке епископ Р. Норвуд, епископ церкви, был большим другом и почитателем Н. К. (К нашему горю, он недавно скончался.) Он был замечательным проповедником и в свои проповеди вводил понятия воплощения и кармы. Толпы собирались слушать его проповеди". (Письмо Е.И.Рерих от 23.06.1934.)

[47] Ширинский-Шихматов Юрий (Георгий) Алексеевич, князь (1890–1942) – общественно-политический деятель, публицист, участник Первой мировой войны и Белого движения, с начала 1920-х гг. жил в эмиграции в Париже, лидер движения национал-максималистов, издатель журнала «Утверждение» (1931-1932) и руководитель одноименного молодежного общества

[48] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 265 вместо слова "всего" напечатанно "вех".

[49] Рябинин Константин Николаевич (1877-1953) – врач (терапевт, психиатр). Участвовал в Центрально-Азиатской экспедиции Рерихов в качестве врача, секретаря и казначея.

[50] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 314 вместо слова "Урусвати" напечатанно "вы".

[51] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 319 вместо слова "энергии" напечатанно "нити".

[52] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 320 вместо слова "можем" напечатанно "должны".

[53] В первоиздание книги «Сердце, 1932» в параграфе 377 вместо слова "импульса" напечатанно "иммунитета".

Кого вы считаете авторитетным деятелем Рериховского Движения из ныне живущих? (Голосовать можно за нескольких человек сразу, но только один раз)
Всего голосов:
Первый голос:
Последний голос: