Этот вызвавший ожесточённые споры и окончательно расколовший рериховское движение в России конфликт начался уже два года назад. К сожалению, он тянется и по сию пору исключительно благодаря удивительному упорству руководства Центра, желающего во что бы то ни стало строго покарать ни в чём не виновное, но возмутительно самостоятельное и непослушное его воле издательство. И несмотря на то, что в параллельном ходе и уголовного, и гражданского преследования Издательства уже давно выяснилась его полная неподсудность, МЦР по сей день никак не желает отказываться от надежды на мщение.

По мере развития событий, эта история продолжает и частно, и публично горячо обсуждаться в рериховской среде. А поскольку со сороны МЦР постоянно появляются всё новые и новые публикации на эту тему, то многие представители движения давно и настоятельно просят нас осветить со своей стороны эту весьма неприглядную историю. Мы проявили незаурядную выдержку в своём желании по-возможности избежать публичного сутяжничества. Но дело так затянулось и приняло такой оборот, что необходимость прояснить всем заинтересованным людям существо вещей с нашей стороны вполне назрела. Однако рассмотрим всё по порядку.

Предыстория и существо вопроса
 

Уже более десяти лет Издательство выпускает в свет литературу самой широкой духовно-философской тематики, и на этом поприще, по отзывам читателей, зарекомендовало себя как достойное и ведущее в своей области предприятие.

В силу сложившихся личных интересов руководства Издательства, основной направляющей силой его деятельности стала приверженность к тому направлению духовной и просветительской мысли, основы которого были сформированы Е.П.Блаватской и семьёй Рерихов.

Первые пять лет своей работы Издательство ограничилось выпуском в свет произведений Е.П.Блаватской и авторов её круга. Решение временно воздержаться от издания рериховской литературы было принято имея в виду дать созданному в 1991 году Международному Центру Рерихов максимальную возможность развернуть собственную издательскую деятельность и только потом присоединить и свои усилия к этой работе в ключе дополнительности. Но за всё это время Центр выпустил в свет лишь два фундаментальных издания - "листы дневника" Н.К.Рериха из серии "Моя жизнь" и небольшой, но начавший принципиально новый этап в публикации рериховского наследия сборник Е.И.Рерих "У порога Нового Мира", куда вошли сокровенная духовно-автобиографическая рукопись "Сны и видения" и подборка из духовного дневника Е.И.Рерих "Огненный опыт". Поэтому мы, совместно со старейшим рериховским учреждением, основанным и руководимым до 1955 года Еленой Ивановной Рерих, - Музеем Рериха в Нью-Йорке, - приступили к систематической работе по изданию фундаментальной рериховской серии.

В результате с 1996 по 2002 год было выпущено семь томов писем Рерихов из собрания Музея Рериха в Нью-Йорке, полный сборник книг и статей Е.И.Рерих "Путями Духа", три сборника статей Н.К.Рериха и наиболее полный текст его экспедиционного дневника "Алтай-Гималаи", сборник записей из дневника З.Г.Фосдик "Мои Учителя. Встречи с Рерихами", биографический сборник "Рерихи. Вехи духовного пути", сборник "Знамя Мира, Пакт Рериха", краткую творческую биографию Н.К.Рериха (Жан Дювернуа "Н.К.Рерих. Страницы биографии"), исследование М.Дубаева "Харбинская тайна Рериха", ряд тематических сборников по книгам рериховского Учения Живой Этики, и наконец наиболее полное на сегодняшний день 7-томное издание Учения Агни-Йоги (Живой Этики).

Последние три тома семитомника "Агни-Йоги" и стали камнем преткновения для руководства МЦР. Это тематические сборники фрагментов из американского свода дневниковых записей Е.И.Рерих, посвящённых беседам с Учителем, передавшим Рерихам Учение Живой Этики. То есть это издание дополняет с нашей стороны ту линию, которую МЦР начал в 1993 году публикацией в "Малой рериховской библиотеке" сборника "У порога Нового Мира" и продолжил в 2000 году выпуском в 2,5 раза большего сборника того же названия в "Большой рериховской библиотеке". В плане дальнейшей публикации дневников Е.И.Рерих последний сборник МЦР наиболее существенно дополнен изданием записей за второе полугодие 1929 года. Причём, важно подчеркнуть, что издание "Сферы" именно дополняет издание МЦР, лишь частично пересекаясь с ним, и соответственно нисколько не мешает последнему продолжать давно начатую работу по постепенной публикации собственного варианта дневников Е.И.Рерих.

Здесь совершенно необходимо остановиться на очень важном в этой истории, но пока что малоизвестном факте создания Еленой Ивановной Рерих двух совершенно разных по содержанию кратких сводов своих дневниковых записей. Один из них, изначально предназначенный для Америки, хранится ныне частично (материалы до 1936 года) в архиве Амхерст-Колледжа (штат Масачусетс, США) и частично (материалы после 1936 года) в архиве Музея Рериха в Нью-Йорке. Другой же, предназначенный для России, находится в архиве Международного Центра Рерихов в Москве. А изначально полный свод записей Е.И.Рерих, изначально предназначенный для более отдалёного будущего и составляющий около 200 толстых рукописных тетрадей, о котором С.Н.Рерих не раз говорил в своих публичных выступлениях в Москве, всегда хранился по распоряжению Е.И.Рерих совершенно отдельно от общего архива семьи. Это положение сохраняется и сегодня, и хранители этих записей имеют чёткие инструкции по распоряжению ими.

Удивительно но, несмотря на наличие в МЦР полной копии амхерстской части американского свода, руководство Центра по-видимому пребывает в странном заблуждении о полноте и идентичности своего и американского (сильно сокращённых и совершено разных по содержанию) сводов дневниковых записей Е.И.Рерих. Хотя никто из внимательных читателей дневников Е.И.Рерих в сборнике "Упорога Нового Мира" просто не мог не заметить насколько они различны и взаимодополнительны с хронологически соответствующими им частями из сборников "Сферы". Остаётся лишь гадать, чем руководствуется Л.В.Шапошникова, публично утверждая, что в МЦР хранится изначально полный оригинал дневниковых записей Е.И.Рерих, а в америке - только некие "авторские копии" (термин, изобретённый лично ею, и в юриспруденции неизвестный). Однако таковое заблуждение налицо, и его надо учитывать, поскольку лишь им и можно хоть как-то объяснить 1) само резкое недовольство со стороны МЦР публикацией Издательством "Сфера" трёх дополнительных томов "Агни-Йоги" и 2) поразительное упорство в стремлении наказать Издательство, которое, в представлении руководства Центра, как бы перебежало ему дорогу.

Тем не менее, фактом остаётся то, что Издательство опубликовало лишь тщательно отобранное собрание выдержек из американского свода записей Е.И.Рерих, а Центр постепенно публикует части из своего совершенно иного по содержанию (более чем на половину) варианта; и потому сборники "Сферы" ("Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь") ни коим образом не мешают Центру успешно продолжать своё дело ко всеобщей радости российского и мирового рериховского движения.

Содержание спора

Поскольку Издательство, хотя и не занималось рекламой, но и не скрывало от рериховской общественности готовящегося издания, разместив информацию о нём на своём интернет-сайте, то эта информация благополучно дошла до руководства МЦР. В начале января 2002 года Издательство посетили два эмисара Центра (В.В.Фролов и С.П.Синенко), у которых состоялся разговор с главным редактором Д.Н.Поповым и заведующим редакцией К.М.Миллером. Эти представители заявили, что узнали о готовящемся в "Сфере" издании из дневников Е.И.Рерих и, поскольку в Центре тоже ведётся такая работа, то они хотели бы получить более полную информацию и согласовать действия. В ходе довольно длительной беседы, представители Центра, которые вели себя подчёркнуто доброжелательно и не высказывали никаких претензий, получили самые подробные ответы на все интересовавшие их вопросы. Им было пространно объяснено, что представляют собой дневники Е.И.Рерих, где хранится тот свод, который использован в нашей работе, какими принципами руководствовались составители, что именно включено в сборники и что осталось за рамками и многое другое.

Три вопроса содержали в себе возможность сомнения в правомочности и целесообразности этого издания. Один из них: имеет ли Издательство законное право на публикацию, составленную из дневников Е.И.Рерих и не следовало ли посоветоваться об этом с первым вицепрезидентом МЦР, Л.В.Шапошниковой; ведь рукописи дневников хранятся в архиве МЦР, а С.Н.Рерих подписал целый ряд бумаг в пользу МЦР. В ответ нами было пояснено, что во-первых, публикация целиком подготовлена по единому варианту рукописей, хранящихся в Амхерсте и Нью-Йорке. Разрешение на использование материалов из Амхерст-Колледжа у нас имеется. Во-вторых, владение рукописью не имеет по закону никакого отношения к авторскому праву на публикацию выраженного в ней произведения, а для того, чтобы иметь возможность запрета на издание произведения кем-либо другим, надо иметь особое авторское право, именуемое в юриспруденции исключительным. Зная, что ни Е.И.Рерих, ни её сын С.Н.Рерих не передавали ни исключительных, ни простых авторских прав на американский свод дневниковых записей ни в Амхерст-Колледж, ни в МЦР, ни куда-либо ещё, мы обратились за правами на издание в старейшую рериховскую организацию, основанную самой Е.И.Рерих, - Музей Рериха в Нью-Йорке, - и таковое разрешение имеем. Если же МЦР располагает со стороны С.Н.Рериха какими-то неизвестными нам, имеющими юридическую силу документами о передаче им в МЦР исключительных авторских прав на издание произведений Е.И.Рерих в целом или американского свода её дневниковых записей в частности, то мы просим ознакомить нас с таковыми документами.

Так же прозвучал вопрос: уверены ли мы в том, что действительно пришло время для подобной публикации. В ответ было сказано, что публикационные события вокруг Учения Живой Этики развиваются в нашей стране вполне логично и последовательно. Десять лет назад классический корпус книг "Агни-Йоги" был опубликован и разошёлся во многих сотнях тысяч экземпляров, вызвав широчайший интерес и резонанс; были опубликованы массовыми тиражами биография Е.И.Рерих и духовная биоргафия семьи Рерихов; опубликовано добрых полтора десятка томов писем Е.И.Рерих, посвящённых, главным образом, проблемам Учения; состоялось множество конференций; сложились десятки и даже сотни рериховских обществ, основой работы которых стала именно Живая Этика; изучение последней дошло до входа в свет целых серий многочисленных тематических сборников, индексов и симфоний, досконально разбирающих освещение в книгах "Агни-Йоги" самых различных вопросов жизни и мироустройства. Спад, неизбежно последовавший за взлётом первой волны интереса, вполне завершён. Круг людей, серьёзно интересующихся проблемами Живой Этики целиком и полностью сложился. Стремление рериховской общественности к прояснению многих ещё недосказанных вопросов столь велик, что множество самых различных публикаций, претендующих на продолжение данного через Рерихов Учения, вызывает массовый интерес. И наконец последовательная публикация тетрадей с дневниковыми записями Е.И.Рерих, начатая самим Международным Центром Рерихов уже 9 лет назад и продолженная 2 года назад, сама по себе снимает вопрос о своевременности таких изданий.

Ещё одним вопросом было: не думаем ли мы, что некоторые места в готовящихся к печати книгах могут быть кем-то неверно поняты, а кем-то быть использованы в полемике против Учения Живой Этики. На это было отвечено, что мы ни сколько не сомневаемся, что так оно и будет, но это неизбежная оборотная сторона медали; то же самое можно сказать и о классических книгах "Агни-Йоги", и о любом томе писем Е.И.Рерих, и о любом другом издании. Так что подобные аргументы просто невозможно принимать во внимание. С этой точки зрения можно рассматривать только конкретные тексты, что мы разумеется и делали при составлении обоих сборников и оставили за бортом издания немало потенциально интересного материала, который был слишком недостаточно пояснён и мог быть слишком превратно истолкован. А вообще, по нашему мнению, по сравнению с немногочисленными высказываниями из Живой Этики, которые допускают возможность неверного толкования, гораздо большую и несомненную опасность представляют собой громкие и безответственные заявления наших современников, сопровождающие некоторые рериховские издания. Так, в предисловии к сборнику "У порога Нового Мира" Л.В.Шапошникова ярко и красноречиво проводит параллель земных миссий Е.И.Рерих и Иисуса Христа, и ярко утверждает, что лично от Елены Ивановны "зависела судьба Космической эволюции планеты Земля... Над землёй встала она, Космический Иерарх и Великий Учитель..." Вот это не нуждающееся в толкованиях и неизвестно на чём основанное сногсшибательное высказывание, прозвучавшее из уст не какого-то, имеющего право на любое частное мнение, простого человека, а главы международной рериховской организации, вне всякого сомнения сыграло самую негативную роль в судьбе рериховского наследия в нашей христианской стране.

Поскольку эти наши ответы не встретили у собеседников никаких возражений, мы восприняли это как согласие с нашими развёрнуто аргументированными доводами. В итоге состоявшейся беседы гости продемонстрировали полное удовлетворение и высказали горячее желание существенно расширить сотрудничество между Центром и Издательством, ограниченное до тех пор рамками активного распространения Центром книг Издательства.

А в конце января 2002 года МЦР направил в нашу редакцию резкое и безапеляционное по тону и содержанию письмо за подписью вицепрезидента В.Б.Моргачёва, где в ультимативной форме потребовал остановить выпуск названного трёхтомника, поскольку это совершенно недопустимо.

В частности было решительно заявлено: "Издание этих записей явилось бы осквернением "самого Сокровенного", что было у Е.И.Рерих..." Это утверждение повергло нас в полное изумление, поскольку именно МЦР уже много лет назад начал публикацию дневников Е.И.Рерих. Как люди, считающие издание этих материалов осквернением самого Сокровенного, могут сами это делать явилось для нас неразрешимой загадкой, что и было отмечено в ответном письме.

Кроме того, В.Б.Моргачёв высказал не менее экстравагантное мнение, что публикация этих материалов нанесёт ущерб чести и достоинству Е.И. и Н.К. Рерихов. Что именно в дневниках Е.И.Рерих автор письма считает порочащим честь и достоинство Рерихов, также является для нас полной загадкой, поскольку сами мы не сталкивались с таковыми материалами, что и было высказано ему в ответ.

Ещё одним не менее ярким и странным высказыванием явилось то, что публикация этих книг (к слову сказать, совершенно неизвестных автору письма) приведёт "к таким негативным последствиям в общественном сознании, характер и масштабы которых трудно даже представить". В ответном письме мы обратили внимание В.Б.Моргачёва на то, что его страхи явно необоснованы уже потому, что за 9 лет периодической публикации самим Центром отдельных тетрадей из дневников Е.И.Рерих это пока не вызвало тех неизвестных нам таинственных ужасов, которые он себе представляет.

Таким образом, мы взвешенно и аргументированно ответили на все эти более чем странные кликушеские заявления.

Также В.Б.Моргачёв сослался на опасения Е.И.Рерих, которые она высказывала по поводу возможности злонамеренного перетолкования её записей Хоршами, после того как часть её дневников попала в их враждебные руки. Не отреагировав на оскорбительное сравнение, мы просто заверили В.Б.Моргачёва в том, что он может не опасаться подобного подхода к записям Е.И.Рерих с нашей стороны, поскольку мы вовсе не занимаем антирериховских позиций и нам и в голову не могло придти что-то злобно переиначивать с целью ложного опорочения Рерихов.

Единственным в этом письме, что было выражено ясно и понятно, явилось резкое недовольство тем, что некое издание по материалам дневниковых записей Е.И.Рерих подготовлено без контроля со стороны МЦР. На это мы подробно изложили всё то, что уже было сказано посетившим нас представителям Центра по поводу обстоятельств, связанных с авторскими правами на литературное наследие Е.И.Рерих в целом и американский свод её дневниковых записей в частности.

Мы подчеркнули, что безусловно уважаем волю С.Н.Рериха и неутомимую деятельность Л.В.Шапошниковой. Нам и в голову не приходило покушаться на её права уполномоченного ответственного лица за судьбу переданной в Советский Фонд Рерихов части рериховского наследия. Но и Центру, в свою очередь, не следует претендовать на контроль за публикацией материалов, хранящихся в других организациях (на что он категорически не имеет права, и что, к слову сказать, чётко оговорено в дарственной С.Н.Рериха).

Подробно разъяснив в своём письме все обстоятельства дела, мы высказали искреннюю надежду на то, что это снимет возникшее между нами недоразумение и позволит нам не только остаться друзьями, но и расширить наше многолетнее сотрудничество.

Вскоре Музей Рериха в Нью-Йорке также направил В.Б.Моргачёву письмо с уважительно развёрнутыми объяснениями действительного положения вещей.

Однако, все эти подробные аргументы и сведения со стороны и Издательства, и Музея ни в малой степени не удовлетворили руководство Центра, и Л.В.Шапошникова направила в адрес типографии письмо с ничем не обоснованным, но категорическим требованием остановить печать трёх дополнительных томов "Агни-Йоги". Типография, имея подтверждающие документы со стороны Издательства, не поддалась на эту провокацию и отпечатала тираж.

Как только книги появились в Москве, они тут же попали к Л.В.Шапошниковой и она разразилась пространной статьёй с громким и оскорбительным названием "Предатели". Хотя, писалась эта статья явно заранее, ещё до какого-либо знакомства с книгами, о чём ясно говорит утверждение, что "На официальное письмо с нашим протестом ответа не последовало. Зато последовала угроза, что все будет сообщено "самому Энтину"". Что это за странная и нелепая угроза видимо известно только Л.В.Шапошниковой, поскольку нам самим такая глупость и в голову не могла придти. Хотя, похоже, что Л.В.Шапошникова активно пользуется многоступенчатым "испорченным телефоном", добавляя к нему сою собственную фантазию, и её это вполне устраивает.

Вряд ли стоит останавливаться на малодостойном излиянии желчи на протяжении всего этого очерка; это не делает чести автору, а она, как и всякий свободный человек, вольна поступаться своей честью по-своему.

Большую часть статьи составляют цитаты из документов "Сферы", писем директора Музея Рериха в Нью-Йорке Д.Энтина и писем Е.И.Рерих (последние относятся к прижизненной для Е.И. судьбе её дневниковых записей, но никак не касаются вопроса о сегодняшней публикации фрагментов из американского свода этих записей).

Что же касается высказываний самой Л.В.Шапошниковой боле-менее по существу, то они заключаются в следующем. Она абсолютно голословно, но безапеляционно заявляет, что срок такой публикации ещё не пришёл, и вообще Е.И.Рерих наложила запрет на обнародование этих материалов. Видимо этот никому не известный загадочный запрет известен только Л.В.Шапошниковой, но она не желает знакомить с ним кого-либо ещё.

Навязчивым рефреном по всей статье идёт выдумка Л.В.Шапошниковой о том, что находящийся в её руках вариант краткого свода дневниковых записей Е.И.Рерих является изначальным оригиналом, а существенно иной и тоже краткий американский свод является некоей "авторской копией". Мало того, что это откровенно надуманная выдумка с явной целью принизить статус американского свода по отношению к московскому. Глава крупнейшего в России рериховского общества считает возможным беззастенчиво игнорировать неугодное ей место из часто цитируемого письма Е.И.Рерих (письмо от 3 декабря 1937 года), где она категорически и подчёркнуто утверждает, что "серия тетрадей-манускриптов от 24-го марта 1920-го года по 3-е февр[аля] 1935-го года, написанная по-русски моей рукой и хранящаяся в Нью-Йорке, и есть оригиналы".

Впрочем и дальше смелые выдумки идут одна за другой. Так Л.В.Шапошникова смело утверждает: "После 1935 года Е.И.Рерих не посылала в Нью-йоркский музей копий своих дневников". Далеко же может завести человека уверенность в том, что он всё знает, а если что-то ему не известно, то значит этого и вовсе не существует! Ведь на самом деле Е.И.Рерих как передавала до 1935 года тетради с американским сводом своих записей в Музей Рериха в Нью-Йорке, так и продолжала передавать в дальнейшем. Вот только вместо одного доверенного лица (такового доверия не оправдавшего) тетради стали передаваться новому главе Музея - К.Кемпбелл.

К слову сказать, судя по тому, что пишет Л.В.Шапошникова, она совершенно не представляет себе, что из себя представляет руководство Музея Рериха в Нью-Йорке. Во всяком случае, её полная неосведомлённость о взаимоотношениях К.Кемпбелл и Д.Энтина говорит сама за себя. Дело в том, что основным руководящим органом Музея является Совет Попечителей (или Совет Директоров), роль руководителя всей работой музея в периоды между заседаниями Совета исполняет его президент, а вот практической повседневной работой управляет исполнительный директор. Таким образом президент и исполнительный директор работают в постоянном взаимодействии. Директором Музея после смерти З.Г.Фосдик стал Д.Энтин, а вот бессменным президентом (то есть высшим главой Музея) с его основания была К.Кемпбелл (ныне это Эдгар Лансбюри). В сознании же Л.В.Шапошниковой видимо единственным полновластным главой Музея является Д.Энтин, а долгие годы (с конца 1940-х) непосредственно руководившая всеми делами Музея (сначала вместе с З.Г.Фосдик, а потом с Д.Энтиным) К.Кемпбелл от этого самого Музея совершенно отделена. Иначе просто невозможно понять нелепо беспардонное заявление о том, что очевиднейшие слова Д.Энтина о том, что они с К.Кемпбелл обсуждали многие проблемы (ну а как же иначе могло быть?) решительно заклеймлены Л.В.Шапошниковой как "ложь", в которую "вряд ли можно поверить". Можно ли придумать что-то более абсурдное?

Кроме всего прочего Л.В.Шапошникова явно претендует на некое ясновидение, поскольку ей точно известно, что никакого разговора у Д.Энтина и К.Кемпбелл с С.Н.Рерихом вовсе не было и Д.Энтин оказывается просто лжёт. Но вот что интересно. Если поговорить с любым из множества людей давно и хорошо знающих Д.Энтина, то выяснится, что каждый из них может быть естественным образом в чём-то не согласен с ним, но ни один не скажет, что этот человек в чём-то солгал или кого-то обманул. А вот множество людей, прежде работавших с Л.В.Шапошниковой, но вынужденных от этого отказаться, свидетельствуют о ней прямо обратное. Не трудно сделать вероятностный вывод о том, кто же на самом деле лжёт (особенно учитывая, что всем известно, кто громче всех кричит "держи вора!").

Л.В.Шапошникова ссылается на собственную беседу с С.Н.Рерихом "насчёт этих дневников. Он сказал, что это самое важное, что есть в наследии, что часть опубликована и вошла в книги Живой Этики, а часть ждет своего часа. Сейчас публиковать эти дневники нельзя, а что касается публикации целиком, то её придётся ждать ещё и ещё". Это действительно похоже на правду, и с любым из этих утверждений нельзя не согласиться. Эти дневники действительно самое важное в наследии Е.И.Рерих. Неопубликованная их часть действительно ждёт своего часа. В 1990 году, когда С.Н.Рерих передавал часть архива своих родителей в Россию, он действительно говорил о том, что публиковать что-либо из этих записей ещё преждевременно. Что же касается публикации целиком, то до неё и сейчас ещё очень и очень далеко; похоже, что даже дальше, чем думает Л.В.Шапошникова, которая, видимо, пребывает в заблуждении о том, что владеет полным изначальным сводом записей Е.И.Рерих.

Не будем останавливаться на мелких ошибках Л.В.Шапошниковой, тоже проистекающих из неосведомлённости в различных вопросах.

К концу статьи приводятся "некоторые интересные факты, которые сообщил нашим представителям Д.Попов во время разговора". Далее идёт наполовину действительное перечисление, а наполовину "испорченный телефон". Нет смысла на этом останавливаться, поскольку разговор, о котором идёт речь, нами уже описан.

Особенно задело Л.В.Шапошникову то, что над изданием трудились специалисты, не имеющие отношения к МЦР. По её мнению это просто не возможно, поскольку "ни один порядочный специалист не стал бы работать над таким материалом, который составляет лишь часть целого". Бессмысленность и абсурдность этого утверждения столь велики, что здесь и комментировать не чего.

Здесь же Л.В.Шапошникова вновь решительно демонстрирует своё заблуждение о дневниках Е.И.Рерих после 1935 года, которые, по её мнению, остались недоступными для Музея и Издательства. И это несмотря на то, что посланцам МЦР в Издательстве всё было подробно разъяснено, и в предисловиях к сборникам, которые Л.В.Шапошникова сама же цитирует всё написано чёрным по белому. Опять приходится только руками разводить.

Л.В.Шапошникова идёт дальше и желчно возглашает: "Тех же "специалистов", которыми располагает Попов, специалистами считать нельзя. Образование одной из них ограничено кулинарным техникумом. Это не хазановский анекдот, а факт". Что касается вполне достойного человека, на которого явно намекает Л.В.Шапошникова (она работала когда-то в МЦР), то во-первых, по образованию она учитель начальных классов (кулинарные курсы по школьной учебно-производственной практике это вовсе не кулинарный техникум, и Л.В.Шапошниковой это прекрасно известно), а во-вторых, она не имеет никакого отношения к этому изданию, и это Л.В.Шапошниковой тоже прекрасно известно из выходных данных обсуждаемых сборников. Да и вообще в редакции к тому времени она давно уже не работала. Откуда же взялась эта откровенная ложь? Видимо только из желания поёрничать, что и привело Л.В.Шапошникову к тому, что она и здесь громко села в лужу. Если же Л.В.Шапошниковой действительно интересно образование специалистов, работавших над обсуждаемыми сборниками, то можем сообщить, что у всех оно университетское.

Ещё одним курьёзом является добавление Л.В.Шапошниковой о том, что "злодей Хорш, имея эти дневники у себя, не решился на их публикацию, хотя обладал для этого всеми возможностями. Чёрное дело Хорша, наконец, завершил Энтин с помощью Попова". Любому, осведомлённому и здравомыслящему, человеку понятно, что Хоршу и в голову не могло придти заботиться о публикации этих дневников; он хотел лишь "насолить" Е.И.Рерих тем, что забрал их себе. О каком же тогда чёрном деле Хорша, которое, "наконец, завершил Энтин с помощью Попова", идёт речь? По-видимому это тоже известно одной Л.В.Шапошниковой.

В заключение всего этого недостойного потока откровенно ложных обвинений Л.В.Шапошникова заявляет, что оказывается "Господин Энтин давно уже наполняет свои письма и сайты Интернета клеветой и ложью против МЦР и его руководства". И это после того как этот самый Д.Энтин годы молча терпел поток самых оскорбительных публичных нападок со стороны МЦР и лично Л.В.Шапошниковой; а на все недоумённые вопросы, как он это терпит, отвечал, что не желает поддерживать недостойную ругань в рериховском движении?! Но надо же и Л.В.Шапошниковой хоть какую-то честь знать.

В конце своей статьи Л.В.Шапошникова пригрозила Музею Рериха в Нью-Йорке и Издательству "Сфера" возмущёнными письмами от рериховских организаций. И вот, сразу же вслед за этим первым публичным выпадом, руководство Центра потребовало от всех верных МЦР рериховских организаций открыто выступить с резким осуждением Издательства "Сфера" и Музея Рериха в Нью-Йорке в связи с выпуском в свет этих книг ("Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь").

Этот шаг привёл к двоякому результату. С одной стороны, на Издательство и Музей обрушилась волна кликушеской истерии. Возмущённые письма посыпались на Издательство и Музей по обычной и электронной почте, стали публиковаться на интернет-сайтах преданных Центру обществ. Ещё не видевшие этих книг, но верные "линии партии" рериховские организации дружно заголосили стандартными, подсказанными из Центра, фразами о немыслимо ужасном поступке, который поставил Россию, а с ней и весь мир просто на грань выживания. Многие дополнительно проявили и собственное творчество, дав полную волю полёту фантазии. Нет смысла пересказывать ярчайшие фантасмагорические образы из этих посланий (тем более, что каждый желающий может познакомиться с ними в сети Интернет). Отметим лишь меткое замечание одного из известных деятелей международного рериховского движения о том, что эти письма представляют собой "прекрасный материал для какого-нибудь исследователя отклонений в психике последователей сект". Оставим именно таким специалистам разбираться с этим материалом. Заметим только, что эти письма чётко выявили круг рериховских организаций, в буквальном смысле бездумно преданных МЦР и лично Л.В.Шапошниковой.

С другой стороны, этот настойчивый прессинг МЦР заставил серьёзно задуматься тех, кто привык вдумчиво анализировать происходящее и принимать самостоятельные решения. Те, кому здравый смысл и совесть не позволили присоединяться к хору полностью безосновательного осуждения двух известных и добросовестных рериховских организаций, либо промолчали и отошли в сторону, либо публично заявили о своём взгляде на вещи. И те и другие были тут же подвергнуты со стороны МЦР осуждению и анафеме. Не обошлось и без курьёзов, озадачивших всё рериховское движение. Так, одно из старейших и крупнейших рериховских обществ России, возглавляемое одним из самых заслуженных деятелей движения Натальей Дмитриевной Спириной (которая ведёт традицию ещё от Харбинского Общества Рериха, в котором принимала непосредственное участие), было публично объявлено Л.В.Шапошниковой, ни много ни мало, НЕЗРЕЛЫМ рериховским обществом. Тут уж все только развели руками...

В результате, те здравомыслящие и сохраняющие уважение к себе и к другим общества, которые ещё сохраняли свои связи с МЦР, были вынуждены окончательно отойти от него. И это завершило процесс раскола рериховского движения в СНГ, который волею судеб пролёг по линии МЦР.

Интересно отметить, что в начале этой кампании Л.В.Шапошникова как раз и говорила, что в итоге ряды МЦРовского движения очистятся от всех не достаточно "сознательных" и не достаточно преданых людей и это будет несомненным благом. Однако почему-то и она сама, и её верные последователи в конце концов стали сетовать на сильное поредение своих рядов. Но здесь уж им самим решать, чего же они хотели и чего хотят.

Следующим полемическим шагом МЦР стала заметка "Обратимся к фактам (о документах, касающихся издания дневников Е.И.Рерих)". О каких же фактах в ней идёт речь?

1) Всё начинается с эквилибристики вокруг авторских прав. Нами уже дважды и устно, и письменно в адрес В.Б.Моргачёва было разъяснено, что владение рукописью и обладание авторскими правами на само произведение - совершенно разные вещи; и потому за авторскими правами на публикацию мы обращались в Музей Рериха в Нью-Йорке, как в старейшую рериховскую организацию, основанную самой Е.И.Рерих. Это ясно и чётко написано в нашем письме в МЦР. Несмотря на это, руководство МЦР сделало вид, что ничего не поняло, и обратилось в Амхерст-Колледж с вопросом, давалось ли оттуда Издательству "Сфера" авторское право на издание. В ответном письме юрист Колледжа объяснил то же самое: Колледж является владельцем рукописей и представляет право на работу с ними всем желающим, но Колледж вовсе не владеет авторским правом на запечатлённое в этих рукописях произведение и потому не может никому таковое право передавать.
Однако руководство МЦР без всякого стеснения вновь сделало вид, что ничего непоняло, и заявило, что полученное из Колледжа разъяснение доказывает отсутствие у Издательства прав на издание сборников "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь".
Впрочем, это типичная для МЦР и лично Л.В.Шапошниковой полемическая тактика: сослаться на документ или цитату, говорящие об одном, и тут же заявить, что этим подтверждается совсем другое, а то и прямо противоположное.

2) Далее речь идёт о неких сроках издания дневников Е.И.Рерих, якобы установленных ею самой.
Приводятся две цитаты из писем Е.И.Рерих. В одной (23.02.1948) говорится о книгах (именно изданных книгах "Агни-Йоги") и высказывается опасение, что "Книги эти будут лежать в хранилище и, вероятно, раньше столетия никто не будет иметь к ним доступа". Не трудно видеть, что это не имеет никакого отношения к обсуждаемым дневникам.
В другой цитате (20.08.1954), похоже, речь действительно идёт о дневниках Е.И.Рерих: "Огненный Опыт тоже будет запечатлён, и мне Сказано собрать то, что останется с сотрудниками ближайшими. Остальное будет сохраняться в особом месте и, вероятно, будет доступно для ознакомления не раньше ста лет после моего ухода". В первом предложении Е.И.Рерих говорит, что по указанию своего Учителя должна сохранить записи своего Огненного Опыта со своими ближайшими сотрудниками, что она и сделала, выписав из своих полных дневниковых записей два сокращённых варианта, один из которых продолжала до самой смерти передавать в Америку руководителю Музея Рериха в Нью-Йорке К.Кемпбелл, а другой оставила сыну С.Н.Рериху (весьма вероятно, что существует даже и третий вариант, хранящийся ныне на квартире Ю.Н.Рериха). Причём никаких сроков здесь не указано. Что же касается американских материалов, то С.Н.Рерих дал указание К.Кемпбелл и Д.Энтину о том, что сроки хранения в безусловной тайне прошли и теперь им следует самостоятельно решать вопросы постепенной публикации.
Второе предложение говорит об "остальном", чем по-видимому и является изначально полный свод записей Е.И.Рерих. По поводу этого материала она говорит, что он "будет сохраняться в особом месте", что так и есть по сию пору; и если руководство МЦР этого не знает, то значит С.Н.Рерих не посчитал нужным осведомлять их об этом. Вполне возможно, что Е.И.Рерих права и это вероятно, будет доступно для ознакомления не раньше ста лет после её ухода.
Но даже если бы речь здесь шла именно об американском своде дневниковых записей, до какого же цинизма надо дойти, чтобы открыто утверждать, что сожаление о том, что некий материал вероятно, будет доступен для ознакомления лишь после некоего срока, означает запрет на ознакомление с ним до самого этого срока?! Получается, что Л.В.Шапошникова решила взять на себя исполнение как раз того, чего и опасалась Е.И.Рерих. Прокомментировать этот невероятный, но очевидный факт не представляется возможным.
Далее утверждается, что в распоряжении МЦР имеются сведения об установленных Е.И.Рерих сроках на публикацию её дневников, засвидетельствованные П.Ф.Беликовым. В подтверждение приводятся три цитаты из писем П.Ф.Беликова четвертьвековой давности, в которых действительно говорится о дневниковых записях Е.И.Рерих, но почему-то ни слова не говорится ни о каких сроках. Понять это сложно, но это так.

3) Также приводится цитата из письма Е.И.Рерих к З.Г.Фосдик (3.12.1937): "Передавая эти тетради-манускрипты на хранение, я всегда указывала и Вам, и чёрной, и белокурой, что никто не имеет права их читать или делать из них выписки. Поэтому всякое своевольное цитирование оттуда терминов и выдержек я рассматриваю как нарушение прав писателя и моего доверия". И это выдаётся за запрет Е.И.Рерих на доступ к этим материалам спустя почти полвека спустя её ухода из жизни?
На что рассчитывает автор этого опуса? На полную неразумность читателя? Ведь каждому и без всяких цитат ясно, что если автор передал кому-то свою неопубликованную рукопись на хранение, то своевольно её читать, делать выписки, а уж тем более публиковать, никто не имеет права. Но отсюда никак не следует, что этого нельзя делать никому и никогда во веки вечные, ибо в таком случае автор просто уничтожает рукопись, а не заботится о её сохранении. Если же автор желает установить срок ознакомления со своим произведением или его публикации, то это делается очень просто: он оговаривает это в своём завещании или ином специальном документе. Или Л.В.Шапошникова полагает, что Е.И.Рерих об этом просто не знала? Как выражается она сама, "тайна сия велика есть!"
Крайне любопытен один курьёз. Здесь вновь делается упор на придуманной Л.В.Шапошниковой версии с некими "авторскими копиями", коими якобы является американский свод дневниковых записей Е.И.Рерих, в действительности принципиально отличающийся от того свода, который хранится ныне в МЦР. Курьёзом является то, что в предложении, предшествующем приведённой цитате, Е.И.Рерих утверждает: "Конечно, Вы все знаете, что серия тетрадей-манускриптов от 24-го марта 1920-го года по 3-е февр[аля] 1935-го года, написанная по-русски моей рукой и хранящаяся в Нью-Йорке, и есть оригиналы" (подчёркнуто самой Е.И.Рерих). Удивительно, но что для самого автора - оригиналы, то для Л.В.Шапошниковой - загадочные "авторские копии" (загадочные, поскольку такого юридического термина просто не существует).
Далее идут лишь пространные язвительно-извращённые желчеизлияния в характерном стиле Л.В.Шапошниковой.

Следующей публичной атакой на Издательство стала статья главного редактора публикаторского отдела МЦР Т.Книжник "Откровение от "Сферы"" с попыткой правового и текстологического анализа книг "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь".

Здесь мы также оставим в стороне постоянное гротескно-ядовитое ёрничание автора в адрес "Сферы". Нам вполне понятно сугубо личное отношение Т.Книжник к Издательству, не оценившему её редакторского таланта и потому отказавшемуся от её услуг. Хотя, зачем изливать свои комплексы на непричастных к этому читателей, остаётся непонятным.

Главным упрёком директору Музея Рериха в Нью-Йорке Д.Энтину, который навязчиво звучит во всех публикациях Т.Книжник, опять выставляется её категорический отказ воспринимать Рерихов людьми. Но если сама Т.Книжник страдает тяжёлой формой мрачного мировосприятия (что хорошо видно по её поэзии) и человеконенавистничества (это проходит красной линией по её статьям) так, что само слово "человек" звучит для неё унизительно, то стоит ли всё же столь решительно перелагать эту странность и на Рерихов? Они то несомненно были людьми, которые вовсе не стыдились этого; и при своём уважении к ним и восхищении величием этих людей, идеализировать их (иначе говоря творить из них кумиров) конечно же не стоит, это ясно любому нормальному здравомыслящему человеку. Даже Махатма, писавший в конце XIX века письма А.П.Синнетту, просил его не забывать, что в своей повседневной жизни даже они (Махатмы) являются обычными людьми, и ни в малой степени не смущался этим. Обратимся к ясно сформулированным претензиям.

Первое конкретное замечание этой статьи таково: "И если создательница этого Труда однозначно высказывалась против преждевременного обнародования полного свода своих сокровенных записей, значит, у нее были на то все основания". С этим невозможно не согласиться; но дело в том, что до сих пор никто и не собирался публиковать полный свод этих записей, а уж тем более преждевременно. "Сфера" выпустила в свет лишь два сборника избранных фрагментов из одного из кратких сводов этих записей, не нарушив при этом никаких указаний автора по поводу сроков публикации за полным отсутствием оных. Далее идут следующие рассуждения:

Первым при исследовании этих двух сборников Т.Книжник поразило открытие того, что "единый текст дневника Е.И.Рерих... был разделен составителями на три части": вошедшую в один сборник, вошедшую в другой сборник и оставшуюся невошедшей в оба. Может быть для неё это и было "откровением", но интересно, что же она ожидала от двух сборников избранных фрагментов из одного большого материала?

Дальше Т.Книжник "хочется схватиться за голову" в ужасе от мысли, что кто-то может брать на себя смелость решать, что выбрать из первоначального материала для очередного сборника, а что не выбирать. Столь абсурдная постановка вопроса видимо тоже связана с какими-то личными комплексами автора статьи. До сих пор никто не хватался за голову от множества тематических сборников по материалам "Агни-Йоги", да и от самих книг этой серии в редакции МЦР, куда было включено (и не включено) по соображениям составителей немало дополнительного материала.

На этом заканчиваются "принципиальные соображения" Т.Книжник и начинаются текстологические придирки к конкретным местам издания.

Но предварительно высказываются ещё две частные претензии. Т.Книжник очень сочувствует читателям, которые напрасно будут искать в этих книгах знаки купюр. Видимо, она уже успела забыть, что пишет не о некоем сокращённом издании свода дневниковых записей Е.И.Рерих (где действительно следовало бы пометить места сокращений), а о тематических сборниках избранных мест (не знаем сколько десятков раз надо повторить и переписать столь простейшую вещь, чтобы в МЦР её наконец поняли). Если уж Т.Книжник стала главным редактором публикаторского отдела МЦР, то ей следует получше изучить издательские правила, всё же положение обязывает.

Также она переживает, что читатель не сможет "догадаться, в какой последовательности на самом деле должны идти фразы, разбросанные волею составителей по разным книгам". На самом же деле любознательному читателю не сложно это сделать благодаря хронологической последовательности и указанию дат, за исключением тех случаев, когда цитаты относятся к одной дате. Хотя зачем и кому это понадобится, представить довольно сложно. А те несколько дотошных исследователей, которым это окажется нужным, всегда могут это сделать через Амхерст-Колледж, Музей Рериха в Нью-Йорке, архив Издательства "Сфера" или через частных хранителей копий этого материала, которых уже немало; на то, к сведению Т.Книжник, и существуют архивы. К слову сказать, куда сложнее будет читателю классических книг "Агни-Йоги", если он вдруг захочет понять в какой последовательности были изначально записаны составляющие их параграфы; но за это Т.Книжник должна осуждать лично Елену Ивановну Рерих. Далее идёт разбор конкретных мест. Остановимся лишь на нескольких обобщённо-характерных.

Т.Книжник сетует, что "под датой 22 января 1921 года значатся отнюдь не дневники Е.И.Рерих, а записи ее старшего сына Ю.Н.Рериха... В изданиях "Сферы" об этом ни слова! Да, Елена Ивановна сочла эти сообщения достаточно интересными и даже переписала их в отдельную тетрадь. Но разве из этого следует, что их можно причислить к Учению Живой Этики? - Нет". Здесь придётся разъяснить Т.Книжник ряд вещей, которые могут быть интересны и многим другим (хотя, казалось бы, всё это давно описано и серьёзно изучающие рериховское наследие люди хорошо знают это уже давно). Дело в том, что в первые годы записи высоких наставлений это делала вовсе не Е.И.Рерих. Записи делал Н.К.Рерих, к которому отчасти присоединились Ю.Н.Рерих и некоторые из ближайших американских учеников Рерихов. Так, например, в книге "Листы Сада Мории. Зов" вовсе нет записей Е.И.Рерих; она целиком составлена из записей Н.К.Рериха и отчасти - как это ни странно для Т.Книжник - Ю.Н.Рериха. Так что Е.И.Рерих не только переписывала эти записи, но и включала в Учение Живой Этики; и несмотря на то, что теперь Т.Книжник говорит этому строгое "Нет", мы всё же больше склонны следовать за Е.И.Рерих, чем за Т.Книжник.

Здесь необходимо ещё раз подчеркнуть, то, что ясно высказано в предисловиях к обоим сборникам. Эти книги составлены как дополнительные тома к книгам классической серии "Агни-Йоги", составленным Е.И.Рерих; только мы, в отличие от нескольких предыдущих издателей (включая МЦР), не решились вмешиваться в сборники, составленные Е.И.Рерих, вставляя в них дополнительные материалы (что на наш взгляд как раз и вводит в заблуждение читателей), а честно выделили выбранный нами материал в отдельные сборники. Но вот составляли мы эти сборники целиком и полностью руководствуясь теми составительскими и редакторскими принципами, которыми руководствовалась Е.И.Рерих при подготовке сборников классической серии (разумеется, предварительно внимательно их изучив).

Вслед за Е.И.Рерих мы свободно выбирали общезначимый материал. Убирали личностные выражения, не делая при этом отвлекающих отточий, заменяли имена на обобщённые местоимения, не смущались необходимостью продублировать один фрагмент в обоих сборниках (см., к примеру, последние 20 параграфов в книге "Агни-Йога", которые дублируются с параграфами в книге "Иерархия"). Именно не желая отклоняться в этом издании от основного образца, мы воздержались от примечаний и комментариев, которые решили сделать в особом справочном томе (однако в нынешних условиях эта работа прервана, и пока не известно будет ли она когда-либо завершена).

Только в двух приёмах мы не решились самостоятельно следовать примеру Е.И.Рерих: 1) она могла свободно себе позволить разделить одну запись на два параграфа или переставить отрывок из одной записи в другую, 2) также она по своей воле перемещала многие параграфы из книги в книгу, полностью жертвуя хронологией записей.

Разумеется, у этих приёмов Е.И.Рерих была обратная сторона - многие места в составленных и опубликованных ею книгах было невозможно правильно понять без специальных пояснений, что она подчёркивала в переписке со всеми своими корреспондентами, призывая их задавать ей вопросы по таким неясным местам. Однако она вполне сознательно шла на это, поскольку у каждой медали есть обратная сторона, и желающий достичь успеха в одном, непременно жертвует чем-то другим.

Аккуратно приводимые Т.Книжник примеры составительской и редакторской работы в абсолютном большинстве как раз и относятся к применению методов Е.И.Рерих, хотя нам не понятно чьему же ещё примеру нам надо было следовать при подготовке книг, дополняющих сборники, подготовленные именно Е.И.Рерих.

Почему-то особенно смущают Т.Книжник материалы, которые параллельно вошли "в ОБЕ книги". Что в этом страшного или странного, известно только самой Т.Книжник. Елене Ивановне Рерих это почему-то казалось вполне естественным и она свободно включала одни и те же параграфы в разные книги. Ещё более странно то, что чуть дальше та же Т.Книжник сетует: "При подготовке изданий "за борт" были выброшены... предложения и тексты, хорошо знакомые читателям по каноническим книгам Учения". Значит здесь дублирование одних и тех же текстов в разных томах одного издания её уже нисколько не смутило бы? Здесь вновь можно только развести руками.

Пространно и красноречиво Т.Книжник упрекает Издательство в том, что в сборнике "Агни-Йога. Высокий Путь" наблюдается хронологическая лакуна с 3.02.1935 по 21.10.1935. В высшей степени странно, что столь внимательно поработав с полной копией материалов из Амхерст-Колледжа (а она заявляет именно это), Т.Книжник не потрудилась обратить внимание на то, она приводит даты стыковки материала, попавшего в руки изменивших своё отношение к Рерихам Хоршей, и его продолжения, которое Е.И.Рерих передавала в Америку через К.Кемпбелл. Вряд ли стоит удивляться, что здесь образовался пропуск. Так что красноречие Т.Книжник потрачено здесь опять совершенно впустую.

По мнению Т.Книжник, репутации Е.И.Рерих наносит вред то, что "ряд записей, вошедших в книгу "Высокий Путь", имеют отношение исключительно к Е.И.Рерих и носят сугубо личный характер". В частности она очень пространно и убедительно говорит о том, что Е.И.Рерих при жизни была очень против распространения сведений о её прошлых воплощениях, поскольку это лишь осложняет ей прохождение нынешнего земного пути. Это разумеется вполне понятно и справедливо. Вот только какое это имеет отношение к нашему времени, спустя полвека после ухода Е.И.Рерих из этой жизни?

Лишь недоумение вызывает и экспрессивное вопрошание: "Так в чьей же редакции вынуждены читать дневники Е.И.Рерих "тысячи приверженцев, десятки исследователей и множество просто увлеченных познанием людей", к которым издатели обращаются в предисловии?" Во-первых, Т.Книжник без труда узнала бы это, потрудившись внимательно прочесть 2 страницы этого самого предисловия. Во-вторых, издатель, составители и редакторы указаны на соответствующих местах.

Что же касается общепринятых приёмов публикации литературных памятников, за которые так ратует Т.Книжник применительно к этим сборникам, то ей бы следовало знать, что "всему своё место и всему своё время". Так вот, когда к изданию будет готовиться тот или иной свод дневниковых записей Е.И.Рерих как таковой, то к нему разумеется будут применены именно эти правила. Но вот время для такой публикации пока действительно ещё не пришло (хотя, рано или поздно, конечно придёт).

Необходимо отметить, что 2-3 частных замечания Т.Книжник действительно справедливы, но они относятся к естественным опечаткам, ошибкам в прочтении и досадным механическим огрехам компоновки. Е.И.Рерих прекрасно осознавала неизбежность таких минусов в печатных книгах и призывала в письмах к своим сотрудникам также ясно осознать это и не переживать по этому поводу.

В заключение Т.Книжник неожиданно заявляет: "При подготовке издания нарушен Закон об Авторском праве и смежных правах (статья 15, п.1, в ред. Федерального закона от 19.07.95 № 110-ФЗ)"; и приводит, ни много ни мало, текст статьи закона, перечисляющей права автора, действующие при его жизни. Можно только гадать, как Издательство могло ухитриться нарушить эти права. Видимо в сознании Т.Книжник действуют какие-то особые представления о законах пространства-времени.

Далее повторяется уже разобранная нами откровенно ложная попытка утверждать, что Е.И.Рерих запретила публиковать что либо из своих дневниковых записей пока не пройдёт 100 лет после её смерти.

Вспоминает Т.Книжник и о том, что при жизни Е.И.Рерих действительно запрещала кому-либо работать со своими записями, переданными в Америку на хранение, что является вполне естественным требованием любого автора и должно быть понятно каждому. Но так же каждому понятно и то, что это не относится к периоду после его смерти, тем более спустя почти полвека.

Возмущает Т.Книжник и то, что Издательство посмело дать сборникам несогласованные с Е.И.Рерих названия, но не уточняет следовало ли устроить спиритический сеанс связи с духом Е.И.Рерих или же выпустить книги без всяких названий. Понять эту претензию крайне сложно.

Но одно Т.Книжник замечает здесь вполне справедливо: если бы Е.И.Рерих была, жива, то такое издание Издательство безусловно не решилось бы (можем добавить, что даже и не подумало бы) готовить и выпускать самостоятельно, без согласования с ней, как с автором. А вот теперь, много лет спустя её смерти, решилось. Это действительно так. Только вот что же в этом странного или предосудительного? Или Т.Книжник знает способ согласования подобных вопросов с давно почившими авторами? Или она полагает, что издавать произведения ушедших из жизни авторов вовсе нельзя, поскольку с ними уже ничего не согласуешь, а без этого ничего и делать нельзя? Значит, к примеру, доведение до пригодной к изданию кондиции черновой рукописи недописанной повести или выборка из дневника или записных книжек писателя и публикация этого материала под каким-то названием это грубое нарушение авторских прав покойного? Нет, всё же стоило бы главному редактору публикаторского отдела МЦР несколько повысить уровень своего самообразования в той области, где она взялась работать.

К великому сожалению, в связи со всем этим невозможно не признать ставшего очевидным за более чем десять лет факта, что устойчивая неразумно-агрессивная позиция МЦР в целом является вовсе не цепью случайностей, а естественным следствием той религиозно-сектантской ситуации, которая изначально сложилась в этой организации.

С самого начала было поразительно и печально видеть, как на публичных мероприятиях МЦР открыто звучали самые выспренние речи о величии представителя Высшей Иерархии на земле - Людмиле Васильевне Шапошниковой, любое слово которой надо неукоснительно соблюдать всегда и везде; и присутствовавшая при этом в президиуме собрания Л.В.Шапошникова не моргнув глазом принимала это как должное. Ну а разгоревшиеся было в стенах Центра дискуссии на тему: кем же является Л.В.Шапошникова - Великим Иерархом или просто Духовным Учителем, были быстро решены в пользу первой версии. Тем более что все, в чьём сознании оставалось место сомнению, решительно (и часто со скандалом) изгонялись из МЦР. Так что жёсткое управление единой железной рукой быстро установилось в этой "общественной" организации.

Постоянными работниками Центра уже давно являются только те, кто свято верит в то, что Л.В.Шапошникова является наместницей Высших Сил (с которыми поддерживает непосредственную связь), и те, кто в доверительных беседах откровенно признаётся, что их держит страх перед оккультными способностями Л.В.Шапошниковой, которая жестоко отомстит за любое непослушание.

Стоит ли удивляться, что многолетняя скандальная, агрессивная и авторитарная деятельность МЦР уже нанесла огромный урон как имени Рерихов, так и рериховскому движению. История МЦР показала, что каждое региональное Рериховское общество, которое разворачивало солидную широкую культурно-просветительскую деятельность, развивалось и крепло в этой работе, но проявляло слишком заметную самостоятельность, вызывало со стороны МЦР раздражение, клеймилось псевдорериховским и выставлялось врагом. Даже в самом МЦР радикальные скандальные кадровые чистки (по образцу сталинских) происходят с удивительной регулярностью. Ни в одном рериховском центре нет такого отношения к собственным сотрудникам, друзьям, союзникам и партнёрам.

Угар борьбы с "непокорными", работающими самостоятельно и "инакомыслящими" дошёл до того, что в последние годы почти все официальные мероприятия Центра проходят под соответствующими лозунгами. А когда разгорелось преследование "Сферы", и публичные споры вокруг этого, Л.В.Шапошникова решила довести экстремизм до последнего предела и на очередном съезде верных себе рериховских обществ открыто заявила, что Центру нужны только те, кто готов по первому зову отдать жизнь за Рерихов, а остальные могут паковать чемоданы и уходить (причём, вместо ужаса, это заявление вызвало аплодисменты). Но ведь это уже вершина сектантской обработки паствы: когда она готова проститься с жизнью по первому требованию своего главы! Куда же дальше?

Также со стороны МЦР с самого начала его существования начато и постоянно продолжается агрессивное противостояние Министерству культуры Российской Федерации и, в частности, Музею Востока (г.Москва), который является центром государственного рериховедения в России; а последние несколько лет раздувается и международный скандал с целью опорочить деятельность Музея Рериха в Нью-Йорке, который является главным рериховедческим центром для Европы, обеих Америк и Австралии. Дело в том, что оба эти центра занимают активные независимые, но взаимосогласованные позиции и деятельно сотрудничают со многими рериховскими объединениями в России и с рядом организаций, занимающихся разработкой рериховского наследия. А это вызывает сильнейшую ревность со стороны МЦР.

Издательство "Сфера" тесно сотрудничает и с Музеем Рериха в Нью-Йорке, и с Музеем Востока в Москве, и на протяжении многих лет является главным центром по изданию литературного наследия Н.К. и Е.И. Рерихов. Это давно вызывало плохо скрываемое, но все же сдержанное раздражение со стороны МЦР. Но, в конце концов, его "терпение" кончилось, и он решил так или иначе добиться уничтожения не в меру активного и самостоятельного издательства, не стесняясь никакими грязными средствами.

Уголовное и гражданское преследование

Постоянно заявляя во всеуслышанье о своих особых правах на всё наследие Рерихов, МЦР, тем не менее, не выиграл ни одного суда, связанного с этими правами, а напротив неоднократно получил все юридические разъяснения об отсутствии у него таковых прав.

Но руководство Центра поставило себе задачей непременно так или иначе наказать "своевольное" Издательство.

Попытка силового уничтожения

Прекрасно осознавая бесперспективность очередной попытки судебного отстаивания своих несуществующих прав, Центр нашёл неформальный подход к Управлению по борьбе с экономическими преступлениями (УБЭП) ГУВД г.Москвы с тем, чтобы, используя в качестве повода заведомо ложное заявление МЦР о нарушении его авторских прав, организовать налёт на Издательство с целью обнаружения в его работе серьёзных экономических нарушений, которые позволили бы как минимум парализовать его работу, а лучше вовсе закрыть.

5 февраля 2002 года сотрудниками 11-го отдела УБЭП г.Москвы был совершён заказанный налёт, в ходе которого осуществлён целый ряд противозаконных действий: изъята документация и все компьютеры, опечатаны помещения, в результате чего была парализована работа Издательства "Сфера" и двух других родственных организаций. По ходу всего этого безобразия работники Издательства были не раз заверены, что предприятие им теперь придётся закрыть и возобновить его им больше не удастся. На протяжении трёхчасового тотального обыска оперативные работники упорно искали то, что интересовало их больше всего - "чёрную кассу". Так и не найдя эту просто напросто несуществовавшую кассу, они были крайне разочарованы и озадачены.

Директор Издательства был тут же задержан, доставлен в УБЭП и подвергнут допросу "с пристрастием" с целью выбивания некоего "признания", включая угрозы немедленного помещения в КПЗ к уголовникам для резкого повышения сговорчивости. В последующие дни работники Издательства один за другим вызывались на допросы, где на них оказывалось психологическое давление с требованиями признаться в "преступном сговоре", "незаконной деятельности" и т.п.

Поскольку выполнить поставленную задачу по выявлению серьёзных финансово-экономических нарушений в работе Издательства оперативникам УБЭП так и не удалось, пришлось обратиться к версии о нарушении авторских прав. Но ведь для этого нужны какие-то юридически значимые документы, подтверждающие само наличие у "пострадавшего" таковых прав. Весьма курьёзным моментом было то, что телефонный разговор на эту тему между старшим оперуполномоченным УБЭП М.М.Даниленко и В.Б.Моргачёвым по случайности состоялся в присутствии одного из сотрудников Издательства, вызванного на допрос; только к концу беседы М.М.Даниленко спохватился и поспешно вышел в коридор для завершения разговора.

Ситуация зашла в тупик и всё затормозилось. Но, как только в Москве появились наконец напечатанные книги, из МЦР в УБЭП тут же поступил заказ на конфискацию тиража. Тут началась настоящая охота. Менеджера, занимавшегося этими книгами, подстерегли и задержали в подъезде его дома. В ходе допроса нужные сведения и показания из него пытались выбить под угрозой "найти" у него наркотические вещества и обеспечить лишение свободы на 15 лет, предлагая подумать, как его новорожденная дочь вырастет без отца. Полностью запуганного человека заставили позвонить в "Издательство духовной литературы" (которое осуществляло практический выпуск в свет и реализацию этих книг) и сказать, что на него вышли выгодные покупатели. Взяв трубку, один из этих "покупателей" заявил, что желает купить несколько сот комплектов без оформления документов за наличный расчёт. Видимо в УБЭПе до той поры так и не поняли, что Издательство работает честно, по закону. Они просто поверить не могли, что такое выгодное предложение может быть отвергнуто. Но и здесь их постигло полное разочарование. В результате всех усилий было конфисковано не более полутора десятков комплектов трёхтомника. Книги конфисковывались у торговцев "Книжного клуба" в спорткомплексе Олимпийский, причём за отсутствием всяких на то законных оснований, владельцев просто запугивали угрозой удушающих проверок и изгнанием с "Книжного клуба".

Стоит упомянуть и то, что руководство Трёхгорной Мануфактуры расторгло с Издательством многолетний договор на аренду офисного помещения тоже под угрозой пристрастных проверок со стороны УБЭП. В общем, тактика "работы" наших "правоохранительных" органов предстала нам во всей своей неприкрытой красе.

Честно отработав все свои возможности по этому заказу, УБЭП посчитало свою миссию выполненной.

Уголовное преследование

А МЦР решил идти до конца и заявил о том, что пострадал от нарушения своих авторских прав в Прокуратуру, ни сколько не смущаясь полным отсутствием у себя соответствующих прав. Поначалу в Прокуратуре ЦАО г.Москвы просто не поняли как это можно открывать уголовное разбирательство по делу, в котором полностью отсутствует состав какого-либо преступления. Все сведения по этому вопросу были представлены из Издательства и Музея Рериха в Нью-Йорке в прокуратуру ЦАО г.Москвы в период доследственной проверки ложного заявления МЦР о нарушении его авторских прав. После чего 29 марта 2002 года помощник прокурора ЦАО г.Москвы Пахомов заявил, что он не видит оснований для возбуждения уголовного дела (том дела 2, лист 98). Однако после указания от высокого начальства и контакта с главным финансовым попечителем МЦР - главой одного из крупнейших банков России, Мастер-Банка, Б.И.Булочником, уголовное дело было тут же открыто.

Уголовное дело (204052) возбуждено 5 апреля 2002 года в связи с изданием Издательством "Сфера" (г.Москва) и "Издательством духовной литературы" (г.Москва) сборников избранных выдержек из дневниковых записей Е.И.Рерих: "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь".

Не смотря на поступление из МЦР огромного числа копий самых различных, только не относящихся к разбираемой проблеме документов, в деле так и не появилось каких-либо материалов, свидетельствующих о передаче в МЦР со стороны Е.И.Рерих или ее наследников исключительных авторских прав на хранящийся в США совершенно самостоятельный вариант ее дневниковых записей (да и вообще каких-либо авторских прав на произведения Е.И.Рерих).

Расследование было начато чрезвычайно тенденциозно, в связи с чем 30 июля 2002 года начальник управления Прокуратуры г.Москвы С.В.Леонтьев указал Прокуратуре ЦАО г.Москвы на то, что расследование уголовного дела носит односторонний характер, не учитываются и не проверяются доводы обвиняемой стороны. После этого положение изменилось и следствие приняло, наконец, объективный характер.

Так, в постановлениях от 5 июня и 1 июля 2002 года следователь Сухарев Ю.Е. сделал вывод: "Оснований для предъявления обвинения руководителям издательства "Сфера" и "Издательства духовной литературы" не усматривается". 5 августа 2002 года следователь М.Я.Страхов вынес постановление о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления. Казалось бы, в деле наконец поставлена точка.

Однако, МЦР вновь подключил все свои неформальные возможности использования административного ресурса, и 9 сентября 2002 года исполняющий обязанности прокурора ЦАО г.Москвы вынес постановление об отмене постановления о прекращении уголовного дела, хотя при этом приведенные выше выводы следователя вовсе не были признаны незаконными или недостоверными.

Возобновлённое дело было передано новому следователю (М.Г.Марокко). По тщательному изучению дела он вынес постановление (от 1.11.2002), в котором заключил: "В результате проведенных следственных действий установить лицо, виновное в совершении преступления, предусмотренного статьей 146 УК РФ (о нарушении авторских прав), не представляется возможным".

Таким образом, три следователя один за другим пришли к безусловному выводу о необходимости закрытия дела за отсутствием состава преступления и невозможностью предъявления кому-либо обвинений. Но, по какой-то упорной злой воле с более высокой ступени Прокуратуры, дело каждый раз возобновлялось и передавалось новому следователю.

К удручающему сожалению, по нашему мнению, это не может объясняться ни чем иным, как той или иной формой коррупции, перед которой наши правота и невиновность абсолютно бессильны. А Л.В.Шапошникова в частных беседах никогда не скрывала, что по её мнению сила в России принадлежит не тому, кто прав, а тому, кто имеет доступ к государственным рычагам этой силы. И вот, наконец, к середине 2003 года был найден четвёртый следователь (И.Я.Гаврилюк), который решился выполнить "заказ" и предъявить вопиюще необоснованные обвинения, не смотря на полное отсутствие оснований и категорически оправдательные заключения ТРЁХ предыдущих его коллег следователей. Выводы следователя И.Я.Гаврилюка являются столь явными и откровенными измышлениями и столь грубо противоречат всем материалам дела, решениям уже состоявшихся арбитражных судов и закону "Об авторском праве" (ст. 6, 15), что это не поддается никакому объяснению, кроме той или иной формы коррупции.

Сочувствующие откровенно незаконному преследованию работников Издательства люди, причастные к работе Прокуратуры ЦАО г.Москвы, в неофициальных доверительных беседах не раз с сожалением говорили, что у МЦР есть слишком высокие покровители (как минимум на городском уровне, а вероятно и выше), которые оказывают настойчивое давление на Прокуратуру ЦАО; это и заставляет её вновь открывать и продолжать дело, вопреки выводам следователей. Высказывалось и обоснованное мнение, что через МЦР, как общественную организацию, "отмываются" серьёзные деньги, подконтрольные какой-то из силовых структур, которая и стремится "сделать приятное" своим хорошим "партнёрам", и вопрос о соблюдении закона в этом деле их просто не интересует.

Молодой следователь, до того имевший дело с наркоманами и убийцами, поначалу стал точно так же вести себя в отношении руководителей Издательства, но быстро отказался от этого. Затем он попытался убедить их в том, что они действительно виноваты в нарушении закона. Было более, чем странно, когда И.Я.Гаврилюк обращался к документам уже не раз детально проанализированным и полностью отвергнутым предыдущими следователями и ни сколько не смущаясь утверждал, что они доказывают авторские права Центра и вину Издательства. Здесь ему подробно объяснялось, как дело обстоит на самом деле и показывались соответствующие статьи закона (о которых он, как юрист 2-го класса, не знал или делал вид, что не знал), не оставлявшие никаких сомнений. Тогда И.Я.Гаврилюк заявлял, что у него всё равно остаётся собственное мнение по каждому из этих вопросов и, как правило, ссылался на то, что беседовал с начальником следственного отдела и они всё уже решили. Поняв, что обвиняемые хорошо владеют своими вопросами и их не смущают решительно предъявляемые, но реально необоснованные обвинения, следователь оставил эту тактику и стал тихо "делать своё дело", ни о чём не извещая обвиняемых и нисколько не заботясь о соблюдении Уголовно-процессуального Кодекса.

Небезынтересно заметить, что по-видимому И.Я.Гаврилюк всё же понимал всю шаткость своей позиции, поскольку с большой досадой совершенно откровенно сетовал на то, что не занимался этим делом с самого начала, поскольку тогда он не копался бы в вопросе об авторских правах, а провёл бы должным образом обыски в Издательстве и по месту жительства обвиняемых, выявил бы то, как "С.В.Пилишек уклонялся от уплаты налогов", и таким образом быстро решил вопрос о прекращении деятельности Издательства и уголовном наказании обвиняемых. При этом на вопрос, какими он располагает данными для подозрения С.В.Пилишека в уклонении от уплаты налогов, он прямо ответил, что никакими, но, тем не менее, нисколько не сомневается в этом. Видимо он просто не в курсе, что его коллеги из УБЭП, которые изначально совершили внезапный налёт на Издательство, ставили себе ту же самую цель, вот только так и не смогли ничего найти. Наверное этим людям трудно в это поверить, но вся финансовая и отчётная работа ведётся в Издательстве очень строго и аккуратно, и каждый квартал контролируется аудитором.

И вот, 14.11.2003 против С.В.Пилишека, Д.Н.Попова и А.Б.Волкова (которые, оказывается, составляют, ни больше ни меньше, чем "устойчивую организованную преступную группу") было выдвинуто обвинительное заключение по статье 146 часть 2 УК РФ. Эта статья ("Нарушение авторских и смежных прав") гласит следующее:

"1. Незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, а равно присвоение авторства, если эти деяния причинили крупный ущерб, - наказываются штрафом в размере от двухсот до четырехсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до четырех месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо лишением свободы на срок до двух лет.
2. Те же деяния, совершенные неоднократно либо группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, - наказываются штрафом в размере от четырехсот до восьмисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от четырех до восьми месяцев, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет".

Для доказательства вины обвиняемых необходимо доказать объективную сторону обвинения - прежде всего, само обладание "потерпевшим" исключительных авторских прав на изданное обвиняемыми произведение, а также субъективную - наличие у обвиняемых преступного умысла в нарушении чужих прав. Утверждение о некоей "устойчивой организованной преступной группе" настолько абсурдно само по себе, что следователь, записав эту формулировку, даже и не пытался её обосновать. Следователь И.Я.Гаврилюк с гордостью заявил адвокату обвиняемых, что объективную сторону он "доказал на 200 процентов" и только с субъективной у него несколько слабовато (поэтому в этом вопросе всё будет зависеть от суда).

Чем же И.Я.Гаврилюк столь твёрдо доказал права МЦР? Оказывается следующими тремя документами:

1) "дарственной от 19.03.1990 года Святослава Рериха, согласно которой всё наследие семьи Рерих передаётся Советскому фонду Рерихов, правопреемником которого является Международный Центр Рерихов";
2) "вступившим в законную силу решением Хамовнического районного суда г.Москвы от 06.08.2002 года установлен факт принятия наследства Советского Фонда Рерихов Международной общественной организацией "Международный Центр Рерихов"";
3) "доверенностью от 27.04.1992 года, выданной Святославом Рерихом, согласно которой: "…назначаю Совет Международного Центра Рерихов в Москве в Российской Федерации быть моим действительным и законным поверенным в осуществлении эксклюзивного авторского права на издания, переиздание, комментирование и использование любыми другими способами наследия семьи Рерихов"".

Рассмотрим их по порядку.

1) Сначала "дарственная". Речь идёт о документе "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве", в котором С.Н.Рерих передаёт на временное хранение в Советский Фонд Рерихов часть сохранённого им наследия семьи, согласно описи в нескольких приложениях. Так что миф о передаче "ВСЕГО наследия семьи Рерихов", и так то абсурдный сам по себе, является беспардонной выдумкой следователя И.Я.Гаврилюка, сделанной, по-видимому, в расчёте на то, что судья не потрудится самостоятельно прочесть этот документ. Кроме того, С.Н.Рерих оставил за собой право собственности на всё передаваемое на хранение имущество и особо оговорил своё право в любой момент забрать обратно всё переданное или любую его часть.
Правда С.Н.Рерих высказал намерение - оставить после своей смерти это имущество в собственности Советского Фонда Рерихов, однако не оставил никаких распоряжений на этот счёт в своём завещании. К тому же, деятельность Советского Фонда Рерихов была насильственно пресечена Л.В.Шапошниковой с грубейшим нарушением закона ради создания совершенно новой организации Международный Центр Рерихов. Таким образом, Центр не имеет никакого правопреемства от Фонда, что не раз чётко отмечено в решениях Арбитражного Суда РФ; а Министерство Юстиции РФ уже давно обязало МЦР убрать из устава фразу о правопреемстве от СФР. К тому же, сразу после смерти С.Н.Рериха, его вдова, единственная наследница - Дэвика Рани-Рерих - чётко выразила свою волю: забрать всё обратно в Индию в том случае, если Российское Государство не возьмёт всё в свои руки и не передаст эту часть рериховского наследия Министерству Культуры РФ. Поэтому МЦР не имеет никакого юридического права на владение имуществом, переданным С.Н.Рерихом на хранение в СФР. Более того, даже если бы МЦР на законных основаниях владел рукописями переданного С.Н.Рерихом в Россию варианта дневниковых записей Е.И.Рерих, это всё равно не давало бы ему права преследовать Издательство. Во-первых, уже потому, что Издательство использовало совершенно другой вариант краткого свода дневниковых записей Е.И.Рерих. А во-вторых, потому, что закон категорически отделяет владение авторскими правами от права собственности на рукописи.
Статьями 6, 15 Закона "Об авторском праве и смежных правах" закреплено, что: - передача права на имущество не влечет передачу авторских прав;
- установление факта принятия наследственного имущества не означает вступление в авторские права.
В соответствии с требованиями части 5 статьи 6 того же Федерального Закона "Об авторском праве и смежных правах": - авторское право на произведения НЕ СВЯЗАНО с правом собственности на материальный объект, в котором произведение выражено;
- передача права собственности на материальный объект или права владения материальным объектом сама по себе НЕ ВЛЕЧЁТ передачи каких-либо авторских прав на произведения, выраженные в этом объекте.
Согласно части 3 статьи 15 Федерального Закона "Об авторском праве и смежных правах": - личные неимущественные права принадлежат автору НЕЗАВИСИМО от его имущественных прав.
Любому, сколько-нибудь осведомлённому в этом вопросе человеку, хорошо известно, что ни один архив, хранящий рукописи и документы, не обладает авторскими правами на выраженные в них произведения и не в праве препятствовать кому-либо в их публикации. И то, что МЦР пытается присвоить себе такое право, является полнейшим юридическим нонсенсом.
Таким образом, документ "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве" не даёт Центру никаких авторских прав на какие-то произведения Е.И.Рерих, и уж тем более не даёт исключительных авторских прав (а ведь по закону именно исключительные авторские права дают возможность их обладателю не только самому издавать произведение, но и запрещать это делать другим).
Здесь уместно заметить, что следователь И.Я.Гаврилюк не только юридически безграмотен, но и, не смотря на расследование дела о нарушении авторских прав, не дал себе труда прочесть Федеральный Закон "Об авторском праве и смежных правах", и потому в представленном в суд обвинительном заключении он не только демонстрирует, но и подчёркнуто бравирует своим полным незнанием разницы а) между правами самого автора и владельцев полученных от него или его наследников авторских прав, а также и б) между просто авторскими правами и исключительными авторскими правами.

2) Что же касается решения Хамовнического районного суда г.Москвы от 06.08.2002 года, то им действительно установлен факт принятия наследственного имущества Советского Фонда Рерихов Международной общественной организацией "Международный Центр Рерихов".
Вот только, во-первых, в этом решении утверждается только право собственности МЦР на владение переданного С.Н.Рерихом в СФР имущества и даже речи не идёт об авторских правах. А как мы только что уже видели, закон категорически утверждает, что право собственности на рукопись ни коим образом не влечёт обладания авторскими правами на выраженное в нём произведение.
Во-вторых, в этом документе речь идёт только о том имуществе, которое С.Н.Рерих по описи передал на хранение в СФР, а значит это решение не касается американского свода дневниковых записей Е.И.Рерих, который является совершенно самостоятельным произведением.
В-третьих, это решение было принято спустя полгода после издания книг "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь" и потому никак не может быть использовано в разрешении возникшего спора.
В-четвёртых, это решение было отозвано в Мосгорсуд, а действие его приостановлено 11.08.2003, то есть ЗА ТРИ МЕСЯЦА до вынесения следователем И.Я.Гаврилюком обвинительного заключения.
Значит и этот документ, не имеющий отношения к вопросу об авторских правах, в принципе не может использоваться в качестве доказательства по данному делу как появившийся гораздо позже совершения спорного деяния и утративший силу задолго до вынесения обвинительного заключения.

3) Теперь об упомянутой доверенности. Действительно, 27.04.1992 С.Н.Рерих подписал доверенность на Совет Международного Центра Рерихов, чтобы этот Совет от его имени решал все вопросы в связи с переданной им в СФР частью семейного наследия. Причём здесь он наделил Совет МЦР исключительными авторскими правами.
Но, во-первых, в этой доверенности С.Н.Рерих специально подчёркивает, что она относится исключительно к тому имуществу, которое было передано им по описи к документу "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве", и не относится ни к чему более. То есть этот документ никогда не имел отношения к той огромной части рериховского наследия, которая хранится по всему миру вне архива МЦР.
Во-вторых, доверенность, как юридический документ, наделяющий кого-либо правом решать те или иные вопросы от имени доверителя, естественным образом теряет свою силу вместе с уходом из жизни самого доверителя. Так, любой ныне здравствующий автор может быть уверен, что выдав литературному агентству доверенность на решение всех вопросов по выдаче прав на издание тех или иных своих произведений, он вовсе не рискует оставить все авторские права после своей смерти в руках этого агентства. А если таковое агентство вздумает претендовать на наследование авторских прав (да ещё и исключительных) на основании доверенности, то органы юстиции поставят такое зарвавшееся агентство "на место".
И в завершение этого анализа так называемых "доказательств" стоит ещё раз подчеркнуть, что тремя предыдущими следователями все эти три документа уже были проанализированы и полностью отвергнуты, что прекрасно известно следователю И.Я.Гаврилюку.
Субъективной стороной обвинения является необходимость доказать наличие в действиях обвиняемых преступного умысла на нарушение авторских прав МЦР, без чего признать обвиняемых действительно виновными просто невозможно. Здесь следователь И.Я.Гаврилюк, по собственному признанию, и сам понимает сомнительность своей позиции. Реальные же данные с абсолютной несомненностью говорят о полной невиновности обвиняемых.
Во-первых, обвиняемым и до издания книг "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь" было столь же хорошо, как и сейчас, известно то, что МЦР не обладает исключительными авторскими правами на литературное наследие Е.И.Рерих и американский свод её дневниковых записей в частности, что ясно видно из писем Издательства и в МЦР, и в Музей Рериха в Нью-Йорке, и в типографию "Вятка".
Во-вторых, полное отсутствие у руководства Издательства намерения нарушить чьи-либо авторские права ясно следует из запроса в Музей Рериха в Нью-Йорке о представлении разрешения на издание и ответа о предоставлении такового разрешения. Правда следует отметить, что после обострения вопроса, Музей Рериха в Нью-Йорке подверг специальному юридическому анализу вопрос об обладании им авторскими правами на произведения Е.И.Рерих, который показал отсутствие у него таковых прав, и Музей честно признал это. Но это произошло значительно позднее принятия Издательством решения о выпуске книг "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь" и выпуска этих книг в свет. Однако следователь И.Я.Гаврилюк, не стесняясь очевидного подлога, заявляет в обвинительном заключении о знании обвиняемыми об отсутствии авторских прав у Музея Рериха в Нью-Йорке, что якобы "подтверждается видеозаписью интервью главного редактора издательства "Сфера" Попова Д.Н. от 27.04.2002 года". В этом интервью, данном 4 месяца спустя выхода книг, действительно было сказано о выяснившемся к тому времени отсутствии авторских прав у Музея, но точно так же и ещё раз разъяснено отсутствие этих прав у МЦР. Кстати, добавим также, что выяснение отсутствия авторских прав у Музея ничего не изменило в том несомненном факте, что эти права отсутствуют у МЦР.
Также следователь И.Я.Гаврилюк не постеснялся записать в обвинительном заключении, что наличие у обвиняемых преступного умысла в действиях, предпринятых до января 2002 года, подтверждается "письмами представителя юридической фирмы, представляющей Амхерст-колледж, Сьюзан Рэйн от 20.02.2002 года и 11.03.2002 года, согласно которому Амхерст-колледж не претендует на обладание авторскими правами на записи Е.И.Рерих и не может предоставлять права на их публикацию". Здесь он не обратил внимания на то, что месяца февраль и март следуют за январём, а вовсе не наоборот. Также он просто не желает замечать того, что Издательство с самого начала никогда и не скрывало и официально заявляло, что прекрасно знает тот общеизвестный очевидный факт, что архивы не имеют авторских прав на произведения, записанные в хранимых ими рукописях, что разумеется распространяется и на архив Амхерст-колледжа. Именно поэтому Издательство даже и не собиралось обращаться в Амхерст-колледж за авторскими правами. А упомянутые письма всего лишь разъясняют эту простую истину для МЦР и Прокуратуры.
В дополнение к прочему, следователь И.Я.Гаврилюк утверждает, что "Международному Центру Рерихов был причинён моральный ущерб, выразившийся в нарушении воли автора Е.И.Рерих, которая запрещала издавать её дневники", причём не считает нужным сослаться на то, где же и в чём выражена таковая воля Е.И.Рерих. Впрочем, здесь его не трудно понять, поскольку сослаться в этом вопросе попросту не на что. Остаётся только солгать в надежде на то, что судья не спросит о подтверждении.

Автороведческая экспертиза

Ещё одним доказательством объективной стороны преступления следователь И.Я.Гаврилюк объявляет заключение проведённой по его заказу автороведческой экспертизы, "согласно которому книги Агни-Йога "Откровение" и Агни-Йога "Высокий путь" часть 1 и 2 воспроизводят текст дневников Е.И.Рерих за период 1920-1944 гг., хранящихся в Международном Центре Рерихов... Самостоятельными произведениями по отношению друг к другу тексты книг и тексты указанных дневников не являются". В самом акте экспертизы этим решительным и серьёзным выводам прибавлен и разгромный текстологический псевдоанализ, что нельзя оставить без внимания. Разберёмся по порядку.

Автороведческие экспертизы могут и должны заказываться органами следствия в государственном Центре Судебной Экспертизы при Министерстве Юстиции РФ; однако следователь И.Я.Гаврилюк поручил её производство частному учреждению, а именно некоему Центру Независимой Комплексной Экспертизы и Сертификации Систем и Технологий (Москва, ул.Поликарпова, 19а). Уже из названия этой организации видно, что она занимается экспертизой технологических систем, а отнюдь не книг и литературных произведений, что очень ярко отразилось и на подходе к делу, и на результатах экспертизы, которую провели эксперты С.А.Казьмина и Л.О.Чернейко (сведений, подтверждающих наличие у экспертов удостоверений на право производства автороведческой экспертизы, выданных государственным экспертным учреждением, не представлено).

Сама постановка вопроса перед экспертами является вопиюще некорректной, поскольку изначально исходит из того, что подготовленные к печати издательством "Сфера" книги "Агни-Йога: Откровение" и "Агни-Йога: Высокий Путь" подготовлены нами по материалам того варианта дневниковых записей Е.И.Рерих, рукописи которого хранятся ныне в архиве Международного Центра Рерихов. И это несмотря на то, что следствию хорошо известно, что эти книги подготовлены с совершенно другого варианта дневниковых записей Е.И.Рерих, рукописи которого хранятся ныне в архивах Амхерст-колледжа (США) и Музея Н.К.Рериха в Нью-Йорке. Это обстоятельство было просто проигнорировано, и потому экспертиза работала с материалом, отсутствовавшим в нашем распоряжении, и просто не рассматривала тот материал, с которым мы работали на самом деле. Столь нестандартный выбор несомненно совершён следователем по каким-то достаточно веским для него причинам. При его более чем откровенной предвзятости, логично предположить, что такой причиной была предварительная договорённость о результатах экспертизы.

Это предположение только подтверждается той необычайной стремительностью, с которой была проведена экспертиза. Так, постановление о назначении экспертизы следователь И.Я.Гаврилюк вынес 20 июля 2003 года. Неизвестно когда заявка поступила в экспертную организацию и когда сами эксперты были назначены и смогли приступить к работе над семью толстыми томами (4 тома классических книг "Агни-Йоги" и 3 дополнительных тома) и несколькими десятками толстых тетрадей и их ксерокопий; но только результат был готов уже 6 августа. Не только специалисту, но и любому просто здравомыслящему человеку, совершенно ясно, что это попросту абсолютно невозможно. Эксперту-филологу (другой эксперт является юристом и не имеет к текстологическому анализу никакого отношения) следовало, по меньшей мере, внимательно ознакомиться с циклопически гигантским объёмом текста, львиная доля которого представлена в отнюдь не каллиграфической рукописи, - одно это уже не под силу человеку в не более, чем двухнедельный срок. А ведь, кроме того, чтобы ответить на поставленные заказчиком вопросы, надо было провести экспертный (то есть в высшей степени тщательный) тройственный (!) сравнительный анализ рукописей Е.И.Рерих, содержания составленных ею самой классических книг "Агни-Йоги" и составленных Издательством дополнительных томов. А уж это так же невозможно, как в один день посадить зёрнышко, а через месяц уже собрать с дерева зрелые плоды. Это поистине достойно мифических подвигов Геракла. В реальности же это говорит только об одном - результаты этой "экспертизы" были определены и оговорены заранее, что превратило её в недостойный фарс, цена которому - доброе имя, а возможно и свобода ни в чём неповинных людей. Трудно понять психологию тех, кто пошёл на это.

Экспертиза была назначена и проведена в нарушение закона в тайне от обвиняемых. Ознакомление обвиняемых с результатами экспертизы произведено следователем только 29 августа 2003 года, то есть: а) через 23 дня после завершения экспертизы, б) в день, когда следователь объявил об окончании предварительного следствия, в результате чего обвиняемые были демонстративно лишены права своевременно ознакомиться с актом экспертизы, что незаконно лишило сторону защиты возможности использовать предоставленные ей законом права.

Между тем, 3 сентября 2003 года обвиняемым Поповым Д.Н. заявлена подробно аргументированная жалоба на необъективность самой постановки вопросов и выводов, содержащихся в акте экспертизы, что было демонстративно проигнорировано следователем И.Я.Гаврилюком. По существу этой экспертизы и её выводов кратко можно сказать следующее.

Сама постановка вопросов перед экспертизой вопиюще некорректна. Экспертам было предложено сравнить: 1) 4 тома классических сборников "Агни-Йоги" в издании "Сферы, 2) 3 тома дополнительных сборников ("Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь"), 3) находящийся ныне в руках МЦР вариант свода дневниковых записей Е.И.Рерих. Следователь И.Я.Гаврилюк прекрасно знал, что Издательство работало с американским вариантом свода дневниковых записей Е.И.Рерих и, тем не менее, счёл возможным проигнорировать это. Впрочем, если при заказе экспертизы уже был предопределён её результат, то постановка вопроса вполне понятна.

Не смотря на то, что экспертиза рассматривала подготовленное к изданию в Издательстве "Сфера" полное семитомное издание учения Агни-Йоги, она пришла к вопиюще ошибочным выводам по составу этих сборников. Так, в выводах экспертизы приводятся большие содержательные фрагменты изначального текста записей Е.И.Рерих, которые отсутствуют в сборниках "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь", из чего делается вывод, что составители выпустили из текста важные содержательные части.

Такой вывод является просто возмутительным, поскольку приводимые фрагменты входят в состав книг первых четырёх томов нашей серии, которые были составлены в своё время самой Е.И.Рерих. Таким образом, эксперты либо 1) не потрудились изучить первые четыре тома серии, по отношению к которым последние три тома являются лишь дополнением (что чётко написано в предисловиях к ним), либо 2) сознательно скрыли реальные факты.

Кроме того, из этих либо ошибочных, либо ложных утверждений эксперты сделали абсурдно несообразный вывод, что сборники "Агни-Йога: Откровение" и "Агни-Йога: Высокий Путь" не могут рассматриваться как дополнение к изначальным четырём томам серии "Агни-Йога". Анализируя редакционную правку в сборниках "Агни-Йога: Откровение" и "Агни-Йога: Высокий Путь", эксперты:

1) проигнорировали тот факт, что они работали с копиями совершенно другого варианта дневниковых записей Е.И.Рерих, нежели тот с которым работало Издательство (этот факт был им прекрасно известен из кратких предисловий к книгам), хотя тот из них, кто является квалифицированным филологом, должен хорошо знать, насколько бывают различными созданные в разное время авторские варианты произведений;
2) проигнорировали анализ авторского метода самой Е.И.Рерих, которым она пользовалась при составлении и редакторской обработке тех книг "Агни-Йоги", которые составляют первые четыре тома в издании "Сферы". А ведь Издательство изначально декларировало и всегда подчёркивало (включая предисловия к вызвавшим спор сборникам), что делает именно дополнение к авторским сборникам Е.И.Рерих, что и побудило редакцию пользоваться методом самой Е.И.Рерих (в том числе, удалять из текста многие имена и личные моменты, обобщая таким образом многие места в изначальных записях). Однако, именно это соблюдение авторского подхода самой Е.И.Рерих поставлено Издательству в вину, что вызывает, по меньшей мере, удивление и решительное несогласие.

Совокупность изложенных обстоятельств является необходимой и достаточной для утверждения и вывода о том, что:

- изначальная постановка вопроса перед экспертизой была вопиюще некорректной;
- а сама экспертиза проведена либо возмутительно непрофессионально, либо весьма предвзято и недобросовестно.

Также в обвинительном заключении следователь И.Я.Гаврилюк утверждает ничем не подтверждённое по закону право собственности МЦР на владение рукописями Е.И.Рерих, ранее переданными С.Н.Рерихом на хранение в СФР, из чего делает вывод о наличии у МЦР авторских прав на заключённые в этих рукописях произведения, тем самым открыто не желая признавать Закон "Об авторском праве и смежных правах", гласящий: "передача права на имущество не влечет передачу авторских прав; установление факта принятия наследственного имущества не означает вступление в авторские права" (ст. 6 и 15); и "авторское право на произведения НЕ СВЯЗАНО с правом собственности на материальный объект, в котором произведение выражено; передача права собственности на материальный объект или права владения материальным объектом сама по себе НЕ ВЛЕЧЁТ передачи каких-либо авторских прав на произведения, выраженные в этом объекте" (ст. 5 и 6).

Совершенно самостоятельный американский вариант сокращённого свода дневниковых записей Е.И.Рерих следователь И.Я.Гаврилюк упорно называет "вторым экземпляром дневников Е.И.Рерих". Следователь И.Я.Гаврилюк не постеснялся записать в обвинительном заключении и такой перл: "Обвиняемые Попов Д.Н., Пилишек С.В. и Волков А.Б. совместно с адвокатом, пытаясь избежать справедливого уголовного преследования, пытаются извратить и переиначить смысл решений Арбитражных судов относительно перехода прав на наследственное имущество С.Н.Рериха от Советского фонда Рериха к Международному Центру Рерихов". А как же, по мнению И.Я.Гаврилюка, следует понимать смысл таких решений Арбитражных судов, как:

(а) 17 декабря 1991 года Министерство юстиции РСФСР зарегистрировало Устав Международного центра Рерихов. В пункте 1.1. Устава указано, что Центр учрежден на базе Советского фонда Рерихов и является его правопреемником. Министерство юстиции РСФСР в письмах от 17 июля 1992 года и 23 сентября 1992 года указало на НЕПРАВОМЕРНОСТЬ такой записи и своим распоряжением от 1 февраля 1993 года АННУЛИРОВАЛО запись о ПРАВОПРЕЕМСТВЕ, указав, что регистрация устава в такой редакции осуществлена с нарушением статьи 10 Закона "Об общественных организациях";
(б) Суд апелляционной инстанции, исследовав документы, касающиеся создания МЦР, пришел к выводу, что Центр создан новыми учредителями, не имеющими отношения к учредителям Советского фонда Рерихов, и является ВНОВЬ СОЗДАННЫМ общественным объединением. ОТСУТСТВУЕТ как факт ПРАВОПРЕЕМСТВА, так и факт переименования организации. (Арбитражный Суд г.Москвы, 7.08.2001).

Что же в этих более чем ясных и чётких формулировках Попов Д.Н., Пилишек С.В. и Волков А.Б. "совместно с адвокатом" пытаются "извратить и переиначить"? Предвзятость следователя И.Я.Гаврилюка ярко выразилась и в подборе свидетелей для вызова в суд. Так, суду представляется длинный список свидетелей обвинения, среди которых: Фролов Виктор Васильевич (г.Москва), Кошкина Нина Ивановна (г.Киров), Уроженко Ольга Алексеевна (г.Екатеринбург), Вержболович Таисия Алексеевна (г.Екатеринбург). А вот по поводу свидетелей защиты сказано так: "не заявлено в порядке ч.4 ст. 217 УПК РФ, в связи с уклонением от явки для ознакомления без уважительных причин". И это при том, что адвокат обвиняемых заблаговременно подал соответствующее ходатайство?! Значит список свидетелей защиты сильно озаботил руководство МЦР, как заказчика этого дела.

Что же касается ознакомления обвиняемых с материалами дела, то руководство Прокуратуры ЦАО г.Москвы было поставлено в известность о том, что следователь И.Я.Гаврилюк чинил препятствия в этом для Д.Н.Попова, после чего заявил о том, что он сам уклонялся от ознакомления с материалами дела. Однако никакой реакции на соответствующее ходатайство, поданное по всей форме, не последовало.

В конце концов это обвинительное заключение, со всеми материалами дела, поступило в суд. На этом этапе адвокат обвиняемых выступил с инициативой о проведении предварительных слушаний по делу, на которые вынес ряд ходатайств об исключении всех ненадлежащих и недостоверных "доказательств", привлечённых к обвинительному заключению следователем И.Я.Гаврилюком.

Ознакомившись с обвинительным заключением и со всеми этими подробно аргументированными ходатайствами, судья, по всей видимости, поняла полную необоснованность и надуманность этого в высшей степени некрасивого дела и просто не пожелала рассматривать его "по существу". Чтобы избавиться от него, она обратила внимание на последнее из череды из грубых процессуальных нарушений прав обвиняемых со стороны следователя И.Я.Гаврилюка и на этом основании вынесла постановление о возвращении дела в Прокуратуру ЦАО г.Москвы.

Гражданский суд

В поисках путей "насолить" вызвавшим его гнев людям руководство МЦР прекрасно понимало, что, с одной стороны, подобные споры между организациями решаются по закону через арбитражный суд, но, с другой стороны, оно не менее хорошо знало, что обращаться туда бесполезно. Ведь аналогичные дела уже проходили через арбитражные суды нескольких инстанций, и вердикт об отсутствии правопреемства от СФР и всех соответствующих прав уже давно вынесен и подтверждён, а все непомерные претензии МЦР отвергнуты.

Оставался неиспробованным только гражданский суд. Но туда можно обращаться только с претензиями к частным лицам. Вот эту проблему и надо было решить. И к концу 2002 года выход нашёлся: было решено предъявить лично Д.Н.Попову (главному редактору Издательства) обвинение в искажении текста дневников Е.И.Рерих, нарушающем её авторские права. Этот ход позволил выдвинуть гражданский иск против Издательства и лично Д.Н.Попова в нарушении авторских прав Е.И.Рерих, якобы всецело принадлежащих МЦР.

Следует отметить, что уже в той адвокатской конторе, куда МЦР обратился за юридической поддержкой и чьи специалисты проанализировали предоставленные материалы, руководству МЦР были даны квалифицированные разъяснения того, что ни один из имеющихся в их распоряжении документов не способен подтвердить тех прав, на которые они претендуют. Поэтому, несмотря на готовность МЦР оплатить все услуги, в таковых ему было отказано за полной безосновательностью и бесперспективностью предполагаемого иска.

Гражданский иск подаётся в суд в соответствии с адресом либо истца, либо ответчика. Очень интересно, что, несмотря на то, что выяснить адрес любого жителя Москвы не представляет никакой сложности, МЦР избрал тот районный суд, к которому относится позапрошлое место жительства Д.Н.Попова, недействительное уже более 15 лет. Не трудно догадаться, что на то были особые причины.

На первом же заседании судья уже явно имела своё мнение по делу и ни сколько не сомневалась в правоте истца. Однако получив в руки неизвестные ей до той поры документы, говорящие о полной невиновности ответчиков, была столь удивлена ими, что тут же попросила свою помощницу отнести и показать их своему начальству (что, к слову сказать, показало, на каком уровне руководство МЦР достигло предварительной договорённости). Но, быстро оценив ситуацию, судья с радостью поддержала ходатайство ответчиков о перенесении рассмотрения дела в другой районный суд - по реальной подсудности Д.Н.Попова в соответствии с его местом проживания.

В новом суде дело попало к судье, известной своим несколько суровым, но принципиально справедливым отношением к разбираемым спорам, и проблема поиска закулисных договорённостей сильно осложнилась. Правда поначалу и "Сфера", по настоянию своего первого в этом процессе юриста, совершила непродуманное действие, санкционировав внимание на том, что Издательство лишь подготовило книги к изданию, а выпускало их в свет и распространяло партнёрское "Издательство Духовной Литературы". Выпячивание этого обстоятельства, не имеющего по своей сути принципиального отношения к спору "Сферы" с МЦР, привело к тому, что МЦР потребовал привлечь к делу в качестве соответчиков не только "Издательство Духовной Литературы", но и типографию "Вятка". Судья указала МЦР на то, что по закону типография как простой исполнитель заказа в принципе не может нести ответственности за свои действия. Но это не вразумило МЦР, и, согласно процессуальным нормам, судья была вынуждена удовлетворить ходатайство истца по привлечению всех дополнительных соответчиков.

Вопрос о том, зачем МЦР понадобилось настаивать на привлечении к делу заведомо неподсудного соответчика, разрешился очень быстро. Оказалось, что это было сделано в расчёте на дешёвую пиаровскую акцию, поскольку тут же на интернет-сайте МЦР появилась публикация с самыми что ни на есть громкими и выспренними восклицаниями по поводу Издательства, которое в своём стремлении любой ценой уйти от справедливого возмездия бессовестно поставило под удар ни в чём не повинную типографию. По-видимому, это было сделано в расчёте на то, что читатель даже не задумается 1) ни над тем, что привлечение к делу соответчиков вовсе не даёт изначальному ответчику возможности уйти в сторону, 2) ни над тем, что Издательству и в голову не могло прийти, что сознание истца извращено настолько, чтобы ради дешёвого эффекта привлекать к разбору дела совершенно непричастных участников.

В дальнейших заседаниях, ещё не выходивших за рамки чисто процедурных вопросов, внимательно познакомившаяся с материалами дела, судья уже неоднократно указывала представителям МЦР на то, что в документах, которыми они пытаются подтвердить свои права, и речи не идёт о передаче исключительных авторских прав от С.Н.Рериха, а это говорит о том, что МЦР просто не имеет прав чинить иски по этому вопросу. На это представитель МЦР каждый раз решительно заявлял, что в следующий раз он непременно принесёт-таки документы, которые наконец подтвердят права МЦР.

Кроме того, ответчики обратили внимание на то, что все основные документы, включая "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве", содержатся в материалах дела (гражданского, как и уголовного) исключительно в простых ксерокопиях, не заверенных ни нотариатом, ни судом. Тогда Издательство выступило с ходатайством обязать МЦР, как и положено по закону, представить суду оригиналы документов для сличения и надлежащего заверения имеющихся копий. Представитель МЦР решительно восстал против этого, пытаясь уверить суд в том, что МЦР, ни много ни мало, сам имеет право заверить эти копии, чем весьма удивил судью. Суд, естественно, удовлетворил очевидно справедливое ходатайство Издательства и обязал представителей МЦР принести соответствующие оригиналы.

Вот тут и оказалось, что ответчики попали в самую больную точку неуёмно агрессивного истца. На следующем заседании представитель МЦР неуклюже и вызывающе заявил, что не принёс оригинала документа "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве", поскольку НЕ ЗНАЕТ ТАКОГО ДОКУМЕНТА. Дескать в МЦР есть документ "Архив и наследство Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве", документа "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве" вовсе нет. На просьбу судьи показать имеющийся документ последовал ответ, что представитель МЦР не взял его с собой, поскольку не подумал, что этот "совсем другой документ" может понадобиться. Замечание о том, что в собственном исковом заявлении МЦР этот документ фигурирует именно как "Архив и наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве", не произвело впечатления на истца. Удивлённая судья вторично обязала истца представить ей этот и другие необходимые оригиналы (речь идёт и об учредительных документах МЦР, с которыми тоже сложилась изрядная путаница).

В следующий раз ни одному из двух представителей истца не позволил явиться в суд больной зуб третьего представителя (адвоката). В следующий раз то же самое произошло из-за отсутствия в Москве того же адвоката. В следующий раз повторилось то же, что и в предыдущий. Лишь в четвёртый раз основной представитель МЦР явился, и теперь с новым адвокатом, с чьей стороны было подано формально справедливое ходатайство о переносе заседания в связи с необходимостью времени на ознакомление с материалами дела. В следующий раз от МЦР не явилось никого, даже приходившего раньше курьера. Интересно, что и в материалах дела не обнаружилось ни единой отметки о знакомстве с ними нового адвоката МЦР.

В следующий раз, 13.01.2004 (о котором МЦР был извещён по почте), представитель МЦР пришёл с двумя адвокатами. Теперь МЦР выступил с новым ходатайством, на первый взгляд, довольно неожиданным. Оказывается, что иск МЦР всецело основан на единственном документе - пресловутом решении Хамовнического суда, а до них дошла информация, что Мосгорсуд отменил это решение по надзорной жалобе Министерства Культуры, и поэтому теперь они вынуждены просить суд отложить рассмотрение их иска до выяснения подробностей по этому вопросу.

Выделенный жирным шрифтом фрагмент поразил ответчиков больше всего, поскольку явился просто сенсационным саморазоблачением истца. Ведь получается, что МЦР наконец официально признал тот факт, что все остальные документы, которые до сих пор с его стороны выдавались за надёжное доказательство исключительных авторских прав МЦР на наследие Е.И.Рерих, таковым доказательством вовсе не являются. А значит и всё ожесточённое преследование "Сферы" через УБЭП и Прокуратуру, по меньшей мере, на протяжении полугода до получения в руки этого самого Хамовнического решения, было по их теперешнему признанию ни на чём не основанным. Признание, так признание!

Похоже, что как только для МЦР по его же собственной вине самым суровым образом встал вопрос о его же благополучии, то расправу над неугодными было решено пока отложить и спасать самих себя. А спасать есть что. Ведь Хамовнический суд теперь должен будет заново рассматривать вопрос о желании МЦР вступить в законное владение тем имуществом, которое С.Н.Рерих когда-то передал на хранение в СФР. Только теперь это будет не потихоньку, а при участии Министерства Культуры и Музея Востока в качестве противной стороны, и протащить незаконное решение уже будет практически невозможно. А это, ни много ни мало, официально зафиксирует то, что МЦР фактически присвоил и распоряжается имуществом, которое на самом деле принадлежит государству (после незаконного уничтожения СФР). Так что сюда МЦР теперь направит все свои силы и средства. Невозможность для МЦР стать официальным правопреемником Советского Фонда Рерихов в руководстве МЦР, разумеется, прекрасно понимают. Именно поэтому Центр пытался в Хамовническом суде потихоньку вступить в права собственности на имущество С.Н.Рериха вовсе не как правопреемник СФР, а "по факту" принятия в свои руки этих ценностей, которые якобы оказались больше никому не нужны. Вот только российское государство в лице Министерства Культуры и в частности Государственного Музея Востока (которому поручено создание Государственного Музея Рериха, что и вызывает непримиримую ненависть МЦР) определённо не согласится с таким подходом. И если потихоньку, в тайне ото всех, без учёта многочисленных арбитражных постановлений, это МЦР удалось, то теперь, в условиях гласности и полноты информации, никак не удастся.

А это ещё и в условиях того, что МЦР фактически волевым образом занимает здание, по всем федеральным реестрам принадлежащее тому же Государственному Музею Востока. Правда, не имея юридических прав на занимаемое здание, МЦР пытается публично утверждать, что имеет на него моральное право, поскольку самостоятельно провёл его реставрацию на привлечённые в порядке благотворительности средства. Однако из вполне достоверных источников известно, что "благотворительные" средства на реставрацию почему-то выделялись под закладные на картины (юридически МЦР не принадлежащие); точно так же, как и не раз формально передававшиеся в дар МЦР из США картины (по документам для российской таможни) на самом деле покупались частными лицами в свою собственность. Если такая реставрация под закладные на непринадлежащие МЦР произведения искусства официально откроется, то последствия для МЦР, разумеется, будут самыми плачевными.

Просто поразительно, но на протяжении многих лет тактика МЦР одна и та же. Он сам совершает вопиюще юридически неграмотные шаги. Когда же те, кто мог бы этим воспользоваться, по миролюбивым соображениям не делают этого, то по молчаливому согласию устанавливается негласный, но прочный статус-кво. Тут же у руководства МЦР, как у старухи из "Сказки о рыбаке и рыбке", разгорается аппетит. Хочется присвоить себе что-то ещё, у кого-то что-то отнять, "провинившегося" в своих глазах наказать, какого-то придуманного "врага" уничтожить, показать кому-нибудь "кто в доме хозяин".

Подвергшиеся агрессии сначала пытаются просто отбиться, а когда это оказывается абсолютно невозможным, переходят к более активной обороне. А уж тут выясняется, что МЦР играет с огнём, сидя на пороховой бочке, и ему надо спасать себя, а не преследовать других. Однако, вместо того, чтобы сделать элементарно разумные выводы, руководство МЦР в очередной раз списывает все свои беды на происки мифических врагов и полностью удовлетворяется этим самообманом, не понимая, что собственными руками рубит сук под собой.

Что же касается вопроса о разумном подходе к постепенной и продуманной (рассчитанной на многие годы и десятилетия) публикации богатейших материалов дневниковых записей Е.И.Рерих, то и здесь абсурдная политика МЦР уже всё перевернула с ног на голову. Книги "Агни-Йога. Откровение" и "Агни-Йога. Высокий Путь" действительно содержат информацию, способную существенно расширить некоторые представления, уже сложившиеся в сознании людей в отношении Учения Живой Этики и самих Рерихов. Как и извлечения из дневника З.Г.Фосдик "Мои Учителя", они предназначены исключительно для тех, кто серьёзно изучает жизнь и учение Рерихов и достаточно хорошо знаком с их биографиями и классической серией книг "Агни-Йоги". Выпуская эти книги в свет ограниченным тиражом в 3 тысячи экземпляров, издательство понимало, что этого будет недостаточно даже для этого круга людей и ни в коем случае не планировало привлечения к ним внимания широкой публики. Трудно понять что двигало руководством МЦР, которое сделало всё возможное для публичного раздувания скандала и привлечения нездорового внимания к этим изданиям, якобы раскрывающим некие мифические страшные тайны.

Чего же добились руководители МЦР своими бездумными поступками по раздуванию скандала? - Того, что сегодня американский свод дневниковых записей Е.И.Рерих в абсолютно полном виде доступен в сети Интернет. Неужели, лицемерно заявляя о преждевременности, они желали именно этого? Или, по неспособности к элементарно трезвому мышлению, они рассчитывали на что-то другое?

08.12.2008 г.
Д.Н.Попов.
Гл. редактор изд-ва "Сфера".

 


Примечания редакции сайта

Ниже в приложениях приводятся документы, которые говорят о том, что в настоящее время дело "Сферы" закрыто, и дальнейшее возобновление этого дела невозможно. Подробности и многие документы этого дела будут представлены в медиатеке Интернет-общины в теме "Документы - хроника конфликта изд. "Сфера" и МЦР".

 


Приложение 1
ПРОКУРАТУРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ПРОКУРАТУРА ГОРОДА МОСКВЫ
ПРОКУРАТУРА ЦЕНТРАЛЬНОГО АДМИНИСТРАТИВНОГО ОКРУГА

119021, г. Москва, ул. Л.Толстого, 8, стр. 1 тел. 245-30-80
05.08.2002 №15-204052-02

123022, г.Москва, а/я 9
Пилишеку С.В.

Ваши жалобы на незаконность возбуждения и расследования уголовного дела №204052 рассмотрены. Направляю Вам копию постановления о прекращении уголовного дела №204052. Данное постановление Вы можете в порядке ст.ст. 124, 125 УПК РФ обжаловать прокурору либо в суд.
Приложение: копия постановления на 3 л.

Следователь по особо важным делам: М.Я.Страхов

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
о прекращении уголовного дела

город Москва
05 августа 2002 года

Следователь по особо важным делам прокуратуры ЦАО г. Москвы юрист 1 класса Страхов М.Я., рассмотрев материалы уголовного дела №204052,

УСТАНОВИЛ:

Настоящее уголовное депо возбуждено прокуратурой ЦАО города Москвы 05 апреля 2002 года по ч.2 ст.146 УК РФ по результатам проверки сотрудниками 11 отдела УБЭП ГУВД г.Москвы обращения представителей Международного Центра Рерихов (МЦР) о нарушении авторских прав представителями издательства "Сфера" (директором Пилишеком С.В.), опубликовавшим в книгах "Агни-Йога "Высокий Путь"" в 2 томах и "Откровение" в 1 томе записи из дневников Е.И.Рерих, права на которые принадлежат МЦР.

Расследованием по делу установлено, что издательством "Сфера", расположенным по адресу: г.Москва, ул.Трехгорный вал, д.2, в типографии ГИПП "Вятка", по адресу; г.Киров, ул.Московская, 122, отпечатаны книги "Агни-Йога "Высокий Путь"" в 2 томах и "Откровение" в 1 томе, по 3 тысячи экземпляров каждого тома, всего 9 тысяч экземпляров.

Факт выпуска указанной литературы признан представителями типографии, выполнявшими заказ на ее печать.

Допрошенный в качестве свидетеля заместитель главного редактора издательства "Сфера" Фролов С.Д. показал, что главным редактором издательства является Попов Д.Н., который увлекался учением Рерихов еще со студенческой скамьи. В 1999 году Попов Д.Н. начал передавать ему для работы частями электронные копии (на дискетах) и ксерокопии манускриптов (дневников) Елены Ивановны Рерих, которые по мере выполнения работы возвращались им Попову. Где брал эти копии манускриптов и электронные копии Попов, тот ему не говорил, но он понял, что эти документы из Америки, так как незадолго до этого Попов ездил в США в командировку. Суть его работы сводилась к подбору значимого для читателей материала и минимальной литературной правке с последующей компановкой. Как ему говорил Попов, нужно было отобрать, скомпановать и представить материал, ранее нигде не публиковавшийся, значимый для читателей. Директором издательства "Сфера" является Сергей Пилишек. Насколько ему известно, издательство "Сфера" занимается только выпуском литературы "рериховского" направления. Работу по манускриптам Е.И.Рерих он закончил в конце 2001 года и передал дискеты со своей работой Попову. О конфликте между МЦР и "Сферой" он услышал от Попова, который сказал примерно в конце 2001 года или в начале 2002 года, что МЦР выдвигает издательству "Сфера" незаконные претензии на право издания дневниковых материалов Е.И.Рерих, "Откровение" и "Высокий Путь".

Главный редактор издательства "Сфера" Попов Д.Н., допрошенный в качестве свидетеля, показал, что издательством выпущены указанные книги, все материалы для их издания он получал из США, из Амхерст-Колледжа и Музея Рериха в Нью-Йорке, которые ему передал руководитель указанного музея г-н Дэниэл Энтин. Та часть наследия Рерихов, которая хранится в МЦР, действительно была передана Святославом Рерихом Советскому Фонду Рерихов, однако с оговоркой о том, что права других лиц, которым ранее кем-то из представителей семьи Рерихов были переданы какие-либо материалы, не затрагиваются.

Директор издательства "Сфера" Пилишек С.В. также подтвердил факт издания указанной литературы и показал, что никто из представителей издательства "Сфера" не обращался в Международный Центр Рерихов и не брал у них никаких материалов (впоследствии опубликованных), все материалы получены из США, на основании добровольного волеизъявления представителей Музея Рериха в Нью-Йорке и представителей библиотеки в Амхерст-Колледже, о чем в издательстве имеются официальные письма.

Допрошенный по делу а качестве свидетеля менеджер "Издательства Духовной Литературы" Коваленко Б.А. показал, что в его обязанности входит контакт с клиентами с целью выяснения их потребностей в приобретении той или иной книжной продукции реализуемой издательством. В начале апреля 2002 года он впервые увидел названия "Агни-Йога "Откровение"", "Высокий Путь" в прайс-листе издательства. На книжной ярмарке в спорткомплексе "Олимпийский" было несколько человек, готовых приобрести данную литературу, он помнит только Лукашеву Галину. Цена была указана в прайс-листе - 200 рублей за том "Откровение" и 400 рублей за два тома "Высокий Путь".

Предприниматель Лукашева Г.Н. подтвердила показания Коваленко о приобретении ею для продажи названных изданий.

Ответственный секретарь Международного центра Рерихов Фролов В.В. показал, что Центр занимается изучением и популяризацией культурного наследия семьи Рерихов, а также научной, издательской и культурно-просветительской деятельностью, связанной с наследием семьи Рерихов. 19 марта 1990 года в г.Бангалоре (Индия), согласно дарственной С.Н.Рериха Советскому Фонду Рерихов в лице Шапошниковой Л.В. были переданы права на все дневники (рукописи) Елены Ивановны Рерих. Дневники Е.И.Рерих были ввезены в Россию в составе всего наследия Н.К. и Е.И. Рерихов в мае 1990 году специальном авиарейсом, предоставленным для этого президентом СССР М.С.Горбачевым. На дневники Е.И.Рерих и рукописи семьи Рерихов, находящиеся в архиве МЦР, права были переданы только Международному Центру Рерихов. Сведения о каких-либо правах других лиц или организаций на эти материалы (дневники и рукописи семьи Рерихов) ему не известны. В январе 2002 года в Интернете появилась реклама о том, что издательство "Сфера" готовит к публикации и дальнейшей реализации дневники Е.И.Рерих, которые называются "Откровение" (1 том) и "Высокий Путь" (2 тома). Данные сведения о рекламе он узнал от Шапошниковой Л.В. Она попросила его связаться с руководством издательства "Сфера", которое располагалось по адресу: г.Москва, уп.Трехгорный вал, д.2, кв. 47,49. 16 января 2002 года он приехал в издательство "Сфера", где разговаривал с директором издательства Пилишеком С.В., главным редактором Поповым Д.Н. и заместителем директора Миллером К.М. Он объяснил всем присутствующим в издательстве, что дневники Е.И.Рерих, которые хочет опубликовать издательство "Сфера", принадлежат на основании завещания, дарственной Святослава Рериха - МЦР в лице ее руководителя Шапошниковой Л.В. Пилишек С.В. и Попов Д.Н. настаивали на том, что права на дневники Е.И.Рерих принадлежат им (издательству "Сфера") на основании какого-то письма от директора Музея Рерихов в г.Нью-Йорке Дэниэла Энтина, которое они ему не предоставили. Впоследствии он привозил в издательство "Сфера" письмо от руководства МЦР, в котором подробно излагалась суть возникшей проблемы и предлагалось прекратить публикацию.

Из показаний начальника орготдела МЦР Кузнецовой М.И. следует, что она участвовала в качестве представителя МЦР в арбитражных процессах между МЦР и Минкупьтуры РФ, которое незаконно, на взгляд МЦР, издало приказ о включении в государственный реестр коллекции картин Рериха в количестве 288 единиц, которые хранились в Музее Востока. Святослав Рерих передал указанные картины Советскому Фонду Рерихов вместе с дневниками Е.И.Рерих, но картины так и не были переданы в МЦР, в отличии от дневников Е.И.Рерих, которые хранились и хранятся в МЦР.

В материалах дела имеется копия экземпляра доверенности С.Рериха о передаче Совету Международного Центра Рерихов права на публикацию и переиздание наследия Рерихов, однако в тексте имеется оговорка, что данный документ не касается той части наследия, которую Рерих или его родственники передали иным гражданам и организациям. Доверенность датирована 27 апреля 1992 года.

В материалах дела имеется письмо Директора Музея Н.К.Рериха в г.Нью-Йорке (США) Д.Энтина, из которого следует, что указанный музей организован в 1949 году изначально как культурно-просветительское учреждение, а с 1958 года получил статус Музея. Создан музей под патронажем Е.И.Рерих, которая стала учредителем и почетным президентом. В Музее хранится большой архив наследия Рерихов, в том числе дневники Е.И.Рерих, переданные музею в результате добровольного волеизъявления. Дэниэл Энтин передавал в издательство "Сфера" для работы и последующей публикации ряд документов. Он не видит в действиях представителей издательства "Сфера" каких-либо нарушений чьих-либо прав.

В соответствии с распоряжением Министерства Юстиции РФ от 01 февраля 1993 г. регистрация Международного центра Рерихов в части закрепления положения о том, что Центр является правопреемником Советского Фонда Рерихов, признана не соответствующей действующему законодательству. Таким образом, вопрос принадлежности прав на наследие Рерихов МЦР остается открытым.

Кроме того, из материалов дела следует, что Е.И.Рерих, в целях сохранности материалов, вела свои дневники в двух экземплярах. Один из экземпляров дневников в 30-х годах XX века она передала на хранение американцам Хоршам, которые сначала эти дневники присвоили, а затем передали в Амхерст-Колледж (США).

31 января 2002 г. директор Музея Рериха в г.Нью-Йорке направил в издательство "Сфера" уведомление о том, что: - материалы, выбранные из записных книжек и дневников Е.И.Рерих для публикации в книгах "Откровение" и "Высокий Путь", взяты из материалов, хранящихся в Амхерст-Колледже и в архиве Музея.
- Музей подтверждает разрешение, данное издательству "Сфера" на публикацию названных материалов в России.

Таким образом, из материалов дела следует, что руководители издательства "Сфера", издавая названные произведения Е.И.Рерих, обоснованно полагали, что законно используют объекты авторского права, принадлежащие упомянутым американским музею и колледжу. Доказательств наличия у них умысла на незаконное издание и распространение чужого произведения, с причинением крупного ущерба, по делу не добыто. В связи с имеющей место неопределенностью с авторскими правами на наследие Е.И.Рерих, требующей выяснения путем судебного решения, вступившего в законную силу, по делу исчерпаны все возможности для собирания дополнительных доказательств вины руководителей издательства "Сфера" по ст.146 УК РФ.

Изъятые по делу книги "Агни-Йога "Высокий Путь"" в 2 томах, "Откровение" в 1 томе, в связи с неопределенностью с авторскими правами на наследие Е.И.Рерих - подлежат уничтожению.

Меры пресечения по делу не применялись.

На основании изложенного и руководствуясь п.2 ч.1 ст.24, ч.1 ст.212 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

1. Настоящее уголовное дело N 204052, возбужденное по ч.2 ст.146 УК РФ в отношении директора издательства "Сфера" Пилишека С.В., прекратить за отсутствием в его действиях состава данного преступления.

2. Изъятые по делу экземпляры книг "Агни-Йога "Высокий Путь"" и "Откровение" - уничтожить.

3. О вынесении настоящего постановления известить заинтересованных лиц (Пилишека С.В., представителей МЦР), которым разъяснить, что данное постановление они могут обжаловать прокурору либо в суд.

4. Копию настоящего постановления направить прокурору ЦАО г.Москвы.

Следователь по особо важным делам
прокуратуры Центрального административного
округа города Москвы: М.Я.Страхов

 


Приложение 2

Определение
Зюзинского районного суда г.Москвы
о прекращении производства по делу иска МЦР
к ООО "Издательство Сфера"…

Определение Зюзинского районного суда г.Москвы о прекращении производства по делу иска МЦР к ООО Издательство Сфера

 

 

Какой вопрос рериховедения вы считаете наиболее важным? (можно выбрать несколько пунктов, но один раз)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
Всего голосов:
Первый голос:
Последний голос: