Следователю по особо важным делам прокуратуры
Центрального административного округа г. Москвы
24 апреля 2002 года.

 

В течение 1997-2001 гг. издательством Сфера подготовлены к изданию две книги «Агни-Йога: Откровение» и «Агни-Йога: Высокий Путь», дополняющие хорошо известные тома Учения Живой Этики. Книги подготовлены по американскому кодексу дневниковых записей Е.И.Рерих, созданному ею специально для Музея Н.К.Рериха в Нью-Йорке.

Известие о готовящемся издании вызвало резкое недовольство со стороны первого вице-президента Международного центра Рерихов (далее – МЦР или Центр) г-жи Л.В.Шапошниковой, и она решила всеми возможными мерами пресечь публикацию. В связи с этим из МЦР в УБЭП ГУВД г.Москвы поступило заявление о нарушении авторских прав.

В связи с проверкой этого заявления нами в прокуратуру ЦАО и УБЭП ГУВД г. Москвы были даны объяснения, представлены документы, подтверждающие право издательства на выпуск двух указанных книг, и копии вступивших в силу судебных решений, свидетельствующих об отсутствии у МЦР законных прав на наследие Рерихов. Однако, представленные документы и пояснения оставлены без внимания, также как и факты явных и настойчивых нарушений законности со стороны сотрудников УБЭП ГУВД г. Москвы.

В начале апреля текущего года прокуратурой Центрального административного округа г. Москвы возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного статьей 146 УК РФ, в отношении руководителей издательства Сфера. Мы до настоящего времени не знакомы с постановлением о возбуждении уголовного дела, однако имеем основания полагать, что постановление возбуждено в связи с заявлением руководителя МЦР - г-жи Шапошниковой Л.В., неправомочно выдающей себя за правообладателя наследия Рерихов.

Статьей 146 УК РФ (по которой возбуждено уголовное дело) предусмотрена ответственность за умышленное нарушение таких прав, как право использовать (или обнародовать), разрешать использовать (или обнародовать) произведение, право воспроизводить произведение, право распространять экземпляры произведения.

Принадлежат ли перечисленные авторские права на литературное наследие Рерихов Международному Центру Рерихов или г-же Шапошниковой Л.В. лично? Нет! Данный вывод основан на результатах анализа судебных решений, официальных документов, а также публикаций в печатных изданиях и Интернете.

1.

Г-жа Л.В.Шапошникова утверждает, что МЦР является правопреемником Советского фонда Рерихов, так как последний не расформировывался, а лишь изменил свое название. Фактически: Из документа «Архив и Наследство Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве»*, датированного 19 марта 1990 года и подписанного от имени С.Н.Рериха, следует, что последний выразил волю передать наследие своих родителей Советскому фонду Рерихов (далее СФР). Названный документ не оспаривается г-жой Л.В.Шапошниковой.
[* Оригинал данного документа с приложениями доступен по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=22342#22342 Примечание редакции.]

Из его содержания следует:

А) Согласно документу от 19 марта 1990 года С.Н.Рерих передал Советскому фонду Рерихов некие не описанные должным образом «некоторые важные коллекции», но тетради с дневниковыми записями Е.И.Рерих нигде не упоминаются.

Б) Согласно документу от 19 марта 1990 года С.Н.Рерих передал часть наследия своих родителей Советскому фонду Рерихов не в дар, а на хранение, сохранив собственность за собой, и не передал никаких авторских прав. В период существования СФР, в 1990-91 гг. г-жа Л.В.Шапошникова широко направляла угрожающие письма с утверждением о своих якобы существующих авторских правах в издательства и относящиеся к издательскому делу организации и ведомства, в связи с чем в СФР поступили обращения заинтересованных организаций с просьбой представить юридические документы, подтверждающие наличие у СФР авторских прав. Однако СФР так и не смог документально подтвердить обладание такими правами.

Д) Документ от 19 марта 1990 года не заверен у нотариуса. Кроме того,

В) В уведомлении Министерства юстиции РФ указано о том, что в соответствии с распоряжением Минюста России от 1 февраля 1993 года 23/1б-01* регистрация Международного центра Рерихов в части закрепления положения о том, что Центр является правопреемником Советского фонда Рерихов, признана не основанной на действующем законодательстве. В связи с этим Минюстом России принято решение аннулировать регистрацию Международного центра Рерихов в части, содержащейся в пункте 1.1. Устава записи о правопреемстве.
[* Данный документ доступен по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=10557#10557 Примечание редакции.]

Г) Согласно заключению Минкультуры России от 3 марта 1999 года МЦР не является правопреемником СФР.

Д) В Арбитражном суде г.Москвы и Высшем арбитражном суде РФ неоднократно рассматривались иски МЦР по вопросам, имеющим отношение к наследию Рерихов, при этом во вступивших в законную силу судебных решениях сформулирован один и тот же вывод о том, что МЦР не является правопреемником СФР.

Так, Арбитражный суд г. Москвы 30 мая 2001 года вынес по делу А40-12126/01-84-69 решение, в описательной части которого указано:

- Международный центр Рерихов не доказал право на обращение в суд с исковыми требованиями, поскольку не подтвердил права собственности на картины Рериха,

- документ «Архив и Наследство Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве» от 19 марта 1990 года не является договором дарения;

- факт переименования Советского фонда Рерихов не подтвержден документально;

- отсутствие правопреемства Международного центра Рерихов от Советского фонда Рерихов не отрицалось Международным центром Рерихов.

7 августа 2001 года в том же суде апелляционная инстанция по проверке законности и обоснованности решений арбитражных судов, не вступивших в законную силу, вынесла постановление по тому же делу А40-12162/01-84-69, в котором:

- оставила без изменения судебное решение от 30 мая 2001 года,

- среди прочего указала: С.Н.Рерихом оформлен и удостоверен нотариусом документ «Архив и наследство Рериха для Советского фонда Рерихов в Москве», согласно которому С.Н.Рерих передает картины, личные вещи, принадлежавшие ему и его отцу, а также часть своего архива Советскому фонду Рерихов, указывая, что оставляет за собой право взять назад любой из предметов. В то же время в данном документе отражено, что все части имущества, перечисленные в приложениях, будут принадлежать исключительно Советскому фонду Рерихов после его (С.Н.Рериха) жизни.

Советский фонд Рерихов был создан по решению учредительной конференции от 2 октября 1989 года на основании постановления Совета Министров СССР от 4 ноября 1989 года. Учредителями фонда явились: Советским фондом культуры, Советским фондом мира, Академией художеств СССР, Союзом художников СССР, Академией наук СССР, Союзом писателей СССР, редакцией газеты «Советская культура», Всесоюзной ассоциацией востоковедов АН СССР, Государственным музеем искусств народов Востока (ныне Музей Востока), Госкомпечати СССР, редакцией журнала «Иностранная литература», издательством «Прогресс», издательством «Художественная литература», - которые утвердили Устав Советского фонда Рерихов.

Согласно пунктам 29, 30 Устава Фонда высшим руководящим органом Фонда является Всесоюзная конференция Советского фонда Рерихов, которая утверждает Устав Фонда, вносит в него изменения и дополнения. 17 декабря 1991 года Министерство юстиции РСФСР зарегистрировало Устав Международного центра Рерихов. В пункте 1.1. Устава указано, что Центр учрежден на базе Советского фонда Рерихов и является его правопреемником. Министерство юстиции РСФСР в письмах от 17 июля 1992 года и 23 сентября 1992 года указало на неправомерность такой записи и своим распоряжением от 1 февраля 1993 года аннулировал запись о правопреемстве, указав, что регистрация устава в такой редакции осуществлена с нарушением статьи 10 Закона об общественных организациях.

Суд апелляционной инстанции, исследовав документы, касающиеся создания Международного Центра Рерихов пришел к выводу, что Центр является вновь созданным общественным объединением. Данный вывод суда основывается на следующем: Международный центр Рерихов учрежден общим собранием Советского фонда Рерихов 20 сентября 1991 года. Как видно из протокола 12, решение о создании Центра принималось представителями рериховских общественных фондов, отделений, общественных организаций РСФСР, Украины, Белоруссии, Молдавии, трудового коллектива Фонда, представителями ЮНЕСКО, МИД СССР, Музея Рериха в Нью-Йорке, иностранных представительств и других организаций. В то же время уполномоченные представители организаций-учредителей Советского фонда Рериха на общем собрании отсутствовали.

Из пункта 1.3. Устава Центра видно, что Центр является самоуправляемой добровольной общественной благотворительной некоммерческой организацией, созданной решением общего собрания участников Рериховского движения 20 сентября 1991 года в соответствии с Законом СССР Об общественных организациях.

Таким образом Центр был создан новыми учредителями, не имеющими отношения к учредителям Советского фонда Рерихов и является вновь созданным общественным объединением. Отсутствует как факт правопреемства, так и факт переименования организаций, Международный центр Рерихов является ненадлежащим истцом и его права не нарушены, он не может быть признан собственником (владельцем) картин и других частей тех коллекций, которые С.Н.Рерих передал Советскому фонду Рерихов. Международный центр Рерихов не доказал свое право на иск, не доказал факт нарушения своих прав и законных интересов.

9 октября 2001 года Федеральный арбитражный суд Московского округа вынес по делу КГ-А40/5622-01 постановление, которым оставил без изменения судебные решения от 30 мая и 7 августа 2001 года, при этом указал, что организационно-правовая форма Международного центра Рерихов, обстоятельства его создания, возникновения прав согласно его Уставу и т.п. определены судами верно в соответствии с Законом СССР Об общественных организациях, обстоятельствами регистрации Устава и связанной с этим вопросом перепиской, оцененной судами наряду со всеми доказательствами по делу.

Кроме того, 30 сентября 1994 года Высший Арбитражный суд РФ, рассмотрев иск Международного центра Рерихов о признании недействительными пунктов 2-6 постановления Правительства РФ от 4 ноября 1993 года 1121, установил: 4 ноября 1989 года Совет Министров СССР вынес постановление 950, во исполнение которого Мосгорисполком решением от 28 июня 1989 года предоставил для размещения Советского фонда Рерихов и Центра - Музея имени Н.К.Рериха памятник архитектуры Усадьба Лопухиных и поручил заключить с Советским фондом Рерихов охранно-арендный договор; 19 января 1993 года между управлением государственного контроля охраны и использования памятников истории и культуры г.Москвы и Международным центром Рерихов заключен охранно-арендный договор; постановлением Правительства РФ от 4 ноября 1993 года предусмотрена передача памятника архитектуры Усадьба Лопухиных в оперативное управление Государственному музею искусств народов Востока для размещения Государственного музея Н.К.Рериха.

Согласно судебному решению охранно-арендный договор от 10 января 1993 года является недействительным, так как - решение Мосгорисполкома от 28 ноября 1989 года о заключении охранно-арендного договора с Советским фондом Рерихов, не могло служить основанием к заключению 19 января 1993 года договора с Международным центром Рерихов; договор заключен от имени арендодателя управлением контроля охраны и использования памятников г. Москвы, которое неправомочно заключать такие договоры в отношении объектов федеральной собственности.

Таким образом, в судебном решении подтверждено отсутствие правопреемства между Советским фондом Рерихов и Международным центром Рерихов. (До настоящего времени, действуя вопреки вступившему в силу судебному решению, то есть незаконно, МЦР продолжает распоряжаться федеральной собственностью - Усадьбой Лопухиных, однако по каким-то необъективным причинам данное явное нарушение законности остается без реагирования со стороны правоохранительных органов).

Д) Правопреемником СССР является Россия, в связи с этим правопреемником СФР могла являться именно российская, но не международная организация.

Так, в Уставе СФР закреплено, что Фонд всесоюзная самоуправляемая общественная организация, осуществляющая свою деятельность в соответствии с Конституцией СССР, законодательством Союза ССР и союзных республик. Однако в Уставе МЦР указано, что Центр является международным неправительственным общественным объединением, осуществляющим свою деятельность в соответствии с нормами международного права, уставами ООН и ЮНЕСКО, международными конвенциями, действующим законодательством СССР.

Е) Г-жа Л.В. Шапошникова настаивает, что имело место переименование СФР в МЦР, однако документ, подтверждающий получение от учредителей СФР согласия на переименование, не существует.

Ж) По результатам заслушивания вопроса о наследии Рерихов в Государственной Думе Федерального Собрания РФ принят документ, в котором Международному центру Рерихов ясно и четко предложено поставить на государственный учет картины и архив, вывезенные г-жой Шапошниковой Л.В. из Индии, а также указано, что решение о передаче картин Рерихов, хранящихся в Музее Востока, общественному музею им. Н.К.Рериха может быть вынесено только при условии юридически доказанного правопреемства Международного Центра Рериха от Советского Фонда Рериха.

Комиссия по наследию Рерихов вынесла постановление о своей большой тревоге, о неприятии всех шагов г-жи Л.В.Шапошниковой, об опасении за судьбу архивов, отвезенных ею к себе домой.

2.

Г-жа Л.В.Шапошникова в подтверждение своих имущественных прав на ту часть наследия Рерихов, которую С.Н.Рерих передал СФР, акцентирует внимание на том, что С.Н.Рерих возражал против передачи этой части наследия государству, государственному музею.

Фактически:

А) В 1974 году С.Н Рерих передал в СССР в качестве выставочной экспозиции 288 работ для показа в разных городах страны. В 1977 году С.Н.Рерих отправил эту выставку на один год в Болгарию в связи с празднованием тысячелетия освобождения от османского ига. В 1978 году выставка возвратилась в СССР количестве уже 282 работ, а часть картин была подарена С.Н.Рерихом Болгарии (в лице г-жи Л.Живковой). После этого С.Н.Рерих неоднократно продлевал сроки пребывания выставки в стране. Она была приписана к Всесоюзному художественно-производственному комбинату, через который в то время шли все зарубежные выставки.

В определенный момент руководитель управления изобразительного искусства Минкультуры СССР г-н Г.П.Попов поручил г-же О.В.Румянцевой (заведующая мемориального кабинета Н.М.Рериха) оставить в Музее Востока до 30 «жемчужин» из состава выставки, так как «не возможно смотреть на то, что с ними делают, там темпера, без остекления, перевозки, такие условия хранения».

Г-жа О.В.Румянцева выполнила поручение, после чего 29 работ хранились в фондах Музея Востока, были приписаны к этому музею. Об этом знал и С.Н.Рерих, он неоднократно видел их в залах постоянной экспозиции Музея Востока, отмечал, что ему нравится эта экспозиция. С момента большой юбилейной выставки, открытой в 1984 году в Музее Востока на полтора года, в фондах музея находилась выставка в полном составе. О судьбе постоянной экспозиции волновалась г-жа К. Кэмпбелл-Стиббе, но, приехав и увидев, она заявила: Я очень счастлива, что убедилась в том, что отдала картины в хорошие руки.

Когда юбилейную выставку закрыли, г-жа О.В.Румянцева обратилась в ВХПО с просьбой взять выставку обратно, однако этого не произошло. После долгих переговоров заместитель Министра культуры СССР издал приказ о передаче коллекции на временное хранение в Музей Востока. В конце 1989 года С.Н.Рерих и его жена г-жа Девика Рани в последний раз посетили Россию. 20 ноября 1989 года они посетили Музей Востока, где имели встречу с директором музея г-ном В.А.Набатчиковым. Обстоятельства встречи зафиксированы на аудиозаписи* беседы, в которой, среди прочего, отражен следующий диалог:

В.А.Набатчиков: Какова судьба этих работ? Выставки?
С.Н.Рерих: Постепенно работы эти, я думаю, перейдут в собственность музея. Мы ценим Ваше отношение.
В.А.Набатчиков: Само название важно — Государственный музей искусств народов Востока.
С.Н.Рерих: Да.
В.А.Набатчиков: Это значит, что мы представляем государство.
С.Н.Рерих: Конечно. Будет, как я сказал. Выделим несколько вещей, которые перейдут в Индию, и затем остальные могут найти пристанище здесь, у Вас.


[* Данная аудиозапись доступна по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=22078#22078 Примечание редакции.]

Б) В 1989 году Совет министров СССР совместно с членами комиссии по культурно-художественному наследию, постоянно все согласовывая по телефону с С.Н.Рерихом, прорабатывали вопрос по созданию музея Н.К.Рериха как филиала Музея Востока. На последнем этапе к С.Н.Рериху в Индию была направлена представитель комиссии по наследию г-жа Н.М.Сазанова. Беседа последней с С.Н.Рерихом записана и заверена советским консулом в г. Мадрасе, присутствовавшем при разговоре. Из беседы следует, что со С.Н.Рерихом не было никаких разногласий по поводу создания государственного музея Рериха в качестве филиала Музея Востока. Это же обговаривалось на заседаниях комиссии по культурно-художественному наследию, в которых участвовал С.Н.Рерих.
[* См. заявление Н.М.Сазановой по этому поводу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=23562#23562 Примечание редакции.]

3.

Кроме того г-жа Л.В.Шапошникова в обоснование своей позиции об отрицательном отношении С.Н.Рериха к передаче наследия Рерихов под контроль государства ссылается на существование письма на имя Президента России, подписанного от имени С.Н.Рериха и датированного 26 апреля 1992 года,* в котором говорится о том, что:

- Центр (имеется в виду МЦР) столкнулся с трудностями, мешающими деятельности, которую Центр ведет, используя часть наследия родителей С.Н.Рериха, переданную Центру С.Н.Рерихом в 1990 г.

- В 1990 г. С.Н.Рерих, вместе с остальным наследием, передал Центру большую выставку картин, которая долгое время находилась в ведении Министерства культуры СССР, а затем стала незаконно удерживаться Музеем Востока.

- С.Н.Рерих очень просит содействовать передаче выставки Международному центру Рерихов.


[* Оригинал этого письма можно увидеть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?t=1790 , прим. ред.]

При оценке достоверности изложения воли С.Н.Рериха в этом письме необходимо обратить внимание на следующие обстоятельства:

А) Письмо датировано периодом, когда:

- в гостях у С.Н.Рериха находилась г-жа Л.В.Шапошникова (которую сопровождала Н.Бондарчук, снимавшая фильм о Рерихе, и космонавт Береговой или Гречко);

- по словам очевидцев, все документы на подпись С.Н.Рериху подавала его секретарь, Мэри Пунача (с которой тогда Л.В.Шапошникова в то время дружила);

- плохо видевший и не читавший то, что ему подавали на подпись, С.Н.Рерих спрашивал Мэри Пунача: «Это надо подписать?» Последняя отвечала, что это нужная бумага, ее надо подписать;

- г-н Дев Дас - муж сестры Мэри Пунача направил комиссару Бангалора иск, в котором изложил подозрение в том, что Мери Пунача взяла подписи супругов Рерих, чтобы получать доходы от их собственности;

- сама г-жа Л.В.Шапошникова также утверждает, что Мэри Пунача произвела на свет фальшивые завещания;

- директор Музея Н.К.Рериха (г.Нью-Йорк) - г-н Д.Энтин указывает, что письмо от 26 апреля 1992 года подписано С.Н.Рерихом, но, опять-таки, написано настолько не в его стиле, что вызывает, мягко говоря, подозрения. Также он отмечает: «Я знаю, что его [С.Н.Рериха] мнение о Л.В.Шапошниковой было положительным, но отнюдь не настолько, как утверждается в этом письме. Так, несколько лет назад, она прилетела в Нью-Йорк, чтобы провести несколько недель с Кэтрин [Кэмпбелл-Стиббе]. К моему великому удивлению, Людмила Васильевна провела там только одну ночь, так как повела себя таким образом, что Кэтрин и Инге немедленно и полностью прервали с ней всякие отношения. Сразу после отбытия Людмилы Васильевны Кэтрин позвонила С.Н.Рериху и порекомендовала удалить Людмилу Шапошникову из Фонда Рерихов. Святослав Николаевич ответил, что он и сам уже знает пороки Л.В., но уже не может ничего изменить».

Б) В письме от имени С.Н.Рериха указывается, что в 1990 году он передал наследие МЦР, однако на самом деле в документе за подписью от его имени указано о передаче не Центру, а СФР; трудно представить, что столь грубую ошибку мог допустить в тексте сам С.Н.Рерих.

4

Г-жа Л.В.Шапошникова утверждает, что именно она является единственным правообладателем наследия Рерихов.

А) В обоснование данного утверждения г-жа Л.В.Шапошникова ссылается на документ, подписанный от имени С.Н.Рериха и датированный 26 апреля 1992 года*, в котором указано, что С.Н.Рерих подтверждает полномочия доверенного лица - Л.В. Шапошниковой, выражает беспокойство в связи с попытками некоторых лиц, без всяких на то оснований, подвергнуть сомнению ее деятельность. Давая оценку названному письму, считаем возможным сослаться на те доводы, которые изложены в предшествующем пункте ходатайства.
[* Оригинал этого письма можно увидеть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=29243#29243 , прим. ред.]

Б) Кроме того г-жа Л.В.Шапошникова ссылается на документ «Архив и Наследие Рериха для Советского Фонда Рерихов в Москве», подписанный от имени С.Н.Рериха и датированный 19 марта 1990 года,* в котором указано, что С.Н.Рерих решил передать и вручает некоторые важные коллекции, находящиеся в его владении и указанные в приложениях, Советскому Фонду Рерихов, учрежденному постановлением Совета Министров СССР 950 от 4 ноября 1989 года и представленному Шапошниковой Л.В. и Житнёвым С.Ю.
[* Оригинал этого письма можно увидеть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=22342#22342 , прим. ред.]

Давая оценку названному документу, необходимо указать следующее:

- из содержания документа следует, что его автором ясно и четко выражена воля о том, что наследие Рерихов передается, предназначено не физическому лицу - г-же Л.В.Шапошниковой, а юридическому лицу - Советскому фонду Рерихов. Г-жа Л.В.Шапошникова упомянута С.Н.Рерихом только в качестве представителя СФР, в связи с чем имела полномочия представлять интересы последнего только в период существования СФР и ее работы в этой организации;

- в приложениях к документу указаны 17 произведений, которые отсутствовали среди рериховских работ, находившихся в Музее Востока, и, одновременно, 10 работ, имевшихся в том же музее, не указаны в приложениях;

- документ доставлен в Россию весной 1990 года в период трехмесячного пребывания г-жи Л.В.Шапошниковой в Индии у С.Н.Рериха. Как указано выше, до этого - в конце 1989 года С.Н.Рерих и его жена побывали в России. Об обстоятельствах последнего визита г-жа Румянцева О.В. рассказала в своем интервью следующее: его «заперли» на правительственной даче на Воробьевых горах, где велась предварительная его обработка, и попасть к нему можно было только по пропуску, который выписывала Л.В.Шапошникова. Рассказывали, что когда его навестила с официальным визитом группа из Министерства культуры во главе с Н.Губенко, С.Н.Рерих буквально кинулся к начальнику управления Минкультуры СССР Г.П.Попову, которого хорошо и давно знал: «Мне необходимо с Вами поговорить, только не в этой суете!» Г.П.Попов спросил, выражая полную готовность к такой встрече: «Где? Когда?» — «Завтра, и, если можно, утром, в 11 часов». На другой день Г.П.Попов подъехал к проходной и выяснил, что в пропуске ему отказано. С тем и уехал. Телефон особняка держался в строгой тайне, около аппарата посменно дежурили доверенные люди Л.В.Шапошниковой. Случайно достав заветный номер, в этот дом дозвонилась постоянная переводчица и друг Рерихов и К.Кэмпбелл-Стиббе - Генриетта Михайловна Беляева. Трубку (тоже случайно) подняла Мэри Пунача и удивленно и радостно спросила: «Как, Вы в Москве? Мы просили в телеграмме, чтобы нашей сопровождающей были именно Вы, но нам ответили, что Вы вышли замуж и уехали навсегда из Москвы...» В ответ Мэри услышала еще более удивленный возглас Генриетты Михайловны, поскольку это было чистой выдумкой.

Вскоре после отъезда С.Н.Рериха и его супруги Дэвики Рани из России г-жа Л.В.Шапошникова прибыла к ним в Индию для оформления вывоза в Россию наследия Рерихов. Вместе с ней прибыл г-н С.Ю.Житенёв, который утверждал, что С.Н.Рерих не хотел видеть г-жу Л.В.Шапошникову во время ее пребывания, в связи с чем он (г-н Житенёв) вынужденно выполнял роль челнока между ними. (По некоторым сведениям, г-н С.Ю.Житенёв вел дневник пребывания у С.Н.Рериха). Очевидцем пребывания г-жи Л.В.Шапошниковой у Рерихов была сестра г-на Титоренко, являющегося знакомым г-на М.Лунёва. Последний направил на имя г-жи О.В.Румянцевой открытку, в которой указал: Шапошникова просто обворовала Рериха, так как брала то, что он не собирался отдавать.

Позже в г.Электросталь, на Рериховскую конференцию приехал брат г-на Титоренко, где представил письменный доклад о событиях, имевших место в период пребывания г-жи Л.В.Шапошниковой у Рерихов в Индии. Доклад заканчивался словами о Л.В.Шапошниковой: «Святослав Николаевич сказал плачущей Адити (один из самых близких к С.Н.Рериху в последний период его жизни людей): “Пусть увозит, это будет на ее совести, она за это понесет ответственность”.

В период пребывания в Индии г-жа Л.В.Шапошникова (не исключается, что в присутствии г-на С.Ю.Житенёва и не только его) лживо заявила С.Н.Рериху о том, что в Музее Востока постоянная экспозиция произведений Рерихов и мемориальный кабинет Н.К.Рериха закрыты, плохо относятся к философскому наследию Рерихов. Именно такой ложью г-жи Л.В.Шапошниковой, по распространенному среди рериховедов мнению, объясняется внезапное появление на свет документа от 19 марта 1990 года за подписью С.Н.Рериха.

Кроме того г-жа Л.В.Шапошникова, посетив в Швейцарии К.Кэмпбелл-Стиббе, склонила ее к тому, чтобы все, что последняя много лет назад передала Музею Востока, было передано Советскому фонду Рерихов. В результате этого последовали телеграммы К.Кэмпбелл-Стиббе на имя Министра культуры Н.Губенко, директора Музея Востока с требованием немедленно передать ей списки всего того, что она подарила Музею Востока. Г-жа Л.В.Шапошникова среди прочего внушила ей, что дарственную Музею Востока К.Кэмпбелл-Стиббе не оформила.

По поручению К.Кэмпбелл-Стиббе (как президента Музея Н.К.Рериха в Нью-Йорке), директор музея г-н Д.Энтин предложил Музею Востока предъявить такие документы, чтобы установить истину. После этого главным хранителем Музея Востока ему предоставлена возможность познакомиться с книгой дарственных, где вшиты листы, собственноручно заполненные и подписанные К.Кэмпбелл-Стиббе и Ингеборг Фритчи (секретарем Нью-Йорского музея). Позднее у К. Кэмпбелл-Стиббе состоялся телефонный разговор с г-жой О.В.Румянцевой, в котором первая уведомила, что намеревалась забрать у Музея Востока ранее переданную часть наследия Рерихов, так как от г-жи Л.В.Шапошниковой узнала о том, что в Музее Востока не признают философское наследие Рерихов, что экспозиция снята, а мемориальный кабинет закрыт, и что эти факты ей подтвердил С.Н.Рерих. Г-жа О.В.Румянцева заверила, что это сообщение г-жи Л.В.Шапошниковой являются грубой ложью. Впоследствии, 3 декабря 1993 года К.Кэмпбелл-Стиббе и Ингеборг Фритчи направили г-же О.В.Румянцевой письмо с одобрением решения Правительства России о создании Государственного музея Рериха. В частности в письме указано: «Мы восхищены этим и желаем Вам большого мужества, воодушевления и успеха, превозмогая все трудности, которые могут и могли бы встретиться на Вашем пути. Не думаете ли Вы, что есть способ защитить рериховские материалы, которые Шапошникова привезла из Индии??? Мы понимаем, что они не защищены достаточно хорошо».
[Оригинал этого письма можно увидеть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=21854#21854 , прим. ред.]

5.

25 июня 1993 года на имя Президента России поступила телеграмма от вдовы С.Рериха г-жи Девики Рани: «Прошу Вас взять под Вашу личную защиту все наследие, переданное российскому народу моим покойным мужем Святославом Николаевичем Рерихом, и передать это наследие полностью под контроль государства желательно в лице Министерства культуры вашей страны».

Вскоре в Россию пришло новое письмо г-жи Девики Рани следующего содержания: «Я пришла к решению отозвать наследие обратно... Но, узнав, что ваше Министерство культуры планирует создать в Москве государственный музей Рерихов, я приняла следующее решение. Я хочу, чтобы все картины, архивы и личные вещи, переданные Святославом Рерихом бывшему Советскому фонду Рерихов, были на тех же условиях переданы Государственному музею Рерихов и остались там при условии, что между датой отправления письма и датой объявления о создании вышеназванного музея пройдет не более двух месяцев. В противном случае я вынуждена буду принять соответствующие юридические меры. Я готова прибыть в Москву сама или направить своего специального представителя, чтобы сверить наличие всех архивов и наследия с полной описью переданного, хранящейся в нашей семье».
[Оригинал этого письма можно увидеть по следующему адресу: http://agni3.narod.ru/DevikaElcinu31093.htm , прим. ред.]

Г-жа Л.В.Шапошникова утверждает, что обращение г-жа Девики Рани является поддельной, так как на дату такого письменного волеизъявления г-жа Девика Рани была недееспособной, находилась в беспамятстве и не могла сама писать, не знала о таких письмах и не собиралась в Россию.

Фактически:

А) Г-жа Девика Рани умерла в марте 1994 года, ее муж - С.Н.Рерих умер 30 января 1993 года, письмо направлено в середине 1993 года, то есть в тот период, когда г-жа Девика Рани являлась прямой и единственной наследницей С.Н.Рериха.

Б) Г-жа Л.В.Шапошникова в одном случае утверждает о недееспособности г-жи Девики Рани. Однако позже, противореча названному выше ее же утверждению, она сообщила, что в период проживания в отеле «Ашок» г-жа Девика Рани вела себя адекватно, беспамятство отсутствовало.

В) Существует видеокассета с записью церемонии похорон С.Н.Рериха. На ней зафиксирована 40-минутная запись обращения г-жи Девики Рани, в котором она ясно и осмысленно излагает свои мысли, чем опровергает утверждение г-жи Л.В.Шапошниковой о недееспособности. В переводе с английского на русский язык текст видеообращения Девики Рани включает следующие слова:

«Мои дорогие русские друзья, вы очень хорошо знаете, что я люблю Россию и любила её всегда с тех самых пор, как была маленькой девочкой. Так что я расцениваю возможность так долго выступать перед вами как привилегию. Мы несколько лет были женаты со Святославом, и мы поженились здесь, в Индии, потому что он любил Индию и нам обоим нравилось жить здесь. Конечно, мне удалось много раз посетить вашу прекрасную страну, богатую во всех отношениях в искусстве, музыке, красоте, во всём. И это прекрасно. Вы не можете представить, что это для меня значит говорить с вами сегодня. Ведь я совершенно одна. Потеря Святослава была для меня ужасной. У меня никогда не было такого замечательного друга и товарища. Мы вместе работали, говорили и вместе повидали мир. За исключением, пожалуй, Китая и Японии, я посетила большинство стран мира, но я всегда возвращалась в Россию, потому что так сильно её люблю, и особенно в Ленинград, где был дом, в котором он родился. Он был таким красивым ребёнком и таким удивительно прекрасным мужчиной, добрым, предупредительным, и мы вместе радовались жизни.

Мы посещали музеи и осматривали многие другие достопримечательности по всей вашей стране, вашей прекрасной стране. Мы очень хорошо помним ваши музеи, и особенно Третьяковскую Галерею, когда она была отреставрирована и там была устроена выставка Святослава. Это была замечательная выставка его картин, маленьких и больших. Туда шли толпы, всё было забито народом. И мы радовались холоду, зиме. Нам ведь холод вовсе не в диковинку, поскольку, как вы знаете, наш дом в Кулу, и там это особенно прекрасно. И я часто думала, как бы счастливы были вы все, если бы смогли побывать в Кулу. Там был дом его людей, его матери и отца, а из нас никто там не жил. Там прекраснейший пейзаж Гималаев, горы в снегу и цветы весны. И это стало нашим домом, моим домом. Ко мне там относились, как к дочери и госпожа Рерих, и профессор Рерих, и Юрий Рерих, его брат. И конечно же Святослав, помимо того, что он был моим мужем, был поистине хорошим другом. Он любил видеть Гималаи. Там у него были нарциссы, крокусы, фиалки. Все виды цветов в огромном количестве наполняли долину Кулу. Самым прекрасным было изобилие фруктов груш и яблок, вишен, там у него были самые замечательные вишни. Мы любили их. Там не было ничего, чего бы нам не хватало.

Когда я прибыла в Кулу, нас там уже встречали. Жрецы разных храмов играли замечательную музыку. Там меня посадили на лошадь, и мы стали медленно подниматься к тому месту, которое было известно как храм, удивительный храм богов. Этот древний, древний храм существовал тысячи лет назад. Сейчас там небольшой храм, где все мы обычно выражали своё почтение богам. Пуджари, жрецам храма, поднесли рупию или две. И мы поднялись вверх, чтобы увидеть замечательную панораму отрогов Кейпан. Это замечательные горы, где много снега. И нам ничего не хотелось больше видеть, кроме этой снежной горы. Вы и представить себе не можете, друзья мои, что это значило для меня, когда я поднялась в его дом, в дом Рериха. Там были профессор Рерих, госпожа Рерих и Юрий. Юрий, брат Святослава, был специалистом по санскриту. Он составил словарь тибетского, монгольского, английского и других языков, вышедший в одном томе. Мы поднялись прямо на вершину холма, откуда открывался вид на горную цепь. Там меня приветствовали госпожа Рерих и профессор Рерих, они приняли меня как дочь. Они были очень красивые, эти люди. Святослав устроил нам комнату внизу. Всю мебель он принёс из зала, красивую мебель, местной работы. Её перенесли в ту комнату, которая считалась моей. Не могу передать, какой мир переживала я там, как было прекрасно. Из моего окна была видна красивая горная цепь, другие горы, особенно Кейпан. Конечно, я никогда не ходила на Кейпан, потому что это было слишком далеко. Но всё же эти горы были частью моей жизни там. Нет в мире ничего более великолепного, да и люди там такие прекрасные. У них своя собственная музыка, у них свои трубы, и у них есть свои танцы, очаровательно красивые. Там, во всём Кулу, как вы знаете, 365 храмов, и все эти храмы принимали участие, приветствуя меня. Мы поднимались всё вверх и вверх, к дому Рерихов, где я была принята в семью. Мне кажется, что каждая частичка этого дома моя с самого детства. Утром все мы смотрели на горы. Окна были открыты, большие окна. Это было так прекрасно, и единственное, о чём я могу рассказывать много это горы.

Но я хочу вам сказать, что Индия столь прекрасна, там такая богатая растительность, такие хорошие люди, весёлые и красивые от севера до самого юга. Я смотрю на Волгу, великую реку России, и на Ганг, и надеюсь, что когда-нибудь они станут как братья, и будут вместе течь по до конца времён, встречая жизнь такой, как она есть, и ничто не сможет прервать дружбу между нашими странами, Россией и Индией. И живём ли мы на юге или на севере, в этом нет большой разницы. Сейчас я выступаю перед вами на юге, в Бангалоре, и люди здесь красивые, умные, добрые. Здесь мы встречаем много и русских. Русские, которых мы встречаем здесь, замечательные. Но к концу нашего пребывания здесь, когда Святослав умер, с нами очень плохо обращались. Они думали, что нам нет места в их стране. А мы принадлежали только России. Даже когда он умер, поведение этих людей было таким плохим. Это невозможно описать или даже подумать об этом.

[Голос Мэри Пуначи: “Кто, назовите имя”.]

Ну, эти друзья: Кадакин, Шапошникова. И ещё несколько человек. Они требовали от нас самые разные вещи. Даже когда Святослав уже умер, они считали, что имеют право владеть всем, что у него было. Это было очень недобро, честолюбиво. А я только что потеряла своего мужа. Я стояла там, глядела на них и думала ну как это можно быть такими жестокими. Мой муж только что умер, а они хотели от него разные вещи, какие-то мелкие вещи, принадлежавшие ему, о которых я мало что знала. Кадакин угрожал моей секретарше, мисс Мэри Джойс Пуначе, что он сожжёт её, если она откажется передать тело Святослава.

[Голос Мэри Пунача: “И вернет обратно Ваш в гробу, если Вы поедете с ним”.]

Да, его гроб отправится в Россию, а мой вернётся обратно в Индию, и я вернусь в свою страну уже мёртвой. Как справиться с этими людьми, которые занимают в своей стране высокое положение? Как они могли себя так вести, рассуждая о том, что мой гроб они привезут назад, а его гроб оставят в России?! Он ведь тогда ещё не умер. Как он умер, я не знаю. Но это была их идея, что мой гроб отправят в Индию, а его гроб должен быть в России. Невероятный ужас цивилизации, представить себе невозможно, как цивилизованные люди могут думать такое. Конечно, я всегда буду индуской, он будет русским, его примут и отслужат службу, потому что он принадлежит к русской православной церкви. Похороны были прекрасно организованы в моём поместье, пришли все жители деревни, и теперь его могила там.

[Голос Мэри Пунача: “И мы приглашаем всех посетить место его самадхи”.]

Пусть все издалека приезжают посетить место его самадхи. Ведь на самом деле он не умер, там его дух. Его дух повсюду в Индии, он любил Индию, он не может покинуть её. Вот почему, мои дорогие друзья, я хочу сказать, что я люблю и Россию, несмотря на жестокость этих людей, окружавших меня, когда умирал мой муж. Они хотели забрать его тело. И очень по-жестокому. И я благодарю Бога, что этого не случилось. Его тело осталось в Индии, гордой и прекрасной. Он вышел из очень древнего рода, и русские любили его, все русские его любили. А теперь я одна, далеко от Святослава, а может быть, его дух здесь. Мы верим в это. И мы с Мэри надеемся в честь его построить несколько храмов, несколько академий искусств и культуры по всей Индии, а также на Западе: в Париже, Лондоне, Нью-Йорке, где у них Музей Рериха и выставлены некоторые картины. Немыслимо, чтобы был музей Рериха без его картин. Так что, друзья мои, я желаю вам счастья. Я счастлива сказать вам, что мои чувства к России столь же хороши и свежи, как были всегда. И моя мечта в том, чтобы Ганг и Волга вместе текли через вечность, вечно свежие, вечно прекрасные. Таков мой привет вам, дорогие друзья. Да благословит вас Бог, хранит вас всегда, вас и вашу страну. Надеюсь, он благословит вас снова. Давайте надеяться, что эти реки будут течь вечно. Вот и всё, что я хотела вам сказать, и я надеюсь, что мы снова и снова будем встречаться каждый год. Мэри, моя секретарша, теперь мой товарищ, она присматривает за мной с любовью и заботой. Мы обе желаем всем вам любви, дружбы, понимания, такой дружбы, о какой знает только Господь. Да будет с вами всегда его благословение, да благословит он ваши реки, вашу землю. Никаких несчастий не должно быть, только хорошее. Да хранит вас Иисус Христос».

[См. оригинал этой видео-кассеты «Обращение Девики Рани Рерих к русским друзьям от 3.10.1993 г.» по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?t=553 Прим. ред.]

6.

24 января 2002 года в издательство «Сфера» поступило из МЦР ультимативное требование* приостановить публикацию дневниковых записей Е.И.Рерих, дать письменный отчет, какие именно дневниковые записи решено публиковать, располагает ли издательство разрешением Библиотеки колледжа в г.Амхерст (США) и письменным разрешением из Музея Н.К.Рериха в Нью-Йорке.
[* Данное письмо можно посмотреть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=23653#23653 Прим. ред.]

Таким образом, из требования МЦР следует, что принципиальное, правоустанавливающее значение для получения полномочий на опубликование материалов имеет наличие или отсутствие разрешений из названных выше колледжа и музея.

В связи с этим необходимо указать следующее:

А) 31 января 2002 года директор Музея Н.К.Рериха (г.Нью-Йорк) направил в издательство Сфера уведомление о том, что:

- материалы, выбранные из записных книжек Е.И.Рерих для публикации в книгах «Откровение» и «Высокий Путь», взяты из материалов, хранящихся в библиотеке Амхерст-Колледжа (США) и в архиве нью-йоркского Музея Н.К.Рериха (США);

- указанный Музей подтверждает разрешение, данное издательству «Сфера», на публикацию вышеназванных материалов в России;*

- указанный Музей имеет право решать вопросы о публикации названных выше материалов.

[* Данное письмо можно посмотреть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=23657#23657 Прим. ред.]

Б) Юристы Амхерст-Колледжа в официальном электронном письме главному редактору издательства «Сфера» - Д.Н.Попову от 20.02.02 подтверждают разрешение со стороны Колледжа (от 22 ноября 1996 г.) на частичную публикацию издательством «Сфера» материалов из хранящихся в его архиве тетрадей с рукописями дневниковых записей Е.И.Рерих.

В) 2 марта 2002 года Совет попечителей Музея Н.К.Рериха в Нью-Йорке направил в издательство Сфера официальное открытое заявление* о поддержке директора Музея в действиях, относительно ситуации, сложившейся вокруг издательства «Сфера».
[* Данное письмо можно посмотреть по следующему адресу: http://lebendige-ethik.net/forum/archiv/viewtopic.php?p=23666#23666 Прим. ред.]

Г) Представитель МЦР утверждает, что этот Центр располагает наряду с подлинными дневниками Е.И.Рерих ксерокопиями, подлинники которых хранятся в Амхерст-Колледже. Они были переданы г-же Л.В.Шапошниковой в конце 1991 года вице-президентом Музея имени Н.К.Рериха в Нью-Йорке г-жой К.Кэмпбелл-Стиббе, которая знала о позиции С.Н.Рериха относительно сроков публикации работ Е.И.Рерих и, якобы, была обеспокоена их возможной несвоевременной публикацией. И об этой позиции С.Н.Рериха не мог не знать также и Д.Энтин нынешний директор Музея имени Н.К.Рериха в Нью-Йорке. Действительно, из пояснений г-на Д.Энтина следует, что он, разумеется, прекрасно знаком с мнением Кэтрин Кэмпбелл-Стиббе (как президента руководимого им музея) по самым разным вопросам за многие годы. Они с ней, конечно же, часто обсуждали всевозможные проблемы. Фактически имеет место быть следующее.

В 1990 году, с учреждением Советского Фонда Рерихов, Музей имени Н.К.Рериха (г.Нью-Йорк) получил особую инструкцию С.Н.Рериха, который сообщил, что он передал в СФР огромный архив своих родителей со всеми необходимыми полномочиями и следует дать возможность этой организации проявить себя, построить рериховскую работу в стране (в том числе и издательскую) без всяких лишних помех. Поэтому С.Н.Рерих решительно просил не передавать для издания в СССР никаких архивных материалов в течение 1-2 лет, а по итогам этого срока он примет решение о дальнейших действиях.

Осенью 1990 года г-н Д.Н.Попов, будучи в г. Нью-Йорк по приглашению Музея имени Н.К.Рериха для рериховедческой работы, получил доступ к его архивным фондам и возможность копирования большого числа материалов, но без права на публикацию чего-либо в России. Запрет этот со стороны Музея оказался столь строг, что когда через полгода г-н Д.Н.Попов запросил разрешения предоставить для одного сборника в совершенно другом издательстве всего лишь несколько писем из переписки Е.И. и Н.К. Рерихов с В.К.Рерихом, то получил не только решительный отказ, но и очень строгое предупреждение.

В 1992 году С.Н.Рерих, видимо, посчитав, что прошедший срок вполне достаточен, снял с Нью-Йоркского музея наложенное ограничение с издающими группами в России. Когда г-н Д.Энтин обратился к С.Н.Рериху с просьбой выразить мнение по поводу того, какие из архивных материалов на его взгляд подлежат публикации, а какие не должны пока обнародоваться, С.Н.Рерих выразил мнение, что никаких специальных секретов больше не существует, и к проблеме публикаций надо подходить просто с позиции здравого смысла. Об этом г-н Д.Энтин указывает: осенью 1992 года Кэтрин Кэмпбелл и Д.Энтин рассматривали вопрос о публикации материалов из архива Музея Рериха (г.Нью-Йорк). У Кэтрин Кэмпбелл-Стиббе не было определенной позиции в этом, и они решили позвонить С.Н.Рериху, спросить его мнения и совета. С.Н.Рерих ответил: «Больше не должно быть никакой секретности. Все материалы должны быть доступны!»

Д) Представители МЦР в связи с подготовкой книг «Откровение» и «Высокий Путь» заявили, что издание этих записей явилось бы осквернением самого Сокровенного, что было у Е.И.Рерих... При этом те же представители не упоминают, что сам МЦР уже издал фрагменты как тех же самых материалов, так и других, не менее частных записей Е.И.Рерих, выпустил в свет сборник «У Порога Нового Мира», издает все письма Е.И.Рерих, включая наиболее личные записи, которые она сама удаляла из писем, изданных при ее жизни и под ее собственной редакцией. Таким образом, МЦР не видит никакой опасности в публикациях материалов частного характера, если они изданы самим Центром.

Одновременно Международный центр Рерихов много лет издает всё, что хочет и когда хочет, не спрашивая на это разрешения у владельцев материалов или авторских прав на их содержание. Так, год за годом Центр публиковал материалы, принадлежащие Музею Н.К.Рериха (г.Нью-Йорк), который не возражал, исходя из более высокой цели распространения информации о жизни и творчестве Рерихов.

Е) Г-жа Л.В.Шапошникова настаивает на том, что издание извлечений из дневников Е.И.Рерих произведено несвоевременно, с нарушением сроков, оговоренных Е.И.Рерих. Но на самом деле Е.И.Рерих сроков не устанавливала. В книге «У порога Нового Мира» (изданной МЦР) опубликовано письмо Е.И.Рерих от 23 февраля 1948 г. следующего содержания:

«Родные и любимые, каждая Ваша весточка - радость мне. Ведь духовное одиночество мое на Земле велико. Положение в мире может настолько измениться в ближайшем будущем, что невозможно сказать, где кто будет не только осенью, но уже летом. Многое должно разрешиться в последнем акте мировой драмы.
Безумное человечество несется в угаре вожделений, но нет места вожделениям там, где завершается судьба мира для нового построения. Как мало людей, кто понимает, что построение космическое не похоже на чаяния человечества. Все так высоко оценивают искусство Н.К. и подчеркивают мировое значение его разнообразной деятельности и влияние его не только на современные умы, но, главным образом, на будущие поколения. Одиночество уже начало тяготить его, ему хотелось деятельности и распространения нового сознания среди подрастающего поколения. Конечно, следовало бы посмотреть перевод всех книг Н.К. Знаю, как много там несуразного и даже неверного...
О многом надо будет побеседовать и многое привести в порядок. Наш Любимый любил давать и никогда не заботился, что будет с его творчеством и вещами, но мы должны всячески охранить его духовное наследство. Как к этому приступить, сейчас еще трудно решить, ибо даже хранение оставшихся его картин еще не может быть решено.
Весь Мир может оказаться в пламени пожара, где то место, которое окажется наиболее безопасным?... Массовое производство атомных бомб не спасет страну от осуждения. Наступают месяцы и годы разрушений и сведения вековых счетов, строительство отодвинулось на задний план, и тем духам, чаша которых переполнилась дарами, трудно уже удержать ее, чтобы она не была зря расплескана и затоптана. Им лучше переждать время безумия в мире Прекрасном, где они смогут еще укрепить свои идеи, чтобы потом тем лучше, тем ярче утвердить их среди неблагодарных землян.
Вот и я не увижу плодов собранного мною опыта. Книги эти будут лежать в хранилище, и, вероятно, раньше столетия никто не будет иметь к ним доступа. Успею ли привести в порядок записи Новой Науки, Новой Космогонии, которые сейчас собраны в виде филькиной грамоты. Армагеддон очень силен, и хотя мы уже в последней фазе его, все же много преступного совершается сторонниками темных сил».

Из текста письма следует, что Е.И.Рерих относительно своих записей (дневников) не установила никаких запретительных сроков. Ею, действительно, в качестве вероятности указано, что труды Н.К.Рериха не будут изданы до конца века.

Ж) В целях сохранности материалов для будущего, Е.И.Рерих вела дневник своих записей в двух экземплярах. Один экземпляр она передала на хранение в Нью-Йоркский музей Н.К.Рериха. Эти тетради находились на ответственном хранении у г-жи Нетти Хорш, как одного из руководителей музея. В 1935 г. супруги Нетти и Луис Хорши заявили о своем выходе из рериховского движения и незаконно присвоили себе большое собрание картин Н.К.Рериха, а также и тетради с рукописями Е.И.Рерих. 7 января 1936 года Е.И.Рерих написала З.Г.Фосдик:

«Несколько лет назад я просила Вас отдать г-же Нетти С.Хорш на хранение мои записи в тетрадях (датированные от 24 марта 1920 года и до 3 февраля 1935 года), причем эти материалы последовательно пополнялись. Все это я прошу Вас забрать и принять к себе на хранение до получения моих дальнейших указаний».

Получить обратно рукописи, присвоенные Хоршами, ей так и не удалось. Уже в конце 20-го века дочь Луиса и Нетти Хоршей, Ориола Хорш, передала дневники в Амхерст-Колледж, где они пребывают и до сих пор.

Представители Международного центра Рерихов ссылаются на письмо Е.И.Рерих (1936 г.), в котором она выражает тревогу за судьбу своих записей, которыми завладели З.Г.Лихтман, Ф.Грант, К.Кэмпбелл и М.Лихтману: «...вчера отправили Вам телеграмму, предупреждая, чтобы предатели не стали извращать и злоупотреблять манускриптами-тетрадями. Ведь манускрипты были даны лишь на хранение, а некоторые тетради были даже запечатаны. Потому, если бы предатели стали злоупотреблять извращением смысла, то они покажут этим и злоупотребление им доверенным на хранение имуществом. Наверное, адвокаты знают соответствующую статью закона, охраняющую имущество, доверенное на хранение».

Как видно из текста, в упомянутом письме Е.И.Рерих выражала свои опасения по поводу возможного искажения супругами Хорш ее записей с целью навредить ей, но не по поводу публикации (как утверждает г-жа Л.В.Шапошникова) этих материалов или части из них, как таковой, и уж тем более в далеком будущем.

Характерен также фрагмент из письма Е.И.Рерих к К.И.Стурэ от 29 мая 1936 года: «Не только шеры (акции) захвачены четою Хорш, но и все мои манускрипты-дневники за все 15 лет, которые я отсылала в Америку на хранение. Чтобы не вернуть их мне, они нагло утверждают, что я им подарила их. Но правдоподобно ли, чтобы весь литературный материал, собираемый за столько лет, из которого много еще не опубликовано, был бы подарен мною лицам, которые даже не знают языка (русского), [на] котором этот литературный материал написан!!!»

Из текста видно, что Е.И.Рерих была возмущена захватом частными лицами ее еще не опубликованных рукописей, которые в принципе, со временем, должны были быть опубликованы. В дальнейшем Е.И.Рерих передавала продолжение тетрадей со своими записями г-же К. Кэмпбелл-Стиббе, которая была президентом музея Н.К.Рериха в г.Нью-Йорк. После смерти г-жи Кэмпбелл-Стиббе эти рукописи перешли непосредственно в архив музея. Выше отмечено, что в письме от 7 января 1936 года Е.И.Рерих сообщила З.Г.Фосдик о том, что даст ей дальнейшие указания о судьбе дневников.

В 1948 году Е.И. Рерих написала З.Г. Фосдик о том, что она предоставляет ей и мужу (Д.Фосдику) права на публикацию книг Учения Живой Этики в Америке и Европе. Г-жа З.Г.Фосдик передала все свои права руководимому ею Музею Рериха (г.Нью-Йорк). Нынешний директор музея имени Н.К Рериха (г.Нью-Йорк) г-н Д.Энтин получил заключение экспертов по авторским правам, что у музея есть гораздо больше оснований, чем у любой другой стороны, претендовать на права на дневники Е.И.Рерих, хранящиеся в Амхёрст-Колледже.

В начале 1990 года г-жа Л.В.Шапошникова получила (в свете вышеизложенного — при довольно сомнительных обстоятельствах) среди прочего от С.Н.Рериха экземпляр дневников Е.И.Рерих (другой экземпляр которых Е.И.Рерих когда-то отсылала в Америку). В июне 1990 г. г-жа Л.В.Шапошникова посетила г-жу К.Кэмпбелл-Стиббе, которая рассказала о значении дневников Е.И.Рерих, сообщила о желании Елены Ивановны не публиковать их до конца ХХ века.

В конце 1991 года нью-йоркский Музей Н.К.Рериха заказал и принял на архивное хранение копию хранившихся в Амхерст-Колледже дневников Е.И.Рерих. Именно с этого материала Музей сделал копию для издательства «Сфера», которую директор музея - г-н Д.Энтин передал издательству с согласия Амхерст-Колледжа для частичной публикации в России. Также Нью-Йоркский Музей Н.К.Рериха передал издательству «Сфера» копии с тех дневников Е.И.Рерих, рукописи которых хранятся в архиве самого Музея.

Совокупность изложенных обстоятельств является необходимой и достаточной для утверждения и вывода о том, что:

- руководители издательства «Сфера» не нарушали авторских прав Международного центра Рерихов и г-жи Шапошниковой Л.В. и заведомо не могли их нарушить, так как указанные авторские права на литературное наследие Рерихов им не принадлежат и не подтверждены в судебном порядке;

- в действиях руководства издательства «Сфера» нет таких признаков состава умышленного преступления, предусмотренного статьей 146 УК РФ, как незаконное использование объектов авторского права, наличие умысла на незаконное издание и незаконное распространение чужого произведения, причинение крупного ущерба.

Принимая во внимание приведенные фактические и юридические основания, в целях обеспечения принципа всесторонности, объективности и полноты следствия заявляем ходатайство о:

- производстве выемок упомянутых выше аудио и видеозаписей, документов, упомянутых в ходатайстве;

- производстве допросов в качестве свидетелей лиц, упомянутых в ходатайстве о событиях и действиях, также упомянутых выше и имеющих существенное значение для установления истины по делу;

- назначении лингвистической экспертизы волеизъявлений от имени С.Н.Рериха по вопросу: имеются ли лингвистические, стилистические признаки, указывающие на составление текста лицом, от имени которого подписаны документы;

- назначении почерковедческих экспертизы упомянутых выше в тексте документов за подписями от имени С.Н.Рерих и Девики Рани по вопросам, выполнены ли подписи С.Н.Рерихом, Девикой Рани; выполнены ли подписи женщиной или мужчиной; выполнены ли подписи в необычных условиях; имеет ли исполнитель навыки письма на русском или других языках;

- назначении экспертиз по исследованию перечисленных выше документов по вопросам: имеются ли на них следы вдавленных текстов (подписей), на каком печатном устройстве выполнены машинописные тексты, имеющиеся в документах, к какому типу, виду бумаги относятся листы, на которых выполнены тексты документов.

Директор Издательства «Сфера»: Пилишек С.В.
Директор Издательства Духовной Литературы: Волков А.Б.

  

Какой вопрос рериховедения вы считаете наиболее важным? (можно выбрать несколько пунктов, но один раз)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
Всего голосов:
Первый голос:
Последний голос: