Содержание

От редакции сайта "Живая Этика в мире"

Приложение 1. Аудиозапись выступления Л.В. Кудряшовой "О ситуации вокруг МЦР"

Приложение 2. Заявление Л.Кудряшовой "Не могу молчать"

Приложение 3. Реакция рериховской общественности  на заявление Л.В. Кудряшовой

Приложение 4. Заявление Л.Кудряшовой "Ответы на вопросы по статье «Не могу молчать»"

 

* * *

 

От редакции сайта "Живая Этика в мире"

 

В конце этого лета на сайте Симферопольского рериховского общества,[1] которое возглавляет с 1991 года Кудряшова Ларина Владимировна,[2] была опубликована аудиозапись выступления Кудряшовой перед собранием общества на тему "О ситуации вокруг МЦР".[3] Данное общество является коллективным членом Международного Центра Рерихов (далее − МЦР), а его председатель − членом МЦР. Поэтому Л.В.Кудряшова знает ситуацию как вокруг МЦР, так и внутри МЦР, и при том не понаслышке. Данная аудиозапись приводится ниже в приложении 1 с целью, чтобы оно не пропало, если автор захочет его уничтожить, что было много раз с другими людьми, которые осмеливались выступить против МЦР (вспомним хотя бы Зорина). В своём выступлении Л.В.Кудряшова откровенно рассказывает об актуальных проблемах МЦР. По всей видимости, поначалу не было желания сделать это рассказ публичным, поэтому сохранилось его доверительность.

После публикации этой аудиозаписи, которая по понятным причинам пользовалось огромной популярностью, 9 сентября последовало письменное заявление Л.В.Кудряшовой под названием "Не могу молчать".[4] Оно было опубликовано на том же сайте Симферопольского РО. Данное заявление представляет по сути изложение июньского выступления Л.В.Кудряшовой с небольшими дополнениями. Мы перепечатываем его с теми же целями как и аудиозапись в приложении 2.

Вслед за публикацией Л.В.Кудряшовой "Не могу молчать" в рериховских группах на фейсбуке развернулись жёсткие дискуссии по поводу этого выступления. Некоторые комментарии из этих диалогов мы приводим в приложении 3. Это лишь малая часть обширной полемики на этот счёт. Если читатель захочет углубится в эти дискуссии или сам принять в них участие, то он сможет это сделать, пройдя по указанным в ссылках адресам.

Через несколько дней после публикации заявления "Не могу молчать", а именно 14 сентября, Л.В.Кудряшова опубликовала следующее заявление под названием "Ответы на вопросы по статье «Не могу молчать»", в котором она продолжила ранее начатую дискуссию на тему актуальных проблем МЦР. Текст этого заявления мы перепечатываем для сохранности в приложении 4.

Для полноты картины, дадим немного информации о деятельности Л.В.Кудряшовой.

 

 Фото. Л.В.Кудряшова читает лекцию в стенах Симферопольского

художественного музея, 2015 г. (Источник.[5])

  • L.V.Kudryashova_1
 

По своей профессии, Л.В.Кудряшова является профессиональным музейным работником, которая с 2006 по 2016 года занимала пост директора Симферопольского художественного Музея.[6] В этой связи его критика музейной деятельности МЦР имеет полновесную цену.

Как уже говорилось выше, Л.В.Кудряшова с 1991 года и по сей день возглавляет Симферопольское городское рериховское общество. С самого начала образования МЦР она являлась его сторонником. По словам бывшего зам.директора МЦР по строительству, Н.Макаренко, Л.В.Кудряшова внесла огромный вклад в реставрацию усадьбы Лопухиных и создание музея Рерихов.[7]

 

Фото. Л.В.Кудряшова получает премию от МЦР, 2008 г. (Источник.[8]

  • L.V.Kudryashova_2

 

Л.В.Кудряшова активно участвовала во многих мероприятиях МЦР, за что была не раз награждаема различными медалями и призами МЦР.[9] Все эти годы Л.В.Кудряшова была верным исполнителем воли МЦР, даже если эта воля имела карательный характер. Так к примеру, в 2014 году Л.В.Кудряшова вошла в инициативную группу под руководством Украинского отделения МЦР, в задачи которой входило бороться с оппозиционными рериховцами с помощью патента МЦР на символику Знамени Мира. Цитата из Решения Международного Совета Рериховских организаций от 10 июля 2004 г.:

"В Международном Центре Рерихов 9-10 июля 2004 г. состоялось заседание членов Международного Совета Рериховских организаций из России, Украины, Республики Беларусь, Эстонии при участии председателя Симферопольского городского Рериховского общества Л.В.Кудряшовой. Тема встречи: «Проблемы Содружества Рериховских организаций на Украине и пути их решения. Защита наследия Рерихов».  Участники заседания высказали в своих выступлениях озабоченность по поводу ситуации, которая сложилась в Рериховском движении Украины. <...> Участники заседания Международного Совета Рериховских организаций выработали основные направления действий Инициативной группы в Украине:

<...> В связи с тем, что Международный Центр Рерихов зарегистрировал знак «Знамени Мира», Рериховским организациям Украины провести в своих регионах мониторинг всех организаций и групп, использующих имя и символику Рерихов, результаты передать в Отдел по связям с Рериховским движением МЦР, копии – в Международный Совет Рериховских организаций и Украинское отделение МЦР. <...>

Составить списки организаций, которые в своей деятельности следуют принципам, изложенным в документах Международного Содружества Рериховских организаций и Декларации Рериховского движения, для подтверждения со стороны Украинского отделения МЦР прав Рериховских организаций на имя и символику Знамени Мира.

Составить списки псевдорериховских организаций, профанирующих идеи Рерихов. Предпринять необходимые действия по освещению негативной деятельности этих организаций в СМИ, а также,  извещая о них регистрирующие органы и администрации городов, поставить заслон по использованию ими имени и символики Рерихов".

Решение это было принято в Москве в здании усадьбы Лопухиных. И после всего этого мракобесия и доносительского безумия, проходившего под Знаменем Мира, сегодня сторонники МЦР упрекают руководство нового государственного музея Рерихов за то, что они сняли флаг с символикой Знамени Мира, которое запатентировано МЦР в качестве торговой марки.[10]

 

Фото. Л.В.Кудряшова, МЦР, 2016. (Источник[11]

  • L.V.Kudryashova_3

После закрытия Мастербанка в конце 2013 года, Л.В.Кудряшова активно включилась в компанию по защите директора этого опального банка, Б.И.Булочника, который был многолетним и щедрым спонсором МЦР. В своей статье "Прекратите публичную расправу над меценатом!" Л.В. Кудряшова пишет: "... я благодарна судьбе за то, что она свела меня с такими замечательными людьми, как Борис Ильич и Надежда Михайловна, его супруга. Преданное и беззаветное служение культуре, которое они являют, вызывает глубокое уважение и гордость за то, что такие люди есть".[12]

А в статье "Наша культура нуждается в меценатах!" Л.В.Кудряшова восклицает:  "Пусть будут такие люди как Б.И.Булочник, не мешайте им – ведь наша культура нуждается в меценатах!"[13]

Только в этом году из под пера Л.В.Кудряшовой вышли две статьи в защиту МЦР: "Общественному Музею Н.К. Рериха – быть!"[14] и "О будущем российской культуры".[15] В последней статье она пишет: "Трудно не признать, что система управления культурой безнадежно устарела и переживает серьезный кризис. За последние годы в нашей стране произошло много позитивных перемен, но, к сожалению, они не коснулись сферы культуры. Культурой по прежнему руководят в худших традициях советского периода".

Эти слова Л.В.Кудряшова написала после своего увольнения с поста директора Симферопольского музея, наверняка, как знак благодарности за то, что она 2 года получала зарплату от этой самой системы управления российской культуры, от этого самого государства, которое рискуя быть втянутым в военный конфликт, спасло Крым (в том числе город Симферополь и его жительницу Л.В.Кудряшову) от украинских бендеровцев. Это к слову о чувстве благодарности Л.В.Кудряшовой, которое дало трещину не только по отношению к Минкультуры РФ...

 

Фото. Л.В.Кудряшова по одну сторону с руководством МЦР, 17.03.2015. (Источник[16]

  • L.V.Kudryashova_4

В последние годы Л.В.Кудряшова принимала активное участие в акциях МЦР, направленных на защиту интересов МЦР через сторонние масс-медиа. Так, в 2015 году она участвовала в пресс-конференции, которая состоялась 17 марта в издательском доме «Московский комсомолец».[17] На этом мероприятии Л.В.Кудряшова сидела за одним столом со Стеценко, Фроловым, Журавихиным, Черкашиной и другими членами руководства МЦР. Следует задать вопрос: если бы тогда Л.В.Кудряшова сделала своё заявление, которое она сделала сейчас, может быть было бы всё по-другому?

Несмотря на свои разногласия с нынешним руководством МЦР, Л.В.Кудряшова до настоящего момента почтительно высказывается о прежнем руководителе МЦР − Л.В.Шапошниковой. Так, совсем недавно, в 2016 году, Л.В.Кудряшова, доктор некому не известной киевской "Академии управления персоналом", выступала с докладом в стенах МЦР:

"Выступление Ларины Владимировны Кудряшовой – председателя Крымской региональной культурно-просветительной общественной организации «Общество Рерихов», доктора философии, было посвящено рассмотрению творческого наследия Людмилы Васильевны Шапошниковой, обзору ее литературных и научно-философских трудов. Все ее труды были и остаются настоящим кладезем мудрости и неиссякаемым источником высокой Красоты и Знания. Все книги, подчеркнула Ларина Владимировна, отвечали энергетике момента, того отрезка времени, в который они создавались".[18]

Интересно было бы узнать у Л.В.Кудряшовой насколько отвечали "энергетике момента" книги Л.В.Шапошниковой "Тайна племени голубых гор" (1969) и "Годы и дни Мадраса" (1971), в которых она унижает Е.П.Блаватскую?[19]

Напоследок стоит упомянуть ещё об одной "заслуге" Л.В.Кудряшовой. Нещадно критикуя руководство МЦР, доведшее эту организацию до "подзаборного" состояния, нужно вспомнить, что Л.В.Кудряшова была одним из сторонников идеи передачи рериховского наследия за границу. Так, в своём письме президенту РФ, В.В.Путину, Л.В.Кудряшова писала ультимативным тоном:

"В 2016 г. Коллегия Министерства культуры РФ приняла решение о создании в Усадьбе Лопухиных государственного Музея семьи Рерихов – филиала Музея искусства народов Востока. Таким образом, творчество всемирно известного русского художника стало частью искусства народов Востока, а действующий общественный музей, созданный С.Н. Рерихом, нежелательным арендатором. Кроме вышеуказанного Министерство культуры РФ предпринимает попытки дезавуировать его завещание. Если это удастся, то наследие семьи Рерихов придется вернуть в Индию".[20]

Как помнит читатель, именно после этих писем с угрозами в адрес президента РФ передать наследии в Индию, а также подобного открытого заявления юриста МЦР,[21] государство было вынужденно форсировать события по обеспечению безопасности рериховского наследия.

Из всего вышесказанного, читатель видит, что Л.В.Кудряшова сама внесла немалую лепту в то бедственное положение МЦР, в котором оно находится сейчас. Поэтому чести ей за нынешнее выступление мало, ибо для МЦР всё уже решено и нет никаких надежд что-то исправить. Поезд ушёл... Нынешний демарш Л.В.Кудряшовой говорит лишь о том, что ряды МЦР продолжают редеть.

 

А.Люфт

15.09.2017

 

* * *

 

Приложение 1

Аудиозапись выступления Л.В. Кудряшовой "О ситуации вокруг МЦР"

 

* * *

 

Приложение 2

Заявление Л.Кудряшовой "Не могу молчать"

 

На официальном сайте Крымской региональной культурно-просветительной общественной организации «Общество Рерихов» была размещена лекция, прочитанная в июне нынешнего года. В связи с тем, что события вокруг Музея им. Н. К. Рериха стремительно развивались у сотрудников нашей организации накопилось много вопросов по поводу произошедшего. После завершения летнего цикла лекций аудиозаписи разместили на сайте. Поскольку данный материал вызвал большой интерес у пользователей Интернета, решили разместить текстовой (расширенный) вариант и в отдельном файле аудиозапись.

Мы все прекрасно знаем о произошедших в МЦР событиях из СМИ, Интернета и от сотрудников МЦР. Поэтому хотелось бы не просто пересказать произошедшее, а сделать некоторый анализ, потому что на все есть свои причины.

Мы с вами знаем о том, что Людмила Васильевна ушла, оставив после себя, со слов А.В. Стеценко, преемника, имя которого не было оглашено и сокрыто по сей день. Мы не знаем, кто этот человек и не будем фантазировать на эту тему. Нам сообщили, что Людмила Васильевна собиралась прожить еще 2-3 года, поэтому преемника объявят после указанного срока. К слову, сама Людмила Васильевна, когда речь зашла о предстоящем 90-летнем юбилее, прервала разговор словами: «Я не доживу». Это очень деликатная тема. Можно ли категорично утверждать сроки, ведь «не знаете ни дня ни часа». Потом нам рассказывали о том, что с преемником не могут связаться по причине нехватки времени, позже эту задачу осложняла «очень сложная международная обстановка, теракты…» (со слов А.В.Стеценко на общем собрании сотрудников МЦР, на котором присутствовала лично). С течением времени версии постоянно менялись. Затем вопросы о преемнике стали называть «провокационными», дополняя рассказами о том, как Людмила Васильевна готовила нынешнее руководство к важной миссии. При этом А.В.Стецеко «забывал» упомянуть о том, что незадолго до ухода она понизила его в должности, на что были веские причины. Постепенно происходила подмена. Говоря о преемнике, А.В. Стеценко в разное время использовал местоимения «она», «он» и словосочетание «этот человек». Тогда вопросы возникли у многих, но говорить об этом публично после исключения М.Н. Чирятьева, который спрашивал в том числе о преемнике, желающих было немного.

Если волей Людмилы Васильевны пренебрегли, значит либо преемник не устраивал, либо «порулить» захотелось, или была большая уверенность в собственных силах, возможно еще какие-то причины. Но, ведь, духовная преемственность – особое явление. Это звенья одной иерархической цепи. Что бывает, если кто-то решил ее прервать, рассказывать нашей аудитории нет необходимости. О своей «однофамилице» говорила Е.И. Рерих, и как радовались ее ближайшие ученицы, когда «появилась» в рериховском пространстве Людмила Шапошникова. Сейчас должности Людмилы Васильевны распределили, причем, назначая на должность и.о. директора Н.Н. Черкашину, Александр Витальевич охарактеризовал ее так: «…здесь (имелся в виду Музей) все сделано руками этого человека». А.В. Стеценко не может помнить процесс реставрации, поскольку пришел в Музей позже. Н.Н. Черкашина тоже не принимала участия в реставрации. Прошло всего чуть больше месяца со дня смерти Людмилы Васильевны. Посмел бы он при ее жизни и в ее присутствии произнести такую фразу? Подобные фразы звучали и не вызывали у слушателей из числа рериховцев, лояльных МЦР, вопросов. К ним привыкали.

Однозначно, что события вокруг Музея развивались иначе, если бы воля Людмилы Васильевны была исполнена. Принимались бы иные решения, были бы иными последствия. Но в МЦР сложилась ситуация, когда люди, стремившиеся к власти, получили ее. И как бы не открещивалось нынешнее руководство от властолюбия, сотрудники МЦР прекрасно знают многочисленные острые сюжеты, связанные с этим многолетним процессом. На совести А.В. Стеценко, П.М. Журавихина, Н.Н. Черкашиной немало сотрудников, которых они выставили за стены Музея в борьбе за власть. Сколько порядочных людей они оклеветали…

К 2015 году вокруг Музея сложилась очень серьезная ситуация. Хотя мы с вами знаем, что такое сильное напряжение было всегда, начиная с момента передачи Наследия. Вспомните, как Людмила Васильевна его перевозила, сколько было желающих его получить, сколько было клеветы, грязи, лжи в ее адрес. Да она просто рисковала жизнью, когда перевозила Наследие, и, казалось бы, только немного-немного страсти улеглись… 93-й год - уходит из жизни Святослав Николаевич и начинается новая эпопея. В этот процесс включилось государство в лице Черномырдина, главы Правительства. Далее последовали суды. Пытались забрать Наследие, отнять Усадьбу, но Людмила Васильевна смогла тогда удержать ситуацию. Потому что было уравновешено духовное и материальное в этом человеке. Была соблюдена духовная преемственность… И даже, когда она была в уже очень преклонном возрасте, ушла она на 90-м году жизни, никто не смел делать то, что было сделано сейчас. Она держала ситуацию своим авторитетом, духовной силой. Она была величиной и для представителей Министерства культуры, и для музейщиков. А когда ее не стало, ее место попробовали занять люди, которые не очень состоялись в этой жизни как личности. Стремление к власти обычно и происходит в таких случаях. Своего рода компенсация. Хотя мы все имеем Книгу о жертве…

Когда говорилось о воле Святослава Николаевича, то обычно упоминалось лишь то, что было удобно. Остальные его распоряжения оставляли без внимания. Да, он завещал, чтобы Музей был общественным - это действительно так, он об этом и говорил, и писал. Но он также говорил, что сотрудники Центра «должны отвечать самым высоким нравственным и профессиональным требованиям» (“Медлить нельзя”).

Если говорить о профессионализме, то, это не всегда наличие диплома. Самообразования никто не отменял. В нашем Музее было много людей, которые обрели в процессе работы ценнейший опыт, знания, навыки, несмотря на то, что изначально имели другую профессию. Но, к сожалению, нынешнее руководство не обременяло себя необходимыми для работы знаниями. Так, например, В.В. Фролов даже не догадывался о полном круге своих обязанностей на посту заместителя директора музея по научной работе согласно действующей в России законодательной базе. Нам очень долго А.В. Стеценко внушал мысль, что все наши проблемы от того, что «мы слишком хорошо работаем».

Мне пришлось ознакомиться с состоянием дел в фондах. Я не открываю никакой тайны. МК имеет на руках акты проверок, только рериховцы не знают истинного положения дел и их продолжают вводить в заблуждение. Фондовая работа в Музее велась с грубыми нарушениями. Связаны они с отсутствием, в том числе, необходимых профессиональных знаний и знания законодательной базы в музейном деле. В своих многочисленных выступлениях А.В. Стеценко не раз говорил о том, что Минкульт не хочет ставить на учет наши картины и неоднократно возвращал документы, но он не говорил о причинах возврата документов. Пишу о них, поскольку ознакомилась с «отказными» документами. Фондовые работники МЦР, о которых нам говорили как о «профессионалах высочайшего уровня», почему-то не вели инвентарные книги (они должны быть обязательно), поэтому не могли указать номер, под которым должно было числиться произведение; велся двойной учет (под одним номером числилось два разных предмета, например картина Н.К. Рериха и картина современного художника числились как одна единица хранения в разных книгах поступлений); при заполнении единой формы, предусмотренной МК для постановки на учет музейного предмета, в графе «описание» вместо подробного словесного описания картины, которое позволяет ее атрибутировать, был указан жанр (портрет, пейзаж); в графе «сохранность» отсутствовало описание состояния сохранности произведений искусства, чаще всего оно ограничивалось словом «удовлетворительное» (что не допустимо, поскольку не позволяет в процессе хранения и экспонирования выявить динамику негативных изменений музейных предметов) или кратким описанием с использованием жаргонизмов (что недопустимо в официальных документах); должности главного хранителя и и.о. директора совмещал один человек, Н.Н. Черкашина (такое совмещение запрещено действующей в России музейной инструкцией с целью обеспечения двойного контроля). Документацию в подобном виде не приняли бы ни у одного государственного музея. Один из экспертов, подписавший наши документы был лишен этого звания. Самое ужасное это то, что Н.Н. Черкашина активно сопротивлялась тому, чтобы привести документацию в порядок и отстаивала свою безграмотность. Одна из сотрудниц фондов за несколько недель до событий 7-8 марта свое нежелание что-либо менять объяснила фразой: «Все рано скоро все заберут».

Можно ли такую работу назвать слишком хорошей? Это профессионализм, о котором писал С.Н. Рерих или его отсутствие? Это выполнение его воли или нарушение? Что отвечала Н.Н. Черкашина Людмиле Васильевне на вопросы о состоянии фондов? Она говорила ей правду или ...? В данном случае МК просто не имело права принимать документы для постановки на учет произведений в подобном виде. Теперь за то, что произведения не были поставлены на протяжении многих лет (за исключением небольшого количества) на учет ни как музейные предметы, ни как материальные ценности, нас оштрафовали на 59 миллионов рублей. Штраф нужно оплатить до 29 сентября. В этой ситуации у нашего руководства опять виноваты все вокруг кроме тех, кто должен был наладить эту работу и контролировать ее выполнение, а именно А.В. Стеценко, Н.Н. Черкашина и В.В. Фролов. Помните, в ТАСС состоялась пресс-конференция, где, обращаясь к сотрудникам МЦР, предложили попросить у руководства результат проверки фондов? Эти акты в полном объеме не выкладывали на всеобщее обозрение. Причина ясна.

В любой сфере деятельности результат зависит от нравственных качеств, профессионализма и личной ответственности перед тем, чем человек занимается. Видимо, пришло время отвечать. К сожалению, за нарушение воли Святослава Николаевича и Людмилы Васильевны мы платим очень высокую цену...

Святослав Николаевич также говорил, обращаясь к членам Правления Советского Фонда Рерихов 28.11.1989г. о необходимости «организовать собственные предприятия» для обеспечения финансовой самостоятельности. Предприятий этих не было создано. Людмила Васильевна собирала несколько совещаний, говорила о необходимости самофинансирования еще до ситуации, возникшей с Мастер-Банком. Соответствующие поручения Людмила Васильевна давала неоднократно, но выполнено ничего не было. Здесь уже мера ответственности А.В. Стеценко. Почему ее распоряжения не выполнялись? Неумение крепко стоять на своих ногах обернулось падением. Но привычка, что обязательно кто-то извне что-то даст осталась и укоренилась глубоко, как и привычка жить на широкую ногу. Деятельность нашего Центра в статье оплаты коммунальных услуг последнее время базировалась на тех пожертвованиях, которые перечисляли сотрудники рериховских обществ, как и издание многих книг, реставрация портрета Н.К. Рериха и т.д. Надо сказать, что все активно помогали, всем миром, в том числе и рериховцы Крыма. Последние полтора года мы провели довольно много времени в Москве и, к сожалению, вынуждены были констатировать, что часто нерачительно тратили пожертвования, не по-хозяйски. В качестве примера приведу ситуацию, которая произошла еще при жизни Людмилы Васильевны. По рекомендации П.М. Журавихина была привезена из-за рубежа (а это очень серьезные расходы) провальная выставка низкого профессионального уровня, которую Людмила Васильевна, увидев, тут же распорядилась убрать. Но деньги были потрачены. Возместил ли их Павел Михайлович, отчитался об их использовании перед теми, кто надеялся, что крупная сумма будет потрачена рачительно? Сегодня мы снимаем офис и склад в центре Москвы, чтобы, как сказал А.В. Стеценко: «…не терять историческую связь с Центром». И снова ни у кого это обстоятельство не вызвало вопросов. Это жизнь по средствам? Неужели место нахождения офиса и склада каким-то образом влияет на качество принимаемых решений? А на плечи рериховских обществ легла дополнительная финансовая нагрузка.

Еще один важный момент, который необходимо отметить: Людмила Васильевна обладала таким качеством как подвижность. Когда министром культуры был А.А. Авдеев, она смогла его убедить в необходимости принятия очень важного решения, которое позволило бы выполнить в сложившихся обстоятельствах волю С.Н. Рериха. Мы знаем, что к тому времени уже было принято решение суда о том, что МЦР является правопреемником Советского Фонда Рерихов и о том, что он является собственником Наследия Рерихов, включая 288 картин, которые находятся в Музее Востока. Мы помним справку А.А.Авдеева для Правительства (09.04.2012г) о коллекции С.Н. Рериха, находящейся в Музее Востока. В предпоследних абзацах черным по белому написано: «В ходе встреч в Минкультуры с директором Музея Востока А.В. Седовым и уполномоченным Вице-президентом МЦР А.В. Стеценко достигнута договоренность о том, что после завершения нотариальных действий будет заключено соглашение о партнерстве между МЦР и Музеем Востока. В документе будут прописаны принципы музейного сотрудничества по хранению, взаимному использованию и экспонированию картин Рерихов. 7 апреля 2012 года Международный Центр Рерихов сделал официальное заявление (прилагается) о том, что коллекция Рерихов, владельцем которой становится МЦР, и далее будет оставаться в составе Музейного Фонда Российской Федерации». Текст упомянутого приложения найти ни в одном изданий МЦР мне не удалось.

Людмила Васильевна приняла такую форму сотрудничества, учитывая сложившиеся обстоятельства, хотя по букве оно не соответствует воле С.Н. Рериха, но по сути таковым является. Ведь, если предметы включены в музейный фонд, их передачу можно осуществлять только внутри самого фонда (например, от одного государственного музея другому), но изъять полностью такую ценную коллекцию невозможно. Таким образом, относительно картин, находящихся в Музее Востока, было принято соломоново решение. Здесь вопрос к А.В. Стеценко, на который он уже отвечал, но очень расплывчато и неубедительно. Почему на основании решения суда (от 24 ноября 2011г) он не оформил нотариально право собственности на архив и Наследие Рерихов? (А.А. Авдеев занимал должность министра до 21 мая 2012г). Небольшое отступление. Сотрудники, которые давно работают в МЦР, помнят собрание, на котором А.В. Стеценко сделал подробное расследование о недочетах в работе В.Б. Моргачева (тогда вице-президента МЦР), связанных с несвоевременным оформлением документов. Перед собранием Людмила Васильевна пригласила меня к себе и попросила, чтобы я публично поддержала В.Б. Моргачева, то же самое сделала на собрании и она. Прозвучал разгромный доклад А.В. Стеценко о допущенной халатности. Масло в огонь, видимо, добавляло стремление занять место вице-президента. Людмила Васильевна, следуя принципу «Не делайте себе врагов», постаралась смягчить ситуацию и это получилось. Вспомнила об этом не случайно. Где разгромный доклад о непростительной халатности в отношении нотариального оформления права собственности на Наследие Рерихов? Или о неоформленных документах на 5 строение? А.В. Стеценко сам публично сказал, что просто забыл их оформить, поскольку здание предназначалось под снос. И опять ложь. Даже если здание подлежит сносу, чтобы получить разрешение на снос, здание в любом случае должно быть оформлено, указано на генплане территории со всеми необходимыми параметрами. Сносить можно только то, что существует.

Помните, о предложениях по совместному существованию в Усадьбе двух музеев: общественного и государственного. Предложения были составлены совместно с сочувствующими нам музейщиками и экспертами и направлены мною А.В. Стеценко перед общим собранием 25 марта в качестве предложений. Ему текст не понравился, а Т.А. Иванова сказала, что, если я озвучу эти предложения, то буду подвергнута «жесткому остракизму». Учитывая отрицательное отношение руководства к предложениям, они не были озвучены. Впоследствии оказалось, что целый ряд пунктов, которые были там прописаны, рассматривались Министерством культуры в качестве варианта сотрудничества. В МК были согласны на то, чтобы наш Музей оставался на втором этаже в качестве общественного и МЦР оставался бы в Усадьбе. На первом этаже необходимо было расширить экспозиционную площадь за счет ликвидации кабинетов с временными перегородками. Административная часть располагалась бы во флигеле. Но опять-таки, наша неподвижность в патовой ситуации привела к тому, что мы вообще ничего не имеем. Теперь мы за забором.

Мы помним из истории Отечественную войну 1812 года. Кутузов принял решение сдать Москву. Это было очень тяжелое решение, вызвавшее острое неприятие на военном совете в Филях. Но это была суровая необходимость, чтобы сохранить армию и выиграть войну. Мы оказались в аналогичной ситуации. Да, где-то нужно было уступить, пренебречь своими амбициями, но сохранить Музей. В инвентаризационную комиссию никто из наших сотрудников не вошел. К Музею доступа не имеем и регулярно читаем, благодаря энтузиастам, сводки о том, что прошло на территорию столько-то человек, среди них 30 или 20 неизвестных. Мы потом встречались с представителем инвентаризационной комиссии и узнали, что Государственный Музей Востока приглашает специалистов из Российского центрального государственного архива, и они работают в архиве Музея. Профессионалы приходят и делают инвентаризацию. Музейщики сами сделали сверку в фондах, в мемориальной библиотеке работали специалисты из библиотеки им. Л.Н. Толстого и им. В.И. Ленина. Они не относятся к нам предвзято, просто выполняют сверку. К сожалению, зафиксировано и в архиве много несоответствий, связанных с учетом и хранением документов, как и в фондах. А еще была попытка сохранить частично экспозицию. Но наше руководство отказалось общаться и на эту тему. Т.А.Иванова предложила мне написать статью о существующей экспозиции, чтобы ее сохранить. На это предложение я ответила, что для этой цели необходим диалог с противоположной стороной, а не статьи. Мне возразили, что с такими людьми, которые сейчас в нашем Музее невозможно общаться. В результате мы полностью устранились от всех процессов. Когда А.В. Стеценко и адвоката МЦР приглашали войти в Музей, чтобы участвовать в событиях 29 апреля, Александр Витальевич стал настаивать, что пойдет только с журналисткой (пересмотрите эти кадры хроники), а, когда ворота закрыли, он тут же начал возмущаться, что его, как руководителя, не пустили. При этом адвокат МЦР прошла на территорию и достойно выполняла свою работу.

Много мелкой лжи звучит от А.В. Стеценко. Когда человек лжет, он часто забывает, что говорил ранее. Поэтому нередко звучит несколько версий по поводу одного и того же факта. После событий 7-8 марта руководство на пресс-конференции сообщило, что их не допустили к процессу, на самом деле они там присутствовали, о чем свидетельствуют фото, выложенные в Интернете. На них П.М.Журавихин и А.В.Стеценко наблюдают за происходящим в зале С.Н. Рериха. И подписывали акты не уборщицы, а те, кому это положено. Некоторые просто сами ушли в свои кабинеты. Если наше руководство обвиняет противоположную сторону во лжи, почему оно само не брезгует теми же методами?

За долгие годы мы настолько привыкли доверять Людмиле Васильевне, каждому ее слову, что автоматически перенесли свое доверие на нынешнее руководство. Мы перестали сами критически осмысливать ситуацию. На поверку оказалось, что рериховское движение еще очень незрелое (мы не отделяем себя от него, мы его часть). Незрелым в плане восприятия ситуации, самостоятельного, независимого мышления, что позволило А.В. Стеценко легко манипулировать нами, вводить в заблуждение (назовем это мягко так) по многим вопросам. При этом общества, сплотившиеся вокруг МЦР, показали свою безраздельную преданность делу, бескорыстие, стойкость, сплоченность.

Еще до ухода Людмилы Васильевны мне приходилось сталкиваться с тем, что А.В.Стеценко передергивает факты и лжет даже ей. У нас были доверительные отношения и об этом я знаю с ее слов. Поэтому, когда начались события, связанные с А.П. Лосюковым, решила встретиться с ним, понимая, что этот человек не опустится до мелкой лжи и искажения событий. Ему не за чем было лгать. Он искренне пытался спасти ситуацию и видел к чему она может привести. После того, как он изложил свои предложения Людмиле Васильевне относительно государственного учета и совместного пользования (аналогично с коллекцией С.Н. Рериха в Музее Востока), она ему сказала: «Пробуйте!» Вскоре попала в больницу. В которой, по словам А.В. Стеценко, они с П.М. Журавихиным проведали Людмилу Васильевну и говорили с ней о Лосюкове. В этот момент повествования те, кто находился в зале С.Н. Рериха, помнят, как Нина Георгиевна выкрикнула: «Неправда! Вас к ней не пустили!» Но многие не стали на это обращать внимание. Как известно, из маленьких лоскутков удобной для себя правды, шьется большое одеяло лжи.

Находясь в Москве, не сложно было наблюдать, как ежедневно, ежечасно менялась ситуация. И каждый раз руководство принимало решения, которые ее только усугубляли. Громкое публичное предупреждение В.В. Аристархову, резкие выпады в сторону других должностных лиц получили свое продолжение, как и многое другое.

Сейчас коллектив МЦР находится в неведении, потому что большинство не знает, где вице-президент, чем он занимается, люди дезориентированы. Неоднократно обращались к нему в устной, а недавно в письменной форме с просьбой провести общее собрание коллектива, которого не было уже полгода. Письмо было воспринято отрицательно. На мой взгляд это просто неуважение к людям.

Конечно, все мы после захвата переживаем за судьбу Музея. Сохранится он или его передадут другим структурам. Пока в Усадьбе планируется создать Государственный музей Рерихов. Будем надеяться, что так и будет.

Любая ситуация всегда имеет два полюса: положительный и отрицательный. Отметим положительные моменты, произошедшие за это время. Прежде всего, проведение в 2015 году в Общественной Палате круглого стола «Вопросы сохранения и актуализации в современных условиях наследия Рерихов». Впервые на государственном уровне было заявлено о Наследии Рерихов как о национальной гордости, национальном достоянии, о необходимости работать совместно государственным и общественным структурам в его сохранении и популяризации. Но мы дружно набросились на оппонентов, забыв о главном. И еще одно важное событие: объявлено о проведении масштабной выставки Рерихов в Манеже (декабрь 2017 - январь 2018 года). Картины предоставляют из Нью-Йоркского музея, Русского музея, Третьяковки, Нижегородского музея и Музея Востока. Такие крупные выставки проходили только при жизни Рерихов. Но нас не устроила концепция выставки, предложенная Музеем Востока. Нам снова оказалось сложно сотрудничать. Невольно вспоминаешь, как шла подготовка к прижизненной выставке С.Н. Рериха в Эрмитаже. У него было свое представление и об экспозиции, и о темах, которые должны прозвучать, нежели у сотрудников музея. Да, не все картины ему удалось выставить, да, не все выглядело так, как ему хотелось, но внутренний такт и культура позволили, тем не менее, дружелюбно выстроить отношения с сотрудниками. Выставка имела колоссальный успех.

В нашей ситуации почему мы забываем о том, как поступал Святослав Николаевич? Почему мы забываем, что это выставка Н.К.Рериха. Люди придут к нему, к его творениям. Она должна пройти достойно, красиво, на высоком уровне. Концепций экспозиции может быть много. Можно с чем-то не соглашаться, но на нее будут приходить люди, которые, видя прекрасные работы, откроют для себя, по словам Леонида Андреева, «Державу Рериха». Отказываться или жестко стоять на своей позиции было бы бесперспективно. Теперь, после апрельских событий, нас уже никто ни о чем не спросит.

Вы знаете, что сотрудникам Музея предложили работать в государственном музее, было опубликовано письмо об их отказе, при этом не у всех спросили их мнение. Конечно, это сложный и неоднозначный вопрос. Наш Музей захватили и лучше пусть сотрудники ищут любую другую работу, но идти в захваченный музей – предательство. Пусть в нем работает кто угодно и как угодно с Наследием Рерихов. Мы будем гордо стоять в стороне. Так думают одни. Другие думают о том, что лучше мы будем там работать, чем люди, для которых Н.К. Рерих - это один из многих художников и его живопись не связана с философскими воззрениями. Конечно, высказывания, которые звучат из уст Мкртычева, Избачкова - не на должной высоте, они отталкивают. Нередко мы общаемся с ними на равных. Спускаемся на тот же уровень (достаточно посмотреть в Интернете видеозапись общения А.В. Стеценко и Т.К. Мкртычева в Воронцовском зале).

Наследие Рерихов - это такая колоссальная сила. И если рядом появляются ложь, властолюбие, корыстолюбие, все тут же рушится. Не может быть в такой оправе Наследие Рерихов. Люди, которые не соответствуют сути Наследия, долго не смогут находиться возле него. Будем надеяться, что работать с ним будут, все-таки, достойные.

Вчера общалась с одним человеком, который спросил: «А какая разница, общественный или государственный музей?» Ответила, что общественный себя финансирует, привлекает средства для всевозможных проектов, сам себе подконтролен (кроме проверяющих органов) и выстраивает свою работу так, как считает необходимым. То есть, он выполняет реальный социальный заказ определенной части людей. В этом случае учреждение культуры является элементом самоорганизации духовных потребностей людей. Государственный музей получает деньги из бюджета, музейную деятельность постоянно контролируют вышестоящие организации, спускают ценные, иногда «очень» ценные указания. Но в одном и другом музее все зависит от людей, которые там работают, от их профессионализма, нравственных качеств, уровня культуры и т.д. И если в государственном музее разбазаривают бюджетные средства, но при этом на словах ратуют за культуру, или делают тоже самое в общественном, разбазаривая пожертвования, в чем разница? В последнем случае за любой копеечкой стоит не абстрактное государство, а конкретные люди, которым приходится периодически смотреть в глаза.

Сейчас большая нагрузка возлагается на периферию. От нашей работы на местах очень многое зависит. Несмотря на столь трагичное развитие событий, мы понимаем, что общественные формы культуры нужны, жизненно необходимы и их приходится отстаивать. То, что произошло с нашим Музеем нашло отражение во многих регионах России. Так, в Крыму в прошлом году нашей организации приписали деятельность, которую мы не осуществляли. От МК Крыма были поданы заявления в прокуратуры нескольких городов о проверке нашей организации на осуществление экстремистской деятельности. В других регионах последовали отказы в проведении выставок, заявления в суд за демонстрацию фильма «Зов космической эволюции». В этом году запретили в Туле проведение Веневских чтений. Кто из нас отреагировал на эту ситуацию? А Национальный Рериховский Комитет написал министру культуры Тульской области и в Федеральное министерство. Результат порадовал: Веневские чтения состоялись, перестали изымать книги Рерихов из библиотек города. Мы должны поддерживать друг друга, иначе пропадем поодиночке.

Я прекрасно отдаю отчет в том, что за высказанную позицию, скорее всего, меня и нашу организацию исключат из членов МЦР, поскольку инакомыслие в последнее время не приветствуется. Понимаю, что будут гневные письма, статьи и обвинения в предательстве, многие со мной перестанут общаться и т.д. В связи с этим тоже возникает целый ряд вопросов. А будут ли исключать тех, из-за кого нам выписали штраф в 59 миллионов поскольку много лет не были поставлены на учет картины? А будут ли с таким же пристрастием обсуждать того, кто забывал много лет оформить документы на 5 строение, кто «рачительно» тратил народные деньги? Будут ли отвечать все те, по чьей вине у нас сейчас нет Музея? Нам снова покажут на внешнего врага, с которым нужно бороться, но никто не вспомнит, что при Людмиле Васильевне Музей выстоял даже при мощном противодействии второго человека в государстве.

С уходом нашей дорогой Людмилы Васильевны закончился светлый, прекрасный, мощный, красивый период. Мы с большим уважением относимся к тем сотрудникам МЦР, которые, несмотря ни на что, верны своему долгу и ее светлой памяти. И не осуждаем нынешнее руководство. Эти люди вызывают только сочувствие, ведь они действовали только так, как могли при нашем общем одобрении. Возможно, они выполняют нелегкую миссию «завершения» очередного цикла, для того, чтобы мог начаться следующий. Не знаю… Время все расставит на свои места.

Пишу все это, потому что очевидно: ситуация изменится, если мы изменимся, если оздоровится наша организация, если мы сами будем выполнять волю почивших основателей Музея. Только тогда у нас появится шанс на возрождение. Если же мы по-прежнему будем добавлять к своей работе эпитет «идеально» и все оставим без изменений, мы не выстоим.

Уверена, что справедливость восторжествует. Но когда и какой ценой? Мы будем свидетелями и, надеюсь, участниками нового витка развития рериховского движения. Вероятно, без падения нет подъема. И каждый занимает свое место в этой синусоиде согласно своим внутренним качествам, уровню сознания. Нам нужно найти в себе силы измениться. И очень важно осознать допущенные ошибки, чтобы не повторять их вновь. Перемены назрели и ничто не может сдержать рождение новых форм, новых возможностей, нового подъема. Низкий поклон всем, кто прошел прекрасный путь до нас. Мы приняли эстафету и свою меру ответственности. Из наших усилий и трудов, «руками и ногами» будет созидаться Новое. Пусть оно будет прекрасно!!!

 

Л.Кудряшова,

Председатель КРКПОО «Общество Рерихов»

при поддержке сотрудников организации.

 

Источник: http://cb-icr.ru/news/109-ne-mogu-molchat.html 

 

* * *

 

Приложение 3

Реакция рериховской общественности  на заявление Л.В. Кудряшовой

 

Комментарии членов группы "Агни Йога. Путь сердца":[22]

 

Анатолий Макаров, 11 сентября в 12:01

Вот это "бомба"! Куда мне со своими параллелями. Хотя... сердце не обманешь.

 

Галия Сейфуль-Мулюкова, 11 сентября в 12:12

Л.Кудряшова, председатель КРКПОО «Общество Рерихов», − раньше нужно бы было оповестить РД. Сейчас уже поздно.

 

Анатолий Макаров, 11 сентября в 12:17

Как бы то ни было - шила в мешке не утаишь. Надо думать - как возвращать. Без таких разоблачений это невозможно.

 

Ольгв Ольшанская, 11 сентября в 22:45

 ЛВШ назвала Кудряшову, а Стеценко это упорно замалчивает. И Журавихин тоже. Они не от Света стали уже.

 

Эвелина Королева, 12 сентября в 4:52

Ольга, а где сейчас это Завещание Шапошниковой? (сойдёт и копия у кого- нибудь в особых папочках дома)

 

Дмитрий Короткевич, 12 сентября в 8:19

Два аспекта хотел бы затронуть в связи с этой статьёй. Во-первых, это напоминает прорыв "железного занавеса", когда уже наболело и больше терпеть не только не имеет смысла, но способно породить ещё больший вред. Порыв Л.Кудряшовой в этом смысле достоин уважения и поддержки. Конечно теперь ей придётся терпеть обвинения и нападки со стороны бывших соратников, но, мне кажется, что она уже заранее готова к этому и как человек сильный вполне способна выстоять, т.к. знает, что она отстаивает правду, а не тихое замалчивание проблем. Видно, что у неё сердце радеет за судьбу наследия Рерихов, за Учение. Достойный пример истинных стремящихся, которые существуют как среди сторонников, так и среди противников МЦР Хочется выразить Л.Кудряшовой благодарность за её откровенность и всячески поддержать её стремление к разрешению проблем через изначальное их признание. Во-вторых, всё же можно констатировать, что не все "оковы майи МЦР" пали среди тех, кто начинает просыпаться. Вспоминается историческая аналогия предреволюционной России, когда простой народ свято верил в непогрешимость царя и все свои беды и страдания, терпимые от властей, списывали лишь на негодных придворных. Царь просто не в курсе беспредела чиновников, ему нужно донести, от него скрывают, была бы его воля он бы всё разрешил, ему мешают.... Блаженны верующие..... Но не в царя... Прозрение на ошибки в деятельности МЦР, признание нарушения воли С.Н.Рерих со стороны МЦР пока еще являются исключениями из правил среди сторонников МЦР, хотя и являют собой задокументированные факты, Но при этом все эти ошибки списываются на действия любых руководителей, только не Л.В.Шапошниковой. Святая вера в её непогрешимость - пока неприкосновенное табу, основанное на бездоказательной вере в её принадлежность к Иерархии. Но если уж быть беспристрастным, то нужно быть беспристрастным до конца, то нельзя ведь настолько дистанцировать Шапошниковы от всего происходящего в МЦР. И поручения подчиненным найти самостоятельные источники финансирования МЦР - это все бездарные оправдания. Ведь настоящий опытный руководитель, каким была Шапошникова, не может не знать, что могут, а что не могут осилить его подчиненные. В этом смысле такие указания - не более чем картинка, демонстрируемая для других. Она не могла не знать слова Рерихов о том, что частные банки - худшее явление, но сама принимала активное участие в выстраивании финансовой опору МЦР на средства Булочника. Сама Шапошникова изначально хранила картины вне всех возможных правил и норм хранения и знала, что в музее они не соблюдаются, т.к. на это ей не раз указывалось, но подобные замечания игнорировались. Позиция была одна "Царь непогрешим", поэтому всё, что этому противоречило, игнорировалось, замалчивалось, подвергалось массовым нападкам. В Учении сказано о вреде полумер. Поэтому шаги навстречу объективности из-за занавеса авторитаризма МЦР - это однозначно хорошо, но пока они редки и являют собой, к сожалению, лишь полумеры, которыми полноценно исправить сложившуюся, в том числе кармически, ситуацию не удастся...

 

Элеонора Вейсманис,  12 сентября в 8:56

Согласна с вами Дмитрий. Уже давно надо было ответить себе честно на один простой вопрос: Кто стоит за расколом РД и упорно отказывается от диалога и сотрудничества в любом аспекте?

 

Галия Сейфуль-Мулюкова, 12 сентября в 8:54

...Что касается откровения автора и приведённые ею факты, думаю, что сейчас это выглядит немного странно и достаточно запоздало. Многие были в курсе допущенных ошибок правлением МЦР. И в рядах РД об этом говорилось и обсуждалось яро . Но никто не прислушивался к гласу общественности, которую разделили на "своих" и "чужих". В результате известных действий Наследие перешло в руки тех, кто решил отделить имя художника Рериха от его философских и миротворческих идей. Мы все в ожидании действий нового руководства Музеем. Мы, не входящие в состав МЦРа, неоднократно обращались к руководству с предложениями . Все предложения были не просто отвергнуты, но и раскритикованы. Тех, кто говорил и предлагал реформы, были возведены в стан врагов и предателей. И кто, если не уважаемая автор статьи, если не г-н Лосюков и те, кто был способен повлиять на ситуацию, не доведя её до "патовой", должны были бить в колокола?

 

Элеонора Вейсманис, 12 сентября в 8:59

Галия Сейфуль-Мулюкова, ну что вы опять пишете чушь? "Наследие перешло в руки тех, кто решил отделить имя художника Рериха от его философских и миротворческих идей." ПОЧИТАЙТЕ МАТЕРИАЛЫ НРК! "Необходимо вернуться к тем формам общественно-государственного партнёрства, которые были заложены С.Н. Рерихом при создании Советского фонда Рерихов..." !!!!!!!!!!

 

Дмитрий Короткевич, 12 сентября в 10:02

Пока не будет единого понимания произошедшего и вызвавших его причин, споры будут продолжаться. Даже сейчас, когда по сути мы говорим о новой теме - о частичных прозрениях-откровениях в рядах МЦР, всё равно в диалогах неуклонно скатываемся к обсуждению исходных вопросов, понимание которых расходится, вопросов, которые обсуждались сотни раз. В самом же корне лежит ответ на вопрос о том, являлась ли Шапошнивока иерархическим звеном для последователей Учения или же нет. Ни одного доказательства, позволяющего утвердительно ответить на этот вопрос нет, но, тем ни менее, это не мешает многим верить в это. Все остальные тезисы, выводы, предположения по сути строятся на базе ответа на этот вопрос....

 

Галия Сейфуль-Мулюкова, 12 сентября в 10:28

Вы чего ждёте от нас, Дмитрий? Мы не члены МЦР. Я не могу признать их ошибки, не моё дело. В своё время писала лично руководству и указывала на них. Прошло очень мало времени, чтобы кто-то из руководства смог во всеуслышание признать допущенные ошибки. Надеюсь, что это когда-нибудь произойдёт. Каждый из нас отвечает за себя.

 

Александр Мартынов, 12 сентября в 22:42

Можно отметить - "не всё было гладко в датском королевстве." Чем больше времёни будет проходить - тем более будут это осознавать (ну, конечно, которые могут анализировать, "и душой и сердцем, и пламенем - и льдом"). Ведь закрывающие глаза на многое - останутся. И ТОЛЬКО ДЕЛО - может показать, что может организация. И если в организации в самой не происходят изменения, направленные на развитие, преобразование, осознание ошибок (допущенных в построении) - то такая организация - самопотворствует своему разрушению.

 

Алексей Останин, 14 сентября в 23:11

Надуманная практика "преемственности" в своё время сгубила многие общества... Нет никаких свидетельств того, что, например, Блаватская готовила себе преемника, ибо хорошо знала, что это не в её компетенции. Да, она благоволила к Джаджу, даже подарила ему оккультное кольцо, но нигде не называла его своим преемником в деле передачи оккультных знаний от Владык. Святослав Рерих ни единым словом не обмолвился о необходимости создания такого института преемственности когда создавал Советский Фонд Рерихов. Каждый член Правления, каждый сотрудник должен был лишь выполнять свою работу, без каких-либо претензий на преемственность от Иерархии, или от кого-бы там ни было. Это безусловно касалось и Шапошниковой Людмилы Васильевны. Так от чего же все так увлеклись этой фикцией от нынешних руководителей МЦР? Чего на самом деле сто́ят все эти претенденты на духовное водительство в рериховском сообществе? Вот над чем хорошо бы подумать...

 

* * *

 

Комментарии членов группы "Рериховское Движение":[23]

 

Мария Николаева, 10 сентября в 7:39

Спасибо Л.Кудряшевой за искреннюю статью, как хорошо, что А.Стеценко отстранен от Музея, иначе своей ограниченностью, он бы таких дел наворотил, что "мама не горюй"

 

Дмитрий Попов, 10 сентября в 11:31

Жаль, что трезвые и ответственные голоса внутри МЦР не прозвучали и не сыграли свою необходимую роль во время. Даже до ЛВШ в конце концов дошло, что надо идти на конструктивный компромисс с Государством, и она дала добро А.П.Лосюкову на разработку необходимого соглашения. У здравомыслящих и действительно болеющих за дело членов МЦР была блестящая возможность наилучшего выхода из катастрофического положения. И ведь всё действительно могло быть просто прекрасно, надо было лишь поддержать выдвинутый собственным президентом и поддержанный ЛВШ проект коренной реформы. Но кто-то так ничего и не понял, а кто-то струсил и промолчал или уклонился, отдав всё в руки беспринципной и бессовестной клике узурпаторов, которая привела всё к полному фиаско. И теперь для всех этих людей виноват в этом кто угодно, только не они сами.

 

Элеонора Вейсманис, 10 сентября в 15:58

С выходом этой публикации черный список неугодных пополнился еще одной фамилией. Сколько возможностей мирного урегулирования ситуации было упущено. И сейчас, вместо того, чтобы искать возможности для диалога и сотрудничества, искусственно раздувается тема вражды и деления рериховцев на "своих и чужих".

 

* * *

 

Комментарии на странице Александра Устименко:[24]

 

Александр Устименко, 13 сентября в 1:34

Я согласен со многим, что она пишет. Особенно прискорбна ситуация с преемником Людмилы Васильевны. Мы читаем Живую Этику, знаем о существовании духовных законов, но почему-то как то легковесно смотрим на их попрание. Прошло уже почти два года, как Стеценко во всеуслышание объявил о том, что Людмила Васильевна назвала своего преемника. И с тех пор не нашлось времени и возможности с ним переговорить?! Да это самая важная задача, которую необходимо было выполнить в первую очередь и в самые краткие сроки. Меня уже на той конференции 2015 года неприятно поразили слова Стеценко, что мы мол постараемся с ним встретиться и поговорить... до следующей октябрьской конференции МЦР... Я считаю, что сегодняшняя ситуация с МЦР прямое следствие нарушения принципа Иерархии, иерархической преемственности.

 

Александр Устименко, 15 сентября в 8:02

Друзья, обсуждение письма Ларины Кудряшовой ушло далеко в сторону от того краеугольного вопроса, с которого начинается и её письмо и мой комментарий к нему - вопрос о правопреемнике Людмилы Васильевны, о котором объявил Стеценко на Круглом столе конференции МЦР 2015 года. Сергей Скородумов спросил меня - о каком-таком новом полководце, призванном заменить Стеценко, идет речь. Я не собираюсь изобретать велосипеда - руководить МЦР должен тот человек, которого Людмила Васильевна назвала своим правопреемником. Чтобы не быть голословным, приведу расшифровку выступления А.В.Стеценко на упомянутом выше Круглом столе, в части, касающейся правопреемника.

 

Александр Устименко, 15 сентября в 8:07

Из выступления А.В. Стеценко на Круглом столе Рериховских организаций 11 октября 2015 г. файл 130909_0198 с 54:15 по 57:55

"... И, завершая, последнее. Меня уже одолели с просьбами — почему Вы «замыливаете» и не называете правопреемника Людмилы Васильевны?

Я на внеочередной конференции говорил, и сейчас повторю: Людмила Васильевна не ожидала такого быстрого своего ухода. Вы понимаете, что такой человек, такой высокий дух, - он знает время своего ухода. И она нам сказала — вот буквально в этом году... - что она ещё года два поработает с нами. Это вселило в нас большую уверенность, надежду. Она строила интересные, потрясающие планы культурной деятельности МЦР. Но уход её был скоропостижным — её забрали и не выпустили просто из больницы.

Но она, вот мне и Павлу Михайловичу, в кабинете буквально в мае месяце сообщила, кого она выбрала своим преемником. Его в этом зале нет. Поэтому я на внеочередной конференции сказал — чтобы озвучить его имя, она нам сказала, обязательно с ним надо встретиться и переговорить. Пока это не будет сделано, имя преемника мы не назовем. Это первое.

Очень достойный человек.

Во-вторых, учитывая все эти наезды Минкульта — сейчас они взялись за Музей, за проверки — Музей не может оставаться без исполнителя, без директора Музея, хотя бы исполняющего его обязанности. Поэтому на совещании руководства МЦР, среди замов, мы переговорили и решили рекомендовать на эту должность Наталью Николаевну Черкашину. Человек, который получил музейное образование. Под руководством Людмилы Васильевны проработала длительное время. Всё, что здесь сделано в Музее — сделано её руками. Поэтому это одна из самых достойных кандидатур на исполнение обязанностей директора Музея.

Должность по Уставу — первый вице-президент тире генеральный директор. Или генеральный директор <Музея — А.У.> со статусом первого вице-президента <МЦР — А.У.>. Это, конечно, сейчас вакантная должность, пока мы не определимся с преемником, которого назвала Людмила Васильевна. У нас в следующем году <в октябре — А.У.> должна быть отчетно-перевыборная конференция. Я надеюсь, что к этому времени мы вопрос решим.

Пока <управлять МЦР будет — А.У.> то руководство, которое есть сейчас. Правление, в которое мы до-выбрали 3 человека. На Правление падает очень серьезная работа. Надо активизировать работу Правления и побольше чтобы Правление обращало <внимание — А.У.> на самые важные дела нашей организации. Потому, что между конференциями высшим органом является Правление.

Но вот пока и всё, что я могу сказать. Нам не надо сейчас думать о правопреемнике. Он не замедлит появиться. Нам надо думать, как спасти дело Людмилы Васильевны, не дать его разрушить и продолжать дальше нашу работу. Дел у нас невпроворот. Задач, которые поставила Людмила Васильевна, достаточно. Все они должны выполняться.

Спасибо!"[25]

 

Александр Устименко, 15 сентября в 8:15

Я написал в своих комментариях к письму Ларины Кудряшовой, что это выступление А.В.Стеценко произвело тогда на меня неприятное впечатление - правопреемник дело десятое... через год мы этот вопрос может быть решим... Я ещё тогда, в 2015 году, в разговоре с друзьями сказал, что вся эта ситуация с правопреемником очень похожа на "ползучий захват власти в МЦР" и что через год найдутся какие-нибудь отговорки и правопреемник так и не будет допущен до управления МЦР. Так и произошло, и сейчас мы пожинаем плоды того нарушения Закона Иерархии, при нашем молчаливом согласии. Так кто же тогда получается на самом деле предателем?

 

Сергей Скородумов, 15 сентября в 8:49

Александр! По-моему, все проблемы от амбиций Кудряшовой, которая видела себя преемником. Александр Витальевич в отличие от нее - очень преданный делу Рерихов человек. Он выполняет все инструкции Людмилы Васильевны.[26]

 

Сергей Скородумов, 13 сентября в 9:01

Александр! Неужели ты не понимаешь, что такое письмо - удар в спину и самая настоящая подлость. Ларина манипулирует фактами. Если у нее были вопросы, она могла их задать непосредственно, а не в форме открытого письма. А сейчас она разрушает МЦР. Думаю, планирует занять место директора музея. Зря ты участвуешь в этой ее грязной игре..... А.В.Стеценко - герой, который отстаивает МЦР и несет огромную нагрузку.

 

Андрей Шорин, 13 сентября в 9:16

Сергей Скородумов, зачем Вы говорите, как 5 управление КГБ? Полностью игнорируете содержание и только лозунги кидаете. Обвиняете в предательстве за дерзновение подумать. Это для Вас духовность и выполнение Воли?

 

Александр Устименко, 14 сентября в 8:45

... речь в письме у Ларины не идет о передаче всего наследия в государственный музей. Была возможность объединить обе коллекции картин Рерихов - из фондов МЦР и из Музея Востока - в одном выставочном пространстве в усадьбе Лопухиных. Картины МЦР оставались бы на втором этаже Музея, оставаясь в полном распоряжении МЦР, - и наша экспозиция обогатилась бы, на первом этаже, экспозицией государственного музея Рериха. Это был бы лучший выход из складывавшейся тогда ситуации. И эта прекрасная возможность была упущена, в результате у МЦР отбирают большую часть Наследия и разрушают Музей, выгоняя нас из усадьбы Лопухиных.

 

Галина Бурнашева, 14 сентября в 19:49

Публикация А.Устименко и Л. Кудряшовой - подлость в самом неприглядном ее виде. Если бы не предательство Чирятьева, Фурсея, Лосюкова и др. и их удар изнутри по МЦР - никогда бы чиновники минкульта и ГМВ не смогли бы рейдерски захватить Музей. Неужели сейчас пустые стены Музея ни о чем не говорят? Думаете Мединскому, Избачкову и Мкртычеву нужен Музей Рериха? Все их видение музеев - мультимедийное интерактивное шоу, которое они сознательно внедряют в музеи. Столько лет быть рядом с ЛВ и так низко повести себя. Помутнение разума или как у Иуды - корысть и страх?

 

Нина Антипцева, 14 сентября в 22:52

Зря ополчились на Л.В.Кудряшову! Это честный и порядочный человек. Она никогда не будет драться за место, о котором вы пишете. Поглядите на всё здраво: имеет место быть то, о чём сообщила Л.В.Кудряшова.. Нужно принять это, а не осуждать за правду.

 

* * *

 

Приложение 4

Заявление Л.Кудряшовой "Ответы на вопросы по статье «Не могу молчать»"

 

После опубликования статьи «Не могу молчать» поступили многочисленные отклики и обращения с просьбой ответить на некоторые вопросы.

Чаще всего спрашивают, почему только сейчас высказала свое мнение о происходящем. Причины две. Для всех нас МЦР был многие годы путеводной звездой, нашим оплотом и опорой. Думала, что подобные выступления могут осложнить непростую ситуацию, навредить организации, с которой связана моя жизнь с февраля 1991года, поэтому публично не выступала. Хотя в общении с рериховцами высказывала свою точку зрения. Также делилась своими мыслями и с сотрудниками МЦР. Сразу скажу, что не все разделяли мою позицию и прежние отношения нарушались. Нас сдерживало то, что впереди были суды, что мы могли утратить Музей, Усадьбу, что за промахи могли оштрафовать на крупную сумму и т.д. Сегодня все самое худшее случилось. Мы освобождаем помещения в присутствии судебных приставов, не имеем доступа к Наследию, которое нам передал С.Н. Рерих. Очевидно, что события этого года, лишь следствие наших действий.

Вторая причина, почему решили опубликовать аудиозапись лекции – это общение с людьми. Ко мне подходили сотрудники нашей организации и высказывали мысли, изложенные в статье «Не могу молчать». При этом сами говорили, что, наверное, это неправильные мысли, от них нужно избавляться, но уже нет сил не верить своим глазам и ушам. Когда ко мне подошли таким образом почти все сотрудники, как я могла скрывать от них истинное положение вещей? Только в июне нынешнего года они услышали то, что потом было выставлено на сайте. Параллельно с этим приезжали, звонили, писали руководители, члены разных обществ России, ближнего и дальнего зарубежья. Разговор обычно начинался примерно так: «Вы, наверное, больше не будете со мной общаться... Может быть вы меня будете осуждать, но…» У многих наболело. Я должна была всем им лгать? Говорить, что у нас все хорошо и повторять мантру: «Все это происходит, потому что мы слишком хорошо работаем».

Когда разместили на сайте лекцию, не думали, что она вызовет столь большое внимание. Значит, нам есть о чем поговорить? Не устраивать публичную порку, а поговорить, т.е. когда говорить может и вторая сторона, а не только сделать выступление на 5-10 минут и затем слушать обвинения на протяжении нескольких часов, не имея возможности ответить. Именно так у нас практиковалось в последнее время, не выслушивать альтернативное мнение.

Сейчас у многих может появиться желание обвинить во всем случившемся того, кто констатировал факты. Некоторые считают, что высказав свою позицию, я навредила МЦР, в тот момент, когда борьба только начинается. На наш взгляд, непоправимый удар уже нанесен. Неужели, во спасение нам нужна ложь, а правда нас окончательно добьет? Ложь нам помогала, а правда нанесла удар? Можно ли выстроить защиту на лжи? У людей на местах возникает много неудобных вопросов? Значит, их нужно пресекать и хранить внешнее единение. Такова была наша позиция. Можно так выстоять? Долго ли может так продолжаться? Есть ли у рериховского движения в такой ситуации перспектива развития? Пусть каждый сам ответит на эти вопросы. Да, мы сами себя обличаем и не отделяем себя от общего процесса. Да, это и моя вина. Молчала, как и многие, боясь навредить, а оказалось, что с нашего молчаливого согласия мы зашли в тупик. Если не говорить об ошибках, их невозможно признать и исправить. Только не нужно думать, что если молчать и дальше, то все останется как прежде. Это не так, будет только хуже. Чем позже, тем тяжелее последствия, как в пословице «Чем дальше в лес…».

Еще раз хочу сделать акцент на том, что изложенные недочеты были неизвестны только рериховцам. К тому же, все аудиозаписи внутренних собраний, которые проходили в МЦР, каким-то образом уже на следующий день появлялись у наших оппонентов. Сначала не верила этому, но в Интернете «бродили» эти материалы. Получается, что мы боимся предать огласке только то, что не знают сторонники МЦР, которые пишут письма и статьи в его защиту, устраивают выставки, приезжают в Москву на общие сборы, ставят свои подписи под воззваниями, делают денежные взносы, выполняют на безвозмездной основе разную работу и т.д.

Никто не ставил цель сделать раскол в рериховском движении. Мы должны понять наши ошибки, даже не оглядываясь на персоналии, сделать выводы и понять, что делать и как идти дальше. Не раскалываться на две части, а оздоровить, изменить ситуацию наша задача. Нынешнее руководство взяло на себя ответственность за организацию и Музей, пусть работают, но говорят с нами откровенно, честно. Все равно правда станет известна, как, например с грибком и плесенью. Нас уверяли, что эта проблема возникла только после захвата МЦР, хотя по фото было ясно, что все произошло намного раньше. Спустя некоторое время в Интернете появились скан-копии докладных записок сотрудников МЦР с резолюциями А.В. Стеценко, из которых понятно, что проблема возникла давно. Зачем же делать заявления и выкладывать видеообращения, которые не соответствуют действительности? И это при том, что вся деловая документация находится у наших оппонентов и они тут же выкладывают, компрометирующие нас документы. Мы же таким образом порочим сами себя.

Мое выступление не против, а за МЦР. В статье не говорится о многочисленных заслугах МЦР и, обратно, ничего не сказано о враждебных и незаконных действиях Минкульта. Не в этом смысл публикации данной статьи. О наших заслугах нам хорошо известно, как известно всему мировому культурному сообществу и мы не видим смысл это повторять. Цель статьи была прежде всего в том, чтобы обратить взор на себя, увидеть свои ошибки. Уверена, что у нас есть будущее. Лично я смотрю на будущее рериховского движения с большим оптимизмом. Но само по себе ничего не изменится.

Если будет принято решение об исключении, придется с сожалением принять его. В любом случае наша организация продолжит работать и двигаться к поставленным целям.

P.S. На сайте НРК моя статья опубликована без моего разрешения. Считаю, что это не корректно по отношению ко мне, как к автору. Для нас также, как и для большинства рериховцев неприемлемо сотрудничество с Жиготой, Росовым, Поповым, всевозможными «некторианцами» и т.д.

 

Источник: http://cb-icr.ru/news/110-otvety-na-voprosy-po-state-ne-mogu-molchat.html 



[1] http://cb-icr.ru 

[2] См. информацию на сайте общества о его председателе, Кудряшове Ларине Владимировне: http://cb-icr.ru/president 

[7] См.  Интервью с зам. директора МЦР Н. Макаренко о восстановлении усадьбы Лопухиных и статусе МЦР: http://lebendige-ethik.net/index.php/video/video/makarenko 

[9] См. наградной список Л.В.Кудряшовой: http://cb-icr.ru/president 

[10] См. подборку материалов на тему "Патент МЦР на знак Знамени Мира" http://lebendige-ethik.net/index.php/component/tags/tag/37-patent-zm 

[11] Открытие выставки В.В. Скобеева в общественном Музее имени Н.К. Рериха: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5032 

[12] Л.В. Кудряшова, Прекратите публичную расправу над меценатом! 23 ноября 2013 г.: http://www.icr.su/rus/protection/heritage/maecenas/Kudryashova.php 

[13] Л.В. Кудряшова, Наша культура нуждается в меценатах! Ноябрь 2012 г.: http://www.icr.su/rus/protection/heritage/maecenas/simferopolj.php 

[14] Л.В. Кудряшова, Общественному Музею Н.К. Рериха – быть! 4.05.2017: http://www.icr.su/rus/protection/heritage/museum/kudryashova-obshchestvennomu-muzeyu-n-k-rerikha-byt.php 

[15] Л.В. Кудряшова, «О будущем российской культуры», 4.04.2017.: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5274 

[17] «Разрушение музея есть разрушение страны»: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=3566&sphrase_id=103538 

[18] День Учителя в Международном Центре Рерихов: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=4547 

[19] См. Как МЦР клевещет на Е.П.Блаватскую и Теософию: http://lebendige-ethik.net/index.php/rd/rd-sng/21-kak-mtsr-kleveshchet-na-e-p-blavatskuyu-i-teosofiyu 

[20] Л.В.Кудряшова, Открытое письмо Президенту РФ В.В. Путину от Крымской региональной культурно-просветительной организации «Общество Рерихов» от 08.04.2017: http://www.icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=5300&sphrase_id=103538 

[21] См. О планах МЦР по передачи рериховского наследия Индии: http://lebendige-ethik.net/index.php/rd/rd-sng/405-icr-india 

Какой вопрос рериховедения вы считаете наиболее важным? (можно выбрать несколько пунктов, но один раз)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
  • Голоса: (0%)
Всего голосов:
Первый голос:
Последний голос: